Литературные критики

Отец – сыну:
— И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

Беседуют двое приятелей. Один:
— Буду книгу писать...
— Зачем? — Интересуется второй.
— Читать нечего!

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

— Что бы сказал современный читатель, когда бы увидел, что Гоголь сжигает свой второй том романа «Мёртвые души»?
— Аффтар жжот.

Михаил Афанасьевич Булгаков по профессии был врачом, а прославился как писатель. Вот что получается, когда у врача разборчивый почерк.

— Ах, с какой странной шпагой, сударь, вы заявились на дуэль!
— Это лом, месье.

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

Пожилой редактор:
— Вот вы, батенька, пишете в своих книгах о дирижаблях. И много раз употребляете слово «гондола». Но при этом вы уверены, что это газовая оболочка, а ведь это не она, а подвесная кабина с пассажирами...
Современный писатель:
— А разве «гондола» – это не от слова «гондон»?

Любите литературу!
Как много тепла можно получить от собрания сочинений плодовитого писателя!

Толстой как-то встретил в казино Достоевского:
— И кто тут играет, Фёдор Михайлович?
— Одни идиоты, Лев Николаевич.

Артиллерист приехал в деревню к матери на побывку. Сидит возле печи, греется, кота поглаживает. Задремал. Головешка из печи выскочила, пол задымился. Возвращается мать и с порога кричит:
— Огонь! Сын вскакивает, бросает кота в печку, захлопывает печную заслонку и орёт:
— Орудие к бою!

— В любой непонятной ситуации, просто начинай читать отечественную классику.
— Но зачем?
— Как правило, там всё у всех намного хуже.

Недавно Дарья Донцова закончила работу над своим очередным бестселлером. Стоит признать тот факт, что она внесла весьма большой вклад в отечественную бессмыслитристику.

Только один процент современных школьников, которых заставляют учить наизусть стихи Пушкина, начинают понимать Пушкина. Остальные 99% начинают понимать Дантеса!

Убийца Пушкина и убийца Лермонтова потом стрелялись на дуэли за Суперкубок.

Студентку-блондинку спрашивают на экзамене:
— Вы знаете убийцу Лермонтова?
— Конечно, но ведь он не убийца, а великий поэт…

Школа. Двоечник спрашивает у своего соседа по парте:
— Слушай, а ты не помнишь в каком году умер Пушкин?
— В 37-м.
— Вот проклятый Сталин, такого поэта загубил!

На писательском собрании Маршака окликнули с трибуны: «С. Я., а Вы почему не выступаете?» С. Я. ответил: «Потому, что я не пава».

Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...

Благодаря нашим писателям нам есть на что ставить сковородку с картошкой.

У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

Преподаватель литературы спрашивает студентку:
— Если бы вы могли встретиться и поговорить с любым писателем, живым или мертвым, кого бы вы выбрали?
— Живого.

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.

На уроке литературы:
— Вовочка, что тебе известно о Чехове и Пушкине?
— Чехов — это город, и Пушкин — это город.
— А кто же тогда Толстой?
— А Толстой — это лев!

Благодаря искусственному интеллекту на полках скоро появятся новые произведения Пушкина, Гоголя и Толстого.

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

— Чем вы занимаетесь? – спросил у него жандарм, заполняя анкету.
— Пишу.
— Я спрашиваю, чем вы зарабатываете на жизнь?
— Пером.
— Так и запишем: «Гюго. Торговец перьями».

Штирлицу попала пуля в голову. «Разрывная», – пораскинул он мозгами.

Задача писателя — не заканчивать литературные институты, а покончить с ними.

Говорят, что на самой последней странице паспорта Дарьи Донцовой можно прочесть имя убийцы.

Пастор читает проповедь:
— Алкоголь – это ваш враг номер один. Вы напьётесь, обязательно поссоритесь с женой, схватитесь за револьвер и с пьяну всё равно промажете.

Дантес никак не мог решиться нажать на курок. Но услышав грозный окрик своего секунданта – «А стрелять за тебя Пушкин будет?» – вздрогнул и инстинктивно разрядил пистолет в поэта.

Врач:
— Кем работаете?
Я:
— Писатель.
Врач:
— Угу… (Записывает в карту «Хронические заболевания: алкоголизм, депрессия».)

Из сочинения: "Творчеству Гоголя была характерна тройственность. Одной ногой он стоял в прошлом, другой вступал в будущее, а между ног у него была жуткая действительность."

Поэт Кукушкин незаметно для окружающих подбрасывает свои стихи в книги других авторов.

Урок литературы. Учитель спрашивает:
— Ну что дети, вы прочитали Войну и мир?
Молчание...
Один парень подрывается с места, как будто шило в попе, с ошарашенными глазами спрашивает:
— А её чё читать надо было???
Учитель:
— Ну да...
— А я переписал!

Новость: В США женщина забаррикадировалась в своей квартире и угрожала застрелиться. Приехавший на место происшествия спецназ в ходе спецоперации проник в дом и застрелил женщину.
Комментарий:
– Зато теперь она в ад точно не попадёт.

Вот все говорят, что нужно читать классическую литературу. А зачем? Мне, например, доподлинно известно, что Пушкин, когда писал «Евгения Онегина», ни Толстого, ни Достоевского не читал.

Мы не учимся на ошибках. Вот, казалось бы, всем известно, как погиб Пушкин, но в школах продолжают учить стихи, а стрелять по-прежнему не учат.

Двое охотников отправились на охоту, на медведя. Нашли они берлогу и начали в неё огромной рогатиной тыкать. Спустя некоторое время из берлоги выскакивает огромных размеров медведь, горе-охотники в панике бросаются наутёк, медведь за ними…. Бегут, вдруг видят дерево ветвистое, ну решили залезть на него от медведя. Залезли, а медведь начинает дерево грызть, царапать и понемногу вскарабкиваться к охотникам. Один из охотников, тот, который висел на дереве чуть пониже, во время закарабкивания на дерево уронил своё ружьё и, видя, как медведь встаёт на задние лапы и начинает карабкаться на их дерево - кричит своему товарищу:
- Петька, стреляй! Он к нам лезет!
Его товарищ, взведя курок, говорит:
- Ты меня знаешь, ща я ему чего нить отстрелю!
С этими словами он стреляет и отстреливает медведю яйца… Но медведь карабкается, как прежде…
Охотник расположенный ниже снова кричит:
- Стреляй ещё он уже совсем близко!
Тот, перезаряжаясь, отвечает:
- Спокойно, ща я ему хeр отстрелю!
Охотник расположенный ниже в панике начинает кричать:
- Стреляй ему в лоб!! Я по глазам вижу, что он сюда ни еб…ся лезет!!!!

Однажды я ходил в поход со своей девушкой. Внезапно на нас набросился огромный бурый медведь, совсем обезумевший. Должно быть, мы подошли слишком близко к её детёнышам. К счастью, у меня был с собой 9-миллиметровый пистолет. Одного выстрела в коленную чашечку моей подруги было достаточно, чтобы я мог уйти оттуда, в неспешном темпе.

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Приходит один мужик в Союз Писателей и заявляет:
— Я начинающий поэт-песенник и хочу вам исполнить одну свою новую композицию. Думаю, она обязательно должна вам понравиться!
Ему в ответ:
— Это всё конечно очень здорово, нам необходимы новые имена. А что за песня у вас?
— Ну знаете, у меня такая песенка, она в народном стиле.
— Замечательно! Как она начинается?
Мужик показывает текст, который начинается словами: «Эх, #б твою мать».
Прочитав начальный текст, Союз Писателей говорит мужику:
— Очень неплохо! Вот только «эх» придётся убрать, а то слишком уж цыганщиной отдаёт.

Если бы сегодня Гоголь оказался на спектакле Гоголь-центра, а Чехов — на постановке в МХТ имени Чехова, то здоровье классиков необратимо бы пошатнулось...

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Судя по тому, что Достоевского изучают дети в школе, а взрослые его почти не читают, его можно назвать великим русским детским писателем.

— Вовочка! Ты почему опять опоздал на урок? Ты же говорил, что на тебя будильник действует прямо как выстрел.
— Да Марья Ивановна, как он зазвенит, так я и лежу как убитый.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

Встречаются два современных писателя:
— Что-то погода последнее время просто отвратительная!
— Кстати, об отвратительном. Что новенького вы за последнее время насочиняли?

Кто медведям лапы рвёт,
Зайчиков под дождь суёт,
Танин мячик бросил в речку,
Обломал быку дощечку.
Каждый знает, это кто,
Это — Агния Барто!

Муж, военный, застаёт жену с любовником, вынимает пистолет:
— Пошли со мной.
Выходят.
Муж предлагает любовнику:
— Давай раз и навсегда выясним, кто ей нужен. Сделаем так: я выстрелю два раза, и мы оба упадём. К кому жена первому подбежит, тот с ней и останется.
Жена слышит два выстрела, выглядывает в окно, кричит:
— Петя, вылезай. Эти кретины перестреляли друг друга!

Тут уж как кому повезёт. Иному достаточно просто приделать к полену нос, чтобы войти в сокровищницу мировой литературы.