Телеграмма

СССР.
— Рабинович дома?
— Он на даче...
— Как, он купил дачу?
— Нет, он на даче показаний.

— Сонечка, где вы пропали?! Я же переживаю! А вдруг у вас всё хорошо...

— Абрам, скажите, у Вас жена гражданская?
— Я так думаю, что моя Софочка, скорее, Великая Отечественная.

Экскурсия по Нью-Йорку. Экскурсовод обращаясь к группе туристов из Одессы:
— А сейчас, мы с вами, пройдём мимо некогда известного и популярного в здешних краях борделя.
Возмущённый мужской голос из толпы:
— Извините! А почему это мы пройдём мимо?

Одесса. Привоз.
— Скажите, килограмм ваших помидоров в мой кулёк влезет?
— Мой килограмм — влезет.

— Абрам, вы должны мне сотню долларов!
— Я знаю. Завтра, с самого утра…
— Завтра, завтра! Я уже знаю твое «завтра»! На прошлой неделе ты сказал, что не сможешь отдать, в прошлом месяце ты тоже сказал, что не сможешь отдать. В прошлом году ты тоже…
— И шо? Я хоть раз не сдержал слово?!

Парикмахерская в Одессе. Заходит пожилой еврей.
— Милочка, подстригите таки мене ногти, пожалуйста!
— Дедушка, у нас парикмахерская! Мы подстригаем только волосы.
— Хорошо. Тогда подстригите мене волосы, а я туда пальцы подсуну.

Спустя год после свадьбы к свату приходит бывший жених, а ныне муж:
— Слушайте, я так счастлив, что именно вы выбрали мне жену!
— Почему?
— Видите ли, я бы умер от одной только мысли что я её выбрал сам.

— Абрам, почему у тебя в квартире пахнет розами?!
— Роза, я же говорил тебе помойся! Ты пахнешь на всю квартиру!

— У нас почему-то принято ругать евреев, масонов. Знаете, шо я вам за это скажу? Мне ещё ни один масон в подъезде не нагадил.

Одесский ипподром. Первый заезд — мимо, второй — мимо, третий — такой же. Тут Семён уже не выдерживает, подрывается с места, бросает свою кепку на пол и в порыве гнева выдает:
— Это шо лошади?!! Это же бл##и! Вот у Жоры на даче были бл##и, — так то лошади!!!!!

Маленький Абрам интересуется у своего отца:
— Папа, что такое пролетарский интернационализм?
— Точно не знаю, сынок, но ехать НАДО.

Циля, и где вы пропали? Я же переживаю... Вдруг у вас все хорошо...

— Какой строительный инструмент самый популярный в Израиле?
— Болторез.

— Абрам, ты слушал вчера выступление президента в Раде?
— О да, замечательная речь!
— И шо он сказал, если отбросить пустые обещания и брехню?
— Тогда таки ничего...

Когда маленького Самуила начали бить в детском лагере, его родители не стали сидеть сложа руки. Они застраховали его здоровье и жизнь и записали ещё на две смены...

Один хасид влюбился в русскую девушку. Состриг пейсы, сменил сюртук на изящный костюм, отпустил маленькие усики, купил букет цветов и отправился на свидание. Тут выскочила из-за угла машина и сбила его. Когда он предстал перед Богом, то обратился к нему с жалобным упреком:
— Господи! За что? Я же так в тебя верил! Соблюдал все твои заповеди!
И услышал в ответ: — Мойша, это ты? А я тебя не узнал!

— Абрам, наш сын Семён будет скрипачом.
— Но у него же совсем нет слуха!
— Слух-то тут причём, вообще? Он будет играть. Слушать будут другие.

В Одессе сгорело здание прокуратуры.
Абрам звонит в прокуратуру:
— Это правда, шо несколько часов назад сгорело ваше главное здание?
— Да, правда.
Спустя пять минут:
— Это правда, шо ваше главное здание уже полностью сгорело?
— Сгорело, сгорело, мы же вам уже сказали.
Спустя пять минут опять звонит:
— Говорит Абрам. Правда, что сгорело ваше…
Дежурный:
— Что вы всё звоните?! Я же вам уже сказал что сгорело!
— А может, мне таки это приятно слышать…

Абрам говорит своей жене Саре:
— Сара, а ты знаешь, проанализировав долгие годы нашей совместной с тобой жизни, я пришёл к выводу, что мы с тобой, как две параллельные прямые...
Сара призадумавшись:
— Это как?
— То, что мы с тобой пересеклись — это ошибка.

После того как в синагогу ворвался нееврей с ножом, решено установить жёсткий пейс-контроль.

— Фима, ты мине изменял за 50 лет совместной жизни?
— Да, Сарочка, было раз, когда ты болела…
— Шо? А когда это я так болела, шо… аж лежать не могла?!

В Одессе умирает старый еврей. Близкие шлют телеграмму в Израиль: «Изя всё». Вскоре приходит ответная телеграмма: «Ой».

— С моим Абрамом абсолютно невозможно совместно проживать!
— Ой, так разведитесь!
— Ещё чего! Он мне жизнь испортил, а я его должна осчастливить?!

Письмо из Тель-Авива в Одессу:
«Сынок, высылаем тебе 20 долларов, как ты и просил... Но хотим напомнить, что 20 долларов пишется не с тремя нулями, a с одним!».

На юбилее.
— Я очень извиняюсь, Абрам, а Вы кем доводитесь юбилярше?
— Любовником... От первого брака...

— Мытьё посуды ущемляет мое мужское достоинство!
— Сема, я тебя умоляю, таки мой её руками!

Праздник, за столом большая семья. Первой слово берет Сара.
— Эти слова я хочу сказать своему мужу «Абрам — ты лучший!».
И тут Абрам — таки понял, что где-то были соревнования.

— Софа, я пока не готов на вас жениться, но уже могу сделать первый взнос в счёт уплаты супружеского долга.

Урок литературы. Учительница:
— Ну вот, дети, мы прочитали рассказ Чехова «Ванька». Вы понимаете, что сейчас дети такие письма не пишут.
Поднимается Верочка:
— А вот и нет. Я сама вчера видела, как Изя Рабинович писал на уроке:
«Дорогой дедушка Соломон Моисеевич, забери меня отсюда...»

— Хаим Абрамович, дорого ли вам обходятся уроки вашего Изи на скрипке?
— Совсем наоборот. Они помогли мне за полцены приобрести соседскую квартиру.

В купе поезда едут русский, еврей и чукча.
Утро. Русский проснулся с глубокого бодуна, пошарил в карманах — денег только сто рублей (на опохмел не хватит). Тут он замечает, что чукча прикрывает своей паркой мешок с деньгами. Он говорит чукче:
— Чукча, а давай в загадки сыграем! Отгадаешь — я тебе сотню, не отгадаешь — ты мне!
— Давай, однако! — соглашается чукча.
Русский загадывает:
— Красный и круглый! Кто это?
— Олень?
— Нет!
— Тюлень?
— Нет!
— Тогда сдаюсь!
— Это помидор!
— Правда, помидор, однако! — и отдаёт русскому сотню.
Русский, держа в руке двести рублей:
— Чукча, а давай ещё раз сыграем! Отгадаешь — я тебе двести рублей, не отгадаешь — ты мне двести!
— Давай!
— Два красных и круглых! Кто это?
— Олень?
— Нет!
— Тюлень?
— Нет!
— А что тогда?
— Два помидора!
— Однако, правда, два помидора! — и отдаёт русскому двести рублей.
Русский отправляется в вагон-ресторан.
Спустя пару часов он возвращается и слышит из‑за дверей своего купе голос еврея:
— Таки пятьдесят шесть круглых красных?

Беседуют две одесситки. Одна:
— Ой, Софа Соломоновна! Вчера в кармане у своего Абрама я нашла трусы, сегодня — лифчик...
— Фирочка, таки, не создавай сразу шторма! Жди, когда этот подлец притащит шубу...

— Семён Маркович, скажите, а почему внутренние органы не чешутся?
— Это у вас юридический вопрос или анатомический?

Ночью в поезде.
Голос с соседней полки:
— Мамаша, ну, сколько же можно: «Сёма, пись-пись, Сёма, пись-пись!»???
— А шо я могу таки сделать? Ребёнок никак пописать не может сходить!
— Зато я уже 10 раз сбегал!

Вовочка интересуется у отца:
— Пап, а как будет правильно «какаЕшь» или «какаИшь»?
— По правилам — «какаЕшь». А зачем тебе это, сынок?
— Да вот, письмо однокласснице пишу.
— ???
— Ну, я решил начать своё письмо так: — Какаишь ты красивая!

Израильские учёные открыли стрельбу.

— Соня, а ты смотрела «Секс в большом городе»?
— Нет, я таки пробовала.

— Хаим, а шо, правда, шо ты бандитам отдал все драгоценности и деньги?
— Таки да... Они вставили в зад паяльник, а на пузо утюг, и подключили к току!
— И ты таки сразу отдал?
— А шо, ждать пока за свет накрутит?

Абрам приходит к адвокату:
— Я хочу подать жалобу в суд на Хаима. Он обозвал меня носорогом.
— И где это произошло?
— В кафе.
— Когда?
— Полгода назад.
— И вы пришли с этим только сейчас?
— Ну да. Вчера я был в зоопарке и впервые увидел носорога.

— У меня всё хорошо, мне нечем вас порадовать...

СССР. Одесса.
Мужчина приходит устраиваться на работу. Побеседовал с начальником — всё вроде нормально.
Потом начальник спрашивает:
— А кто вы по национальности?
— Еврей.
— О, нет. Мы вас взять на работу не можем.
Еврей возмущается:
— На каком основании?! Да это же антисемитизм.
— Ну чего нам вас брать, ведь вы всё равно скоро уедете из страны.
— Да никуда я не собираюсь уезжать!
— Тем более не возьму. Таких дураков у нас самих хватает.

— Как называется еврейский город на юго-востоке Москвы?
— Обрязань.

Старинная еврейская народная мудрость: На халяву — все кошерно.

— Абрам, ты храпишь!
— Я не храплю. Мне таки снятся мотоциклы.

— Вот, например, Цукерберг. Есть чему у него поучиться!
— У какого Цукерберга?
— Да у любого Цукерберга!

— Софочка, хотите пойти со мной в музей?
— Абрам! Вы шо, слово «рэсторан» не выговариваете?

Одесса. На почте:
— Посмотрите, мне должно прийти письмо.
— Да? И откуда?
— Из Москвы.
— Да? А от кого?
— От мамы.
— Да? И шо она пишет?

Пожилой Абрам Самуилович уже столько отложил себе на чёрный день, что таки ждал его с большим нетерпением...

Какие всё-таки бывают замечательные еврейские фамилии. Например: Райхер — сочетает и стремление к идеалу, и недостижимость оного.

Фима (шутливо):
— И в кого это наш сынуля, Абраша, такой красивый? Неужто в меня?
Сара (задумчиво):
— В принципе не исключено…

— Абрам, вы куда идете и что у вас в этой большой сумке?
— Грязная туалетная бумага.
— Куда же вы её несете?
— В химчистку.

Как говорит тётя Соня: Один раз замуж выходят только ленивые...

— Соня Марковна, танцуйте, Вам письмо!
— А шо в письме?
— Счёт за ЖКХа.
— Ну тогда станцую стриптиз — всё равно таки сейчас без трусов останусь!

Исследования показывают: японцы чаще всего сидят на циновках, англичане на стульях, американцы — на диванах, русские — на нарах, а евреи — на чемоданах.

Одесса, Привоз:
— Мадам, сколько стоит ваша курица?
— Двадцать гривен.
— А так, шоб я не думал за вас плохо?

— Сара, золотце моё, ты куда собираешься?
— На Привоз пойду.
— Но у нас таки всё есть!
— Ха-ха! А поругаться?

— Фима, что ты думаешь о интимной близости?
— Ой, Моня, не морочь мне голову! У меня семеро детей — мне некогда заниматься теорией!

Подслеповатая старая дева тётя Фира приходит в «Магазин для взрослых» и скромно так просит продавца:
— Заверните-ка мне, пожалуйста, вон тот белый, чёрный и красный фаллоимитаторы.
Продавец:
— Вот вам белый, вот чёрный — это вибраторы, а огнетушители, извините, мы не продаём.

— Жора, вот тебе стул и тряпочка...
— Роза, я шото не понял?!...
— Шо ты не понял шлемазл? Таки сядь и помалкивай!..

Поздний вечер. Двор одного из многоквартирных домов. Абрам, заметно нервничая, время от времени — поглядывает на часы и расхаживает то в зад, то в перёд. Сосед по лестничной клетке, стоя на балконе, замечает нервничающего Абрама и обращается к нему прямо с балкона:
— Абрам, ты чего такой нервный.
— Да, за Сару переживаю.
— А чего с ней?
— С ней мой автомобиль!

В графе «Семейное положение» Сара Моисеевна написала:
«Таки довыпендривалась!»...

Мой внутренний Моисей постоянно выводит людей из себя.

— Абрам, наша тётя Софа снова выходит замуж!
— В четвертый раз?! Ну, она, как дерево, — каждый год новое кольцо..

— Шото ви, Ривочка, перестали за собой следить!
— А я себя таки ни в чем не подозреваю.

— Были фараоны и евреи. Фараоны вымерли, евреи остались. Были инквизиторы и евреи. Инквизиторы вымерли, евреи остались. Были нацисты и евреи. Нацисты вымерли, евреи остались. Ну а дальше были коммунисты и евреи...
— Ты что хочешь сказать?
— Да ничего, просто евреи выйграли финал...

Абрам жене по телефону:
— Сара, извини, не могу говорить. Я сейчас в отделении полиции. Когда вернусь, всё объясню.
— А когда тебя ждать?
— Лет через пять, наверное.

— Моня, дорогой! Когда уже ты перестанешь тратить на меня своё время и начнёшь тратить свои деньги?

— Так, Абрам, немедленно замолчи!
— Но Сонечка, я и так молчу, как рыба...
— Таки ты думаешь всякие дурные мысли. И это меня раздражает!

— Хорошо, когда всё хорошо...
— Да. Когда всё хорошо — это хорошо.

Еврей продает дачу.
Покупатель:
— Это и есть тот самый «приличный садовый участок», шо вы продаете? Вы издеваетесь? Да в нем же десять шагов в длину и десять в ширину!
— Таки да, но посмотрите какая роскошная высота...

Киборг, следящий за порядком в синагоге — ребе-коп.

— Розочка, Как вы относитесь к любви втроем?
— Знаете Абрам, если я захочу разочаровать двух человек одновременно — таки я просто заеду погостить к родителям.

Как говорит опытная Циля Абрамовна, умную женщину мужчина почти не ощущает на своей шее...

— Абрам, твоя любимая жена, меня очень сильно оскорбила!
— Мама, что такое? Её даже в городе нет.
— Абрам, в городе её нет, но она прислала тебе письмо, а в самом низу там написано – «Сара Моисеевна, когда уже начитаетесь, не забудьте отдать это письмо Абраму».

Встречаются Изя и Абрам. Изя грустный, Абрам задумчивый.
Изя:
— Вчера моя любимая собака умерла.
Абрам:
— Моя тёща тоже...
— Шо, умерла?
— Нет, тоже собака...

Еврей проходит мимо тюрьмы и видит там своего соседа:
— Абрам, что ты тут делаешь?
— Сижу..
— А что ты сегодня будешь кушать?
— Чёггный хлеб и воду..
— Абрам, господи ты мой, ты что не мог это кушать дома?