Чтение книг и мысли

Если читать много толстых книг, то у вас неожиданно может произойти мыслеизлияние в мозг!

Один мужик хвастается:
— А я за эти несколько месяцев все книги Донцовой прочитал.
Второй мужик отвечает:
— Хм... значит мои подозрения по поводу того, что у тебя был запор – подтвердились...

— Я решил издать свою книгу.
— Воспользуйтесь услугами корректора.
— Я пишу без ошибок.
— Не в этом дело, — отвечают ему. — Возможно, это будет единственный человек, который прочтёт ваш текст от начала до конца.

Толстые книги прочитать-то трудно... а как их написать я вообще не понимаю...

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Автор прекрасных «Суламифи» и «Гамбринуса» А. И. Куприн писал своему другу: «Всякий еврей рождается с мессианской целью стать русским писателем».

Книга при своём появлении никогда не бывает шедевром: она им становится.

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишуться слова.

Иногда бывает так, что читаешь книгу, интересную, захватывающую и думаешь: "Хорошая книга, но вот перевод немного подкачал, как будто школьник переводил", а потом понимаешь, что автор-то русский и это вовсе и не перевод, а оригинал.

Лучшая книга — это пачка денег. Готов её перечитывать много раз.

— Вы читали Оруэлла?
— Конечно.
— Зря..
— Но почему?
— Потому, что теперь вам будет не так неинтересно его читать...

Унижай людей простым вопросом: «Как твои впечатления от последней книги?».

В поезде женщина очень грубо со мной разговаривала.
Я посмотрел название книги, которую она читала, погуглил сюжет и сообщил ей, кто убийца.

— Я вот порой сильно жалею о том, что когда-то в детстве, начал читать книжную литературу. Иногда мне кажется, что все эти литераторы выдавили из меня весь позитивный настрой к жизни.
— У меня после десяти, подряд прочитанных, книжек из серии "лучшая мировая классика", тупо началась депрессия.
— Русская классика построена на страданиях, страдает либо автор, либо герои, либо читатель.

Покупатель в книжном магазине обращается к продавцу:
— Не порекомендуете ли вы мне, какой-нибудь хорошенький детективчик?
— Вот именно то, что вам нужно: детектив, который читается на одном дыхании, а самое главное, до последней страницы неясно, кто убийца.
— Отлично. А как называется эта книга?
— «Сторож-убийца»…

Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...

— Нам некогда читать Пушкина!
— Почему?
— Потому, что мы им гордимся!

Никому не давайте своих книг, иначе вы их уже не увидите.
В моей библиотеке остались лишь те книги, которые я взял почитать у других.

— О, я тоже обожаю читать. У тебя есть любимые книги?
— Да. 1984.
— Ого, а чё так много?)

Гомер прочитал 10 книг и написал две поэмы…
Грибоедов прочитал 500 книг и написал 58 произведений…
Дарья Донцова прочитала этикетку от шампуня — и так вдохновилась!!!

Я смотрю у тебя электронная книга. Бросаешь читать?

Задача писателя — не заканчивать литературные институты, а покончить с ними.

Вот все говорят, что нужно читать классическую литературу. А зачем? Мне, например, доподлинно известно, что Пушкин, когда писал «Евгения Онегина», ни Толстого, ни Достоевского не читал.

— Ты что книгу вверх ногами держишь?
— А ты что, Фрейд, что ли?
— А при чём тут Фрейд?
— А где ты у книги ноги видел? Ты ещё скажи, что я ей между страниц заглядываю...

Сильную книгу невозможно «Сесть и Написать».
Только «Прожить и Издать».

Мои родители в детстве запрещали мне читать книжки лёжа. Своим детям я разрешаю читать даже стоя на голове, но они всё равно не читают.

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

Непрочитанные книги умеют мстить. Особенно это удаётся Уголовному кодексу, Камасутре и инструкции к бензопиле.

Самый лучший в мире кинозал — это мозг, и ты понимаешь это, когда читаешь хорошую книгу.

Священник: Вы читаете своим детям отрывки из Священного Писания?
Я: Каждую ночь.
Священник: Что им больше всего понравилось?
Я: Когда Фродо уничтожает кольцо!

— Не люблю читать книги.
— Но почему? Ведь это же так увлекательно!
— Там всегда слишком много персонажей и я постоянно забываю и запутываюсь, кто есть кто.
— В таком случае, почитай "Приключения Робинзона Крузо", тебе обязательно должно понравиться.

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Классическое произведение — это то, что каждый хочет прочитать, но никто не хочет читать.

У меня яркое воображение, поэтому, когда встречаю в Интернете вопрос «Какую ты книгу взял бы на необитаемый остров?», то представляю гибнущий океанский лайнер, панику. Все бегут к спасательным шлюпкам, а я продираюсь навстречу людскому потоку, хватаю кого-то за рукав и ору в ухо: «Напомните, пожалуйста, на какой палубе библиотека?»

Юность: книги про пиратов, Робин Гуда, Разина, Пугачева и прочее.
Зрелость: соображаешь, что это просто романтизация организованных преступных группировок.

Книжки теперь не в фаворе — ни художественные, ни сберегательные…

Мир делится на две категории людей: на тех, кто читает книги, и других, которые слушают тех, кто читает.

— Как называется литературный клуб, члены которого всю жизнь читают одну и ту же книгу?
— Церковь.

— В любой непонятной ситуации, просто начинай читать отечественную классику.
— Но зачем?
— Как правило, там всё у всех намного хуже.

Город без книжного магазина и не город вовсе, если хотите знать моё мнение. Он сколько угодно может звать себя городом, но, если в нём нет книжного магазина, он сам знает, что, ни одной живой души ему не обмануть.

— Сейчас в школе мало читают классику.
— Её вообще не читают, а только проходят.

Вчера на голову олегу
упал с балкона зигмунд фрейд
потом упал ульянов ленин
причом в двенадцати томах

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

Вы когда-нибудь понимали, насколько нереально чтение книги? Ты часами пялишься на пропечатанные куски дерева испытывая галлюцинации.

— Подвергая героев жестоким страданиям и мучениям, автор стремится вызвать у читателя сопележевание.
— Вы хотели сказать "сопереживание"?
— Да, но нет.

На столе лежат две книги: тонкая и толстая. На тонкой написано: «Логика». На толстой: «Женская логика. Том первый».