Музыкальная игра
Надо сыграть так, словно вы немножко выпили и никуда не спешите.
Надо сыграть так, словно вы немножко выпили и никуда не спешите.
Это вам не симфонический оркестр, здесь в толпе не спрячешься, надо играть чисто!
Дирижёр распекает оркестр:
— Скрипачи еле пилят, труба пердит, а не играет, виолончелисты в ритм не попадают... (и бла-бла-бла, и бла-бла-бла...).
Барабанщику это надоело, он кааак даст палкой по барабану!
Дирижёр, гневно оглядывая оркестр:
— Ну? И кто это сделал!?
Музыкант проходит прослушивание на вакансию в симфонический оркестр. Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно – в общем, мечта любого оркестра.
— Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
— Иванов.
— Иванов? Хм... Странно... А имя?
— Иван.
— Иван?! Удивительно... А отчество?
— Израилевич.
— Это ж надо, как глубоко порой зарыт талант!
Я знаю, что вы все меня ненавидите. Теперь подумайте, как к вам должен относиться я?
Мне не место с вами в одной музыке!
Семь раз отпей, восемь раз долей!
На репетиции оркестра дирижёр крайне недоволен игрой ударников:
— Если у музыканта не получается ни на чём играть, ему выдают две палочки, и он становится барабанщиком.
Театральный шёпот из оркестра:
— А если он и с барабанной установкой совладать не смог, у него одну палочку отбирают, и он становится дирижёром.
Записывают скрипача. Первый дубль — фальшивит, второй — опять, третий — тоже самое.
Звукорежиссёру надоело, спрашивает скрипача:
— Гамму можешь сыграть чисто?
— Да.
— Давай играй, а я потом смонтирую.
Почему вам в детстве не объяснили, чем труба отличается от пионерского горна?
Осталось всего три репетиции до позора!
Пронумеруйте такты, а то глаза могут сместиться, а цифры — нет!
Музыка всегда была поддержкой моей мысли.
Дома прийти и заниматься так, чтоб вся семья у тебя умела это играть...
Придёте домой, передайте мои соболезнования вашей жене. Как можно спать с таким неритмичным человеком?
От себя попробуйте дуть! У меня такое впечатление, что вам ещё в музыкальной школе не объяснили направление потока воздуха в мундштуке!
Люди, которые любят выпить, говорят, что всю водку выпить нельзя, но к этому надо стремиться. Я также считаю, что все хорошо быть не может, но к этому надо стремиться.
Беседуют два студента консерватории:
— Скоро защита диплома, а у меня ничего не выходит.
— А ты возьми диссертацию нашего учителя и перепиши все ноты в обратном порядке.
— Да я пробовал.
— Ну и что?
— Вальс Шуберта получается...
Гитаристу завязывают глаза, дают в руки змею и просят угадать что это...
Тот гладит, щупает ее со всех сторон:
— Без рук.. без ушей...О, так это ж наш звукорежиссёр!!
Во время драки в оркестре выяснилось, что все инструменты ударные!
Смотрите одним глазом в партию, а двумя на меня!
Я скажу вам сейчас, какие тут ноты, – вы очень удивитесь.
Дирижёр на репетиции духового оркестра:
— Так! Стоп! Валторны ещё в рот не взяли, а тромбоны уже кончили...
Это произведение вы должны были впитать с молоком преподавателя!
Кто-нибудь знает, как вообще понять, что волынщик играет хорошо?
Те, кто всегда поступает по справедливости, пьют в одиночку.
А вы замечали, что в слове "запой" есть что-то музыкальное?
Уберите свой маникюр с грифа!
Мендельсона надо играть без «мендельсовщины».
Это ж надо так ненавидеть друг друга, чтоб так играть!
Мужик выпил – всё забыл, женщина выпила – припомнила всё!
Самое удивительное в поп-певцах, что ртом они поют точно так же.
Я прекращаю всякие церемонии и с сегодняшнего дня начну вас учить любить, если не меня, то хотя бы музыку!
Звучащее из автомобиля на полную мощность выступление Рахманинова несколько часов подряд не позволяло отдыхающей неподалёку группе дирижёров нанизывать шашлык на шампуры.
Научная сенсация: «Чем умнее человек, тем сильнее у него тяга к алкоголю!».
Альты, куда вы лезете? И ладно бы что-то приличное лезло, а то фа-диез!
я дирижёр, а это значит,
что мне дозволено орать,
гримасничать, махать руками
и делать страшные глаза.
Что касается пьянства, то этот порок — насквозь телесный и материальный. Поэтому самый грубый из всех ныне существующих народов — тот, у которого особенно распространен этот порок. Другие пороки притупляют разум, пьянство же разрушает его и поражает тело.
Перестаньте пялиться в декольте флейтистки, там нет нот, ваша партия на пюпитре!
Была б моя воля, я воспользовался этой палочкой так, чтобы у вас возобновилась проходимость воздуха в организме!
Заканчивается репетиция симфонического оркестра. Альт говорит виолончели:
— Ну, что, теперь на грамзапись.
Идут в буфет:
— Танюша, солнышко. Нам два по сто, и запишите на меня.
Не захлебнитесь в собственном таланте!
Большой Театр ставит «Бориса Годунова». Идёт репетиция хора. Дирижирует Голованов.
Хор опустив головы гундосит: «Правосла-а-авные! Православные....»
Присутствующий на репетиции режиссер Покровский шепчет Голованову:
— Ну что они у вас в оркестровую яму поют. Скажите, чтоб пели в зал, дальним рядам, пусть руки туда тянут!
Голованов дублирует во всю глотку:
— Какого хрена Вы в оркестр руки тянете? Где вы там православных увидели?
Алкоголь — это такая штука, которая отодвигает ощущение смерти подальше, а саму смерть поближе.
Хотел бы официально выразить признательность ребятам, которые играют в оркестрах "треугольник".
Спасибо за всё!
Записка дирижёру после концерта: «Извините, я не ябеда, но ваш литаврист бьёт в инструмент, только когда вы на него смотрите».
— Как это называется, когда музыканту приходится пользоваться туалетом четвёртый раз за день?
— Четвёртое движение.
Второй тромбон, я хочу вам пожелать, чтоб на ваших похоронах так играли!
Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.
— На что жалуетесь?
— Доктор, у меня в голове музыка играет!
— Ну и что? Ничего страшного!
— Доктор, она мне не нравится! Да ещё и вторая скрипка то и дело фальшивит!
Идёт репетиция государственного симфонического оркестра.
Дирижёр в сотый раз заставляет переигрывать одно и то же место:
— Вторая скрипка, опять вы сбиваетесь с темпа! Ещё раз с семнадцатой цифры!
Играют снова.
Дирижёр опять недоволен:
— Стоп, стоп, стоп! Флейта, здесь не ля, а ля-бемоль! Ещё раз.
Ударник не выдерживает и в знак протеста остервенело колотит по всем своим барабанам и литаврам. Дикий грохот, все замирают в оцепенении...
Дирижёр обводит тяжёлым взглядом оркестр, долго молчит, потом спрашивает:
— Так, ну и кто это сделал?
Дирижёр приходит на репетицию, работает час, два, не всё у него получается.
Тогда один из музыкантов тянет руку и говорит:
— Можно я?
Дирижёр подумал и говорит музыкантам:
— Вы. И вы.
В это время встревает ещё один музыкант:
— И я!
Дирижёр согласился:
— И вы. Вон отсюда, чтобы я вас больше не видел!
Уборщица ночного клуба, протирая микшеры и пульты, случайно попала в лучшую сотню диджеев мира.
Никогда не заявляйте на вечеринке, что вам нельзя много пить, сегодня.
Приходит к врачу мужик, и говорит:
— Доктор, когда я играю на скрипке, у меня член встаёт. Что это такое со мной?
Доктор долго осматривал пациента, но ничего не нашёл.
Тогда он говорит:
— Приходите завтра со скрипкой, и посмотрим.
На следующий день приходит пациент со скрипкой. Снимает штаны и начинает играть. У него сразу встаёт член, а следом и у доктора.
Пациент спрашивает:
— Ну что это, доктор?
— По-моему, у Вас музыка п*здатая!
Не надо так терзать арфу и путать её с пьяным мужем!
И если кто-то сыграл фальшиво, главное – успеть посмотреть с укором на соседа.
Классический музыкант несколько месяцев учит произведение, потом пару раз за год его исполняет.
Попсовый музыкант за день выучивает три песни, и ему приходится всю жизнь их повторять ежедневно. Именно поэтому у попсы в разы больше гонорары.
Женский хор! Спойте вместе со своими мозгами.
Вы так фамильярно всё это играете, как будто лично с Прокофьевым пили!
Шостакович не был боксёром, но за такую игру он воскрес бы и набил вам морду!
Я обещаю вам трудоустройство в подземном переходе, и лично договорюсь с ментами и бандитами, чтоб вас не трогали. Но за прохожих я не ручаюсь.
В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.
ну вы в натуре охренели
кричит трясётся дирижёр
здесь на два такта три синкопы
а вы как суки напролом
В Большом театре премьера. Собираются зрители: мужчины в смокингах, дамы в бриллиантах. До поднятия занавеса остаётся несколько минут, дирижёр готовит оркестр. Вдруг видит, что первый скрипач отсутствует. Даёт поручение распорядителю найти первую скрипку. Срочно!
Тот бежит на поиски. Вскоре появляется и стесняясь, шёпотом сообщает дирижёру, что музыкант найден, но... такая щекотливая ситуация – привести его сейчас невозможно. Ибо он дрочит в мужском сортире. Дирижёр с воплем «Я с ним сам разберусь!» бежит в туалет. Врывается в кабинку, после чего из неё раздаётся его крик:
— Какой позор! И это первая скрипка оркестра! Кто вам ставил руку?! Выше локоть! Мягче кисть!
Ребята, это ведь «Кукушки звуки», а не приближение вражеской авиации!
Если вы ещё раз так сыграете первую цифру, я убью всех вас по очереди, похороню, отсижу, а потом наберу новый оркестр!
Вы не боитесь выходить на второе отделение? Скажите спасибо, что в консерваторию ходят интеллигенты. А то пролетарии встали бы со своих мест и набили всем вам морду за такую игру!
Спасибо, музыка, за то, что была рядом, когда больше никого не было.