Победа

Нет наставницы более немилосердной и коварной, чем наша привычка. Мало-помалу, украдкой забирает она власть над нами, но, начиная скромно и добродушно, она с течением времени укореняется и укрепляется в нас, пока наконец не сбрасывает покрова со своего властного и деспотического лица, и тогда мы не смеем уже поднять на неё взгляд.

Демократия начинается с выборов и кончается с ними же.

Кто боится страдания, тот уже страдает от боязни.

Подобно тому как растения чахнут от чрезмерного обилия влаги, а светильники — от обилия масла, так и ум человеческий при чрезмерных занятиях и обилии знаний, загроможденный и подавленный их бесконечным разнообразием, теряет способность разобраться в этом нагромождении и под бременем непосильного груза сгибается и увядает.

В Гренландии холодно, а в Иране жарковато — так что «политическая температура» на Земле в среднем бархатная.

Государство пошло навстречу. Никто не увернулся!

Народ безмозглствует.

Мы трудимся лишь над тем, чтобы заполнить свою память, оставляя разум и совесть праздными.

Мы берём на хранение чужие мысли и знания, только и всего. Нужно, однако, сделать их собственными.

Мы не столько освобождаемся от наших пороков, сколько меняем их на другие.

Отдельная личность не обязана быть мудрее целой нации.

В начале всяческой философии лежит удивление.

Мы не привыкли искать высшего нашего удовлетворения в душе и ждать от неё главной помощи, несмотря на то, что именно она — единственная и полновластная госпожа и нашего состояния, и нашего поведения.

Мы не можем обойтись без брака, и вместе с тем мы его принижаем. Здесь происходит то же, что наблюдается возле клеток: птицы, находящиеся на воле, отчаянно стремятся проникнуть в них; те же, которые сидят взаперти, так же отчаянно стремятся выйти наружу.

Чак Норрис настолько крут, что выиграл в теннис у бетонной стены.

Армагеддон — битва чистых и нечистых.
А кто был чистый — скажут победители!

Лучшие души — те, в которых больше гибкости и разнообразия.

Существенным препятствием для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

Прежде всего нужны факты, а уж потом их можно перевирать.

С каждым днём всё больше и больше наблюдаю за тем, как рост всенародного одобрения уже в телевизор не помещается.

Женщины нисколько не виноваты в том, что порою отказываются подчиняться правилам поведения, установленным для них обществом, — ведь эти правила сочинили мужчины, и притом безо всякого участия женщин.

Чтобы побудить людей строить светлое будущее, необходимо сначала убедить их в том, что прошлое было тёмным.

Застарелое и хорошо знакомое зло всегда предпочтительнее зла нового и неизведанного.

Обвинениям в адрес самого себя всегда верят, самовосхвалению — никогда.

Плохо, что Конституция женского рода. Все её слабости на виду.

Когда у нас нет настоящих болезней, наука награждает нас придуманными ею.

Бич человека — это воображаемое знание.

Если хочешь излечиться от невежества, надо в нём признаться.

Полное согласие — свойство для беседы весьма скучное.

После тех лиц, которые занимают самые высокие посты, я не знаю более несчастных, чем те, что им завидуют.

Сторонники капитализма склонны апеллировать к священным принципам свободы, которые воплощены в этой идее: удачливые не должны быть сдержанны в осуществлении тирании над несчастными.

Нет худшего рабства, чем рабство тех, кто научился любить свои оковы.

Наружность мужчины служит весьма малым ручательством за него, но тем не менее, она представляет нечто значительное.

Игры детей — вовсе не игры, и правильнее смотреть на них как на самое значительное и глубокомысленное занятие этого возраста.

Жениться, ничем не связывая себя, — предательство.

Деревья — и те как будто издают стоны, когда им наносят увечья.

Желание того, чего у нас нет, разрушает пользование тем, что у нас есть.

По законам Спарты, нашу новорожденную демократию выкинули бы в пропасть.

Назовите мне какое-нибудь самое чистое и выдающееся деяние, и я берусь обнаружить в нём, с полным правдоподобием, полсотни порочных намерений.

Ни то, что предшествует смерти, ни то, что за ней следует, не является её принадлежностью.

Кто попал далее цели, так же точно промахнулся, как и тот, кто не попал в цель.

Будемте остерегаться, чтобы старость не наложила больше морщин на нашу душу, чем на наше лицо.

Проигрывать надо достойно, а выигрывать можно, как угодно.

Привычка терпеливо трудиться — это то же, что привычка терпеливо переносить боль.

Признаваться в незнании — одно из лучших и вернейших доказательств наличия разума.

Красноречие, отвлекая внимание на себя, наносит ущерб самой сути вещей.

Не достигнув желаемого, они сделали вид, что желали достигнутого.

Почтительность, которою окружает ребёнка челядь, а также его осведомлённость о богатстве и величии своего рода являются немалыми помехами в правильном воспитании детей.

Гнусное и бессмысленное занятие — без конца заниматься своими деньгами, находя удовольствие в их перебирании, взвешивании и пересчитывании! Вот, поистине, путь, которым в нас тихой сапой вползает жадность.

Когда философ Диоген нуждался в деньгах, он не говорил, что одолжит их у друзей; он говорил, что попросит друзей возвратить ему долг.

Лучший агитатор это успех. На экономическом, политическом, военном, спортивном и т.д. И первым безусловно идёт экономический фронт. Все остальные — производные. Бытие определяет сознание.

Если я лгу, я оскорбляю себя в большей мере, чем того, о ком солгал.

Истинно великий не может быть жадным.

Свободная печать бывает хорошей или плохой, это верно.
Но ещё более верно то, что несвободная печать бывает только плохой.

Если жёны и любят созерцать своих мужей спереди, то не должны ли они, если потребуется, столь же охотно смотреть им в спину?

Если женщина не сдаётся, она побеждает. Если сдаётся, диктует условия победителю.

Бывают люди, которые поправляются от одного вида лекарств.

Всё в человеке идёт вместе с ним в гору и под гору.

Глупость и разброд в чувствах — не такая вещь, которую можно исправить одним добрым советом.

В общем же всё состряпанное мною здесь кушанье есть лишь итог моего жизненного опыта, который для всякого здравомыслящего человека может быть полезен как призыв действовать совершенно противоположным образом.

Кто заражён страхом болезни, тот уже заражён болезнью страха.

В общении с людьми ум человеческий достигает изумительной ясности.

Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага, и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили её.

Описывать прошлое — меньший риск, чем описывать настоящее, ибо в этом случае писатель отвечает только за точную передачу заимствованного им у других.

Благоразумию также свойственны крайности, и оно не меньше нуждается в мере, чем легкомыслие.

Россия — это сплошное место для подвигов.

В природе нет ничего бесполезного.

Нельзя полагаться на те доходы, которые мы только надеемся получить, какими бы верными они нам не казались.

Мы не в силах придумать человеку лучшую похвалу, чем сказав, что он одарён от природы.

Депутат — это тот, кто заботится о моём благополучии, но растёт оно только у него.

Опасное дело — нападать на человека, у которого осталось только одно средство спасения — оружие, ибо необходимость — жестокая наставница.

В войне со здравым смыслом у этого мира нет шансов.

Вожделение, испытываемое нами к женщине, направлено лишь к стремлению избавиться от мучения, порождаемого пылким и неистовым желанием.

Всякое убеждение может быть достаточно сильным, чтобы заставить людей отстаивать его даже ценой жизни.

Вам меня не победить, потому что я не соревнуюсь.

Кто ниспровергает законы, тот грозит самым добропорядочным людям бичом и верёвкой.

Покопайся каждый из нас хорошенько в себе, и он обнаружит, что самые сокровенные его желания и надежды возникают и питаются по большей части за счёт кого-нибудь другого.

Нет такой уловки или приёма в пользовании оружием во время боя, которые мы сочли бы дурными, лишь бы они помогли отразить направленный на нас удар.