Доброе утро

— Роза Ефимовна, вы же интеллигентная женщина — а ударили нашего старшего научного сотрудника чайником по голове!
— Не случилось, знаете ли, веера под рукой.

— Фирочка, каков Ваш муж? Умный? Добрый?
— Ой, Сара! Скорее - добрый...
— А хороший любовник?
— Точно - добрый!!

— Абрам, если вам таки нечего бросить к ногам женщины, то я вас умоляю, хоть сами там не путайтесь!

— Да какой ты мужчина Хаим, ты даже гвоздь в стену вбить не можешь!
— А по твоему, Софа, у мачо вся стена в гвоздях?

— Что говорит еврейская мама своему сыну, когда тот сообщает ей новость о знакомстве с девушкой и своём дальнейшем серьёзном намерении жениться на ней?
— Иди, женись, иди… Делай маму сиротой!

— Дико извиняюсь, за столь поздний звонок, Соня Ефимовна.
— Напрасно вы так думаете, Абрам. Вы не поздно, вы вообще — зря!

Умирает старый еврей и просит, чтобы ему напоследок принесли чашку кофе с двумя кусочками сахара. Приносят кофе. Еврей выпивает его с огромным наслаждением:
— Хотя бы перед смертью я получил то, о чем мечтал всю жизнь!
— Абрам, но разве ты не мог позволить себе чашечку кофе?
— Мог, но дома я пил кофе с одним кусочком сахара, а в гостях — с тремя.

Одесса. Во дворе дома, случайно, встречаются двое приятелей.
— Абрам, привет! Как дела?
— Зачем спрашиваешь, Хаим, таки в одной стране живем…

— Абрам, если ты мне не купишь норковую шубу, я могу простудиться и умереть! А похороны обойдутся дороже шубы!
— Сара, дорогая. Зато раз и навсегда!

— Добрый вечер! Полиция! Это хозяин ювелирного магазина! Меня хотят ограбить!
— А, Рабинович, опять Вы? Не можем Вам помочь. По закону, если клиент попросил у вас скидку в размере двух процентов от стоимости товара, это ещё не считается грабежом!

— О! Вот у моего Изи такой же! – указывает на паровозную трубу.
— Такой же большой??!
— Такой же грязный...

У пожилого Абрама интересуются:
— Абрам, как вы считаете, похожа ли супружеская жизнь на лотерею?
— Совершенно не похожа. В лотерее таки у тебя имеется хоть какой-то шанс!

— Изя, я таки вам гарантирую, шо через несколько лет мы будем жить лучше, чем в Европе!
— Хм.. А шо у них должно случиться?

— Изя, я тут на пачке сигарет недавно прочитал, что курение вызывает импотенцию!
— И шо, бросил курить?
— Немножко таки не успел...

Застав мужа с любовницей, Роза скандалить не стала. Сказала: «Сядьте поближе друг к другу. Я вас сфотографирую на памятник...»

— Алло, Абрамчик, меня сейчас кремируют.
— Софа, ты шо, из крематория звонишь?
— Размечтался, из салона красоты, естественно.

— Фира, не демонстрируй людям своё счастье — не отравляй им жизнь!

Идёт заседание ООН.
Выходит к трибуне палестинец:
— Евреи нам не товарищи, ни каких дел с евреями мы иметь не собираемся, они выживают нас с родной земли и т. д.
Выходит на трибуну еврей:
— Таки знаете, когда Моисей водил сорок лет евреев по пустыне, они вышли к морю. Увидев воду, они на радостях скинули с себя одежду и полезли купаться. А когда они вышли на берег, то не обнаружили своей одежды — её украли арабы.
Встаёт возмущённый араб-палестинец:
— Да врёт этот еврей всё, в то время в Палестине не было арабов!
Еврей, с ехидной улыбочкой:
— А вот именно с этого я и хотел бы начать дискуссию о принадлежности территорий.

— Тётя Соня, а чем занимается ваша соседка Сара?
— Ой, я даже не знаю: она нигде не работает, но к ней постоянно приходят то грузин, то армянин, то молдаванин, то кавказец...
— Так она таки куртизанка!?
— Сёма, та я вас умоляю! Куртизанки — это те, что нашу страну развалили, а девочка, как может, её собирает!

Вышла обновлённая версия еврейской Камасутры — в ней на каждом рисунке дорисована мама которая говорит, как надо правильно делать.

Абрам, прогуливаясь по Ватикану, обратил своё внимание на огромную очередь у одной из церквей. Поинтересовавшись за чем это стоят, он выяснил, что верующие стоят за местами в раю.
Отстояв очередь, он тоже зашёл и потребовал продать ему Ад за 10 тысяч евро, причём — целиком.
Естественно, поначалу ему отказывали, но, подняв большой шум, он добился того, что Папа Римский лично отдал команду продать Абраму то, что он просит.
Получив на руки индульгенцию с подписью и личной печатью Папы о том, что весь Ад целиком продан ему, Абрам обратился к людям, стоящим в очереди:
— Всё! Стоять вам больше не за чем! Я выкупил весь Ад, теперь вам уже и попасть кроме рая некуда! Можете расходиться...
Продажи мест в рай сразу же перестали пользоваться спросом. Обеспокоенный Папа Римский, поняв свою ошибку, обратился к Абраму с просьбой продать ему Ад обратно.
Абрам подумал и начал торг с 10 миллионов.

— Роза Марковна, посоветуйте, какую-нибудь маску для лица, чтобы не было мимических морщин.
— Сарочка, вам таки можно любую, главное – не снимайте!

— Ой, вейз мир! Какая ты у меня экономная, Соня!
— Шо такое, Изя! Тебе шото не нравится?!
— Ой, меня так это умиляет, когда ты штопаешь мои носки нитками от чайных пакетиков.

Молодожёны зашли в гости к маме жены. Сидят на кухне, пьют чай.
Тёща говорит зятю:
— Абрам, отрежь кусочек колбаски!
Зять отвечает:
— Ой, мама, я так тонко, как вы, не смогу!

Маленький Абрам сидит на скамейке и поглощает конфеты из большого пакета, одну за одной. К нему подходит добрый дяденька и говорит:
— Мальчик, а ты знаешь, что конфеты есть вредно. Станешь толстым и зубы все пожелтеют.
— А мой дедушка дожил до 100 лет.
— И что, он тоже каждый день ел конфеты?
— Нет, он не лез не в своё дело.

— Абрам, а что вы решили подарить молодожёнам?
— Я подарил им гору денег.
— Но нам показалось, что вы передали им конверт, из которого они достали какую-то фотографию.
— А что, разве не приятно, иногда, взглянуть на гору денег?

— Яков, у тебя есть "твиттер"?
— Шлёма, когда-то был... Но я его давно вылечил.

— Софочка, а шо вы такая грустная?
— Да Вы знаете, я тут с кинологом познакомилась... ну, такой мужчина внимательный... всю ночь меня за ухом чесал...

По одесскому аэропорту женщина тащит пьяного мужика:
— Яша, я желаю, шо бы ты издох со своей водкой! У меня, таки, закипают мозги от мысли, как тебя дотащить до дому…
— Розочка, я имею желание узнать, где мы находимся?
— В аэропорту!
— Розочка, а шо мы таки делаем в аэропорту?
— Шо, шо. Мы ж из Египту возвращаемся!
— Та ты шо… Ну, и как там?

Одесса. Абрам в публичном доме выбирает себе женщину. Тут врывается полиция. Выводят всех в холл.
— Ты кто?
— Я массажистка!
— А ты?
— А я делаю маникюр!
— А ты кто?
— Я уборщица...
Абрам не выдерживает:
— Не, ну вы только полюбуйтесь на них! Сейчас выяснится, что проститутка здесь я!

— Слышь, Пятровна, вот пишуть, что в Израиле совсем нет попрошаек.
— Ну, правильно, подруга, хто же им там подаст!

— Абрам, можете таки быть уверены в том, шо через три года мы с вами будем жить лучше, чем в Европе!
— Хм... Моня, а шо у них случится?

— Абрам, ты зачем из заначки новую медицинскую маску взял?
— Так, мам, старую второй месяц ношу, она уже протёрлась вся и завязки оторвались!
— А что, заплатку поставить и завязки назад пришить руки отвалятся?

До 1967 года апельсины в СССР поставлял только Израиль. Так что Чебурашка — еврей... Вот теперь и живите с этим.

— Абрам, сколько Вам лет?
— 55.
— Да, но по паспорту вам — 56!
— Дело в том, что я год болел!
— Но Вы же жили!
— Шоб Вы так жили!

В одесском трамвае разговор двух пассажиров:
— Как!? Ваша Дерибасовская только через две остановки!!! Мне сказали, что выходить нужно именно здесь!
— Простите, а вы в трамвае сидели или стояли?

— Запомните, Хаим, в бизнесе главное — опыт. Если встречаются человек с деньгами и человек с опытом, то человек с опытом уходит с деньгами, а человек, у которого были деньги, уходит с опытом.

В аэропорту таможенник спрашивает у Рабиновича:
— Откуда прибыли?
— Какие прибыли, что вы? Одни убытки...

Палиндром «А роза упала на лапу Азора» знают практически все.
А вот «Лазер Боре хер обрезал», пожалуй, только в библиотеке синагоги Бродского в Киеве.

— Ребе, скажите, а шо такое утечка мозгов?
— В Вашем случае, Хаим, это таки насморк.

Изя, шо вы имеете сказать за старость?
— Старость — это когда из половых органов остались одни глаза. Но взгляд — твердый.

Брежнев интересуется у Косыгина:
— Сколько у нас в стране евреев?
— Миллиона три, может четыре.
— А если мы им всем разрешим уехать, многие покинут Союз?
— Миллионов десять, может пятнадцать...

— Абрам, шо ты мне тут Навальным прикидываешься? Давай вставай и топай на работу!
— Сарочка, я думаю, что меня вчера на праздновании дня города "Новичком" траванули. Может, это повод эмигрировать в Германию за госсчет?
— Абрам! Вставай и отправляйся на работу! От "Новичка" ещё никто не умирал!

Старшина говорит новичкам в Афганистане:
— За каждого взятого в плен душмана командование платит тысячу афгани.
— Сколько-сколько? — спрашивает рядовой Рабинович.
— Тысячу! Только ты сначала поймай.
Рабинович уходит в разведку. Два дня его нет, а на третий он идёт по дороге и ведёт целую шеренгу пленных душманов.
— Принимайте, товарищ старшина! И не забудьте: за каждого по тысяче.
— Рабинович, имей совесть! Вон ты их сколько привёл. Давай хоть по пятьсот.
— Здравствуйте! По пятьсот я им сам плачу.

Одесса. Абрам стоит возле светофора. Загорается зелёный свет, но Абрам с места не трогается. Жёлтый, красный, опять зелёный — Абрам стоит. Все повторяется.
Наконец кто-то из прохожих спрашивает:
— Абрам, вы чего-то иного ждете?
— Ви знаете, шо-то сегодня я им не доверяю!

Объявление в Одессе:
«Утерянную дамскую сумочку с документами прошу вернуть за приличное или неприличное вознаграждение».

Надпись на памятнике:
«Здесь покоится с миром известный одесский стоматолог Семён Ефимович Клоцкер. А его сын Фима принимает в его кабинете на Дерибасовской, 12».

Флоренция. У статуи Давида стоят два еврея:
— Абрам, а шо он у них таки не обрезанный???
— Ой, Хаим, шо они понимают в настоящем искусстве?

Семён спрашивает у своей бабушки:
— Меня Софа на день рождения пригласила. Что ей таки подарить: один большой подарок или много маленьких?
— Наверное, много маленьких.
— Так и быть. Подарю ей стакан семечек...

— Рабинович, ну как вы?
— Как мост...
— В смысле?
— Разведён, одинок, и заезжен...

— Софочка, мы состоим с тобой в браке уже шестой год, и мы занимаемся с тобой любовью только тогда, когда тебе необходимы деньги...
— А шо, это бывает не достаточно часто?

Рабинович поменял фамилию на Иванов, а потом на Петров.
Спрашивают:
— Рабинович, зачем вы это сделали?
— Понимаете, где бы я ни говорил, шо моя фамилия Иванов, меня спрашивали: «а какая ваша предыдущая фамилия?»

Рабинович встречает своего давнего знакомого Изю и говорит:
— Изя, хочешь купить у меня за полцены крупную партию брюк? Последний писк моды!
Услышав «за полцены» и «последний писк моды», Изя, не раздумывая, покупает партию, но через некоторое время замечает, что у всех брюк только одна штанина. Сгорая от возмущения, он прибегает к Рабиновичу и орёт:
— Ты что мне продал? Их же невозможно носить!
— Изя, ты не забывай, что я тебе их продал всего за полцены!
Через несколько дней Изя встречает Абрама и точно так же сбагривает ему всю партию. Затем Абрам продаёт её Фиме, Фима — Соломону, Соломон — Хаиму... В течение эти брюки переходили от одного еврея к другому, пока один из них не решил проверить товар:
— Хаим, что это за брюки?! Кому я их продам?!
— Как это не продашь? Да за два года на них разбогател весь квартал!

— Абрам, у тебя рот открыт!
— Та я знаю, Сонечка. Таки я его сам оставил открытым.

Берлин, 1933 год. Египетский посол подвергся хулиганскому нападению из-за своей семитской внешности. Он показывает документы, и нацисты, которые на него напали, приносят свои извинения.
Один из них говорит:
— Знаете ли, евреев необходимо уничтожить!
— Не тешьте себя иллюзиями, — грустно отвечает египтянин. — Мы попытались это сделать ещё четыре тысячи лет назад...

На Одесском привозе:
— Тётя Фая, а почему у всех семечки по 10 рублей, а у Вас по 20?
— Ой, Йося, я с Вас смеюсь, да потому что 20 больше чем 10!

Шахтёры толпятся в медицинском кабинет у уролога. Уролог, обращаясь к ним, говорит:
— Все раздеваемся до гола и оголяя головку — показываем мне свои пенисы...
Приступает к медицинскому осмотру одного из шахтёров, а у того за крайней плотью — жвачка...
Уролог, с явным недоумением:
— Не понял!?...
Шахтёр оправдываясь:
— Доктор, ну, а куда её ещё, мы же все грязные как черти, сажа кругом..., уголь..., шахта, а это единственное чистое место.
Следующий, и у того, тоже всё повторяется. Только на этот раз, у него там две жвачки.
— Ну про одну жвачку ясно, но вторая-то зачем!?
— А! Это Абрама, он ведь у нас обрезанный!

Глядя на афишу футбольного матча Израиль — Лихтенштейн, так и хочется вставить отчество.

— Софочка, скажите мине, Вы любите полных мужчин?
— Ой, я извиняюсь! Полных чего??

— Абрам, говорят, шо во Франции из-за стола принято вставать с лёгким чувством голода?
— Изя, а Вы шо, француз?
— Таки нет.
— В таком случае, сидим дальше...

Абрам предлагает молодому человеку жениться на Софии.
— Но ведь она таки слепая!
— Так и шо? Это же хорошо! Ты сможешь делать у неё на глазах всё, шо захочешь.
— Но она к тому же ещё и немая.
— Отлично, ты не услышишь от неё плохого слова в свой адрес.
— И глухая.
— Превосходно, говори ей, шо хочешь, она не услышит.
— И хромая.
— Тем удобнее тебе будет гоняться за юбками.
— Но у неё ко всему прочему ещё и прыщи по всему лицу!
— Ну, мой дорогой, а ты бы хотел, что бы у девушки были одни лишь достоинства?

— В гибели "Титаника" виноваты евреи!
— Что ты несёшь? Какие ещё евреи??
— Лоцман, Боцман и Штурман... А больше всех Айсберг.

— Сара, шо это вы тут пишете «Два мужика надорвались на мине»? Не «надорвались», а «подорвались»!
— Таки нет! Надорвались! И не на мИне, а на минЕ!

— Абрам, кто это укусил вас за нос?
— Я сам укусил себя за нос!
— Как же вы достали?
— Таки встал на стул и достал!

— У меня недавно возник один вопрос:
Почему царь Соломон попросил у Всевышнего мудрости, а не денег?
— Как всякий еврей, он просто начал издалека.

— Знаменитый композитор Имре Кальман родился в бедной еврейской семье. Когда ему исполнилось 7 лет, родители подарили ему рояль Stеinwаy…
— Позвольте, вы таки сказали, что Кальман родился в бедной семье…
— И шо? Я сказал, шо Кальман родился в еврейской семье.

— Ребе, а можно ли жениться в сорок с небольшим?
— Можно, но лучше — в тридцать и с большим.

— Абрам, шо бы вы сделали, если бы вдруг открыли границы?
— Залез бы на дерево.
— Но зачем?
— Таки затопчут.

— Сонечка, ты наконец вышла замуж? Ну и как прошла первая брачная ночь?
— Какая там брачная ночь… Всю ночь фамилию в социальных сетях меняла.

Одесса… Объявление на газетном киоске:
«Ушла на обед. Буду, когда вернусь».

Радостный Абрам, говорит своей матери:
— Мама, я так счастлив, можешь поздравить меня, Софа согласилась начать со мной встречаться. О боже, какое же счастье на меня свалилось, я так этому рад.
— Абрам, а ты точно уверен в том, что счастье на тебя именно свалилось, а не уселось поудобней у тебя на шее?

Два одессита стоят и рассматривают статую Свободы.
— Шо не говори, а это памятник тёте Хае. Только она могла выйти встречать гостей с примусом в одной руке и квитанциями за квартиру — в другой. Да ещё в ночнушке и в бигуди!

На юбилее.
— Я очень извиняюсь, Абрам, а Вы кем доводитесь юбилярше?
— Любовником... От первого брака...

— Абрам, я слышал, что ты женился…
— Да, Семён Маркович, две недели назад.
— Тебя ещё можно поздравить?..

Еврей прибыл в Израиль. Его встречает многочисленная родня. Он растроган и говорит:
— Наконец я приехал в Израиль и смогу умереть на родной земле!
— Ну…

— Ёсик... А мной овладела тяга к перемене мест...
— Ой, Соня! Как ты культурно назвала своё шило в заднице!

— Абрамчик, таки ты хочешь чаю?
— Да, Сарочка!
— Так встань и завари!
— Тогда нет.
— Так лежи и не ври!

— На прошлой неделе, мы с моей Фирочкой пытались заняться любовью в душе....
— Ну и шо у вас из этого вышло?
— Таки ничего! У меня в глазах огонь и страсть, а она шо-то там про счётчики и воду тараторит.

— Софочка, шо я те6е имею сказать... Ты, конечно же, сегодня произвела на пляже фурор, но... Стринги таки нужно надевать узкой полоской назад!

— Абрам, когда я смотрю, как ви работаете, я вспоминаю за вашу маму.
— А шо, вы таки знали мою маму?
— Да, теперь знаю, и довольно близко.