На писательском собрании

Беседуют англичанин, француз и русский.
Англичанин:
— У нас произношение трудное. Мы говорим «Инаф», a пишем «enough».
Француз:
— O-ля-ля, у нас-то как сложно! Мы говори «Бордо» a пишем «Bordeaux».
Русский:
— Да это всё пустяки. Мы произносим: «Чё?», a пишем: «Повторите, пожалуйста».

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

Картавая проститутка поступила на филфак и перестала глотать окончания.

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

Поэт Кукушкин незаметно для окружающих подбрасывает свои стихи в книги других авторов.

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Пожилой редактор:
— Вот вы, батенька, пишете в своих книгах о дирижаблях. И много раз употребляете слово «гондола». Но при этом вы уверены, что это газовая оболочка, а ведь это не она, а подвесная кабина с пассажирами...
Современный писатель:
— А разве «гондола» – это не от слова «гондон»?

— Мы едим уже.
— Что едите?
— К вам едим.
— К себе ешьте...

— У вас есть чем пообедать?
— Чем, есть. Только нечего.

Раньше я был просто бедным, но потом купил словарь синонимов и стал нищим, неимущим и несостоятельным.

Мужики. Вот кофе. Между он и оно я бы выбрал она.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

Я, конечно, осведомлен о проблеме -тся и -ться, но «ДВА ПОЛОТЕНТСЯ» — это уже явный перебор.

А засорять русский язык иностранными словами это моветон или просто не комильфо?

Приходит один мужик в Союз Писателей и заявляет:
— Я начинающий поэт-песенник и хочу вам исполнить одну свою новую композицию. Думаю, она обязательно должна вам понравиться!
Ему в ответ:
— Это всё конечно очень здорово, нам необходимы новые имена. А что за песня у вас?
— Ну знаете, у меня такая песенка, она в народном стиле.
— Замечательно! Как она начинается?
Мужик показывает текст, который начинается словами: «Эх, #б твою мать».
Прочитав начальный текст, Союз Писателей говорит мужику:
— Очень неплохо! Вот только «эх» придётся убрать, а то слишком уж цыганщиной отдаёт.

— Κак взбесить филолога?
— ΗΕ ΚΑΚ

УтреннИЙ кофе, утреннИЙ кофе...
УтреннЕЕ! ... пиво с сосисками.

Говорят, что у М. И. Кутузова не было одного глаза. Неправда: один глаз у него был.

Учёные-филологи установили, что Щ — это самец буквы Ш.

— Вы ставите меня в филологический тупик своими авангардистскими идиомами.
— Чё?
— Вот, примерно это я и имел в виду.

Если генерал сказал ДА, то это ДА. Если генерал сказал НЕТ, то это НЕТ. Если генерал сказал МОЖЕТ БЫТЬ, то какой же это генерал?
Если дипломат сказал МОЖЕТ БЫТЬ, то это НЕТ. Если дипломат сказал ДА, то это МОЖЕТ БЫТЬ. Если дипломат сказал НЕТ, то какой же это дипломат?
Если девушка сказала НЕТ, то это МОЖЕТ БЫТЬ. Если девушка сказала МОЖЕТ БЫТЬ, то это ДА. Если девушка сказала ДА, то какая же это девушка?

— Мама, можно я пойду погуляю?
— С этой дыркой в колготках?
— Мам, не нужно так называть мою девушку...

Пишу сообщение своим друзьям: "Котята, вы вернулись?"
А сам думаю, ведь они у меня все собачники, можно ли к ним как-то мило обратиться.
Например:
"Вы уже вернулись, щенки?!"
"Где вы сейчас, псы?"
"Вы в городе, сучары?"

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

Подруга узнала, что я скучаю. Говорит: «Не грусти! Сейчас приеду к тебе, спою!» ...И ведь споила же, зараза!!!

Учёные-филологи установили, что Щ — это самец буквы Ш.

— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

— Выйдешь за меня?
— Конечно, дорогой! Я так долго ждала этого!
— Тогда завтра к 8:00. Спецовка у Степаныча в каптёрке.

Сын профессора филологии и заслуженной учительницы по русскому языку удерживал Дедушку Мороза в течение 12 часов, рассказывая стишки.

Раз не понимаешь кириллицей, я тебе мефодицей напишу...

Из сочинения: "Творчеству Гоголя была характерна тройственность. Одной ногой он стоял в прошлом, другой вступал в будущее, а между ног у него была жуткая действительность."

«Вообщем, ложить ихнее кофе в колидоре — это нормально», – заявил главный филолог России.

Объявление: «Кандидат филологических наук сымет комнату».

Отец – сыну:
— И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

Кто медведям лапы рвёт,
Зайчиков под дождь суёт,
Танин мячик бросил в речку,
Обломал быку дощечку.
Каждый знает, это кто,
Это — Агния Барто!

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

Преподаватель литературы спрашивает студентку:
— Если бы вы могли встретиться и поговорить с любым писателем, живым или мертвым, кого бы вы выбрали?
— Живого.

Врач:
— Кем работаете?
Я:
— Писатель.
Врач:
— Угу… (Записывает в карту «Хронические заболевания: алкоголизм, депрессия».)