Михаил Афанасьевич Булгаков

Идёт премьера в Большом театре. Вдруг с задних рядов пьяный крик:
— Люди! В зале есть врач? Зрители переглядываются, актеры остановили спектакль.
Голос с передних рядов:
— Да, я врач, что случилось? Снова пьяный голос с задних:
— Коллега, согласитесь, ох*ительный спектакль!

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

Прецессионная центрофазовая интерцефалопатическая ремиссия при мультиполярном ментоскопировании.

Если у вашего сына отвратительный почерк, готовьте его во врачи.

Отец – сыну:
— И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

На писательском собрании Маршака окликнули с трибуны: «С. Я., а Вы почему не выступаете?» С. Я. ответил: «Потому, что я не пава».

Старый доктор оставил вместо себя сына, недавно окончившего мединститут, и уехал в отпуск.
Возвращается, а сын ему заявляет:
— Я тут Павла Моисеевича вылечил. Ты его тридцать лет лечил, а я его – за один месяц вылечил!
— Идиот! Я на его почках тебя выучил, машину купил, дачу построил... А ты его... вылечил!!!

— Почему на фармацевта необходимо так долго учиться?
— Там первые несколько лет уходят только на то, чтобы научиться читать рецепты, выписанные врачами.

— Что бы сказал современный читатель, когда бы увидел, что Гоголь сжигает свой второй том романа «Мёртвые души»?
— Аффтар жжот.

— А вы продали что-нибудь с тех пор, как стали писателем?
— * Осматривая свою пустую квартиру * Всё...

В операционной. Всё уже готово к сложной хирургической операции, пациент лежит, заходит хирург.
Пациент смотрит, и говорит хирургу:
— Доктор, кажется где-то я вас раньше видел.
Анестезиолог уже вводит пациента в глубокий наркоз.
Хирург надевает перчатки и успевает ответить:
— Да, да, помню, помню... Я вас сразу узнал. Это вы тогда на «Киевской» меня обманули и продали диплом в два раза дороже его рыночной стоимости.

— Подвергая героев жестоким страданиям и мучениям, автор стремится вызвать у читателя сопележевание.
— Может, сопереживание?
— Нет.

Когда-то в Одессе жил всемирно известный окулист академик Филатов Владимир Петрович. И вот в день его юбилея студенты решили своему профессору сделать приятное. Нарисовали огромный глаз, а в глазу — его портрет. Филатов принял этот подарок и воскликнул: «Какое счастье, что я не гинеколог!».

И несмотря на веянья стихий,
Литература нам всего дороже,
На доме Гоголя я видел слово ВИЙ.
C двумя ошибками, увы, но всё же.

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

— Доктор, мне так хочется чего-нибудь жирного и вредного.
— Съешьте нашего главврача.

В этом месяце вышли сразу две новые книги: «Трансерфинг реальности» Вадима Зеланда и «Если ваш муж – наркоман» Галины Зеланд.

Больница. Пациент, выйдя из палаты решил обратиться к своему лечащему врачу, стоящему в коридоре у окна:
— Максим Викторович, я извиняюсь, но у меня сегодня с ночи под лопаткой торкает…
— Это хорошо! Вон видите – повезли мужика из соседней палаты. Так ему уже нигде не торкает!

Когда врач пишет непонятным почерком, он пишет аптекарю про вас всякие гадости! Вы приходите в аптеку, даете рецепт аптекарю, он читает, тут же отворачивается и уходит в другую комнату, чтобы от души поржать!

1. Ты ещё молодой, организм растёт, развивается! Поэтому всё нормально.
2. Ну что вы хотели? Возраст у вас средний, переходной период к старению организма. Поэтому это вполне допустимо.
3. И в таком-то преклонном возрасте вы хотите быть здоровыми?!
Три фразы, владея которыми, вы будете неплохим сотрудником скорой помощи.

— Интересно, а кто принял закон, что фельдшер может выполнять работу врача?
— Как кто? Спортсмены, актёры, Вассерманы, космонавты...

Жена:
— Я нашла в твоём кармане патроны и записку на арабском!
Муж:
— Вообще-то, это ректальные свечи и рекомендации врача.

Автор прекрасных «Суламифи» и «Гамбринуса» А. И. Куприн писал своему другу: «Всякий еврей рождается с мессианской целью стать русским писателем».

Поэт Кукушкин незаметно для окружающих подбрасывает свои стихи в книги других авторов.

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

Абрам жалуется Хаиму:
— Эти врачи рецепты пишут словно курица лапой, а потом разобрать ничего невозможно.
— Не знаю, не знаю … — отвечает Хаим. — Я по своему рецепту полгода бесплатно ездил в общественном транспорте, два раза удалось сходить в театр, а на прошлой неделе — не поверишь — обменял на акции.

Существует известная история, которую Дарья Донцова неоднократно рассказывала в интервью. В школьные годы ей задали сочинение по повести Валентина Катаева «Белеет парус одинокий» на тему: «О чём думал автор, когда писал это произведение?». Вместо того чтобы гадать, девочка отправилась к самому Катаеву на дачу и попросила его написать сочинение за неё. Писатель согласился. Когда учительница проверила работу, она поставила «неудовлетворительно» с пометкой: «Катаев думал совсем не об этом». Узнав о случившемся, Валентин Петрович лично приехал в школу и объяснил педагогу, что думал именно так, как было изложено в сочинении. После этого оценка была исправлена на «отлично».

Преподаватель литературы спрашивает студентку:
— Если бы вы могли встретиться и поговорить с любым писателем, живым или мертвым, кого бы вы выбрали?
— Живого.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

Юрист и врач беседуют на вечеринке. Но к врачу то и дело подходят гости, перебивают их беседу и жалуются на свои болячки, спрашивают совета.
Врач юристу:
— Скажите, почему у вас никто не спрашивает совета, когда вы не на работе? Как вам это удаётся?
Юрист:
— Если у меня кто-то просит совета, я даю его, но потом высылаю счёт.
Доктору очень понравилась эта идея. Но на следующий день он получил счёт от юриста.

Толстые книги прочитать-то трудно... а как их написать я вообще не понимаю...

Разговаривают два хирурга.
Первый:
— Представляешь, мне вчера сон приснился, – я профессор, делаю операцию на сердце, кругом ассистенты, все сплошь доктора наук, а ты мне пот со лба вытираешь!
Второй:
— А мне сон приснился, будто я умер, и вот стою перед воротами Рая, а святой Пётр меня не впускает, понимаешь – говорит, – ты хирург, ты людей резал, ты им боль причинял, не могу я тебя впустить! А я вдруг увидел тебя, ты в Раю, весь в белом, рядом красивые женщины. Говорю: «А почему Иванова впустили, он ведь тоже хирург?!» А Пётр в ответ: «Кто хирург? Иванов – ХИРУРГ? ГОВНО он, а не хирург!»...

— В каком это смысле твой больной умер?
— К сожалению, мы не Боги. У каждого врача есть своё маленькое кладбище...
— Ну не у логопеда же!

– О! Да у тебя отличная кардиограмма! Такая ровная, ритмичная.
– Это не кардиограмма — это врач рецепт выписал.

— Эта собака спасла мне жизнь!
— Как это произошло?
— Когда я болел, из районной поликлиники пришёл врач, а она не пустила его в дом.

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

Из соображений медицинской этики диагноз «умер» пациенту был заменен на «в дальнейшем лечении не нуждается».

Молодой писатель пожаловался отцу, что не знает, как назвать новую повесть. Тот, не читая книги, спрашивает:
— В повести есть барабаны?
— Нет.
— А трубы есть?
— Тоже нет.
— Тогда назови её «Без труб и барабанов».

— Петрович, ты с ума сошёл – в больничной палате духи пить? От тебя же на километр цветами нести будет!
— Доктор попросил. Говорит, что мне уж всё равно, а у патологоанатома завтра – день рождения.

Однажды Юрий Олеша предложил Маяковскому купить рифму: «МедикАмент — медяками».
Маяковский сказал:
— Рубль.
— Почему всего рубль?
— Потому что говорится «МедикамЕнт», с ударением на последнем слоге.
— Тогда зачем вообще покупаете?
— На всякий случай...

— Сударыня, давеча купил у Гоголя второй том «Мёртвых душ»!
— Сударь, помилуйте, он же палёный!

Терапевт с неразборчивым почерком, выписывая рецепт, случайно написал стихотворение на древнеяпонском.

Из сочинения: "Творчеству Гоголя была характерна тройственность. Одной ногой он стоял в прошлом, другой вступал в будущее, а между ног у него была жуткая действительность."

По истошным крикам больного, услышанным ещё в коридоре больницы, анестезиолог догадался, что припозднился на операцию.

— Доктор, неужели все так плохо?!
— Почему? Я вот кандидатскую заканчиваю по вашему случаю!