Классическая литература

— Не люблю читать книги.
— Но почему? Ведь это же так увлекательно!
— Там всегда слишком много персонажей и я постоянно забываю и запутываюсь, кто есть кто.
— В таком случае, почитай "Приключения Робинзона Крузо", тебе обязательно должно понравиться.

Любите литературу!
Как много тепла можно получить от собрания сочинений плодовитого писателя!

Стояли Толстой и Достоевский на мосту, под ними текла река. Толстой говорит:
– Вот так и наша жизнь течёт.
А Достоевский ничего не сказал и плюнул в реку.
Толстой говорит:
– Ты осторожней, а то вот был случай в зоопарке — сторож Гаврилов тоже плюнул в водоём и заразил бегемота туберкулёзом, бегемот умер.
Достоевский спрашивает:
– А что Гаврилов?
Толстой:
– А что Гаврилов? Он потом ещё шимпанзе СПИДом заразил.
– В клетку плюнул? — спросил Достоевский.
– Какой ты, Фёдор Михайлович, в сущности ещё ребёнок, — расхохотался Толстой.

Чем сильнее человек советует книгу, тем больше вероятность, что он читал только её.

— Михалыч! Чё это у тебя в туалете делает томик Есенина?!
— Да надоело читать освежитель воздуха.

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Юность: книги про пиратов, Робин Гуда, Разина, Пугачева и прочее.
Зрелость: соображаешь, что это просто романтизация организованных преступных группировок.

Урок литературы. Учитель спрашивает:
— Ну что дети, вы прочитали Войну и мир?
Молчание...
Один парень подрывается с места, как будто шило в попе, с ошарашенными глазами спрашивает:
— А её чё читать надо было???
Учитель:
— Ну да...
— А я переписал!

— Я вот порой сильно жалею о том, что когда-то в детстве, начал читать книжную литературу. Иногда мне кажется, что все эти литераторы выдавили из меня весь позитивный настрой к жизни.
— У меня после десяти, подряд прочитанных, книжек из серии "лучшая мировая классика", тупо началась депрессия.
— Русская классика построена на страданиях, страдает либо автор, либо герои, либо читатель.

— Нам некогда читать Пушкина!
— Почему?
— Потому, что мы им гордимся!

Говорят, что на самой последней странице паспорта Дарьи Донцовой можно прочесть имя убийцы.

В офисе есть библиотека, куда сотрудники приносят интересные книги. Принёс «Психологию инвестирования» под уважительные взгляды коллег. Они не в курсе, что я не читал её и вообще нашёл в парке на лавочке. Не удивлюсь, если её прежний владелец болтался на дереве где-то неподалёку.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

— Вы читали Оруэлла?
— Конечно.
— Зря..
— Но почему?
— Потому, что теперь вам будет не так неинтересно его читать...

Книга при своём появлении никогда не бывает шедевром: она им становится.

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Всегда удивляюсь, когда брожу по безлюдному книжному магазину: много книг на тему, как стать успешным, преуспевающим, богатым, и пара скучающих продавщиц, наверняка получающих не больше 10-15 тысяч. Они что, читать не умеют?!

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Беседуют двое приятелей. Один:
— Буду книгу писать...
— Зачем? — Интересуется второй.
— Читать нечего!

Я прочитал столько книг... Но, как все самоучки, всегда сомневаюсь, правильно ли их понял.

Город без книжного магазина и не город вовсе, если хотите знать моё мнение. Он сколько угодно может звать себя городом, но, если в нём нет книжного магазина, он сам знает, что, ни одной живой души ему не обмануть.

Только один процент современных школьников, которых заставляют учить наизусть стихи Пушкина, начинают понимать Пушкина. Остальные 99% начинают понимать Дантеса!

Все ответы находятся в тебе. Ты знаешь больше, чем написано в книгах. Но чтобы вспомнить это, нужно читать книги, смотреть в себя, слушать себя и доверять себе.

Задача писателя — не заканчивать литературные институты, а покончить с ними.

Современные дети читают книги только от порки до порки.

У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Судя по тому, что Достоевского изучают дети в школе, а взрослые его почти не читают, его можно назвать великим русским детским писателем.

Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...

Отец – сыну:
— И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».

Один мужик хвастается:
— А я за эти несколько месяцев все книги Донцовой прочитал.
Второй мужик отвечает:
— Хм... значит мои подозрения по поводу того, что у тебя был запор – подтвердились...

Мои родители в детстве запрещали мне читать лёжа. Своим детям я разрешаю читать даже стоя на голове, но они всё равно не читают.

Классика — то, что каждый считает нужным прочесть и никто не читает.

Унижай людей простым вопросом: «Как твои впечатления от последней книги?».

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

Мои родители в детстве запрещали мне читать книжки лёжа. Своим детям я разрешаю читать даже стоя на голове, но они всё равно не читают.

Тот, кто не читает хороших книг, не имеет преимуществ перед человеком, который не умеет читать.

Мир делится на две категории людей: на тех, кто читает книги, и других, которые слушают тех, кто читает.

Вы когда-нибудь понимали, насколько нереально чтение книги? Ты часами пялишься на пропечатанные куски дерева испытывая галлюцинации.

— О, я тоже обожаю читать. У тебя есть любимые книги?
— Да. 1984.
— Ого, а чё так много?)