Списочные нюансы 16+

Переплывают Петька и Василий Иванович через реку, а вслед им белые стреляют.
Петька говорит:
— Василий Иванович, брось ты свой чемодан, пропадём ведь!
— Не могу, Петька, в нём план захвата Парижа.
Плывут дальше.
Петька опять говорит:
— Василий Иванович, да брось же ты свой чемодан!
— Не могу, Петька, в нём план захвата Парижа.
Наконец, они реку переплыли. Чапаев открывает чемодан, полный картошки.
Берёт одну в руку и говорит:
— Вот допустим, это Эйфелева башня...

— Ты был на острове Эпштейна?
— У меня такое чувство, что я хочу с него съ***баться, но не могу.

Василий Иванович и Петька первый раз в жизни увидели осла.
Петька спрашивает:
— Василь Иваныч а что это за зверь такой?
Василий Иванович на мгновение задумался, после чего – отвечает:
— Да хрен его знает. Похоже что заяц. Но судя по яйцам и ушам ему лет двести.

Петька с остервенением строчил из пулемёта, не давая белым подняться в атаку. Неожиданно пулемёт замолчал.
— Василий Иванович, патроны закончились!
— Ну и что, Петька?! Ты же ведь коммунист!
И пулемёт снова застрочил...

Что в Сибири говорят не «Файлы Эпштейна», а «Мультифоры Эпштейна»?

— Василий Иванович, а что такое эмпирический опыт?
— Вот ты, Петька, знаешь что такое нюанс?
— Знаю, Василий Иванович, не надо больше!
— Вот это и есть эмпирический опыт.

— Дорогой, я не нашла тебя в списке Форбс.
— Ну-у, я не настолько богат, дорогая.
— Зато обнаружила тебя в файлах Эпштейна, негодяй.

Гарри Поттер годами пытался убедить всех, что Министерством магии руководят пожиратели смерти, но над ним все смеялись, пока не были опубликованы файлы Малфоя.

Встала Красная Армия недалеко от деревеньки. Василий Иванович с Петькой сидят, грустят:
— Петька, сгоняй-ка в деревеньку, сообрази нам самогоночки, да побольше!
— О! Это можно.
Спустя час Петька возвращается.
— Ну как?
— Да нет в этой деревне нифига самогонки.
— Эх, молодёжь, всему вас учить надо. Пойдём-ка вместе.
Пошли. заходят в первый дом с краю. Там дед сидит, на гармошке играет. Василий Иванович:
— Здорово, отец!
— Здорово, сынки!
— Мы вот к тебе от имени Советской власти.
— И чего хотели?
— Эх, дед, пока мимо шли, гляжу, какая хата у тебя старая.
— Ох, какая старая, сынки!
— Петька, запиши — новую хату ему от Советской власти!
Дед гармошку отложил, заулыбался. А Василий Иванович продолжает:
— Дед, а корова у тебя на дворе тоже, смотрю, какая старая!
— Ох сынки и корова у меня старая, это верно!
— Так, Петька, запиши — корову ему новую от Советской власти!
Дед по такому поводу давай гостей за стол приглашать:
— Сынки! Родненькие! Да сколько ж я вас ждал! Давайте выпьем, да закусим!
Сели за стол, сидят, выпивают. Василий Иванович продолжает:
— Дед, а жена у тебя тоже вроде старая?
— Ой, какая старая, сынки, старушка уже!
— Петька, запиши — жену ему новую от Советской власти!
Дед повеселел. В общем выпили, закусили, даже с собой взяли. Уже в дверях Василий Иванович как бы невзначай:
— Слышь, дед! Ты сам-то тоже не молодой?
— А то! Вы ж видите, старик уже.
— Так, наверное у тебя и х... й уже старый?
— Уж какой старый!
— Петька, запиши — х... й ему от Советской власти!

Чапаев вызывает к себе Петьку и говорит:
— Петька! У меня для тебя важное задание! Как ты знаешь, наш отряд испытывает огромные трудности с продовольствием, особенно не хватает сахара. Так вот, Петька, я тут карту мира давеча посмотрел, оказывается, в Африке есть целая пустыня сахара! Так что бери мешки и живо дуй туда, привези нам сахар!
Петька берёт мешки и уезжает. Через несколько месяцев возвращается, страшно уставший, грязный и злой.
Чапаев его спрашивает:
— Петька, а где сахар?!
Тот из последних сил отвечает:
— Василь Иваныч, так там один песок!
Чапаев:
— Вот ты дурак, Петька, а я тебя что, за рафинадом посылал?!

Если в VIII веке было модно переписываться с Вольтером, то в XXI веке — с Эпштейном.

Little Britain — так мировые элиты между собой называли остров Эпштейна.

Приходит Петька к Василию Ивановичу и говорит:
— Василий Иванович, тебя в штабе птицей назвали, только я вот не помню, какой.
— Ну, Петька, наверное, орлом!
— Да нет, чуть поменьше.
— Ну, значит, соколом!
— Да нет, вроде как та, которая стучит.
— Неужели дятлом?!
— Вспомнил, Василий Иванович, — раздолбаем!

Петька говорит Чапаеву:
— Василий Иванович! Американцы на Луне высадились!
— Ишь, куда мы их загнали!

Петька прибегает к Чапаеву:
— Василий Иваныч! Меня членом в партию записали!
Чапаев, спустя некоторое время:
— Хм... А что, даже карандаша не нашли?

— Василий Иваныч! Есть мнение, что мы должны следовать древнекитайским заветам Сунь Цзы!
— Сунуть-то, Петька, мы можем. Только вот где мы цзы возьмем?

Как оказалось, первые материалы по делу Эпштейна были опубликованы в Петрограде ещё в 1915 году Казимиром Малевичем.

Иногда Джеффри Эпштейн устраивал гостям «Русскую рулетку», выставлял 7 девушек, одна из которых больна сифилисом...
Старине Биллу Гейтсу всегда не везло...

Разговаривают Петька и Василий Иванович.
— Вот закончится война, построим мы, Петька, консерваторию.
— Ага! И два пулемета на крышу!
— Зачем пулеметы?
— А чтобы консервы не воровали...

После беглого просмотра «файлов Эпштейна», возник целый ряд вопросов. В частности, стало интересно, а куда в океан так настойчиво плавал на лодке в одного Фёдор Конюхов?

— Василий Иванович, а что у вас волосы так блестят?
— А я их, Петька, яйцами натираю.
— Ну акробат!

Подходит Петька к Василиванычу и спрашивает:
— Василиваныч, а что такое НЮАНС?
Василий Иваныч и говорит:
— Снимай Петька штаны.
Петька снял...
Василиваныч достаёт х*й и суёт его Петьке в жoпу...
— Вот смотри Петька – у тебя х*й в жoпе... и у меня х*й в жoпе. Но есть один нюанс!

После публикации файлов Эпштейна стало понятно, что импичмент Биллу Клинтону хотели объявить из-за того, что Моника Левински была совершеннолетней.

Петька интересуется Чапаева:
— Василий Иванович, а это правда что вы еврей, как белые утверждают?
Чапаев подходит к Петьке, кладёт ему руку на плечо и говорит:
— Ну, видите ли Пётр...

Умирает Папа Римский и просит:
— Моё последнее желание – хотелось бы повидать Фантомаса.
Кардиналы в недоумении:
— Это же вымысел! Это даже пародия на вымысел! Ну где же мы вам возьмём?
— Нет, я желаю.
— Ну подождите. Может быть, вы праведника какого-нибудь хотите?
— Нет, я хочу Фантомаса...
Приказ Папы — закон. Ватиканские спецслужбы включаются в работу, к своему изумлению находят живого Фантомаса и доставляют его в папский дворец. Его приводят в папскую спальню и подслушивают за дверью, что будет.
Из-за двери доносится голос:
— Да, Петька, раскидала нас с тобой Гражданская...

Интересно, а в состав соуса «Тысяча островов» входит остров Эпштейна?

Раскалённая пустыня, безлюдная до самого горизонта. По её бескрайним просторам бредут двое — Петька и Василий Иванович. Оба измучены до предела, усталость валит с ног, а воды они не видели уже целые сутки. Жажда становится невыносимой. И вдруг, посреди песчаного моря, они натыкаются на колодец. Вода в нём так и манит, но на срубе вырезана предупреждающая надпись: «Кто отопьёт из этого колодца — в тот же миг станет казахом».
Приятели призадумались и решили: лучше потерпеть до следующего источника. Однако пустыню уже окутывала ночная тьма, и путники принялись устраиваться на ночлег.
Прошло несколько часов. В глубокой тишине Петька вдруг поднимается и говорит Василию Ивановичу:
— А может, наплевать на эту надпись? Давай хоть глотнём водицы?
Василий Иванович, не открывая глаз, отвечает ему на чистом казахском:
— Аузыңды жап та ұйықта!

*Заткнись и спи дальше!

Дело происходит на Кубе.
Сидят в баре Петька и Василий Иванович, заказали по пиву, и наблюдают. Подходит к барной стойке кубинец с бородой и говорит:
— Кубинос партизанос!
И ему наливают пиво на халяву.
Подходит второй - и тоже самое.
Решили Петька и Василий Иванович тоже попробовать.
Подходят к барной стойке и говорят:
— Кубинос партизанос!
А бармен им что-то на кубинском в ответ, мол:
— У вас нет бороды, так что извиняйте...
Тогда Петька решил отрастить себе бороду, а Василий Иванович отказался от такой идеи. Мол не идёт ему борода.
Спустя несколько недель время приходят они в бар, подходят к барной стойке и говорят.
Петька:
— Кубинос партизанос!
Ему тут же пиво на халяву налили и он радостный отходит.
Василий Иванович говорит:
— Кубинос партизанос!
А бармен ему опять что-то на кубинском, мол:
— У вас нет бороды, так что извините.
Ну тогда Василий Иванович снимает штаны и говорит:
— Тайнос агентос!

Как-то Петька обратился к Василию Ивановичу с вопросом:
— Василий Иванович, ты у нас самый мудрый, скажи: колёса у поезда круглые, рельсы ровные, но когда состав идёт, всё равно слышен стук. Отчего так?
Чапаев задумался на мгновение и спросил в ответ:
— А ты, Петька, формулу площади круга помнишь?
— Конечно, — ответил Петька. — «Пи-эр в квадрате».
— Вот видишь, — усмехнулся Василий Иванович. — Этот самый квадрат и стучит!

Сидят Василий Иванович и Петька и проводят эксперимент над жуком.
Василий Иванович оторвал жуку лапу и говорит:
— Жук, ползи.
Жук ползёт.
Оторвал две лапы.
— Жук, ползи.
Жук ползёт.
Оторвал все лапы.
— Жук, ползи.
Жук не ползёт.
— Вот, Петька, теперь сделай вывод из эксперимента.
— Если жуку оторвать все лапы, жук оглохнет.

Пора составлять список тех знаменитостей, которые не пострадали от файлов Эпштейна.

Василий Иванович вызывает Петьку:
— Напиши объявление, что во вторник будет партийное собрание.
— А как правильно пишется: вторнек или вторник?
— Не знаю, иди в словаре посмотри.
Приносит Петька объявление: «Днём раньше среды будет партийное собрание».
— Петька! Ты не мог в словаре посмотреть?
— Я смотрел. Там на «Ф» только два слова – фуфайка и флаг!

Чапаев уезжает в командировку и просит Петьку записывать в тетрадь всё, что будет происходить. Приезжает Чапаев через неделю... В тетради одна запись: «Сломалась лопата». Чапаев, довольный тем, что ничего страшного не случилось, спрашивает Петьку:
— Всё хорошо было?
— Да, лопату только сломали, вот.
— А почему лопата сломалась?
— Да собаку хоронили.
— Собака умерла? От чего?
— Да конины жареной объелась.
— Где же она столько жареной конины нашла?
— Да на конюшне сгоревшей.
— Что?! Конюшня сгорела?
— Ну так Фурманов бычок бросил, вот она и загорелась.
— Он же не курит!
— Да как тут не закуришь, когда знамя полка сп*здили...

Василий Иванович с Петькой открыли поликлинику. Фурманов им открыто завидует, он понимает, что всё это профанация и они таким образом от службы косят, но доказать он этого не может. Решил сам пойти на приём.
— Ну-с… Что вас беспокоит?
— Понимаете, мужики, у меня вкус пропал. Что ни съем, вкус не чувствую.
— Ага… Петька! Таблетку №10 неси!
Фурманов пробует и говорит:
— Так это же говно!?
— Петька, пиши — вкус восстановлен!
Фурманов разозлённый уходит. Но спустя несколько дней не выдерживает и снова идёт на приём.
— Ну-с, что у вас на этот раз?
— У меня что-то с памятью плоховато стало. Ничего не помню.
— Ага… Петька! Таблетку №10!
Фурманов пробует:
— Так это же говно?
— Петька, пиши — память восстановлена!

Малевич сначала хотел назвать картину «Все секреты из файлов Эпштейна», но потом решил, что общество ещё не готово.

— Василий Иванович, а что такое «альтернатива»?
— Вот, например, Петька, знаешь что такое «нюанс»?
— Знаю, Василий Иванович. Можешь дальше не объяснять.
— Так вот, Петька, вовремя остановиться и помолчать – это хорошая альтернатива излишней любознательности.

Петька интересуется у Василия Ивановича.
— Василий Иванович, а кто такой «дурак»?
— Это человек, который выражается так, что другой его понять не может. Понял?
— Нет...

Петька подходит к Василию Ивановичу и говорит:
— Василий Иванович, а что такое "НЮАНС"?
Василий Иванович посмотрел на Петьку и говорит:
— Ну, Петька, сейчас я тебе всё объясню на примере. Снимай штаны.
Петька послушно снимает свои штаны.
Василий Иванович достает из штанов своё "мужское достоинство" и суёт его Петьке в задний проход...
— Вот смотри Петька, у тебя х... в заднице... И у меня х... в заднице... Но есть нюанс!

За 300$ впишем Ваше имя в файлы Эпштейна. Будете понтоваться перед кентами, что зависали на острове.

Джоан Роулинг выпустила продолжение серии — «Гарри Поттер и файлы Эпштейна». Дамблдор и Волан-деМорт оказались среди клиентов.

Лолита Милявская тоже пыталась попасть на остров Эпштейна, но он сказал, что его гости столько не выпьют и заподозрят подмену.

— Не приняли меня в университет, Василий Иванович, по истории срезался. Спросили меня, кто такой Цезарь, а я возьми и ляпни, что это жеребец пятого эскадрона.
— Моя вина, Петька. Когда тебя не было, я его в седьмой перевёл.

— Ты был на острове Эпштейна?
— У меня такое чувство, что я хочу с него съ***баться, но не могу.

Вызывает Мюллер Штирлица и спрашивает:
— Штирлиц, где мы с вами могли раньше встречаться?
— Может быть, в Испании в тридцать шестом?
— Нет, Штирлиц, раньше.
— Может быть, в Китае в двадцатых?
— Нет, Штирлиц, ещё раньше.
— Не знаю.
— Ну что же ты, Петька!
— Василий Иваныч!

Весь мир раньше: Что там за новости?
Весь мир сейчас: Ну-ка, кто там ещё в файлах Эпштейна?

Василий Иванович и Петька стоят на мосту и справляют малую нужду в реку.
— Петька, а вода в реке-то холодная... – говорит Василий Иванович.
— Да, Василь Иваныч, и дно каменистое... – отвечает Петька.

Петька интересуется у Василия Ивановича:
— Василий Иванович, а чем отличается критика рабочих адресованная их начальнику и критика начальника адресованная его рабочим?
— Ну,... давай я тебе на примере покажу. Я останусь здесь, на втором этаже, а ты иди на улицу и встань под моим окном.
Петька вышел и встал под окном второго этажа, стоит, ждёт указаний Василия Ивановича.
— Вот смотри Петька...
После этих слов Василий Иванович плюёт Петьке на макушку...
— Вот это Петька, была критика начальника, адресованная его рабочим. А теперь ты плюй в меня.
Петька плюёт и его же плевок под силой притяжения летит опять же ему на голову...
— А вот это Петька,... была критика рабочих, адресованная своему начальству…

Подходит Петька к Василию Ивановичу Чапаеву и спрашивает:
— Василий Иванович, а что такое «нюанс»?
А Чапаев ему и отвечает:
— Нюанс, Петька, — это тонкое различие в чём-либо, мелкая подробность.

— Василий Иванович, белые идут!
— А как же красные?
— А красные вас полнят.

Вернулся Чапаев из Парижа.
— Был я там, Петька, на Эйфелевой башне... Налево посмотришь — ну ёб твою мать! Направо посмотришь — ну ёб твою мать!
— Эх, Василий Иванович, красотища-то какая!

Разговаривают Петька и Василий Иванович.
— Вот кончится война, на том берегу построим мы, Петька, консерваторию. А на этом построим вторую консерваторию.
— Василий Иванович, а не много ли — две консерватории рядом?
— Нормально, Петька! Пусть народ хоть раз в жизни вдоволь поест консервов.
— А... Hy, тогда вон в том лесу надо построить обсерваторию.

Приходит мужик в публичный дом.
Спрашивает:
— Блондинки есть?
— Нет.
— А брюнетки?
— Тоже нет.
— А рыжие?
— И рыжих нет.
— Ну хоть порнофильм есть посмотреть?
— И тоже фильма нет.
— А что вообще есть?
— Ну вот суслик есть.
— Ну хорошо, говорит, давайте суслика.
На следующий день, приходит он ещё раз:
— Блондинки есть?
— Нет.
— Брюнетки?
— Нет.
— Рыжие?
— И рыжих нет.
— Порно есть?
— Есть, говорят, один фильм; называется «Мудак и суслик».

Бегут Анка, Петька и Василий Иванович от белых. Забежали в дом и пытаются смыться дальше через погреб. Ну Петька с Василием Ивановичем – раз и проскочили в трубу.
А Анка застряла и кричит:
— Ой, у меня таз застрял!
А Василий Иванович ей и отвечает:
— Да брось ты Анка этот таз. Война закончится мы тебе ванну купим!

Идут по пустыне Василий Иванович с Петькой. Жара, пить охота. И тут бац — колодец, оба аж закричали от радости. Подходят они, а там написано «будешь пить, станешь казахом». И Василий Иванович говорит:
— Да ну на хрен, лучше умру чем стану казахом!
И Петьке запретил. Уже ночь мол давай спать...
Тут Петька не сдержался и говорит:
— Василий Иванович, да пофиг, давайте станем казахами я больше так не могу, пить хочу...
А Василий Иванович ему и говорит:
— Уйкташ заеб*л котагымды жемей...

— Василий Иванович, ты о чем мечтаешь?
— О женщине.
— Так иди к Анке.
— Да был уже...

Сидят на берегу реки Петька и Василий Иваныч. Смотрят — мимо проходит заблёванный мужик в одном сапоге и с парашютом.
— Кто это, Василь Иваныч? – спрашивает Петька.
— А это Штирлиц из соседнего анекдота.

Учёные обнаружили новую, крайне опасную болезнь, стремительно распространяющуюся по планете. Исследования показали: единственное спасение от эпидемии — лекарство, которое можно получить только из обезьяньих семенников. Срочно вызвали Василия Ивановича Чапаева и изложили ему задачу.
— Итак, необходимо заготовить партию обезьяньих яиц. Что тебе для этого потребуется? — спросили его.
— Побольше спирта, Петьку и собачку Жучку, — коротко ответил Чапай.
Всё необходимое выделили немедленно, и экспедиция отправилась в Африку. Ровно через неделю в лабораторию поступила первая половина заказа. Руководство удивилось такой феноменальной оперативности и решило направить комиссию на место, чтобы проверить процесс.
Прибыв в Африку, члены комиссии застали такую картину: Василий Иванович мирно спит, Петька дрыхнет рядом, Жучка храпит в ногах, а половины выданного спирта как не бывало. Добудившись всех, комиссия потребовала показать технологию.
Чапай скомандовал:
— Петька, изобрази!
Петька нацедил из цистерны полную кружку спирта, лихо её опрокинул и полез на дерево. Он подкрался к обезьяне, дохнул ей прямо в морду перегаром. Бедное животное не выдержало такого амбре, пошатнулось и рухнуло вниз. Тут же подбежала Жучка, ловко отгрызла нужный орган и аккуратно положила в коробочку.
Один из проверяющих заметил:
— Петька — работает, Жучка — работает, спирт — расходуется. А Василий Иванович сидит сложа руки — это не порядок!
Василий Иванович невозмутимо ответил:
— Я отвечаю за технику безопасности. Петька, покажи ещё раз!
Петька снова хлопнул спирта, полез выше и подобрался к огромной горилле. Только он дохнул на неё своим перегаром, как горилла, уже готовая рухнуть, устояла, разозлилась и со всего маху заехала Петьке между глаз. Тот кубарем полетел с дерева, отчаянно крича на лету:
— Василий Иванович! Держи Жучку!!!

Чапаева с Петькой направили в Африку для «культурной помощи слаборазвитым странам». Вскоре приезжает комиссия ЦК проверять их работу. Они видят Чапаева, скачущего в развевающейся бурке по берегу реки Лимппопо и буксирующего на тросе негра, скользящего по реке на водных лыжах. Комиссия довольна. Дальше встречают Петьку, который запряг в плуг двух негров и пашет землю. Комиссия возмущена:
— И это вы называете культурной помощью? Берите пример с товарища Чапаева, катающего негра!
— Не, это Василий Иванович крокодила на живца ловит!

Прогуливается Петька и видит, что Василий Иванович яму копает.
— Василий Иванович, зачем яму копаешь?
— Да понимаешь, Петька, велели мне на документ фотографию по пояс сделать.
— А зачем такую глубокую?
— Так я ж на коне сфотографироваться хочу!

— Василий Иванович! А рация у нас на лампах или на транзисторах?
— Повторяю для идиотов, рация — на бронепоезде!

Сидит Чапаев в хате, курит над картой.
Тут вбегает Петька:
— Васильваныч, белые на танке!
Чапаев не отрываясь от карты:
— Возьми на полке гранату, Петька, отпугни.
Петька хватает гранату, выбегает из хаты, танк – вдребезги! Заходит обратно.
— Отпугнул, Васильваныч!
— Молодец, Петька! Положи гранату на место.

Петька и Василий Иванович заспорили про философию.
Васильваныч говорит:
— Ну вот представь, Петька, чистый и грязный идут. Кто из них идёт в баню?
— Ясное дело, Васильваныч. Грязный в баню идёт.
— Верно Петька! Грязный в баню идёт. Это логика.. А вот представь чистый и грязный идёт. Кто из них в баню идет?
— Грязный?
— Нет Петька, чистый, потому и чистый что в баню ходит. А грязный потому и грязный, что в баню не ходит. Поэтому в баню чистый идёт. Это Петька, называется «Диалектика». А вот представь грязный и чистый идёт. Кто из них в баню идёт?
— А пёс его знает!
— О! А вот это и есть «Философия»!

— Василий Иванович! Белые на том берегу реки сидят и пиво с раками пьют!
— Не верь им Петька, это у них рожи такие.

Вышли как-то Петька с Василием Ивановичем на берег Урала позагорать. Лежат на солнышке. Вдруг Василий Иванович видит на противоположном берегу реки — двух молоденьких девиц, плещущихся в воде. Даёт Василий Иванович Петьке задание:
— Плыви на ту сторону, уточни обстановку, как только удастся договориться о совместном времяпрепровождении — дай сигнал, я тоже приплыву.
— Хорошо, Василий Иванович.
Уплыл Петька.
Спустя полчаса, видит Василий Иванович, как Петька жестикулирует.
Взял бинокль, видит Петька плакат держи, а на плакате большими буквами написано «Обедают!»
— Ну обедают. – Подумал Василий Иванович и решил ждать дальше.
Через час смотрит — опять «Обедают!».
Так прошёл весь день.
Вечером приплывает Петька, сильно уставший, но довольный. Василий Иванович спрашивает:
— Ну как Петька дела?
— Отлично отдохнул, девушки обе хороши.
— Что ж меня не позвал!? Всё обедают, да обедают!
Петька поправляя:
— Да не обедают Василий Иванович, а ОБЕ_ДАЮТ!

Петька приходит к Василию Ивановичу:
— ВасильИваныч, Мне сегодня такой дурной сон приснился. Будто мы плывём на корабле и вдруг пробоина! Я её затыкал, затыкал, проснулся – пол-одеяла в жопе!

Плывёт Петька и Чапай через Чёрное море, плывут долго, четверть пропыли.
Петька говорит:
— Чапай, я не могу больше
— Плыви, Петька плыви, ты же коммунист!
Плывут дальше, ещё четверть проплыли:
— Чапай, мне уже хреново, тошнит, и ноги сводят!
— Держись, Петька, Держись!
Проплыли три четверти пути:
— Чапай, я умру сейчас, больше не могу!
— Ладно, Петька, уговорил, поплыли обратно!

Штирлиц как никогда был близок к провалу. Его отпечатки пальцев нашли на файлах Эпштейна.