Графомания
— Что такое Графомания?
— Графомания — это такая болезнь, которой болеет автор, а вот страдают от неё — читатели.
— Что такое Графомания?
— Графомания — это такая болезнь, которой болеет автор, а вот страдают от неё — читатели.
Каждая произнесённая фраза — это совокупность сил, которые затрагивают в читателе его логический инстинкт, его музыкальные способности, приобретения его памяти, пружины его воображения, и через посредство нервов, внешних чувств и привычек потрясают всего человека целиком.
— Я решил издать свою книгу.
— Воспользуйтесь услугами корректора.
— Я пишу без ошибок.
— Не в этом дело, — отвечают ему. — Возможно, это будет единственный человек, который прочтёт ваш текст от начала до конца.
Толстые книги прочитать-то трудно... а как их написать я вообще не понимаю...
Поэт Кукушкин незаметно для окружающих подбрасывает свои стихи в книги других авторов.
Если читать много толстых книг, то у вас неожиданно может произойти мыслеизлияние в мозг!
— Сейчас в школе мало читают классику.
— Её вообще не читают, а только проходят.
— Вы читали Оруэлла?
— Конечно.
— Зря..
— Но почему?
— Потому, что теперь вам будет не так неинтересно его читать...
Священник: Вы читаете своим детям отрывки из Священного Писания?
Я: Каждую ночь.
Священник: Что им больше всего понравилось?
Я: Когда Фродо уничтожает кольцо!
Классическое произведение — это то, что каждый хочет прочитать, но никто не хочет читать.
В библиотеке:
— Добрый день, а у вас имеются книги по мотивации?
— Конечно, они вон там на дальней полке.
— А поближе нет?
Пациент — врачу:
— Доктор, а вы в самом деле можете определить болезнь пациента по его любимому литературному произведению?
— Да, конечно. Какая ваша любимая книга?
— «Что делать?» Чернышевского.
— Та-ак… И давно у вас не стоит?
У литературного критика интересуются:
— Как Вам новое произведение автора?
— О, Вы знаете, данная книга показалась мне чрезвычайно человечной.
— В каком плане, человечной?
— Ну в том плане, что она так же, как и мы с вами, на девяносто процентов состоит из воды...
Книга при своём появлении никогда не бывает шедевром: она им становится.
— Нам некогда читать Пушкина!
— Почему?
— Потому, что мы им гордимся!
— В любой непонятной ситуации, просто начинай читать отечественную классику.
— Но зачем?
— Как правило, там всё у всех намного хуже.
Раздел в эротическом романе и раздел в учебнике — это два разных раздела.
Есть преступления хуже, чем сжигать книги. Например, не читать их.
— О, я тоже обожаю читать. У тебя есть любимые книги?
— Да. 1984.
— Ого, а чё так много?)
В офисе есть библиотека, куда сотрудники приносят интересные книги. Принёс «Психологию инвестирования» под уважительные взгляды коллег. Они не в курсе, что я не читал её и вообще нашёл в парке на лавочке. Не удивлюсь, если её прежний владелец болтался на дереве где-то неподалёку.
Благодаря нашим писателям нам есть на что ставить сковородку с картошкой.
Русская литература целиком и полностью состоит из страданий. Страдает или персонаж, или автор, или читатель.
А если все трое — то это просто шедевр русской литературы.
Книги существуют для того, чтобы напоминать нам, какие мы дураки и упрямые ослы.
В книжном магазине:
— Извините, а вы не подскажете, в каком отделе можно найти труды В.В. Путина?
— В отделе альтернативной истории и фэнтези.
Гомер прочитал 10 книг и написал две поэмы…
Грибоедов прочитал 500 книг и написал 58 произведений…
Дарья Донцова прочитала этикетку от шампуня — и так вдохновилась!!!
Вот все говорят, что нужно читать классическую литературу. А зачем? Мне, например, доподлинно известно, что Пушкин, когда писал «Евгения Онегина», ни Толстого, ни Достоевского не читал.
— Подвергая героев жестоким страданиям и мучениям, автор стремится вызвать у читателя сопележевание.
— Вы хотели сказать «сопереживание»?
— Да, но нет.
Иногда бывает так, что читаешь книгу, интересную, захватывающую и думаешь: «Хорошая книга, но вот перевод немного подкачал, как будто школьник переводил», а потом понимаешь, что автор-то русский и это вовсе и не перевод, а оригинал.
Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.
Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...
Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.
Чем сильнее человек советует книгу, тем больше вероятность, что он читал только её.
Мои родители в детстве запрещали мне читать книжки лёжа. Своим детям я разрешаю читать даже стоя на голове, но они всё равно не читают.
Вчера на голову олегу
упал с балкона зигмунд фрейд
потом упал ульянов ленин
причом в двенадцати томах
— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».
Один мужик хвастается:
— А я за эти несколько месяцев все книги Донцовой прочитал.
Второй мужик отвечает:
— Хм... значит мои подозрения по поводу того, что у тебя был запор — подтвердились...
Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.
Эрнест Хемингуэй
Беседуют двое приятелей. Один:
— Буду книгу писать...
— Зачем? — Интересуется второй.
— Читать нечего!
— Не люблю читать книги.
— Но почему? Ведь это же так увлекательно!
— Там всегда слишком много персонажей и я постоянно забываю и запутываюсь, кто есть кто.
— В таком случае, почитай "Приключения Робинзона Крузо", тебе обязательно должно понравиться.
Книжки теперь не в фаворе — ни художественные, ни сберегательные…
Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.
Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…
Юность: книги про пиратов, Робин Гуда, Разина, Пугачева и прочее.
Зрелость: соображаешь, что это просто романтизация организованных преступных группировок.
— Михалыч! Чё это у тебя в туалете делает томик Есенина?!
— Да надоело читать освежитель воздуха.
Задача писателя — не заканчивать литературные институты, а покончить с ними.
Любите литературу!
Как много тепла можно получить от собрания сочинений плодовитого писателя!
Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.