Каннибал и русские классики

— Что бы сказал современный читатель, когда бы увидел, что Гоголь сжигает свой второй том романа «Мёртвые души»?
— Аффтар жжот.

Школьники, которым предстоит прочитать 4 тома «Войны и мира», очень жалают, что на дуэли убили не Пушкина, а Толстого.

На уроке литературы:
— Вовочка, что тебе известно о Чехове и Пушкине?
— Чехов — это город, и Пушкин — это город.
— А кто же тогда Толстой?
— А Толстой — это лев!

Встречаются два современных писателя:
— Что-то погода последнее время просто отвратительная!
— Кстати, об отвратительном. Что новенького вы за последнее время насочиняли?

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Кто медведям лапы рвёт,
Зайчиков под дождь суёт,
Танин мячик бросил в речку,
Обломал быку дощечку.
Каждый знает, это кто,
Это — Агния Барто!

Благодаря нашим писателям нам есть на что ставить сковородку с картошкой.

Урок литературы. Учитель спрашивает:
— Ну что дети, вы прочитали Войну и мир?
Молчание...
Один парень подрывается с места, как будто шило в попе, с ошарашенными глазами спрашивает:
— А её чё читать надо было???
Учитель:
— Ну да...
— А я переписал!

Преподаватель литературы спрашивает студентку:
— Если бы вы могли встретиться и поговорить с любым писателем, живым или мертвым, кого бы вы выбрали?
— Живого.

Специалисты утверждают, что в Советском Союзе слаще всего жилось Максиму Горькому, а богаче всех был Демьян Бедный.

На писательском собрании Маршака окликнули с трибуны: «С. Я., а Вы почему не выступаете?» С. Я. ответил: «Потому, что я не пава».

Михаил Афанасьевич Булгаков по профессии был врачом, а прославился как писатель. Вот что получается, когда у врача разборчивый почерк.

Врач:
— Кем работаете?
Я:
— Писатель.
Врач:
— Угу… (Записывает в карту «Хронические заболевания: алкоголизм, депрессия».)

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

Гомер прочитал 10 книг и написал две поэмы…
Грибоедов прочитал 500 книг и написал 58 произведений…
Дарья Донцова прочитала этикетку от шампуня — и так вдохновилась!!!

Если бы сегодня Гоголь оказался на спектакле Гоголь-центра, а Чехов — на постановке в МХТ имени Чехова, то здоровье классиков необратимо бы пошатнулось...

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Папуа-Новая Гвинея. Международные соревнования по плаванию. Спортсмен перед выходом на старт интересуется у судьи:
— А почему вода в бассейне настолько горячая, что даже идет пар?
— Видите ли, у нас в стране очень жарко, вот и нагрелась.
— Да, но почему там плавает лавровый лист?

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

Сказка о том, «Как один мужик двух каннибалов прокормил...»

Отец с дочерью-подростком сидят в пивбаре. Бармен наливает отцу полный бокал пива, тот в свою очередь, обращается к дочери:
- На вот, доча, отпей чуть-чуть, попробуй чем тут твоего папу травят.
Дочь, отпив немного пива из бокала, с отвращением говорит:
- ФУ! Какой ужас, как это вообще можно пить. Горько же!
Отец понимающе:
- Ну вот, видишь, а вы с мамкой всё думаете, что я тут каждый день вкусные соки дегустирую, да ещё и удовольствие от этого получаю...

Задача писателя — не заканчивать литературные институты, а покончить с ними.

Поэт Кукушкин незаметно для окружающих подбрасывает свои стихи в книги других авторов.

Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...

Пожилой редактор:
— Вот вы, батенька, пишете в своих книгах о дирижаблях. И много раз употребляете слово «гондола». Но при этом вы уверены, что это газовая оболочка, а ведь это не она, а подвесная кабина с пассажирами...
Современный писатель:
— А разве «гондола» – это не от слова «гондон»?

— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».

Когда мне грустно, я вспоминаю продавщицу на бензоколонке где-то под Пермью, у которой мой брат спросил:
— Скажите пожалуйста, а этот шоколад горький?
И она, не задумываясь, с мертвым лицом ответила:
— Как сама жизнь.

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

— Доченька, кого ты больше всего любишь?
— Картошечку и чай.
— А из людей?
— А людей я не ем.

"Называть себя писателем — дурной вкус. Нужно, чтобы тебя назвали писателем другие".

Каждый раз, когда мне становится грустно на душе, я вспоминаю одну продавщицу на бензоколонке где-то под Рязанью, у которой мой приятель, как-то спросил:
— Скажите пожалуйста, а эта шоколадка горькая?
И она, без какой-либо задней мысли, с совершенно безэмоциональным выражением лица ответила:
— Да. Как сама жизнь.

Вот все говорят, что нужно читать классическую литературу. А зачем? Мне, например, доподлинно известно, что Пушкин, когда писал «Евгения Онегина», ни Толстого, ни Достоевского не читал.

Судя по тому, что Достоевского изучают дети в школе, а взрослые его почти не читают, его можно назвать великим русским детским писателем.

Говорят, что на самой последней странице паспорта Дарьи Донцовой можно прочесть имя убийцы.

Сидят два каннибала. Голодные, мрачные. Один печально листает каталог товаров. Потом говорит:
— О! У меня идея! Давай по каталогу холодильник закажем.
— Ты что, совсем с глузду съехал? У нас жрать нечего, а ты холодильники заказывать собрался.
— Дурилка ты всё-таки. И холодильник нам пригодится, и грузчики.

Недавно Дарья Донцова закончила работу над своим очередным бестселлером. Стоит признать тот факт, что она внесла весьма большой вклад в отечественную бессмыслитристику.

Толстые книги прочитать-то трудно... а как их написать я вообще не понимаю...

Приходит один мужик в Союз Писателей и заявляет:
— Я начинающий поэт-песенник и хочу вам исполнить одну свою новую композицию. Думаю, она обязательно должна вам понравиться!
Ему в ответ:
— Это всё конечно очень здорово, нам необходимы новые имена. А что за песня у вас?
— Ну знаете, у меня такая песенка, она в народном стиле.
— Замечательно! Как она начинается?
Мужик показывает текст, который начинается словами: «Эх, #б твою мать».
Прочитав начальный текст, Союз Писателей говорит мужику:
— Очень неплохо! Вот только «эх» придётся убрать, а то слишком уж цыганщиной отдаёт.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

Беседуют двое приятелей. Один:
— Буду книгу писать...
— Зачем? — Интересуется второй.
— Читать нечего!

— В любой непонятной ситуации, просто начинай читать отечественную классику.
— Но зачем?
— Как правило, там всё у всех намного хуже.

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Благодаря искусственному интеллекту на полках скоро появятся новые произведения Пушкина, Гоголя и Толстого.

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

По этой жизни нужно быть не только непредсказуемой, но и коварной, как огурец с горькой попкой.

Два людоеда едят клоуна, один другому:
— Ну как тебе?
— Что-то совсем не смешно.

Один критик вызвал писателя на дуэль, после чего предупредил своего секунданта:
— Если я задержусь, начинайте без меня!

Толстой как-то встретил в казино Достоевского:
— И кто тут играет, Фёдор Михайлович?
— Одни идиоты, Лев Николаевич.