Зло

В общении с людьми ум человеческий достигает изумительной ясности.

Есть две степени свободы: первая — я делаю что хочу, вторая (высшая) — я не делаю того, что не хочу.

Когда наукой пользуются, как должно, это самое благородное и великое из достижений рода человеческого.

Кара, постигшая тебя, ещё очень мягка по сравнению с тем, что терпят другие: Это поистине отеческое наказание.

Если бы мне было дано вытесать себя по своему вкусу, то нет такой формы — как бы прекрасна она ни была, — в которую я желал бы втиснуться, с тем чтобы никогда уже с нею не расставаться.

Бывают люди, которые поправляются от одного вида лекарств.

Кто ниспровергает законы, тот грозит самым добропорядочным людям бичом и верёвкой.

Достойно похвалы деяние, а не сам человек.

Всё в человеке идёт вместе с ним в гору и под гору.

Картина стольких государственных смут и смен в судьбах различных народов учит нас не слишком гордиться собой.

Лишь тот, кто честен и добр, благополучно достигает берега.

В природе нет ничего бесполезного.

Кто заражён страхом болезни, тот уже заражён болезнью страха.

То, что вы не меняете, вы выбираете...

Если бы человек хотел быть только счастливым, то это было бы легко, но всякий хочет быть счастливее других, а это почти всегда очень трудно, ибо мы обыкновенно считаем других счастливее, чем они есть на самом деле.

— Пап, чем отличается ум от хитрости?
— Ум позволяет решать сложные проблемы, а хитрость позволяет их обходить.
— А что лучше?
— Мудрость. Она позволяет не вмешиваться не в своё дело.

Массе свойственны глупость и легкомыслие, из-за которых она позволяет вести себя куда угодно, завороженная сладостными звуками красивых слов и не способная проверить разумом и познать подлинную суть вещей.

Мы не привыкли искать высшего нашего удовлетворения в душе и ждать от неё главной помощи, несмотря на то, что именно она — единственная и полновластная госпожа и нашего состояния, и нашего поведения.

Доблесть, которою так жаждут прославиться, может проявиться при случае столь же блистательно, независимо от того, надето ли на нас домашнее платье или боевые доспехи, находитесь ли вы у себя дома или в военном лагере, опущена ли ваша рука или занесена для удара.

В каждом государстве жажда славы растёт вместе со свободой подданных и уменьшается вместе с ней: слава никогда не уживается с рабством.

Гнусное и бессмысленное занятие — без конца заниматься своими деньгами, находя удовольствие в их перебирании, взвешивании и пересчитывании! Вот, поистине, путь, которым в нас тихой сапой вползает жадность.

В голландских сказках добро всегда курит зло.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Когда судят об отдельном поступке, то, прежде чем оценить его, надо учесть разные обстоятельства и принять во внимание весь облик человека, который совершил его.

Всякое убеждение может быть достаточно сильным, чтобы заставить людей отстаивать его даже ценой жизни.

Государственные дела требуют более смелой морали.

Человек со свободным выбором может отказаться от свободного выбора.

Будемте остерегаться, чтобы старость не наложила больше морщин на нашу душу, чем на наше лицо.

Человек должен делать выбор. В этом и состоит его сила — в могуществе его решений.

Так много зла делается в мире во имя братства, что будь у меня родной брат, я бы назвал его двоюродным.

Кошки выбирают вас, вы никогда не владеете ими.

Китайцы говорят: «Никогда не зли доброго — последствий не знаете ни ты, ни он».

Если жёны и любят созерцать своих мужей спереди, то не должны ли они, если потребуется, столь же охотно смотреть им в спину?

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Не достигнув желаемого, они сделали вид, что желали достигнутого.

Когда мы говорим, что страшимся смерти, то думаем прежде всего о боли, её обычной предшественнице.

Бич человека — это воображаемое знание.

Кто попал далее цели, так же точно промахнулся, как и тот, кто не попал в цель.

Вкус пищи знает тот, кто ест; ответить может лишь тот, кого спрашивают; сны видит лишь тот, кто спит; а для злодея наилучшим примером служит судья, сам достойный суда.

Для того чтобы обучить другого, требуется больше ума, чем для того чтобы научиться самому.

В начале всяческой философии лежит удивление.

Деньги — зло, если они чужие. Попадая к тебе, они сразу переходят на сторону добра.

Мы трудимся лишь над тем, чтобы заполнить свою память, оставляя разум и совесть праздными.

Истина не становится мудрее от своего возраста.

В общем же всё состряпанное мною здесь кушанье есть лишь итог моего жизненного опыта, который для всякого здравомыслящего человека может быть полезен как призыв действовать совершенно противоположным образом.

Мера жизни не в её длительности, а в том, как вы её использовали.

Добрый человек свободен, даже если он раб; злой человек — раб, даже если он король.

Если ты добр с животными, они будут любить тебя до конца жизни. Если ты добр с человеком, то никто не знает, что из этого выйдет.

Душа извлекает для себя пользу решительно из всего. Даже заблуждения, даже сны — и они служат её целям: у неё всё пойдёт в дело, лишь бы оградить нас от опасности и тревоги.

Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.

Любой человек может сказать нечто соответствующее истине, но выразить это красиво, разумно, немногословно смогут не столь уж многие. Вот почему меня раздражает не сказанное неверно по незнанию, а неумение сказать это хорошо.

Ваш дом всегда будет благословлен любовью, смехом и дружбой, если у вас есть кошка.

Между одними людьми и другими дистанция гораздо большая, чем между некоторыми людьми и животными.

Деревья — и те как будто издают стоны, когда им наносят увечья.

Любовь — неистовое влечение к тому, что убегает от нас.

Величие победы измеряется степенью её трудности.

Весло, погруженное в воду, кажется нам надломленным. Таким образом, важно не только то, что мы видим, но и как мы это видим.

Никогда не оставляй в живых того, кто сделал тебе добро, чтобы ни у кого не быть в долгу.

Глупость и разброд в чувствах — не такая вещь, которую можно исправить одним добрым советом.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

Выбор, сделанный в гневе, невозможно исправить.

Доброта и скромность — вот два качества, которые никогда не должны утомлять человека.

Мы не столько освобождаемся от наших пороков, сколько меняем их на другие.

Лучшее государственное устройство для любого народа — это то, которое сохранило его как целое.

Игры детей — вовсе не игры, и правильнее смотреть на них как на самое значительное и глубокомысленное занятие этого возраста.

Когда творишь добро, тебя перестаёт грызть совесть и начинает душить жаба.

Люди ничему не верят так твёрдо, как тому, о чём они меньше всего знают.

Мнения наши перерастают одно в другое: первое служит стеблем для второго, второе для третьего. Так мы и поднимаемся со ступеньки на ступеньку. И получается, что тому, кто залез выше всех, часто выпадает больше чести, чем он заслужил, ибо, взобравшись на плечи предыдущего, он лишь чуточку возвышается над ним.

Мы всегда знаем, какой путь является самым лучшим, но следуем по наиболее привычному.

Во мне постоянно борются Добро и Зло, но все время побеждает Придурь.

Лучшие души — те, в которых больше гибкости и разнообразия.

Желание того, чего у нас нет, разрушает пользование тем, что у нас есть.

Вы говорите, из двух зол? Тоже мне ассортимент!

Вы можете иметь в жизни всё, что хотите, если вы будете просто помогать другим людям, давая то, о чём они мечтают.

Истинное достоинство подобно реке: чем она глубже, тем меньше издаёт шума.

Женщины нисколько не виноваты в том, что порою отказываются подчиняться правилам поведения, установленным для них обществом, — ведь эти правила сочинили мужчины, и притом безо всякого участия женщин.