Школьное

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

Забавно, но когда изучаешь английский язык, то стараешься найти его сходство с русским, а когда украинский, то ищешь различия.

Прошлым летом отдыхал в Тбилиси. Сел к таксисту, он со мной начал говорить на ломанном английском, ну и я отвечаю ему на английском. Говорит плохо, но старается. Про погоду, про работу, про то откуда приехал спросил.
— From Moscow, – говорю.
Реакция таксиста незабываема:
— Вах, дарагой! Чито ты мэня мучаищь тогда!?

Вызывает Брежнев в свой кабинет Давида Яновича Пельше:
— Слушай, Пельша Янович, ты «Малую Землю» читал?
— Конечно, Леонид Ильич!
— Понравилась?
— Да, великолепная книга, очень глубокий анализ ситуации! Она должна быть настольной книгой каждого советского человека.
— Ладно, иди работай.
Брежнев один в кабинете в задумчивости:
— Говорят, интересная книга. Самому что ли прочитать?

Город без книжного магазина и не город вовсе, если хотите знать моё мнение. Он сколько угодно может звать себя городом, но, если в нём нет книжного магазина, он сам знает, что, ни одной живой души ему не обмануть.

— Я много раз слышал историю о том, что существует некий книжный клуб, где все его участники, на протяжении всего времени, что этот клуб существует на земле, читают одну и ту же книгу. Ты не в курсе, что это за клуб такой?
— В курсе. Это церковь.

Из резюме: «Знаю языки: казахский, белорусский и украинский на уровне освежителя воздуха...»

В 60-е годы в Уфу приехал Хрущёв и был на премьере пьесы Шекспира «Отелло». Пьеса была на башкирском языке. Это, считай, на татарском, но с особенностями произношения, а именно, вместо звука «с» башкиры говорят «х».
На сцене Отелло (Арслан Мубаряков) замахнулся на Дездемону кинжалом и воскликнул: «Мин хине хyям!» («я тебя зарежу»).
Дездемона вопит в ответ: «Хyй, хyй!» (режь, режь).
Хрущёв хохотал до упада, а затем, вытерев лысину платком, сказал: «Ну, видывал я всяких Отелло, но такого не видал!»
После этого Арслану Мубарякову присвоили звание «Заслуженный артист РСФСР».

Чтобы были великие поэты, нужны ещё и великие слушатели.

— Не люблю читать книги.
— Но почему? Ведь это же так увлекательно!
— Там всегда слишком много персонажей и я постоянно забываю и запутываюсь, кто есть кто.
— В таком случае, почитай "Приключения Робинзона Крузо", тебе обязательно должно понравиться.

Школьная библиотека. Беседуют два заядлых книголюба.
Один:
— После прочтения «Таинственного острова», я возненавидел Жюль Верна, как человека и ощутил своё первое разочарование от прочтённой книги.
— Почему? Ведь интересная же книга!
— Книга отличная, но вот тот факт, что Жюль Верн не написал точных пропорций для создания нитроглицерина, оставил серьёзный осадок...

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

— Мадам, вы говорите по-итальянски?
— Да!
— Скажи что-нибудь?
— Спагетти.

— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».

– Вы владеете французским языком?
– Нет, я владею языком по-французски.

Поспорили однажды англичанин, француз и русский, чей язык лучше...
Англичанин:
— Наш язык лучше всех, на нём разговаривает весь мир, это же международный язык, язык дипломатов!
Француз:
— Да, но сможете ли вы так красиво объяснится в любви, как это можем мы на французском?
Русский:
— Да..., а можете ли вы придумать и рассказать историю в которой бы все слова начинались с одной буквы? А я могу! Назовите любую букву!!!
Англичанин и француз:
— Нуууу, например буква «П».
Задумался русский.
— Ну, слушайте!
Поручик пятого пехотного полка Пётр Петрович Петров получил по почте письмо. Пишет подруга, Полина Поликарповна. «Пётр Петрович! Приезжай погостить, посетим полузабытый полузаросший пруд, погуляем, порыбачим.»
Пётр Петрович прикинул, «Приеду!» При этом прихватил полуистёртый полевой плащ, подумал: «Пригодится!»
Полина Поликарповна, по поводу приезда Петра Петровича, приготовила пирогов, поставила поллитра «Померанцевой». Посидели, поговорили, повспоминали, прослезились. Полина Поликарповна предложила прогуляться, посетить полузабытый полузаросший пруд.
Пошли, прогулялись. Петр Петрович притомился, предложил полежать, при этом подстелил полуистёртый полевой плащ, подумал: «Пригодился!» Полежали, повалялись, повлюблялись. После, Пётр Петрович поднялся, привычно подтянул помятые панталоны. «Прощай, Полина Поликарповна!» «Прощай, Пётр Петрович! Приезжай почаще проказник!»

— Я вот порой сильно жалею о том, что когда-то в детстве, начал читать книжную литературу. Иногда мне кажется, что все эти литераторы выдавили из меня весь позитивный настрой к жизни.
— У меня после десяти, подряд прочитанных, книжек из серии "лучшая мировая классика", тупо началась депрессия.
— Русская классика построена на страданиях, страдает либо автор, либо герои, либо читатель.

— Ты что книгу вверх ногами держишь?
— А ты что, Фрейд, что ли?
— А при чём тут Фрейд?
— А где ты у книги ноги видел? Ты ещё скажи, что я ей между страниц заглядываю...

Книжки теперь не в фаворе — ни художественные, ни сберегательные…

Произнесите слово «похмелье» с ударением на последний слог. Почувствуйте тень виноградника, вкус молодого божоле, уют винного погреба...

Всякое есть в разных языках. Например — деньги.

— Привет, ты чего такой расстроенный?
— Да вот... был у меня один приятель. Его первой книгой был букварь.
— А последней?
— А последней — "Альпинизм для начинающих"...

Сейчас я бы с удовольствием прочитал все книги, которые мне задавали на лето, лишь бы не ходить на работу.

Однажды Уваров и Милорадович, тоже известный плохим знанием французского, о чём-то горячо разговаривали. Александр I спросил Ланжерона (француза родом), о чём они беседуют. «Извините, государь, — ответил Ланжерон, — я их не понимаю, они говорят по-французски».

Как-то французский лыжник решил выиграть медаль и даже не тронулся со старта, так как на обороте плаката было написано «финиш».

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Я, читая Толстого в школе: «А они могут не вставлять через слово свой французский? Хорошо, что в наше время так никто не говорит».
Я сейчас, отсылая рабочее письмо: «Отправляю вам follow up по итогам нашего митинга».

В школе я изучал два иностранных языка: английский и геометрию.

По рзезульаттам илссеовадний одонго анлигйсокго унвиертисета, не иеемт занчнеия, в кокам пряокде рсапожолены бкувы в солве. Галвоне, чотбы преавя и пслоендяя бквуы блыи на мсете. осатьлыне бкувы мгоут селдовтаь в плоонм бсепордяке, все-рвано ткест чтаитсея без побрелм. Пичрионй эгото ялвятеся то, что мы не чиатем кдаужю бкуву по отдльенотси, а все солво цликеом.

спросил француз борща отведав
зачем вы варите салат?

Автобус. К одиноко сидящей, по-своему несчастной советской женщине обращается мужчина:
— Do de pa?!
Отдай ей всё золото мира, и она не стала бы светить ярче, чем в этот миг!
Француз! Настоящий француз в её жизни!
Всё, конец серым будням, прощайте, русские мужчины со своими хоккеями, рыбалками и разбросанными носками. Теперь будут шампанское и танго у подножия эйфелевой башни, солнце и белый морской песок. И, разумеется, шанель...
Но! Но надо же что-то ответить!
— Пардон муа! Кес ке се?
— Автобус, говорю, до дела идёт???

Я кроме русского знаю ещё пять языков: английский, немецкий, французский, японский и китайский. Говорят, что существуют и другие языки, но я о них ничего не слышал.

Я забылся в чтении. Я бежал от реальности, когда жизнь была слишком тяжкой или вовсе заходила в тупик.

Благодаря искусственному интеллекту на полках скоро появятся новые произведения Пушкина, Гоголя и Толстого.

— Вы читали Оруэлла?
— Конечно.
— Зря..
— Но почему?
— Потому, что теперь вам будет не так неинтересно его читать...

В книжном магазине:
— Я хотел бы что-нибудь современное, злободневное, но без всяких выкрутасов, написанное точно и сжато, без лишних деталей и персонажей, не заставляющее работать воображение.
— Я понял, что вам нужно, – отвечает продавец. — Вот, пожалуйста, купите расписание поездов.

1996 год. Сторонники демократии торжествуют.
На лекции в университете молоденькая студентка ехидно спрашивает пожилого преподавателя, известного своими прокоммунистическими симпатиями:
— Профессор, вот вы утверждаете, что Лев Толстой был зеркалом русской революции. А кто из писателей был зеркалом русской демократии?
— Гоголь, милочка! – ответил ничуть не растерявшийся лектор.
— Почему вы так в этом уверены?
— В своём романе «Мёртвые души» он подробно описал приёмы, которые используют демократы для того, чтобы одерживать победы на выборах.