Наука и болезни

Доступность операции — ещё не показатель того, что её надо делать.

Величие победы измеряется степенью её трудности.

Медицина учит, что холостяки обыкновенно умирают сумасшедшими, женатые же умирают, не успев сойти с ума.

Весло, погруженное в воду, кажется нам надломленным. Таким образом, важно не только то, что мы видим, но и как мы это видим.

Будемте остерегаться, чтобы старость не наложила больше морщин на нашу душу, чем на наше лицо.

— Знакомьтесь, это Петя. Он изучает эритроциты.
— Да, я изучаю эритроциты, мой отец изучал эритроциты, мой дед изучал эритроциты. Понимаете, эритроциты – это у нас в крови.

В теории нет разницы между практикой и теорией, на практике есть.

Когда философ Диоген нуждался в деньгах, он не говорил, что одолжит их у друзей; он говорил, что попросит друзей возвратить ему долг.

Всё в человеке идёт вместе с ним в гору и под гору.

1. Ты ещё молодой, организм растёт, развивается! Поэтому всё нормально.
2. Ну что вы хотели? Возраст у вас средний, переходной период к старению организма. Поэтому это вполне допустимо.
3. И в таком-то преклонном возрасте вы хотите быть здоровыми?!
Три фразы, владея которыми, вы будете неплохим сотрудником скорой помощи.

Стоит признать, что детство любого человека заканчивается в тот самый момент, когда он перестаёт бояться сдавать кровь на анализ и начинает боятся его результатов.

— Врачи советуют после шести не есть.
— А я и так не ем! – сказал слесарь Петров и налил себе седьмую.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

В начале всяческой философии лежит удивление.

Двое учёных активно спорят относительно средней продолжительности жизни и здоровья древних людей.
Первый учёный:
— Древние люди болели мало, ведь микробов было куда меньше чем сейчас.
Второй учёный:
— Ну да, конечно мало, всего один раз...

Если учителя просвещают своих многочисленных учеников, преподнося им всем один и тот же урок и требуя от них одинакового поведения, хотя способности их вовсе не одинаковы, то нет ничего удивительного, что среди огромной толпы детей найдётся всего два или три ребёнка, которые извлекают настоящую пользу из подобного преподавания.

В общем же всё состряпанное мною здесь кушанье есть лишь итог моего жизненного опыта, который для всякого здравомыслящего человека может быть полезен как призыв действовать совершенно противоположным образом.

В общении с людьми ум человеческий достигает изумительной ясности.

Мнения наши перерастают одно в другое: первое служит стеблем для второго, второе для третьего. Так мы и поднимаемся со ступеньки на ступеньку. И получается, что тому, кто залез выше всех, часто выпадает больше чести, чем он заслужил, ибо, взобравшись на плечи предыдущего, он лишь чуточку возвышается над ним.

В природе нет ничего бесполезного.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Лучшее государственное устройство для любого народа — это то, которое сохранило его как целое.

— Многие в свои 40 лет ноют, что у них уже всё позади...
— Мне скоро 45, и я не ною. Я знаю, что у меня всё впереди: геморрой, подагра, Паркинсон, синдром Альцгеймера...
— Хм.. А ты не плохо держишься, если даже геморрой в твои 44 всё еще впереди...
— Да, но обычно он всё же сзади..

Религия объединяет души, наука — умы, телевидение — дураков.

Мы не в силах придумать человеку лучшую похвалу, чем сказав, что он одарён от природы.

Древние китайцы говорили: «Если ты силён как бык, трудолюбив как пчела, пашешь как лошадь, но возвращаешься домой уставшим как собака, сходи к ветеринару, возможно — ты осёл…»

В том случае, если тебе удастся пережить две волны пандемии коронавируса подряд в одной и той же одноразовой медицинской маске — тебя можно будет по праву назвать бессмертным!

Если я лгу, я оскорбляю себя в большей мере, чем того, о ком солгал.

Человек сначала жертвует своим здоровьем ради того, чтобы заработать деньги. Потом он тратит эти деньги на восстановление пошатнувшегося здоровья. При этом он настолько беспокоится о своём будущем, что никогда не наслаждается настоящим. В результате он живёт ни в настоящем и ни в будущем. Он живёт так, как будто никогда не умрёт, а умирая, сожалеет о том, что не жил.

Вместо того чтобы стремиться узнать других, мы хлопочем только о том, как бы выставить напоказ себя, и наши заботы направлены скорее на то, чтобы не дать залежаться своему товару, нежели чтобы приобрести для себя новый.

Когда мы говорим, что страшимся смерти, то думаем прежде всего о боли, её обычной предшественнице.

Вожделение, испытываемое нами к женщине, направлено лишь к стремлению избавиться от мучения, порождаемого пылким и неистовым желанием.

Мера жизни не в её длительности, а в том, как вы её использовали.

Всякое убеждение может быть достаточно сильным, чтобы заставить людей отстаивать его даже ценой жизни.

Чем позднее приезжает скорая, тем точнее диагноз врача.

Кто ниспровергает законы, тот грозит самым добропорядочным людям бичом и верёвкой.

Если бы мне было дано вытесать себя по своему вкусу, то нет такой формы — как бы прекрасна она ни была, — в которую я желал бы втиснуться, с тем чтобы никогда уже с нею не расставаться.

Никогда не занимайтесь самолечением, это — опасно!
Гораздо безопаснее лечить других.

Если хочешь излечиться от невежества, надо в нём признаться.

Мы не столько освобождаемся от наших пороков, сколько меняем их на другие.

Картина стольких государственных смут и смен в судьбах различных народов учит нас не слишком гордиться собой.

Если бы человек хотел быть только счастливым, то это было бы легко, но всякий хочет быть счастливее других, а это почти всегда очень трудно, ибо мы обыкновенно считаем других счастливее, чем они есть на самом деле.

Здоровье — это единственное благо, которое каждый отнимает у себя сам.

Мы не можем обойтись без брака, и вместе с тем мы его принижаем. Здесь происходит то же, что наблюдается возле клеток: птицы, находящиеся на воле, отчаянно стремятся проникнуть в них; те же, которые сидят взаперти, так же отчаянно стремятся выйти наружу.

Если жёны и любят созерцать своих мужей спереди, то не должны ли они, если потребуется, столь же охотно смотреть им в спину?

В больнице звонит телефон.
— Доброе утро, я хотел бы справиться о здоровье больного Петрова из шестой палаты.
— Минуточку, – отвечает дежурная медсестра, — я посмотрю в его карточке... вот, нашла, перелом хорошо срастается, послезавтра снимем гипс, а в пятницу снимем швы.
— Есть ли надобность в дальнейшем послеоперационном наблюдении?
— Да, надо будет две-три недели походить на ультразвуковые процедуры.
— И когда его выпишут из больницы?
— В эту пятницу. Вы кто, родственник Петрова?
— Нет, я сам Петров и есть, но мне в этой грёбаной больнице никто ничего не говорит!

Между одними людьми и другими дистанция гораздо большая, чем между некоторыми людьми и животными.

Государственные дела требуют более смелой морали.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага, и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили её.

Все бедствия не стоят того, чтобы, желая избежать их, стремиться к смерти.

Мы не привыкли искать высшего нашего удовлетворения в душе и ждать от неё главной помощи, несмотря на то, что именно она — единственная и полновластная госпожа и нашего состояния, и нашего поведения.

— Ну шо доктор, ви скажете мне шо-то хорошее?
— Скажу Вам, Хаим, хорошее... Шо для охотников за органами ви уже интереса не представляете...

Мы берём на хранение чужие мысли и знания, только и всего. Нужно, однако, сделать их собственными.

Мы трудимся лишь над тем, чтобы заполнить свою память, оставляя разум и совесть праздными.

Душа извлекает для себя пользу решительно из всего. Даже заблуждения, даже сны — и они служат её целям: у неё всё пойдёт в дело, лишь бы оградить нас от опасности и тревоги.

Профилактика нездоровья – гораздо лучший способ избавиться от недугов, чем лечение болезней.

Когда человек, изучая медицину, начнёт примерять на себя симптомы болезней, он обязательно найдёт их и у себя.

Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Кто попал далее цели, так же точно промахнулся, как и тот, кто не попал в цель.

Бич человека — это воображаемое знание.

Сейчас самое время проверить здоровье — все бабки на дачах, поликлиники свободны!

Желание того, чего у нас нет, разрушает пользование тем, что у нас есть.

— Почему русские не ходят в больницу?
— Потому что у русских всего две болезни — х...ня и п...дец. П...дец совсем не лечится, а х....ня сама проходит.

Красноречие, отвлекая внимание на себя, наносит ущерб самой сути вещей.

Сегодня, если врач говорит, что вам нужно удалять почку, вы не знаете: действительно ли у вас всё так плохо, или врачу нужно расплатиться за ипотеку.

Женщины нисколько не виноваты в том, что порою отказываются подчиняться правилам поведения, установленным для них обществом, — ведь эти правила сочинили мужчины, и притом безо всякого участия женщин.

Не поддерживайте больного в его страданиях, если хотите, чтобы он выздоровел.

Гнусное и бессмысленное занятие — без конца заниматься своими деньгами, находя удовольствие в их перебирании, взвешивании и пересчитывании! Вот, поистине, путь, которым в нас тихой сапой вползает жадность.

Когда судят об отдельном поступке, то, прежде чем оценить его, надо учесть разные обстоятельства и принять во внимание весь облик человека, который совершил его.