Правильное строительство моста

Пожилой еврей лежит, чуть слышно дышит, вот-вот умрёт. Вдруг открывает глаза и говорит стоящей рядом внучке:
— Хая, я чую запах фаршированной рыбы, принеси мне кусочек.
Внучка возвращается через несколько минут и говорит:
— Бабушка сказала: Никакой рыбы, это на похороны.

— Абрам Моисеевич, а как у вас, стесняюсь спросить, с Сарой?
— Мы расстались...
— А шо такое?
— Таки я думал, шо моя Сара — любимая. Посчитал расходы, а она таки дорогая...

— Сонечка, сколько у вас было мужей?
— Своих или вообще?

Старый еврей стучит в туалет сыну:
— Абраша, старайся какать на работе.
— Ты не только на туалетной бумаге и воде сэкономишь, но тебе ещё и оплатят это время!

— Боря, ты только посмотри, какая у неё тазобедренная композиция!

— Что такое шахматный матч Ботвинник – Таль?
— Иудейская война во славу русского оружия.

В последнее время вновь становится модным ругать евреев, масонов... Знаете, что я вам скажу? А ведь мне ещё ни один масон в подъезде не нассал.

Абрам смотрит в зеркало:
— Один из нас непременно стукач!

Оперный бас подходит к краю оркестровой ямы, опускает очи вниз и мощно так тянет:
— Правослаааавныеееее!
Ему из ямы уверенно отвечают:
— В оркестре православных нет. Пойте в зал.

Сидят в приёмной роддома немец, еврей, пакистанец и ждут когда им детей вынесут.
Выходит медсестра, и со всеми возможными извинениями объясняет что их детей перепутали, соответственно просит помочь разобраться.
Заходит Пакистанец:
— Я своего узнаю, он самый волосатенький.
Через минуту возвращается, не смог определить.
Заходит Еврей:
— Я своего узнаю, он самый смышлёненький.
Через минуту возвращается, не смог узнать.
Заходит Немец, тут же возвращается и сообщает двум другим где чьи дети.
Те с удивление:
— Как тебе это удалось?
Немец:
— Да я просто зашёл, сказал – «Зиг хаиль», мой сразу руку поднял, еврей обосрался, а пакистанец за ним убрал.

— Если у тебя будет пять яблок, и я заберу два, то сколько останется?
— Пять.
— Хм.. Но почему?
— Я не отдам.

— Скажите, ребе, это большой грех, что у моей Софочки ребёнок родился до свадьбы?
— Какой там грех! Откуда ребёнок мог знать, когда свадьба?

— Хаимчик, сыночек, шо надо делать, если ты идёшь с девушкой, а к ней начали приставать хулиганы?
— И шо?
— Бежать! И помни: красивых девушек много, а ты у мамы один!

Продавщица пирожков в Одессе:
— Покупайте пирожки, шоб я не переживала, шо вы голодные!

Знакомый еврей спросил меня, как я отношусь к евреям. Ответил ему, что точно так, как они относятся к русским. Назвал меня антисемитом.

— Почему в Израиле нельзя заниматься ceксом на газоне?
— Потому что прохожие замучают советами.

— Абрам Самуилович, только вчера вы выдали мне пиджак, а сегодня спина лопнула.
— Вот видите! Я же говорил, что пуговицы пришиты крепко!

— Знаешь, подруга, я так одинока, так одинока!
— То есть как это одинока? Ведь всем известно, что у тебя есть не только любящий муж, но и красавец любовник...
— В том-то всё и дело – они постоянно надеются друг на друга!

Маленький Изя жалуется своему отцу:
— Пап, у меня сегодня два мужика отобрали все деньги!
— Не переживай сынок, они вернут нам в десять раз больше.
— А как?
— Сейчас они возьмут водки, напьются, раздерутся, и выбьют друг другу зубы.
— И что?
— И придут вставлять зубы ко мне!

Израиль сбросил на Иран счёт за бомбардировки.

— Софочка, сердцу не прикажешь!
— Ой, я вас умоляю, Изя! Можно подумать, вы своей зaднице большой командир.

Суббота. Изя приходит в синагогу:
— Ребе, я хочу исповедаться...
Раввин сходу:
— Вот иди ты, Изя, куда подальше со своей исповедью! Уже вся Одесса знает, шо ты был во Франции и как ты там ел некошерных устриц и драл темнокожих шлюх. Ты сюда не исповедоваться пришёл, а хвастаться! Если тебе нужны свободные уши, иди себе на Привоз и там рассказывай истории!
— Шо вы мене позорите, ребе, вообще-то я хотел поговорить за пожертвования...
— А..., – оживляется раввин, — и шо ж ты сразу не сказал! О какой сумме идёт речь?
— Видите ли, в последний день во Франции я был на дегустации 30-летнего коньяка и так напился, что пожертвовал все свои деньги францисканскому монастырю. Так что, в ближайшие месяцы я ничем не смогу помочь нашей синагоге...

Бог: Создаёт людей такими, какими они должны быть.
Также Бог: Новые правила! Мне нужно, чтобы вы все срезали лишнюю кожу со своего пениса.

— Роза! Как божественно от Вас пахнет. Этот запах сводит меня с ума, пробуждая животные инстинкты. Что это за парфюм?
— Шо вы, Хаим! Да то у меня чебурек в декольте провалился.

На свидании Абрам спрашивает Софу:
— Ты, наверное, любишь рисовать?
— Да, Абрам, а как ты узнал?
— По бровям видно! ...

— Сонечка, что ты замуж-то никак не выйдешь?
— Ой, Софа, я тут давеча дала объявление: «Ищу верного спутника жизни», так мне только из собачьего питомника и позвонили...

Раввин по окончании молитвы в синагоге обращается к евреям:
— Люди! Я понял, почему нас русские не любят! Мы не умеем пить водку. Вот завтра пусть каждый принесёт по бутылке водки, всё выльем в общий котёл – и будем учиться пить.
Абрам приходит домой и говорит своей жене – Саре:
— Так мол и так, завтра нужно будет принести бутылку водки в синагогу.
Сара ему и говорит:
— А ты, Абрам, возьми бутылку воды. Полный котёл водки – никто ничего и не заметит.
Так и сделали. На следующий день подходят евреи по очереди к котлу, каждый выливает водку. Раввин берёт поварёшку, размешивает, зачерпывает, пробует...
Грустным взглядом обводит синагогу и говорит:
— Дааа... Вот за это нас русские и не любят...

После двадцати лет постоянной игры на скрипке человек автоматически становится евреем.

— Сара, ты в курсе, в газетах пишут шо «Титаник» потопил Айсберг.
— Так и знала, шо обвинят кого-то из наших!

— Сёма, а ты во время занятий любовью с женой разговариваешь?
— Моня, а шо делать? Раз звонит – таки надо отвечать...

— Вы слышали, Сёма: «Филе сибаса на подушке из цукини»?! Окуня они таки на кабачок положили, а понтов!

— Скажите, Изя, я шо, вам нравлюсь?
— О да, Сонечка, очень!
— Ну, тогда таки дерзайте... Я вместо вас себя уговаривать не собираюсь...

Старый еврей, владевший антикварной лавкой в Бердичеве, решил нанять себе помощника и подал объявление в местной газете. Пришёл наниматься молодой человек. Антиквар поднял с пола щепку, положил её на подушечку из красного бархата и спросил:
— Что это?
— Это зубочистка, которой пользовался сам Наполеон! – ответил молодой человек.
— Верно, – кивнул антиквар. — Завтра таки жду тебя в своей антикварной лавке.

— Натан, шо вы делаете на работе?
— А на работе я таки только устаю за такие деньги.

Сонечка Кац после удачного новогоднего корпоратива звонит мужу Хаиму:
— Хаимчик! Дорогой! Я таки никак не могу добраться до дому... Приедь за мной... Забери!
— Хорошо, а тебя откуда забрать?
— Я на первом этаже, слева от лифта...

Вчера приснилось, что я на иврите разговариваю, а потом как обрезало...

— Мадам Циперович, и скоко это, страшно сказать, будет мине стоить?
— Для вас, Семен Израилевич, это бесплатно!
— М-м-м... Звучит дороговато.

— Таки это вы вчера спасли из проруби нашего мальчика?
— Ну да, а что?
— Я его бабушка Лариса, зашла квартирку вашу посмотреть.

— Моисей, а почему мы идём через море?
— Потому что через город стрёмно мне со всей вашей шоблой идти...

— Ребе, тут в Торе пропуск!
— Не говори чепуху!
— Посмотрите сами, тут написано: не пожелай жены ближнего своего. А почему нигде нет: не пожелай мужа ближней своей?
— Ну-уу... Пускай она даже пожелает – ему-то всё равно нельзя!

Времена СССР. Решили открыть в Одессе публичный дом для иностранных моряков. В горком пригласили тётю Софу с Молдаванки и предлагают ей возглавить новое учреждение, суля при этом всяческие блага.
— Нет уж, – говорит тётя Софа, — знаю я ваши порядочки. Десять коек — для горкома, двадцать — для обкома, органам — по потребности. Весной вы будете моих девочек дёргать в колхоз на посевную, осенью — на уборочную. А тётя Софа ложись и выполняй план?

— Господин Рабинович, я хочу жениться на вашей дочери.
— Серьёзно? А моя жена согласна?
— Да, но мне больше нравится дочь.

Одесский дворик. Софа кричит соседу:
— Изя, ну-ка немедленно уберите руку с зада моей дочери!
— Но ей нравится!
— А мне не нравится!
— Так я на ваш и не кладу…

Умер пожилой и очень богатый еврей. Все его родственники собралась в кабинете у нотариуса, чтобы услышать завещание. Нотариус зачитывает:
— Я, Левинсон Давид Ааронович, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, все свои денежные накопления потратил ещё задолго до смерти...

Встречаются два одесских еврея:
– Как ты провёл вчерашний вечер?
– Захожу я в публичный дом на Дерибасовской, там три двери с надписями: «Блондинки», «Брюнетки», «Шатенки». Ты же знаешь, как я люблю блондинок, открываю дверь, где «Блондинки», а там опять три двери: «Толстые», «Худые», «Средние». Ты же знаешь, как я люблю толстых, открываю дверь, где «Толстые», там тоже три двери: «Дорого», «Дёшево», «Бесплатно». Ну ты же знаешь, как я люблю бесплатно. Открываю дверь, где «Бесплатно», и выхожу на Дерибасовскую...

— Софочка, зря ви мне отказали, я ведь не каждой предлагаю...
— Видите ли, Сёмочка, я ведь тоже не каждому отказываю…

— Хаим, два миллиона ливанцев вышли на протест против коррупции. Как ты думаешь, возможно такое в России?
— Абрам, подумай сам, ну откуда в России два миллиона ливанцев?

Из интервью:
— Скажите, почему Вы стали антисемитом?
— Один еврей несколько лет назад своим маршем испортил мне жизнь...
— Да!? И как же его звали? Неужели — Рабинович?
— Нет. Мендельсон!!!

Вызывают Рабиновича в КГБ:
— Почему в письмах к брату в Америку Вы сообщаете о таких высоких ценах, мол курица на рынке стоит целых 30 рублей? Сообщайте о более низких ценах! Рабинович пишет новое письмо: «Дорогой брат, цены у нас значительно снизились. Корова теперь стоит 10 рублей. Но зачем нам с женой целая корова? Я просто доплачиваю ещё двадцатку и покупаю курочку.»

В разгаре Великой Отечественной войны, перед самым наступлением командир посылает через передовую группу разведчиков. Разведчики не возвращаются. Отправленная вслед на ней вторая группа тоже не выходит на связь. Ставка перед началом операции срочно требует разведданные.
Командир вызывает Рабиновича и говорит:
— Иди, на тебя вся надежда.
На следующий день Рабинович возвращается и передаёт командиру немецкие документы: схемы, карты, чертежи оборонительных сооружений и т.д., короче говоря полный комплект.
Ошарашенный от такого изобилия командир ничего не понимает:
— Ну ты даёшь! Как?! Как тебе это удалось? Рассказывай!
— Самое сложное было, – улыбнувшись отвечает Рабинович, – это найти еврея на той стороне. А дальше уже было просто – я ему схемы и планы укреплений нашей стороны...

Село, ночь. В огороде садится НЛО. Из дома выходит дедок и видит, что из НЛО вылазит инопланетянин: голова треугольная, на руках — по 12 пальцев, на каждом пальце — по кольцу с бриллиантом.
— Ты кто?
— Инопланетянин.
— И что, у вас, инопланетян, у всех треугольные головы?
— Ну да.
— И у всех на руках по 12 пальцев?
— Ну да.
— И у всех на каждом пальце — по кольцу с бриллиантом?
— Не. Это только у евреев.

— Изя, а если ты поймаешь золотую рыбку, то шо у неё попросишь?
— Таки волшебную палочку...

Как любил говорить старый портной Лейб Ефимович: «Вам быстро или шоб рукава одинаковые?».

Покупатель в одесском магазине:
— Скажите, а у вас есть жёлтая ткань?
Абрам показывает рулон ткани.
Покупатель с улыбкой:
— Так это же чёрная.
Абрам выносит со склада ещё два рулона.
Покупатель:
— Отличное качество, жаль только, что один рулон красный, а другой синий!
Абрам:
— Знаете, вот чтобы совсем жёлтая, таки нет.

— Послушайте, Шниперсон, когда я смотрю на Вас, у меня складывается такое ощущение, шо Ваша мама не хотела, а папа не старался!

— Господи, я на протяжении всей своей жизни, прошу тебя помочь приобрести мне квартиру, машину, гараж и загородный домик... Почему ты все эти годы меня игнорируешь?
— Абрам, просить и клянчить – разные вещи...

Встречаются вождь индейцев и вождь папуасов:
Вождь папуасов:
— А как у тебя еврейский вопрос решается?
Вождь индейцев:
— А очень просто: у меня евреев нет – и вопроса нет! А у тебя?
Вождь папуасов:
— А у меня плохо: сколько я ни объясняю своему племени, что евреи – такие же люди, как и мы – всё равно НЕ ЕДЯТ !!!

Штирлиц медленно шёл по улице. Видит, по другой стороне идёт черноглазый мальчик в кисе.
– Вырастет, будет евреем, – грустно подумал Штирлиц.

Пошли три еврея православие принимать. Пришли к батюшке, посоветовались. Батюшка им:
— Ну, ладно. Только имена вам на православные надо поменять. Как тебя зовут? – спрашивает он первого.
— Гиршем, батюшка.
— Ну, будешь Гришкой, что ли. И однозвучно, и однозначно. А тебя как? – спрашивает второго.
— Мойша я.
— Будешь у нас Мишей. И однозвучно, и однозначно. Ну, а ты что? – спрашивает у последнего.
Тот чего-то покраснел, не отвечает.
— Не бойся, не бойся. Говори, как есть.
— Сруль меня, батюшка, зовут, есть имя такое еврейское.
Почесал поп затылок, подумал, и выдаёт:
— Будешь, значить. Акакием. Ну, не однозвучно, но однозначно.

— Абрам, в это воскресенье — разгрузочный день.
— Что, в нашем холодильнике закончились продукты?
— Нет, нас никто не пригласил в гости.

Перевод устава израильской армии:
1. Не отвечать вопросом на вопрос.
2. Не давать ценные советы старшему по званию.
3. Не вступать в коммерческую связь с противником.

— Фима, почему у нас на эстраде только страшные и старые?
— Потому что они красивых и молодых не пускают.

У еврея спрашивают:
— У вас есть шесть яблок, если вы отдадите половину брату, сколько останется?
— Таки пять с половиной.

— Скажите! А почему Израиль такая маленькая страна, а евреи а ж по всему миру?
— Ой! Израиль это просто офис.

Рабинович приходит в ОВИР и просит визу в Америку.
— Зачем вам туда?
— У меня там дядя. Я бы ему помог. Он глуховат и не может найти работу.
— Так пускай он приедет сюда!
— Да нет, я сказал «он глуховат», а не «глуповат».

— Скажите, ребе, у миня протёрлись сланцы насквозь, один ободок остался...
— И что? Ви хотите спросить надо ли их викинуть?
— Да ви что! Как викинуть? Я хотел спросить за цену, какую мине поставить для продажи!

— Софа, у тебя хоть капля совести есть?!
— Есть, Изя... Тебе шо, таки накапать?

Два старых еврея сидят в парке на лавочке:
— Абрам, а ты помнишь, нам в армии давали какие-то капли для успокоения плоти?
— Как же ж... как же ж, помню.
— Я таки подозреваю, шо они начали действовать...

После полёта Гагарина в космос, в паспортный стол приходит еврей:
— Здгавствуйте!
— Здравствуйте..
— Я таки хотел бы поменять фамилию на космическую!
— А какая у вас фамилия?
— Кацман..
— А какую фамилию вы бы хотели?
— Кацманавт!

Раввин читает проповедь в синагоге:
— Евреи! Мы, как никакая другая нация, должны быть очень дружны между собой, свято соблюдать все свои обязанности перед семьёй. Пусть обрушится гнев Моисея на того еврея, что посещает публичные дома!
В это время раздаётся возглас:
— Ну, наконец-то вспомнил, где я оставил свои галоши!

Хаим приходит домой поздно и говорит жене:
— Софа, я не могу есть, я не могу жить, я сегодня был у Абрама, я не могу жить, у Абрама золотой унитаз!
И говорит так ей всю ночь.
Наутро Софа не выдерживает и идёт к Абраму, дверь открывает жена Абрама.
— Простите, но мне мой муж сказал, что у вас таки совершенно золотой унитаз, он не может жить, я тоже не могу жить, наши дети не могут жить уже давно, жить в этой стране вообще не возможно, у вас золотой унитаз или что вы тут мне говорите, можно я на него таки погляжу?
Жена Абрама оборачивается и кричит вглубь квартиры:
— Абрам, иди скорее сюда, это пришла жена того идиота, который тебе вчера наделал в саксофон.

— Скажите, вы случайно не сын старика Калмановича?
— Да, сын, но что «случайно», я слышу впервые.

— Абрам, мне сказали, шо у меня ноги кривые…
— Не переживай, Фирочка, они у тебя таки не кривые, а красиво изогнуты!

— Софа Моисеевна, у вас такие милые щёчки.
— Ой, Абрам, это не то! Таки это мешки под глазами!

— Фирочка, кажется я понял, что мне таки пора что-то в этой жизни менять!
— И шо теперь? Ты сядешь на телевизор и станешь смотреть на диван?

— Доктор, ви меня попросили открыть рот и высунуть язык. Я таки уже 10-ть минут так сижу. Вы будете, меня ещё смотреть?
— Нет, мадам Либерман! Просто хотелось выписать рецепт в спокойной обстановке.