Принято ругать

Евреи никогда не выкладывают фотографии в интернет, их отпугивает кнопочка «Поделиться».

— Абрам, вы играете на рояле?
— Нет, а вы?
— Да.
— Что да?
— Тоже нет.

Приходят три иудея к православному священнику:
— Здравствуйте Батюшка. Мы хотим принять православие. Крестите нас.
Священник открывает святцы:
— Давайте имена подберём вам, ребята, православные. Как тебя зовут?
— Мойша.
— Будешь — Миша, Михаил! И однозвучно и однозначно! А тебя?
— Жоржик.
— Будешь Георгий! И однозвучно и однозначно! А тебя?
— Сруль.
—.... Будешь Акакий! Хоть не однозвучно, но однозначно!

— Скажите, ви не скажите…
— Ой, ви знаете, я не знаю.

— Моня, как вы думаете, Сара дождётся своего из армии?
— Вряд ли... Она его с работы не всегда дожидалась!

Умирает старый Абрам. Говорит жене Соне:
— Кованый сундук отдашь сыну.
— Лучше дочери.
— А я говорю — сыну!
— А я говорю — дочери!
— Соня, я таки не понял, кто из нас умирает, ты или я?!

— Розочка, ты таки знаешь, шо такое писк моды?
— Писк моды — это звук, который издает Изя, когда видит ценник на
модной вещи...

Старый еврей обучает молодого:
— В туалет нужно ходить на работе! Мало того, что ты экономишь на счётчиках и туалетной бумаге, так тебе ещё это время оплачивают!

Армия. Новобранцы роют окопы.
— Рабинович! Зачем ты так глубоко копаешь? Ты же так не увидишь неприятеля!
— А вы думаете-мне таки интересно на него смотреть?

— Нет ну вы подумайте: наш Абрам, совсем недавно, приобрёл себе персидский ковёр!
— И шо?
— Так он теперь всех, кто к нему приходит, заставляет обувь снимать.
— Это понятно: ковер-то новый.
— Да, но таки висит-то он на стене.

После того как в синагогу ворвался нееврей с ножом, решено установить жёсткий пейс-контроль.

— Сара! Сарааа!!! Мой сифилитик не у тебя?
Женщина на балконе в ужасе падает в обморок. На тот же балкон выскакивает разгневанный Абрам:
— Соня, ну сколько раз тебе повторять? Я не сифилитик, я ФИ-ЛА-ТЕ-ЛИСТ!!!

Абрам, зайдя в аптечный пункт, разглядывает витрину с контрацептивами. Аптекарша заприметив это, начинает демонстрировать Абраму противозачаточные средства:
— У нас в наличии имеются презервативы следующих видов: белые, чёрные и с рисунком Микки Мауса.
Абрам задумался:
— Белый — это чересчур банально, Микки Маус — это слишком несерьезно и слишком детское.
Решил остановить свой выбор на презервативах чёрного цвета. Приобрёл их и отправился домой к своей благоверной супруге — Соне. Несмотря на все принятые меры предосторожности, которые заключались в использовании презерватива чёрного цвета, жена Абрама забеременела и спустя девять месяцев на свет появился ребёнок. Всё бы ничего, но ребёнок родился чёрного цвета. Мальчика решили назвать Изей. Время шло и Изя становился всё старше и старше. И вот, придя однажды из школы, Изя спросил у отца:
— Папа, почему ты еврей, мама еврейка, а я негр?
Абрам в ответ:
— Радуйся Изя, шо ты таки не Микки Маус.

Абрам, абсолютно случайно, оказался в гостях на грузинской свадьбе.
Спустя некоторое время, он толкает в бок соседа по столу и говорит:
— Ой вей! Сколько раз гулял на свадьбах, и не разу не видел такой страшной невесты!
Разъяренный грузин:
— Э, зачем так говоришь? Это мой дочь! Если ты не возьмёшь свои слова обратно я тебя зарэжу!
Абрам сильно перепугавшись:
— ОЙ! Ради Бога простите меня, я и не знал, шо Вы отец этой чудной красавицы!
Грузин:
— Ну всэ, капэц тэбэ! Я его мать!

— И Вы, мадам, ни чуть не боитесь садиться таки в автомобиль к незнакомому мужчине?
— А шо такое, ви таки имеете, шо-то шоб меня напугать?

Израильский кнессет (парламент) вынес на обсуждение вопрос: «Можно ли отвечать вопросом на вопрос?». После двухнедельных дебатов было принято решение: «А почему бы и нет?»

Когда-то, над Чёрным морем был сбит российский самолет, летевший из Израиля.
Израильтяне:
— Мы таки ни при чем. Чтобы мы своих граждан, нет!
Русские:
— Экипаж наш, самолет наш, но мы не виноваты!
Украинцы:
— Полный жидов москальский самолет? Не-не, це не мы…

Жена, с угрозами, говорит мужу:
— Вот напишу на своей кровати, шо ты дурак, пусть вся Одесса знает!

— Мама, а Дедушка Мороз кладёт подарки под каждую ёлку?
— Да, Хаимчик, под каждую!
— Мама, а давай поставим три ёлки, а?!

Сима, поругавшись с Абрамом, в запале ссоры, кричит тому:
— Ну, если я по твоему корова, то ты таки — зоофил!

Два одесских приятеля.
— Привет, Боря! У меня новость — жена забеременела!
— Фима, и шо? Меня в тот день таки вообще в городе не было!

— Абрам, вы слышали последнюю новость: правительство таки начало жестокую борьбу с коррупцией!
— Ой, Хаим, я Вас умоляю! Судя по результатам — это просто тренировка. Максимум — дружеский спарринг.

— Таки у Абрама случился инсульт, левая сторона парализована, левая нога не работает, левая рука не работает..
— А, член?
— Успел направо перекинуть..

Плацебо — создаёт иллюзию лечения.
Ноцебо — создаёт иллюзию вреда.
Нацибо — создаёт иллюзию, что во всём виноваты евреи.

— Как ты поступишь первым делом, Абрам, если я подарю тебе на день рождения тысячу рублей?
— Таки первым делом я их пересчитаю.

К месту крупного ДТП подходит старый еврей и, видя пострадавших и раненых людей, спрашивает:
— Страховщики уже приехали?
— Нет.
— Ну тогда подвиньтесь, я с вами немного полежу.

— Шото ви, Ривочка, перестали за собой следить!
— А я себя таки ни в чем не подозреваю.

Чай можно спокойно заваривать и по восемь раз. На девятый — чаинки всплывают, чтобы посмотреть на этого жлоба...

— Ой, Софа! У вас что, на стенах на кухне тараканы!
— Нет. Это обои такие.
— Зачем это?
— А чтобы гости не засиживались.

— Ого! Это у тебя что, тараканы из этого блюдца едят?
— Да...
— А травить их не пробовал?
— Ну ты же знаешь, нам, евреям, проще договориться...

У еврея горит дом. Все вокруг мечутся, тушат пожар, и только сам хозяин стоит с безразличным видом, засунув руки в задние карманы.
Подбегает сосед:
— Абрам, твой дом горит, а ты стоишь!!
— А что я должен делать?
— Такое несчастье — да ты волосы на себе рвать должен!
— А может, я этим и занимаюсь?!

Уезжая в командировку, Абрам серьёзно ошибся, сказав жене на прощание не «До встречи», а «Ну, Сонечка Давай!».

В одесском трамвае разговор двух пассажиров:
— Как!? Ваша Дерибасовская только через две остановки!!! Мне сказали, что выходить нужно именно здесь!
— Простите, а вы в трамвае сидели или стояли?

— Сара, где ты нашла такое потрясающее брильянтовое колье?
— А я знаю?! Мой Изя уже два года под следствием об этом молчит, а вы спрашиваете меня?

Изю во дворе пацаны не трогали. Он мог запросто смычком от своей скрипочки обидчику горло перерезать.

— Соня Абрамовна, соседи удивляются, шо это вы с мужем второй день уже не ругаетесь?
— Мы с ним поссорились.

— Сонечка, почему ты разговариваешь со мной так, будто я идиот?
— Абрам, я говорю с тобой так, шобы тебе было понятно.

— Сара, сколько у Вас было мужей?
— Своих?

— Циличка, хотите херeс?
— Так срaзу?! Моня, давайтe хоть вина выпьeм!

— Софа, с каких это пор ты носишь мужские семейные трусы?
— С тех самых пор, Роза, как мой Абрам нашёл их под нашей кроватью.

Рабинович заходит в продуктовую лавку и спрашивает:
— Сколько стоит ветчина?
Едва он выходит на улицу, начинается гроза. Мощный удар грома сотрясает окрестности.
Рабинович поднимает взгляд к небу и примирительным тоном говорит:
— Что такое, даже спросить уже нельзя?

— Сара, у тебя хоть капля совести есть?!!
— Есть. Тебе шо, накапать?

— Ребе, а можно ли жениться в сорок с небольшим?
— Можно, но лучше — в тридцать и с большим.

— Дорогой, ты не видел моё бриллиантовое колье?
— Да у тебя его сроду не было...
— Вот именно!!!

Одессит звонит жене из Парижа:
— Сара, а шо, Мойшу обокрали?
— Нет...
— А шо ж Джоконда, которая у него на кухне висела, делает в Лувре?

Берлин, 1933 год. Египетский посол подвергся хулиганскому нападению из-за своей семитской внешности. Он показывает документы, и нацисты, которые на него напали, приносят свои извинения.
Один из них говорит:
— Знаете ли, евреев необходимо уничтожить!
— Не тешьте себя иллюзиями, — грустно отвечает египтянин. — Мы попытались это сделать ещё четыре тысячи лет назад...

У Абрама умерла жена. Идёт он в газету давать некролог. Спрашивает, какой будет самый дешёвый.
Ему объясняют, что чем меньше слов, тем дешевле. Он диктует:
«Сара умерла». Ему говорят, что можно добавить ещё два слова, а стоимость будет та же.
Итоговый вариант: «Сара умерла, продам Москвич».

Одесса, Привоз:
— Мадам, сколько стоит ваша курица?
— Двадцать гривен.
— А так, шоб я не думал за вас плохо?

Абрам в поисках свидетельства о браке:
— Сара, таки где эта бумаженция о моём тюремном заключении?
— Абрам, ша! Это же твой пожизненный абонемент на трёхразовое питание!

— Софа. Ты шо, заварила новый пакетик чая?
— Ну так на старом уже верёвочка давно стёрлась!
— А ты шо безрукая, пришить не могла?

Абрам Маркович получил на пейджер сообщение, от пейджинговой компании: «Идиот!!! Купи уже себе, наконец-то, мобильный телефон!!! Мы из-за тебя 15 лет закрыться не можем!!!».

— У меня всё хорошо, мне нечем вас порадовать...

Абрам думал, что Сарочка таки без ума от него. Оказалось, она была без ума и до него.

Маленький Изя, интересуется у бабушки:
— Бабушка, а у вас в Советском Союзе были еврейские радиопередачи?
— Конечно же были, «Пионерская зорька».
— А почему это она еврейская?
— Потому что начиналась в 7:40.

Сара Абрамовна однажды покрасилась в блондинку. А тем же вечером устроила скандал Додику: откуда в постели взялись чёрные волосы?

Встречаются Семён и Абрам.
— Абрам, я хочу серьезно поговорить за твоих родственников!
— Ну...
— Абрам,... твою мать, когда ты вернёшь мне мои 100$?

Одесса. Пляж. Маленький мальчик ползет на четвереньках по тёплому песку и подползает к лежаку, на котором лежит пожилая дородная одесситка. У неё на груди висит массивная золотая цепь.
Маленький мальчик, увидев яркое золотое ювелирное изделие, начинает тянуть к цепочке руки, в надежде на то, что бы поиграться с ней.
Одесситка (возмущенно):
— Когда-нибудь он таки сделает на мене налёт!

Тётя Роза получила конверт от почтальона отправленный ей дядей Рабиновичем. Созвав всех домочадцев и сообщив всем радостную новость, тётя Роза приступает к распечатыванию и прочтению присланного письма.
— Здравствуйте мои дорогие родственники. Очень приятно было получить от вас письмо, в котором вы просили выслать вам деньжат. У меня всё хорошо. Роза, высылаю тебе 500 рублей, как ты и просила. И да, на будущее 500 пишется с двумя нолями, а не с тремя.

Софе удалось прожить в счастливом браке около двадцати лет. На это у неё ушло четверо мужей.

— У вас контрацептивы кошерные есть?
— Конечно же, есть.
— А чем докажете, что ваши презервативы кошерные?
— Так они ж обрезанные!!

— Исаак Давидович, а шо вы делали, запершись в лаборантской с тремя молодыми ассистентками?
— Ничего такого.
— А шо тогда на вас кролик смотрит с таким уважением?

Разговаривают два еврея:
— Хаим! Я вчера иду домой и вижу возле дома открытый люк. Заглянул туда, а там кошелёк на дне лежит. По-быстрому сбегал в сарай за лестницей и достал его. Внутри оказалось 50 шекелей. Я рад несказанно!
— Изя! Так вчера же суббота была, шаббат! Ничего нельзя было делать, как ты мог?!
— Ты знаешь, Хаим, глянул я на этот кошелёк и тут мне озарение пришло. Вокруг суббота, а в этом месте – среда.

— Погода паршивая!
— Это из-за Гольфстрима.
— Он еврей?
— Нет. Течение.
— Масонское?
— Океаническое.
— Из Израиля?
— Нет. Из Америки.
— Так я и знал. У них, у евреев, небось, солнышко светит, а мы тут гнить должны.
— Да нет. Там сейчас ночь.
— А ты откуда все знаешь? Ты что, еврей?!

— Скажите, ребе, у миня протёрлись сланцы насквозь, один ободок остался...
— И что? Ви хотите спросить надо ли их викинуть?
— Да ви что! Как викинуть? Я хотел спросить за цену, какую мине поставить для продажи!

Современная Одесса.
Еврей-парикмахер во время работы постоянно говорит с клиентом о политике. Хозяин парикмахерской замечает:
— Хаим, зачем вы с клиентом разговариваете о политике?
— Как — таки зачем? Я ему рассказываю наши ужасы — у него волосы встают дыбом. И мне легче стричь.

В Одессе Сёма помог старушке перейти дорогу не тем людям.

Одесса. Еврейское кладбище. Надпись на могиле: «Сара, приходи пореже. Дай отдохнуть!»

Когда 79-летний Яков Изралиевич задул одним выдохом все свечи на торте, Абрам понял, квартира на Рублёвке ему не светит и стал оформлять документы для ПМЖ за океан.

— Семён Маркович, что вы от меня хочете?
— Софочка, и вы ещё спрашиваете?..
— Вы совсем не понимаете, что вы не нравитесь мне?
— И шо таки совсем-совсем?
— У нас же с вами ничего общего!
— Как?! А Родина?!

— Добрый день, Роза Самуиловна! Как ваша головная боль?
— Ой, он ушёл к Боре играть в карты...

Разговаривают два еврея:
— Абрам, я що-то никак не пойму, мы с тобой в одно время начали бизнес, в одно время открыли заводы по производству водки, в одно время выпустили водку со своей фамилией в качестве названия на этикетке. Таки твою водку берут очень неплохо, а моя стоит на полках и пылится. В чем секрет?
— А у тебя как фамилия?
— Кацман.
— Ну вот таки видишь, у меня-то фамилия — Флагман!

— Девушка! Вы мне на ногу наступили. Смотреть надо, куда идёте.
— Ой, простите, ради Бога! Не заметила. Наверное, вы женаты.

«А почему бы и нет!» подумал Абрам Изральевич и переписал завещание на самого себя.

Одесса.
— Вы не подскажете, где здесь консульство?
— Какой страны?
— А ви таки какую бы посоветовали?

— Сёма, а как правильно пишется: «жОпокрыл» или «жЕпокрыл»?
— Фима, я тя умоляю — ты слово придумал, тебе и решать, как пишется!

Сара была такой толстой, что во время прослушивания волнующей музыки мурашки, бегущие по её телу, умирали от усталости уже на первом круге…

— Сёма, а почему сисек две?
— Изя я тя умоляю – основная и запасная!

Двух евреев, одного со сроком девять лет, а другого — четырнадцать, поместили в одну камеру.
Тот кому дали четырнадцать, говорит:
— Абрам, ложись ближе к двери. Тебе всё равно раньше выходить.