Музыкальная партия

Осталось всего три репетиции до позора!

Звучащее из автомобиля на полную мощность выступление Рахманинова несколько часов подряд не позволяло отдыхающей неподалёку группе дирижёров нанизывать шашлык на шампуры.

— Абрам, чем вы сейчас заняты?
— Я оперу пишу.
— Ого, я и не знал, что вы в нотах разбираетесь.
— В каких таких нотах? Мне опер указание дал, каждый день про всех ему писать.

Я прекращаю всякие церемонии и с сегодняшнего дня начну вас учить любить, если не меня, то хотя бы музыку!

Записка дирижёру после концерта: «Извините, я не ябеда, но ваш литаврист бьёт в инструмент, только когда вы на него смотрите».

Самое удивительное в поп-певцах, что ртом они поют точно так же.

— Вы любите музыку?
— Да, но ничего страшного, продолжайте играть.

Девушка приходит в клинику пластической хирургии. Подходит к главному хирургу и говорит:
- Доктор спасибо вам за проделанную процедуру блефаропластики. Всё супер, всё замечательно, но есть одно «но».
Врач немного напрягшись:
- Какое?
- Я просила вас сделать мне взгляд, как бы немного удивлённый, а не конкретно ах*евший!

На репетиции оркестра дирижёр крайне недоволен игрой ударников:
— Если у музыканта не получается ни на чём играть, ему выдают две палочки, и он становится барабанщиком.
Театральный шёпот из оркестра:
— А если он и с барабанной установкой совладать не смог, у него одну палочку отбирают, и он становится дирижёром.

Если у пианино две педали, а у рояля — три, то получается, что пианино — автомат, а рояль — механика?

Музыка всегда была поддержкой моей мысли.

— Что используют музыканты, разбивающие свои инструменты об сцену?
— Обсценную лексику.

С печалью, грустью и тоской, смотрели друг на друга, твои влюблённые глаза.

Надо сыграть так, словно вы немножко выпили и никуда не спешите.

Во время драки в оркестре выяснилось, что все инструменты ударные!

Кошачьи глаза способны говорить на прекрасном языке. Вы можете понять его, только если любите их.

Дирижёр на репетиции духового оркестра:
— Так! Стоп! Валторны ещё в рот не взяли, а тромбоны уже кончили...

Не смотри в глаза красивые, и не спрашивай ты чей – все красивые ребята из породы сволочей.

Жаль, что мы не рисуем прямо глазами. Как много пропадает на длинном пути от глаз через руку к кисти.

В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Музыкант проходит прослушивание на вакансию в симфонический оркестр. Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно – в общем, мечта любого оркестра.
— Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
— Иванов.
— Иванов? Хм... Странно... А имя?
— Иван.
— Иван?! Удивительно... А отчество?
— Израилевич.
— Это ж надо, как глубоко порой зарыт талант!

Если есть фамилия Сидоренко, должны быть фамилии Мифасольский и Лясидоев.

Если вы думаете, что у кошек нет души, то, возможно, вы недостаточно долго смотрели им в глаза.

Когда слушаешь русский шансон, создается впечатление, что тюрьма – самое чудесное место на земле, где сидят талантливые, образованные и любящие маму люди.

Беседуют два студента консерватории:
— Скоро защита диплома, а у меня ничего не выходит.
— А ты возьми диссертацию нашего учителя и перепиши все ноты в обратном порядке.
— Да я пробовал.
— Ну и что?
— Вальс Шуберта получается...

Зорко лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.

- Ну и куда ты пошёл? Чего ты к этим девкам пристал?
- Мне жена, после нашей последней ссоры, сказала: "Иди куда глаза глядят". Я же не виноват, что они у меня на красивых девушек сами постоянно глядят!

Вы так фамильярно всё это играете, как будто лично с Прокофьевым пили!

— Что пьёшь?
— Компотик.
— А почему глаза блестят?
— Он с блёстками!

Если вы ещё раз так сыграете первую цифру, я убью всех вас по очереди, похороню, отсижу, а потом наберу новый оркестр!

Объявление:
«Требуются настоящие любители тяжёлой музыки. Нужно поднять пианино на пятый этаж без лифта...»

Я обещаю вам трудоустройство в подземном переходе, и лично договорюсь с ментами и бандитами, чтоб вас не трогали. Но за прохожих я не ручаюсь.

Однажды программист отправился на музыкальный конкурс, где проиграл, по той причине, что единственные ноты, которые были ему известны, это C и C #.

Заканчивается репетиция симфонического оркестра. Альт говорит виолончели:
— Ну, что, теперь на грамзапись.
Идут в буфет:
— Танюша, солнышко. Нам два по сто, и запишите на меня.

Как правило, самые грустные глаза на свадебных фотографиях у женихов.

— Как можно заставить гитариста перестать играть?
— Просто поставьте перед ним ноты.

Ранний вечер. Сидит мужик с банкой пива перед экраном телевизора:
Ведущий:
— И так тройка самых высокооплачиваемых музыкантов в мире. Третье место достаётся певице Адель, которая заработала в 2016 году 80,5 миллиона долларов.
Мужик:
— Неплохо. Молодец...
Ведущий:
— На второй строчке расположилась - группа One Direction со 110 миллионами долларов.
Мужик:
— Неплохо. Тоже молодцы...
Ведущий:
— Ну, и наконец первое место заняла 26-летняя певица Тейлор Свифт, годовой доход которой составил 170 миллионов долларов.
Мужик задумавшись:
— Так, стоп. Я не понял. А где Лоза?

Спасибо, музыка, за то, что была рядом, когда больше никого не было.

Шутка про то, что менеджеры реперов буквально играют в тамагочи, следя, чтобы тот не обоср*лся и не откинулся, очень незаслуженно забыта.

— Как это называется, когда музыканту приходится пользоваться туалетом четвёртый раз за день?
— Четвёртое движение.

Большой Театр ставит «Бориса Годунова». Идёт репетиция хора. Дирижирует Голованов.
Хор опустив головы гундосит: «Правосла-а-авные! Православные....»
Присутствующий на репетиции режиссер Покровский шепчет Голованову:
— Ну что они у вас в оркестровую яму поют. Скажите, чтоб пели в зал, дальним рядам, пусть руки туда тянут!
Голованов дублирует во всю глотку:
— Какого хрена Вы в оркестр руки тянете? Где вы там православных увидели?

я дирижёр, а это значит,
что мне дозволено орать,
гримасничать, махать руками
и делать страшные глаза.

В Большом театре премьера. Собираются зрители: мужчины в смокингах, дамы в бриллиантах. До поднятия занавеса остаётся несколько минут, дирижёр готовит оркестр. Вдруг видит, что первый скрипач отсутствует. Даёт поручение распорядителю найти первую скрипку. Срочно!
Тот бежит на поиски. Вскоре появляется и стесняясь, шёпотом сообщает дирижёру, что музыкант найден, но... такая щекотливая ситуация – привести его сейчас невозможно. Ибо он дрочит в мужском сортире. Дирижёр с воплем «Я с ним сам разберусь!» бежит в туалет. Врывается в кабинку, после чего из неё раздаётся его крик:
— Какой позор! И это первая скрипка оркестра! Кто вам ставил руку?! Выше локоть! Мягче кисть!

Мне не место с вами в одной музыке!

Дирижёр распекает оркестр:
— Скрипачи еле пилят, труба пердит, а не играет, виолончелисты в ритм не попадают... (и бла-бла-бла, и бла-бла-бла...).
Барабанщику это надоело, он кааак даст палкой по барабану!
Дирижёр, гневно оглядывая оркестр:
— Ну? И кто это сделал!?

В свою студенческую бытность, я довольно часто посещал музыкальные концерты, которые проводились в обыкновенной квартире, в домашней обстановке. Выступали на них, как правило, несколько музыкантов с акустическими инструментами. Таким образом, посетителям концерта предоставлялась возможность более близкого знакомства не только с творчеством исполнителей, но и с самими музыкантами. А музыкантам, в свою очередь — лучше узнать своего слушателя и аудиторию в целом. Как правило, на данных концертах создавалась крайне непринуждённая обстановка, которая стирала все границы между выступающим и собравшимися зрителями. На одном из таких квартирников, хозяин жилого помещения, как-то похвастался нам, что скоро будет юбилей, 10 лет как он организовывает квартирники. В тот момент, один из собравшихся гостей произнёс:
— Знаешь, а я кажется догадываюсь, о чём думают твои соседи. Они наверняка думают о том, что если бы тогда, десять лет назад, ещё после первого квартирника они бы тебя "грохнули", то сейчас бы уже вышли на свободу и жили бы, тихой и спокойной жизнью.

Дирижёр приходит на репетицию, работает час, два, не всё у него получается.
Тогда один из музыкантов тянет руку и говорит:
— Можно я?
Дирижёр подумал и говорит музыкантам:
— Вы. И вы.
В это время встревает ещё один музыкант:
— И я!
Дирижёр согласился:
— И вы. Вон отсюда, чтобы я вас больше не видел!

— Ужасно, наверное, когда певец понимает, что не может больше петь!
— Ещё хуже, когда он не понимает этого...