Огонь

Несколько часов назад внезапно загорелась здание инспекции федеральной налоговой службы. Граждане помогали, кто, чем мог: кто дровами, кто углем, а кто и бензином...

К прикованному на скале Прометею каждый день прилетал орёл и разрушал его печень водкой.

Жесть, сейчас пару часов не было интернета в Москве. На улице люди пытались кремнем добыть огонь, чтобы сварить лавандовый раф.

Пожар на складе огнетушителей собрал толпу любителей тонкой иронии.

Иногда наш огонь гаснет, но другой человек снова раздувает его. Каждый из нас в глубочайшем долгу перед теми, кто не дал нашему огню потухнуть.

Штирлиц вышел из леса и увидел людей, сидящих у костра. «Кастраты» – подумал Штирлиц.

На три вещи можно смотреть бесконечно:
– На текущую воду
– На горящий огонь
– На потолок в мавзолее

Пожар в больнице. Пожарники тушат. Потушили.
Командир приходит к главврачу с докладом:
— Потушили. Вытащили семерых. Пятерых откачали, ну а двоих никак...
Главврач в шоке:
— Ребята, вы же морг тушили...

Гиперактивный мальчик по имени Алёша, катаясь летом на деревянной горке, сумел добыть жопой огонь.

— Что будет, если долго смотреть на огонь?
— Могут уволить из МЧС...

У костра собрались американский морпех, британский спецназовец SAS и русский десантник.
И начали спорить, кто из них круче.
Американец:
— Я пробрался к противнику, с одним ножом, перерезал целый гарнизон вооруженных иракских солдат, а потом взорвал к едреням их иракскую базу.
Британец:
— Это что, я вот голыми руками перебил два гарнизона талибов, взорвал к едреням их талибскую базу и взял в плен полевых командиров.
Русский десантник ничего не сказал, а просто молча пошевелил х***ем угли в догорающем костре…

Принято считать, что в средневековые времена самой профессиональной считалась та ведьма, которая не спалилась.

Середина лета, июль. На берегу озера палатки, тихая ночь, луна, звезды, романтика. Один из отдыхающих вышел глянуть, потух-ли костер, в соседней палатке тонкий девичий голосок:
— Поцелуй меня! Ниже... Ниже... Ещё ниже... Ещё...
Вдруг, неожиданно громкий, грубый мужской голос:
— Что, в ж..у, что-ли?
Луна спряталась, звезды погасли, костер угас...

Компанию бардов выселили из номера гостиницы не потому, что громко играли на гитаре и пели, а потому, что у костра.

Пожар на выставке схем эвакуации унёс сотни жизней.

У нас на работе по понедельникам не курят: перегара столько, что боятся взорваться.

Объявление в сельском клубе: «Только сегодня вечером!! На сцене — Рамштайн!!».
Собирается полный зал бритых, мускулистых мужиков в кожанах, все в предвкушении. Открывается занавес, на сцену выходит худенький очкастый дедушка со скрипкой:
— Таки здравствуйте, очень рад вас видеть, меня зовут Исаак Моисеевич Рамштайн.

Панки сидят под стогом сена и пьют. Стало холодно. Один из них поджег стог. Вдруг видят – люди из села к ним бегут.
Один из панков говорит:
— Ишь ты! Поджечь – никто не может, а греться – так все бегут.

В правильной легенде Прометей украл у богов не огонь, а огненную воду, а мы все за это расплачиваемся печенью.

Плюсы и минусы быть учёным в средневековье.
Плюсы: Ты учёный.
Минусы: На костре печеный.

В больницу привезли мужика с многочисленными ожогами. После внимательного осмотра тела и рентгеновских снимков, врач говорит:
— У вас больше переломов, чем ожогов!
Пострадавший отвечает:
— Да, лопатой меня тушили, сволочи!

— Почему пожарный перестал работать?
— Он слишком перегорел...

Гадалка – мужчине:
— У вас яркое будущее... Высокая должность... Красная машина... Вы быстро двигаетесь по служебной лестнице...
— Это-то я всё знаю. Я – пожарный.

Идёт медведь по лесу, видит, машина горит. Сел в неё и сгорел.

Новогодний лайфхак. Оберните пустые коробки красивой упаковкой и положите их под ёлку. Каждый раз, когда ваши дети начинают себя плохо вести и сильно капризничать, то просто бросайте одну из этих коробок в камин.

Папа Карло заходит к себе в каморку, а там Буратино «лысого гоняет».
Папа Карло хватает ведро воды и выплёскивает на Буратино:
— Что ты, что ты!! Угомонись, сам же сгоришь и хату спалишь!!!

Похоже, что в этом году схождение огня с небес в Иерусалиме может оказаться буквальным. Вопрос только, будет ли этот огонь благодатным.

Инженер, который долго не мог нарисовать план эвакуации, в итоге тупо поджег здание и стал смотреть откуда побегут люди.

Жена, игриво, говорит своему мужу:
— Любимый, разожги во мне костёр любви...
Спустя пару минут:
— Ну, хоть спичкой почиркай...

Артиллерист приехал в деревню к матери на побывку. Сидит возле печи, греется, кота поглаживает. Задремал. Головешка из печи выскочила, пол задымился. Возвращается мать и с порога кричит:
— Огонь! Сын вскакивает, бросает кота в печку, захлопывает печную заслонку и орёт:
— Орудие к бою!

— А что такое "Божья искра"?
— "Искра божья" находится внутри каждого из нас, это свет души человеческой.
— Но ведь это же не опасно?
— Порой бывает и опасно. Особую опасность представляет собой искра божья, возникшая в голове, которая набита опилками.

— Вы можете называть меня живодёром, но я отчётливо помню, как в детстве, обматывал деревянную палку плёнкой от парника, поджигал её и устраивал муравьишкам ковровые бомбардировки.
— Пластиковые лопатки из полипропилена куда лучше горели, а горящие капли даже издавали характерные звуки *вжууууууууух*.
— Эхх... Господи, как же это было здорово!

Компанию бардов выселили из номера гостиницы не потому, что громко играли на гитаре, а потому что у костра.

Звучит похоже, но какие разные судьбы:
— Сисадмин Андрей пойдёт на шашлыки.
— Поросёнок Борька пойдёт на шашлыки.

На три вещи можно смотреть бесконечно:
– На текущую воду;
– На горящий огонь;
– На потолок в мавзолее.

Стоят рядом друг с другом Билл Гейтс и Штирлиц и наблюдают, как фашисты сжигают книги.
— Цензура... – грустно подумал Штирлиц.
— Борьба с пиратством! – радостно подумал Билл Гейтс.

Бесконечно можно делать три вещи: смотреть на огонь, как льется вода, и сдирать суперклей с пальцев.

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

— Мама, мама! Ёлка горит!
— Сынок, не горит, а сияет.
— Мама, мама! Шторы сияют!

Говорят, что одним лишь только подозрением, человека можно сильно задеть и ранить, а словом и вовсе — убить. Особенно, если это слово — «Огонь!».

По всему Берлину раздавались душераздирающие крики: «Муттер! Муттер! Муттер!»
— «Рамштайн» приехал, – подумал Мюллер.
И только Штирлиц знал, что это радистка Кэт готовится к предстоящим родам.

Поехали как-то раз, два новых русских на природу. Приехали на берег широкой реки, выбрали отличное место, достали дрова (для розжига костра), палатку, удочки. Один говорит:
— Колян, я пока тут рыбу прикормлю, а ты разведи костёр.
— Хорошо. – уверенно ответил новый русский.
С этими словами, тот подходит к куче дров и говорит:
— Ну, всё костёр ты попал!