😄 Анекдот для взрослых — Два еврея у статуи во Флоренции
Анекдоты для взрослых:
16+  Просмотры 1995   Комментарии 1

Два еврея у статуи во Флоренции

Флоренция. У статуи Давида стоят два еврея:
- Абрам, а шо он у них таки не обрезанный???
- Ой, Хаим, шо они понимают в настоящем искусстве?

Теги Дата 07.11.2016  Флоренция, член, искусство, статуя, евреи, Обрезание
Комментарии к анекдоту:
Код:
Похожие материалы:

    Умер пожилой и очень богатый еврей. Все его родственники собралась в кабинете у нотариуса, чтобы услышать завещание. Нотариус зачитывает:
    — Я, Левинсон Давид Ааронович, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, все свои денежные накопления потратил ещё задолго до смерти...

    — Моня ви таки слышали новость – Валя запела.
    — Опять!? Неинтересно!
    — Моня но, почему?
    — Изя, таки у неё все песни с чужого Голоса!

    С утра во дворе появилась надпись: "ВСЕ МУЖИКИ СВОЛОЧИ!!!!...." ниже дописали:.. "ВЫ, ФИРА СОЛОМОНОВНА, ТОЖЕ НЕ ПОДАРОК......".

    Врач разговаривает с одесситкой:
    — Фаина Миерсоновна, у Абрама Самуиловича, действительно, перелом кисти правой руки.
    — Доктор, Ви, таки, шо-то скрываете... я – готова к самому страшному... Скажите, он сможет мыть посуду??

    Звонок от дальнего родственника, у которого Абрам гостил на прошлой неделе:
    — Абрам, вы знаете, после вашего отъезда ведь мы недосчитались 100 рублей!
    — Изя, как вы могли такое подумать на меня! Мне не надо ваших 100 рублей!
    — Да нет, всё в порядке, Абрам, мы их потом нашли. Но знаете, какой-то неприятный осадок всё же остался...

    Как только учительница сказала фразу:
    «Два пишем, три в уме…», Маленький Абрам тут же осознал, что математика ему очень нравится.

    Диалог на Привозе:
    — Ой, что-то ваша скумбрия совсем не золотится...
    — Женщина, вы собрались на неё желания загадывать или таки кушать?

    Заходит еврей в публичный дом и говорит:
    — Здравствуйте! А Софа из Кишинёва сегодня работает?
    — Здравствуйте, да, конечно с вас 200 долларов.
    Еврей оплатил, сделал свои дела, на следующий день приходит и говорит:
    — Здравствуйте! Я таки снова к Софочке из Кишинёва!
    Ситуация повторяется, еврей отдал 200 долларов, переспав с ней второй раз.
    На третий день еврей снова заходит в тот же публичный дом и говорит:
    — Таки здравствуйте, мне как обычно!
    Ему отвечают:
    — Конечно, проходите, но позвольте задать нескромный вопрос, неужели вы влюбились в нашу Софу?
    Еврей посмеялся и говорит:
    — Что вы, нет конечно! Просто тётя Фира из Одессы попросила передать дочке 600 долларов!

    — Хаим, что это у вас за бланш под глазом?
    — Да представляете, Фима, вчера сидели всей кафедрой филологии в ресторане, спокойно отдыхали. Все — интеллигентные люди: И тут пришёл муж Татьяны Валерьевны — бывший военный — и влез в разговор: Говорит: "Был у меня один х... в роте... ". Я, конечно же, поправил: "Не в роте, а во рту"...

    В Одесской филармонии на фортепьянном концерте карманник Изя Циперович смотрит на пианиста и бормочет:
    — Такие великолепные пальцы — и такой ерундой занимаются!

    Перед репатриацией из Израиля в СССР еврей договаривается с оставшимися братьями, что если в СССР хорошо, то он напишет письмо обычными чернилами, а если плохо — зелёными. Через некоторое время приходит от него письмо, написанное обычными чернилами: «Всё отлично, получил квартиру, работаю, всё в изобилии. Если и есть недостатки, то мелкие. Так, например, очень трудно достать зелёные чернила».

    — Настоящая экономия – это когда заштопываешь прохудившиеся носки нитками от чайного пакетика.
    — При этом, делаешь это иголкой от новогодней ели.

    Собираются выпить грузин, русский и еврей. Договариваются, кто что принесёт.
    Грузин говорит:
    — Я мясо принесу, шашлык пожарим.
    Русский:
    — Ну, я возьму тогда водки.
    Еврей:
    — А я брата приведу, он столько анекдотов знает!

    Владелец магазина Рабинович посылает телеграмму фабриканту Зильберману:
    «Ваше предложение принимаю. С уважением, Рабинович».
    Телеграфистка советует:
    — «С уважением» можно вычеркнуть.
    — Откуда вы так хорошо знаете Зильбермана? — удивился Рабинович.

    Надпись на памятнике:
    “Здесь покоится с миром известный одесский стоматолог Семён Ефимович Клоцкер. А его сын Фима принимает в его кабинете на Дерибасовской, 12”.

    — Хаим, дорогой, я хотела бы тебе перед свадьбой признаться во всех своих грехах!
    — Признаться в грехах? Софочка, ты таки мне в них признавалась на прошлой неделе.
    — Таки да... но это были устаревшие данные...

    — Абрам, послушайте, как по вашему, почему террористы производят взрывы домов, самолётов, метро, автобусов? Почему они не взрывают неугодных им президентов, политиков, министров?
    — Понимаете, Хаим, террористический акт должен вызывать у простых смертных страх и ужас, а не чувство глубокого удовлетворения.

    Одесса. Пункт проката автомобилей. Еврей хочет взять на прокат авто и обращается к хозяину (такому же еврею):
    — Скажите, а этот ваш «Пежо» много бензина расходует на один КМ?
    — Одну ложку!
    — Извиняюсь спросить! Чайную или столовую?

    Абрам едет в купе поезда и периодически вздыхает. Наконец сосед не выдерживает:
    — Что вы вздыхаете? У вас всё в порядке?
    — Да, всё в порядке.
    — Дети в порядке?
    — Да.
    — А бизнес?
    — Да, всё отлично.
    — А что ж вы всё время вздыхаете?
    — Что вы от меня хотите? Мы так дышим.

    В адвокатскую контору «Абрамович—Голдберг—Рабинович—Лейбман—Шеленберг и Иванов» заглянул мужчина. Категорически требуя, чтобы его дело вёл ни кто иной, как адвокат по фамилии Иванов!
    — А почему не кто-нибудь из остальных компаньонов компании? – С удивлением спрашивает секретарша.
    — Вы знаете, – говорит мужчина, — я как—то больше доверяю деловой хватке человека, сумевшего пролезть в ТАКУЮ «тесную» компанию…

    Сара Абраму:
    — Немедленно извинись перед Шнеерзонами!
    Абрам Саре:
    — Не буду я извиняться!
    — Нет. Ты извинишься!
    — Ну, ладно.
    Абрам набирает номер Шнеерзонов:
    — Это квартира Ивановых? — Нет! — Извините, пожалуйста!

    Ротшильд говорит своему врачу:
    — Знаете, господин Штерн, я решил вам не платить гонорар, вместо этого я вписал вас в своё завещание. Вы довольны?
    — Конечно, господин барон! Только, будьте любезны, верните рецепт, я должен туда внести небольшие исправления.

    Абрам, зайдя в аптечный пункт, разглядывает витрину с контрацептивами. Аптекарша заприметив это, начинает демонстрировать Абраму противозачаточные средства:
    — У нас в наличии имеются презервативы следующих видов: белые, чёрные и с рисунком Микки Мауса.
    Абрам задумался:
    — Белый - это чересчур банально, Микки Маус — это слишком несерьезно и слишком детское.
    Решил остановить свой выбор на презервативах чёрного цвета. Приобрёл их и отправился домой к своей благоверной супруге - Соне. Несмотря на все принятые меры предосторожности, которые заключались в использовании презерватива чёрного цвета, жена Абрама забеременела и спустя девять месяцев на свет появился ребёнок. Всё бы ничего, но ребёнок родился чёрного цвета. Мальчика решили назвать Изей. Время шло и Изя становился всё старше и старше. И вот, придя однажды из школы, Изя спросил у отца:
    — Папа, почему ты еврей, мама еврейка, а я негр?
    Абрам в ответ:
    — Радуйся Изя, шо ты таки не Микки Маус.

    Пожилая дама заходит в офис восточного гуру. Её встречает девушка в кимоно, с азиатским лицом, волосами заколотыми на японский манер.
    — Вы пришли встретиться с великим просветлённым гуру Шри Лала Киншасу? — спрашивает девушка держа руки лодочкой.
    — Да, — отвечает дама, — скажите Шмулику, шо его мама пришла.

    Турист интересуется у одессита:
    — Скажите, пожалуйста, а сколько жителей в вашем городе?
    — Миллион. — Отвечает одессит.
    — А сколько евреев?
    — Вы что – глухой???

    Абрам со своей женой бродят по Лувру. Подходят к картине Пикассо «Нищий и мальчик».
    Абрам говорит:
    — Да-а-а… Нищий-то он нищий, а вот портрет у самого Пикассо заказал…

    В Одессе сгорело здание прокуратуры.
    Абрам звонит в прокуратуру:
    — Это правда, шо несколько часов назад сгорело ваше главное здание?
    — Да, правда.
    Спустя пять минут:
    — Это правда, шо ваше главное здание уже полностью сгорело?
    — Сгорело, сгорело, мы же вам уже сказали.
    Спустя пять минут опять звонит:
    — Говорит Абрам. Правда, что сгорело ваше…
    Дежурный:
    — Что вы всё звоните?! Я же вам уже сказал что сгорело!
    — А может, мне таки это приятно слышать…

    Когда ты интеллигентный мальчик из еврейской семьи и твоя девушка одолжила у тебя 1 000 рублей, и спустя два года, при вашем с ней расставании, она возвращает тебе ровно 1 000... Первое, что приходит на ум, так это:
    Думаю тут любой здравомыслящий человек, потеряет всякий интерес к этим вашим отношениям...

    В гостиницу вошла дама и обратилась к портье:
    — Добрый день. Я госпожа Лилит Ротенберг, приехала в ваш город час назад и очень устала. Я хотела бы снять комнату на ночь.
    Служащий посмотрел на нее тяжёлым взглядом и холодно сказал:
    — Сожалею, госпожа, но отель совершенно переполнен.
    В этот момент к стойке подошёл человек с чемоданом, отдал ключи и рассчитался за номер.
    — Как удачно! — обрадовалась госпожа Ротенберг, — Я могу получить его комнату?
    — Сожалею, госпожа, но мы не сдаём комнаты евреям, — сказал портье.
    — Евреям? — закричала женщина, — Это кто здесь еврей? Я – католичка!
    Но портье ей особо не поверил и спросил:
    — Если вы католичка, скажите, как зовут сына Божьего?
    — Ну, это просто. Его зовут Иисус.
    Портье, всё ещё сомневаясь, спросил:
    — А как звали родителей Иисуса?
    — Мария и Иосиф, — нетерпеливо ответила мадам Ротенберг.
    — Если так, то скажите, где родился Иисус?
    — В хлеву, в яслях, из которых кормили скотину.
    — Хорошо, — сказал портье, — Вы меня убедили. Получите свою комнату.
    — А сейчас вы позволите задать вопрос на эту тему вам? — спросила женщина, крутя на пальце ключ от комнаты.
    — Да, конечно! — ответил портье, радуясь, возможности продемонстрировать и свои знания.
    — А почему Иисус родился в хлеву, да ещё в яслях, из которых кормили скотину?
    Портье долго думал, и, наконец, признался, что не знает ответа:
    — Так почему же? — спросил он.
    — Да потому, что уже тогда были ублюдки, которые не сдавали комнаты евреям!

    — Софочка, сделай мне чай.
    — Ой, Хаим, я так устала, сделай сам.
    — А я не устал? Я, между прочим, на работе был!
    — Хорошо, давай не будем ссориться, поступим так – я сделаю чай тебе, а ты – мне.
    — Хорошо.
    — Софа, вот твой чай!
    — Я перехотела, пей сам!

    — Наш Боря Кацман таки поменял себе пол!
    — Ого! Говорят, такие операции стоят огромных денег!
    — Да ну шо вы! Шо такое несколько квадратных мэтров дубового паркета при его-то деньгах?..

    В одной из одесских музыкальных школ:
    — Абрам, тебе необходимо ещё больше уделять своего свободного времени, на домашние музыкальные занятия. В текущем году, в местной консерватории ожидается очень большой конкурс по классу скрипки.
    — Куда же ещё больше, Хаим Моисеевич?! Уже четвёртый сосед повесился!

    — Что такое этикет?
    — Это когда ты хочешь сказать: «Чтоб ты сдох!», а говоришь: «Здравствуйте!».

    Семья Циперман в театре:
    — Софочка, тебе удобно сидеть?
    — Да, Изя, удобно!
    — Тебе видно?
    — Да, любимый.
    — Тебе не дует?
    — Нет, золотой.
    — Давай поменяемся местами.

    — Абрам Моисеевич, вы меня совсем позабыли!
    — Сара, шоб вы себе знали, вы у меня из головы даже покурить не выходите!

    — Ада Соломоновна, а шо Вы скажете за мужчин?
    — Мужчины, Хаечка, как мыши… Отдельно смотришь — трогательный зверёк, а как дома заведётся — сразу хочется отравить!
    — Ада, ну, шо тебе было не промолчать? Слово ж – не воробей…
    — Изя! Если я не дам этому воробью вылететь, он будет летать у меня в голове, гадить и клевать мой мозг!

    Еврей застраховал дачу, полис получил, смотрит недоверчиво на агента:
    — И что, ви таки хотите сказать, что я получу столько денег, если сгорит моя дача?
    — Да, но только если вы её не сами подожжёте.
    — Я таки знал, что тут какой-то подвох.

    Проживаю в Германии, и одна из самых моих любимых местных немецких телепередач, это та, где фрицы приносят на оценку и продажу всякие антикварные предметы и мило путаясь в показаниях, начинают интересно рассказывать крайне увлекательные истории происхождения голландских картин и французской посуды на их чердаках от своих дедушек-путешественников.

    Армия. Новобранцы роют окопы.
    — Рабинович! Зачем ты так глубоко копаешь? Ты же так не увидишь неприятеля!
    — А вы думаете-мне таки интересно на него смотреть?

    Лекция идёт о вреде мяса, лектор распинается, ужасы рассказывает.
    Дед слово берёт, говорит мясо есть вредно, от него ноги мерзнут.
    Лектор:
    — Это как так?
    Дед:
    — Ну вот я на ночь-то мяса поем, ночью хер встаёт и одеяло стаскивает!

    — Фима, Ваша жена работает?
    — Работает. Переводчицей.
    — А где?
    — В магазинах.
    — Шо значит «в магазинах»?
    — То и значит! Ходит по магазинам и переводит мои деньги.

    Идёт заседание ООН.
    Выходит к трибуне палестинец:
    — Евреи нам не товарищи, ни каких дел с евреями мы иметь не собираемся, они выживают нас с родной земли и т.д.
    Выходит на трибуну еврей:
    — Таки знаете, когда Моисей водил сорок лет евреев по пустыне, они вышли к морю. Увидев воду, они на радостях скинули с себя одежду и полезли купаться. А когда они вышли на берег, то не обнаружили своей одежды — её украли арабы.
    Встаёт возмущённый араб-палестинец:
    — Да врёт этот еврей всё, в то время в Палестине не было арабов!
    Еврей, с ехидной улыбочкой:
    — А вот именно с этого я и хотел бы начать дискуссию о принадлежности территорий.

    У старого бедного еврея ничего не было кроме двух гусей.
    Захотелось ему как–то гусятинки, пошёл к раввину посоветоваться, какого гуся пустить в расход.
    — Белого, – говорит раввин.
    — Серый заскучает.
    — Тогда серого!
    — Белый заскучает, – говорит старик.
    — Обоих!
    — Тогда я заскучаю.
    Видит раввин – положение безвыходное. И решил, пользуясь случаем подсунуть свинью, т.е. гусей этих, конкурирующей фирме.
    — Там через дорогу поп живёт, иди к нему, он поможет.
    Пришёл к попу.
    — Белого руби, – сказал поп.
    — Серый заскучает, – привычно заныл еврей.
    — Да и хрен с ним! – сказал поп...

    — Хаечка, я тебя предупреждала, что твой Фима таки бабник! Я вчера его видела выходящим от любовницы.
    — Тю, Софочка! А шо ему там безвылазно сидеть?

    — Сара, ты за Тихий океан в курсе?
    — Конечно, Абрам.
    — А ведь это я ради тебя его успокоил, любимая ты моя рыбка.

    Рабинович завещал, чтобы все его сбережения положили ему в гроб. Против воли покойного не пойдёшь... Начали складывать деньги в гроб. Денег много, не помещаются, придётся утрамбовывать.
    И тут пришёл раввин:
    — Что вы делаете? Выпишите ему чек!

    Вопрос:
    – Что такое еврейский свитер?
    Ответ:
    – Это то, что надевает еврейский ребёнок, когда его маме холодно.

    Собирается Абрам в командировку в Бердичев, и его супруга Сара даёт ему дельный совет:
    — Абрам, зачем таки тебе тратить суточные? Ты ведь можешь остановиться у моей сестры Софы, она недалеко от центра города живет, очень удобно.
    По возвращении Сара спрашивает:
    — Ну, что, Абрам, удалось суточные сохранить?
    — Дааа, мои-то суточные сохранить удалось, а вот месячные Софы нет...

    Хоронят старого еврея. Ребе говорит:
    - Пусть кто-нибудь скажет добрые слова о покойном.
    Все молчат.
    Ребе:
    - Пусть кто-нибудь скажет добрые слова!
    Молчание.
    Ребе:
    - Кто-то обязательно должен сказать!
    Oдин, наконец, соглашается:
    - У усопшего был брат. Так тот был ещё хуже!

    — Почему в Израиле нельзя заниматься ceксом на газоне?
    — Потому что прохожие замучают советами.

    Когда утром Циля продала подаренный ей вечером букет, Абрам понял: это, таки, его женщина.

    Сара Абрамовна жалуется своей соседке по лестничной клетке:
    — Наш Изенька совсем от рук отбился, на днях учудил – разломал на мелкие кусочки свою новенькую скрипку.
    Соседка облегчённо:
    — Ну наконец-то! Такой маленький и уже такой молодец!

Загрузка материалов...