Бедствия

Деревья — и те как будто издают стоны, когда им наносят увечья.

Красноречие, отвлекая внимание на себя, наносит ущерб самой сути вещей.

Бывают люди, которые поправляются от одного вида лекарств.

Игры детей — вовсе не игры, и правильнее смотреть на них как на самое значительное и глубокомысленное занятие этого возраста.

Милый Изенька, я долго пожил на этом свете и хочу таки Вам заметить, шо принять женщину такой, какая она есть, может, разве что, земля.

Мы не привыкли искать высшего нашего удовлетворения в душе и ждать от неё главной помощи, несмотря на то, что именно она — единственная и полновластная госпожа и нашего состояния, и нашего поведения.

В общении с людьми ум человеческий достигает изумительной ясности.

Если жёны и любят созерцать своих мужей спереди, то не должны ли они, если потребуется, столь же охотно смотреть им в спину?

Мы трудимся лишь над тем, чтобы заполнить свою память, оставляя разум и совесть праздными.

Воспринимать трудности, неудачи и печали в жизни как вызов, принимая и парируя который мы становимся сильнее, а не как несправедливое наказание, которого мы не заслуживаем, — требует веры и мужества.

Когда наукой пользуются, как должно, это самое благородное и великое из достижений рода человеческого.

Гнусное и бессмысленное занятие — без конца заниматься своими деньгами, находя удовольствие в их перебирании, взвешивании и пересчитывании! Вот, поистине, путь, которым в нас тихой сапой вползает жадность.

Вожделение, испытываемое нами к женщине, направлено лишь к стремлению избавиться от мучения, порождаемого пылким и неистовым желанием.

Если я лгу, я оскорбляю себя в большей мере, чем того, о ком солгал.

Массе свойственны глупость и легкомыслие, из-за которых она позволяет вести себя куда угодно, завороженная сладостными звуками красивых слов и не способная проверить разумом и познать подлинную суть вещей.

Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.

Когда Бог дарит тебе подарок, он обязательно завернёт его в проблему.

Легче всего создаются трудности.

Картина стольких государственных смут и смен в судьбах различных народов учит нас не слишком гордиться собой.

Мы не можем обойтись без брака, и вместе с тем мы его принижаем. Здесь происходит то же, что наблюдается возле клеток: птицы, находящиеся на воле, отчаянно стремятся проникнуть в них; те же, которые сидят взаперти, так же отчаянно стремятся выйти наружу.

Истинное достоинство подобно реке: чем она глубже, тем меньше издаёт шума.

Для того чтобы обучить другого, требуется больше ума, чем для того чтобы научиться самому.

Будемте остерегаться, чтобы старость не наложила больше морщин на нашу душу, чем на наше лицо.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

Доблесть, которою так жаждут прославиться, может проявиться при случае столь же блистательно, независимо от того, надето ли на нас домашнее платье или боевые доспехи, находитесь ли вы у себя дома или в военном лагере, опущена ли ваша рука или занесена для удара.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага, и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили её.

Если бы мне было дано вытесать себя по своему вкусу, то нет такой формы — как бы прекрасна она ни была, — в которую я желал бы втиснуться, с тем чтобы никогда уже с нею не расставаться.

Жизнь — это кросс, в котором каждый стремится вырваться вперёд, чтобы прийти к финишу последним.

Достойно похвалы деяние, а не сам человек.

Душа извлекает для себя пользу решительно из всего. Даже заблуждения, даже сны — и они служат её целям: у неё всё пойдёт в дело, лишь бы оградить нас от опасности и тревоги.

Если бы человек хотел быть только счастливым, то это было бы легко, но всякий хочет быть счастливее других, а это почти всегда очень трудно, ибо мы обыкновенно считаем других счастливее, чем они есть на самом деле.

Бич человека — это воображаемое знание.

Для решения проблемы дураки подбирают ключи, умные пользуются отмычкой, а мудрые – дураками и умными.

Если учителя просвещают своих многочисленных учеников, преподнося им всем один и тот же урок и требуя от них одинакового поведения, хотя способности их вовсе не одинаковы, то нет ничего удивительного, что среди огромной толпы детей найдётся всего два или три ребёнка, которые извлекают настоящую пользу из подобного преподавания.

Женщины нисколько не виноваты в том, что порою отказываются подчиняться правилам поведения, установленным для них обществом, — ведь эти правила сочинили мужчины, и притом безо всякого участия женщин.

Если у тебя есть проблема, попробуй её решить. Не можешь её решить, тогда не делай из этого проблемы.

Алкоголь не решит ваших проблем. Впрочем, как и молоко.

Кто попал далее цели, так же точно промахнулся, как и тот, кто не попал в цель.

Когда судят об отдельном поступке, то, прежде чем оценить его, надо учесть разные обстоятельства и принять во внимание весь облик человека, который совершил его.

Лучшее государственное устройство для любого народа — это то, которое сохранило его как целое.

— Пап, чем отличается ум от хитрости?
— Ум позволяет решать сложные проблемы, а хитрость позволяет их обходить.
— А что лучше?
— Мудрость. Она позволяет не вмешиваться не в своё дело.

Лучшие души — те, в которых больше гибкости и разнообразия.

Кто ниспровергает законы, тот грозит самым добропорядочным людям бичом и верёвкой.

Если вы способны смеяться над своими бедами, у вас всегда будет повод посмеяться.

Истина не становится мудрее от своего возраста.

Мы не столько освобождаемся от наших пороков, сколько меняем их на другие.

Между одними людьми и другими дистанция гораздо большая, чем между некоторыми людьми и животными.

Государственные дела требуют более смелой морали.

Мы берём на хранение чужие мысли и знания, только и всего. Нужно, однако, сделать их собственными.

Я не такой уж умный, просто я остаюсь с проблемами дольше других.

Застарелое и хорошо знакомое зло всегда предпочтительнее зла нового и неизведанного.

Скромность умерла, когда родилась одежда.

Когда философ Диоген нуждался в деньгах, он не говорил, что одолжит их у друзей; он говорил, что попросит друзей возвратить ему долг.

Тщеславие человека бывает источником величайших его бедствий.

В природе нет ничего бесполезного.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Кто заражён страхом болезни, тот уже заражён болезнью страха.

Всё в человеке идёт вместе с ним в гору и под гору.

Жизнь — это медленное сползание бирочки с руки на ногу...

Только рискуя честью, можно стремиться к почестям.

Правительство — не решение ваших проблем, правительство — одна из этих проблем.

Ничто не вечно. Даже плохой день длится всего 24 часа.

Для путешествия по загробной жизни в белых тапочках ноги не нужны...
Да и приходит в мир человек головой вперед, потому шо ногами пользоваться не умеет.

Мера жизни не в её длительности, а в том, как вы её использовали.

Люди ничему не верят так твёрдо, как тому, о чём они меньше всего знают.

Высокомерие складывается из чересчур высокого мнения о себе и чересчур низкого о других.

Не достигнув желаемого, они сделали вид, что желали достигнутого.

Мы рождаемся с криком, умираем со стоном. Остаётся только жить со смехом...

Если хочешь излечиться от невежества, надо в нём признаться.

Любой человек может сказать нечто соответствующее истине, но выразить это красиво, разумно, немногословно смогут не столь уж многие. Вот почему меня раздражает не сказанное неверно по незнанию, а неумение сказать это хорошо.

Желание того, чего у нас нет, разрушает пользование тем, что у нас есть.

Мнения наши перерастают одно в другое: первое служит стеблем для второго, второе для третьего. Так мы и поднимаемся со ступеньки на ступеньку. И получается, что тому, кто залез выше всех, часто выпадает больше чести, чем он заслужил, ибо, взобравшись на плечи предыдущего, он лишь чуточку возвышается над ним.

Глупость и разброд в чувствах — не такая вещь, которую можно исправить одним добрым советом.

У всех проблем одно начало.
Сидела женщина.. Скучала…

Вечная проблема: голоден — хочется есть, сыт — не хочется работать!

Вместо того чтобы стремиться узнать других, мы хлопочем только о том, как бы выставить напоказ себя, и наши заботы направлены скорее на то, чтобы не дать залежаться своему товару, нежели чтобы приобрести для себя новый.

Если сейчас уйти от задачи, то потом она настигнет в виде проблемы.

Весло, погруженное в воду, кажется нам надломленным. Таким образом, важно не только то, что мы видим, но и как мы это видим.

В каждом государстве жажда славы растёт вместе со свободой подданных и уменьшается вместе с ней: слава никогда не уживается с рабством.