🖼️ Прикольные мемы — свежие картинки
Мемы:
707 0

Новая Англия

Новая Англия
 11.09.2023 люди, Лавкрафт, Англия, Писатели, писатель, Новая Англия, Остров, англичане
🖼️Текст на изображении (раскрыть)▼
Г.Ф. Лавкрафт такой «Ооо, меня так пугает образ загадочного, омерзительного острова, вздымающегося из океана, населённого рыбоподобными, бледными псевдолюдьми, исповедующими странную и ужасную религию и говорящими на непроизносимом, нечеловеческом языке... но я люблю Англию.»
Комментарии к анекдоту:
11.09.2023 02:27 #
Подушню, не Англию, а Новую Англию, регион Америки, где он жил и писал про неё же.)
Добавить комментарий
Код с картинки:

    Молодой писатель приносит свою рукопись на читку редактору. Роман начинается со слов:
    «— А не испить ли нам кофею? – спросил граф».
    — У вас отсутствует конфликт, – говорит редактор. – Надо исправить.
    Писатель кивает, уходит и возвращается на следующий день с новым вариантом:
    «— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
    — Отнюдь, – ответила графиня.
    — Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф».
    — Уже лучше, – говорит редактор, – но тема любви совершенно не раскрыта, даже не затронута!
    Третий вариант романа выглядит так:
    «— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
    — Отнюдь, – ответила графиня.
    — Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике».
    — Очень хорошо! – доволен редактор. – Но не раскрыта тема природы…
    И так далее, и так далее. После раскрытия тем природы, народа и революции получается примерно следующее:
    «— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
    — Отнюдь, – ответила графиня.
    — Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике.
    За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо имели дохлую лошадь».
    — Прекрасно, просто прекрасно! – радуется редактор. – Осталось добавить уверенность в завтрашнем дне – и сдаём в печать!
    Опубликованный роман начинается так:
    «— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
    — Отнюдь, – ответила графиня.
    — Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике.
    За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо имели дохлую лошадь. Внезапно один из них хлопнул себя по лбу и прокричал:
    — Да чего же мы так надрываемся, братцы! Она же здесь и завтра лежать будет!»

    Моя любимая черта у Пратчетта в романах: если он описывает лютую дичь и абсурд, то скорее всего речь идёт о совершенно реальном факте из истории Великобритании.

    Ах, вот оно что! Тайна приоткрылась ему. Вот что, оказывается, делали великие писатели и замечательные поэты. Вот почему они стали титанами. Они умели выразить то, что думали, чувствовали, видели.

    Английский лорд приходит в гости к своему другу, дверь открывает слуга.
    Лорд говорит:
    — Здравствуйте, Джек. Я бы хотел увидеть мистера Джонсона.
    — Это невозможно, сэр, к сожалению, мистер Джонсон уехал на похороны.
    — Я понял, Джек. А не подскажете ли, скоро ли он вернется?
    — Никак нет, сэр, он уехал туда в гробу.

    Старость его лица внушала спокойствие, пишет он, поскольку сама окончательность черт исключала всякое притворство. Старость ведь отнюдь не бесконечна, и в этом её прелесть. Она устанавливает предел изменениям, представляя человека в максимально завершённом виде.

    Иосиф Бродский

    У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

    — А что это за маленький зелёный остров, что расположен на севере?
    — О, это Ирландия! Место, где будут рождаться весёлые люди, великие музыканты. Они будут много путешествовать и варить удивительный тёмный напиток «Гиннесс».
    — А где же баланс и контраст?
    — А, Павел, ты ещё не знаешь, каких ублюдков я поселю на соседнем острове.

    Сидят в баре три англичанина, выпивают. Глядь – через стол сидят три ирландца. Англичане подпили, захотелось им подраться. А повода, вроде как и нет.
    Первый говорит:
    — Ставлю сто фунтов, что сейчас они полезут в драку!
    Идёт к ирландцам. Друзья англичане наблюдают.
    Подходит и говорит:
    — Эй, ирландцы! А вы знаете, кто был ваш Святой Патрик?
    — Ну, кто? – ирландцы неспешно выпивают Гиннеса.
    — Он был мужеложец!
    — Ничего себе! А мы не знали, – меланхолично выпивают ирландцы.
    Англичанин возвращается к своим. Мол, непростые какие-то ирландцы.
    Ну, встаёт второй.
    История повторяется:
    — Да ваш Патрик был скотоложец и драл животных!
    — Мммм, не знали! – запивают Гиннес Джеймисоном ирландцы.
    Вскакивает третий англичанин:
    — Ну учитесь! Эй, ирландцы! Щас-то я вам расскажу, кто был ваш Святой Патрик! Он был АНГЛИЧАНИН!
    Ирландцы расплываются в понимающей улыбке:
    — А, так вот, что имели в виду первые двое!

    Пропал как-то Бог на 7 дней. Возвращается счастливый, довольный.
    Апостол Павел тут же спрашивает:
    — Где пропадал?
    — Да создал новую планету, Земля называется. И всё у меня получилось сбалансировано и контрастно. Вот видишь Северную Америку, там будут жить богатые люди. А вот в Южной будут бедные. А вот в Европе люди будут белые. А в Африке чёрные.
    — А что это за маленький зелёный остров на севере?
    — О, это Ирландия! Место, где будут рождаться весёлые люди, великие музыканты. Они будут много путешествовать и варить удивительный тёмный напиток Гиннесс.
    — А где же баланс и контраст?
    — А, Павел, ты ещё не знаешь, каких ублюдков я заселю на соседний остров!

    У англичан нет кухни, мой друг, у них есть пища. Мясо пережарено, зелень увяла, сыр несъедобный. А в тот день, когда англичане изобретут свое вино, я уеду на родину в Бельгию.

    Агата Кристи

    Я — эко-френдли писатель и забочусь об окружающей нас экологии, и именно поэтому моя новая книга выйдет без обложки, без бумаги и вообще без книги и будет стоить 8999 рублей. Надо будет, позвоните, по телефону сюжет перескажу.

    Когда в Великобритании в 1857 году упростили и удешевили процедуру развода, в стране резко снизилось количество отравлений мышьяком.

    Викторианская Англия. Из порта Бристоля отплывает пассажирский лайнер. Капитан отдаёт последние распоряжения лоцману и отправляется к себе в каюту. Через несколько минут в его дверь деликатно стучат. Капитан открывает и видит на пороге каюты одного из пассажиров.
    — Добрый день сэр, - говорит пассажир.
    — Добрый день.
    — Сегодня прекрасная погода, не так ли?
    — Да, Бристоль прекрасен в это время года.
    — Действительно. А слышали ли вы последние новости из колоний?
    — Лишь о восстаниях в Бирме. Ничего нового.
    — Как всегда, как всегда... Сэр, не будете ли вы столь любезны одолжить мне стакан воды?
    — Конечно, прошу вас.
    Пассажир забирает стакан, вежливо кивает и уходит.
    Капитан планирует уже вернуться к своим делам, но тут в его каюту снова стучат. На пороге тот же пассажир.
    — И снова здравствуйте, сэр. Несказанно рад вас видеть.
    — Это взаимно.
    — В этом году довольно тёплая осень, не находите?
    — Да, совсем не то, что в Йорке.
    — Определённо. Слышали ли вы новости о здоровье Её Величества?
    — Лишь хорошие.
    — Чудесно, чудесно... Сэр, не хотелось бы вас обременять, но могу ли я попросить ещё один стакан воды?
    — Что вы, это ничуть не обременительно. Берите.
    Пассажир снова уходит. Капитан пожимает плечами. Собирается уже закрыть дверь, но на пороге тут же снова появляется пассажир.
    — Мои приветствия, сэр.
    — О, снова вы.
    — Как вам сегодняшний бриз?
    — Освежает, как всегда.
    — Да, море сегодня прекрасно. А доводилось ли вам читать свежую резолюцию парламента?
    — Увы, я не интересуюсь политикой.
    — Похвально, похвально... Сэр, я, право, смущён своей назойливостью, но не дадите ли вы мне ещё один стакан воды?
    — Я не хотел бы показаться чёрствым, но не будет ли проще, если я дам вам целый графин?
    — О, это было бы весьма кстати. Видите ли, в моей каюте пожар.

    Урок в Ольстерской школе.
    — Как тебя зовут?
    — Лиам МакНамара.
    Учитель нахмурился:
    — Надо добавлять слово «сэр»!
    — Хорошо. Сэр Лиам МакНамара.

    Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
    Толстой оглядел окрестные луга:
    — Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
    Достоевский мечтательно:
    — И старушка какая-нибудь рядом….
    Пушкин ещё мечтательнее:
    — С полной кружкой….
    Гоголь:
    — И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
    И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

    Существует известная история, которую Дарья Донцова неоднократно рассказывала в интервью. В школьные годы ей задали сочинение по повести Валентина Катаева «Белеет парус одинокий» на тему: «О чём думал автор, когда писал это произведение?». Вместо того чтобы гадать, девочка отправилась к самому Катаеву на дачу и попросила его написать сочинение за неё. Писатель согласился. Когда учительница проверила работу, она поставила «неудовлетворительно» с пометкой: «Катаев думал совсем не об этом». Узнав о случившемся, Валентин Петрович лично приехал в школу и объяснил педагогу, что думал именно так, как было изложено в сочинении. После этого оценка была исправлена на «отлично».

    Джентльмен в гостиной читает Таймс и курит трубку.
    Вдруг топот, крики, вбегает растрёпанный, полуодетый дворецкий:
    — Наводнение, Темза вышла из берегов, спасайтесь!…
    — Джон, что это? Вы как себя ведете!!!? Доложите как положено!
    — Простите, сэр.
    Дворецкий выходит.
    Через пять минут возвращается подтянутый, в застегнутом сюртуке, в перчатках:
    — К вам Темза, сэр!

    Старый английский замок.
    Сидит пожилой джентльмен у камина, пьёт кофе и курит трубку.
    Мимо него проходит молодой человек и скрывается в комнате его жены.
    Через некоторое время выходит и говорит:
    — Сэр, ваша жена сегодня как никогда холодна.
    — Да, она и при жизни не особо отличалась темпераментом.

    В далёкой Ирландии существует одна интересная поговорка, которая звучит так: «Бойся клыков змеи, рогов быка и улыбки англичанина».

    Лондон. Кабинет английского джентльмена. Распахивается дверь, вбегает дворецкий:
    — Наводнение!
    — Выйдите и доложите, как положено.
    Дворецкий выходит, закрывает за собой дверь, через несколько минут распахивает дверь со словами:
    — Темза, сэр!

    Судя по тому, что Достоевского изучают дети в школе, а взрослые его почти не читают, его можно назвать великим русским детским писателем.

    Отец – сыну:
    — И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

    Ирландец на исповеди:
    — Отче, простите меня, ибо я согрешил! На прошлой неделе встретил двоих англичан и убил их...
    Ответа нет.
    Он продолжает:
    — ...потом я выследил и застрелил их лейтенанта.
    В ответ – тишина.
    — Отче, что же Вы молчите?
    — Жду, когда ты закончишь хвастаться и начнёшь вспоминать свои грехи.

    Стояли Толстой и Достоевский на мосту, под ними текла река. Толстой говорит:
    – Вот так и наша жизнь течёт.
    А Достоевский ничего не сказал и плюнул в реку.
    Толстой говорит:
    – Ты осторожней, а то вот был случай в зоопарке — сторож Гаврилов тоже плюнул в водоём и заразил бегемота туберкулёзом, бегемот умер.
    Достоевский спрашивает:
    – А что Гаврилов?
    Толстой:
    – А что Гаврилов? Он потом ещё шимпанзе СПИДом заразил.
    – В клетку плюнул? — спросил Достоевский.
    – Какой ты, Фёдор Михайлович, в сущности ещё ребёнок, — расхохотался Толстой.

    Кто медведям лапы рвёт,
    Зайчиков под дождь суёт,
    Танин мячик бросил в речку,
    Обломал быку дощечку.
    Каждый знает, это кто,
    Это — Агния Барто!

Загрузка материалов...