Всё в порядке

У моей Софочки идеальный слух. Она даже слышит, как на мою карточку приходят деньги.

Новый раввин читает молитву. Половина синагоги встаёт.
Другая половина начинает шипеть: сядьте, сядьте!
На это первая половина: нет, вы встаньте!
Раввин пошёл к цадику за советом:
— Должны ли евреи стоять во время молитвы?
— Нет такой традиции, – ответил цадик.
— Вы имеете в виду, что есть традиция сидеть?
— Нет, такой традиции тоже нет.
— Тогда почему одна половина синагоги поссорилась с другой?
— Потому что такая традиция есть.

— Абрам, где ты всю ночь шлялся?
— Сонечка, я автобус ждал.
— Автобусы по ночам не ходят.
— Поэтому ждал.

Песня "Русское поле".
Слова Инны Гофф, музыка Яна Френкеля.
Песня записана в исполнении Иосифа Кобзона, в сопровождении оркестра Всесоюзного радио п\у Вильгельма Бауха. Глав. редактором записи была Эра Куденко, муз. редактор - Лев Штейнрайх....

Одесский порт за минуту до аварии.
Лоцман капитану:
— Надо срочно менять курс!
Капитан:
— И таки на шо будем менять?

Пожилой еврей лежит, чуть слышно дышит, вот-вот умрёт. Вдруг открывает глаза и говорит стоящей рядом внучке:
— Хая, я чую запах фаршированной рыбы, принеси мне кусочек.
Внучка возвращается через несколько минут и говорит:
— Бабушка сказала: Никакой рыбы, это на похороны.

— Абрам, таки где ты достал себе такой костюм?
— В Париже...
— А это далеко от Бердичева?
— Ну, примерно, две тысячи километров будет.
— Подумать только! Такая глушь, а как шьют хорошо!

— Здравствуй, Абрам, где ты теперь работаешь?
— Да вот в оркестре таки русских народных инструментов.
— И шо, у вас там все русские?
— Ну не все. Ну есть там один. Ну ты же знаешь, Фима, этих русских, они ж везде пролезут.

— Скажите Роза, таки сколько вам лет?
— Когда я выходила замуж за Моню, ему было 40, а мне 20. То есть я младше Мони таки ровно в два раза. Сейчас Моне 70, значит мне – 35..

От еврейской мамы любой сын всегда старается убежать... Куда? К другой женщине... А зачем? Чтобы сделать её еврейской мамой.

— И запомни, Розочка! Если не отпускать мужа пить пиво с мужиками, то он начнёт пить шампанское с бабами.

— Фирочка, я устал. Можно, я уже пойду домой?
— Нюма, перестань ныть! Муж вернётся только через неделю!

Одному мужчине улыбнулась удача и он выиграл в лотерею несколько десятков миллионов долларов. До конца не зная, что с ними делать, он решил отправиться в инвестиционный фонд...
Специалист советует:
— 10 миллионов вложите в облигации, 10 миллионов в «голубые фишки», 10 миллионов в рискованные акции, 10 миллионов в недвижимость, а на 10 миллионов купите ракеты — и обстреливайте арабов.
— Хм.. А вы точно уверены в успешности таких инвестиций..? — удивляется удачливый мужчина.
— Честно сказать, не особо, — отвечает специалист, — но евреи именно так и делают...

— Абрам, как вы считаете, скоро ли наступит конец света?
— Хаим, чтобы сказать, что конец этого света скоро наступит – то таки нет. А вот что этот конец света будет себе дальше продолжаться – то таки да.

— Изя! Мне сегодня приснилось, шо на День рождения ты мне подарил бриллиантовое колье!
— Софочка, радость моя! Если ты будешь себя хорошо вести, то в следующем сне я подарю тебе «Мерседес».

— Софочка, сердцу не прикажешь!
— Ой, я вас умоляю, Изя! Можно подумать, вы своей зaднице большой командир.

Старая еврейская мудрость: с деньгами не так хорошо, как без них плохо.

— Изя, шо ты такой нервный?
— Софа! В меня выскочил чиряк!
— Шо, на самом деле?
— Нет, рядом.

С утра в одном из одесских двориков на асфальте появилась надпись: «Все мужики сволочи!». Ниже кто-то дописал: «Вы, Софа Самуиловна, тоже не подарок».

— Изенька, дорогой! Кажется, ты скоро будешь папой!
— Соня, уточни, пожалуйста, "кажется, будешь" или "кажется, ты"?!

— Сёма, как вы смотрите на то, шобы выпить?
— Пристально.

Шоб ви таки знали, я мозги не выношу, я просто проверяю их наличие.

Как любил говорить старый портной Лейб Ефимович: «Вам быстро или шоб рукава одинаковые?».

— Скажите, ребе, это большой грех, что у моей Софочки ребёнок родился до свадьбы?
— Какой там грех! Откуда ребёнок мог знать, когда свадьба?

— Так, здесь уберём, а здесь пожалуй оставим. Головка будет просто загляденье, можно хоть на переговоры, хоть на тусовку, везде можете показаться.
— Ребе, а можно сделать обрезание без лишнего пафоса?!

Ксёндз ест свинину и спрашивает раввина:
— Небось хочется попробовать?
— На вашей свадьбе непременно попробую...

Ходит, значит, Рабинович в районе Красной площади и разбрасывает там пустые квадратные чистые листы бумаги.
Задержали его сотрудники, ну и спрашивают:
— Что ты там делал?
— Листовки разбрасывал.
— А почему они пустые, почему на них ничего не написано?
— А зачем писать? И так всё ясно!

— Роза Моисеевна, у вас такая странная фамилия — Накойхер. Её можно как-то перевести на русский язык?
— Можно. А... зачем?

Пожилая еврейская женщина направляется в банк, чтобы снять 10 долларов.
Кассир:
— Для снятия менее 100 долларов используйте банкомат. Пожалуйста, уходите, если нет других вопросов. За вами стоит очередь посетителей ...
Женщина молчит несколько секунд, затем возвращает карту кассиру:
— Тогда я хочу снять все деньги, что у меня есть.
Кассир проверяет остаток на счёте и с удивлением говорит:
— У вас на счету 500 000 долларов, но в банке сейчас нет такой суммы. Не могли бы вы записаться на приём и вернуться завтра?
— А сколько я могу снять сегодня?
— Любую сумму до 3 000 долларов.
— Ну, хорошо, дайте мне тогда сейчас 2915 долларов.
Кассир с нескрываемым раздражение идёт к хранилищу, забирает стопки по 20, 10, 5 долларов и следующие десять минут отсчитывает 2915 долларов.
— Могу ли я еще чем-нибудь помочь вам сегодня? — с издёвкой спрашивает кассир.
Женщина кладёт 10 долларов в сумочку:
— Да, я хотела бы положить 2905 долларов на свой счёт.

Мораль: не усложняйте жизнь старым евреям, они всю жизнь учились этим навыкам!

Суть любого еврейского праздника:
Они хотели нас уничтожить — у них ничего не вышло. Давайте покушаем!

— Почему еврейские женщины так любят проституцию?
— Ну представьте, у вас есть нечто, вы это нечто продаёте, а у вас снова есть это нечто.

— Чем отличается еврейская мама от арабского террориста?
— С террористом всё-таки можно договориться...

— Абрам Моисеевич, чем отличается психиатр от психолога?
— Всё очень просто, Хаим: пациенту, жалующемуся на бессонницу, психиатр выпишет снотворное, а психолог посоветует считать овец.

Одесский порт. Набережная.
Сидя на скамейке, пожилая женщина оживлённо общается о чем-то с внуком.
Рядом на этой же скамейке сидит почтенного возраста человек.
В это время в порт входит теплоход «Сергей Есенин».
Внук спрашивает:
— Бабушка, а кем был этот Сергей Есенин?
— Всё тебе надо знать, Лёва, – раздраженно ответила бабушка, — повзрослеешь, сам прочтёшь в книгах.
Сидящий рядом старик чисто по-одесски вмешался в разговор:
— Мадам, вы уже такая взрослая, а не знаете, кто такой Сергей Есенин?
— Я уже могу позволить себе роскошь не всё знать и помнить. Посмотрите сколько мне лет! Если вы такая ходячая энциклопедия, то объясните моему Лёвочке, кто такой этот Есенин.
Старик, с улыбкой обратившись к мальчику, сказав:
— Лёвочка, «Сергей Есенин» — это бывший «Лазарь Каганович»!

— Самуил Яковлевич, как в вашей семье принято отмечать день рождения?
— Ну, это смотря чей... Если жены, то, безусловно, в ресторане. Ну, а если день рождения мой, то просто красным цветом в календаре.

— Изя, я таки вас умоляю, если вам совершенно нечего бросить к ногам женщины, то, хотя бы сами там не путайтесь!

Заболел богатый еврей. Вызвали доктора, все родственники собрались возле постели.
— Доктор, скажите, есть хоть какая-нибудь надежда?
— Увы, пока нет. Это обычная ОРВИ…

— Рабинович, вы зря эту колбасу покупаете. Она, конечно, дешёвая, но есть её решительно невозможно, там одна соя.
— Это для гостей.

Два старых еврея сидят в парке на лавочке:
— Абрам, а ты помнишь, нам в армии давали какие-то капли для успокоения плоти?
— Как же ж... как же ж, помню.
— Я таки подозреваю, шо они начали действовать...

— Софочка, зря ви мне отказали, я ведь не каждой предлагаю...
— Видите ли, Сёмочка, я ведь тоже не каждому отказываю…

— Софа Моисеевна, у вас такие милые щёчки.
— Ой, Абрам, это не то! Таки это мешки под глазами!

Умирает старый еврей. Все родственники столпились у смертного одра.
Умирающий хрипит:
— Покрутите мне яйца...
Родственники смущённо переглядываются.
Он опять:
— Покрутите же мне яйца!
Жена просунула руку под одеяло и произвела соответствующие манипуляции.
Умирающий:
— Тоже хорошо. Но я хотел гоголь-моголь.

— Хаим, я слышал, что ты недавно женился?
— Таки да.
— Поздравляю! Ты счастлив?
— Софа говорит, что да.

— Извините, Вы на следующей остановке выходите?
— Нет...
— Таки давайте меняться.
— И шо? Я выйду, а вы поедете дальше?

— Послушайте, Шниперсон, когда я смотрю на Вас, у меня складывается такое ощущение, шо Ваша мама не хотела, а папа не старался!

— Йося, йди вже сюда, сколько можно ждать?
— Щас!
— Ты мине не щас, а зараз.

— Изя, сколько будет семьдесят плюс шестьдесят?
— Рубль тридцать.

— Абрам, зачем ты притащил этот старый сломанный телевизор?
— Сара, мы разыграем его в лотерею и получим кучу денег.
— Но ведь выигравший поймёт, что телевизор не работает, и устроит скандал.
— Так мы ему просто вернём его деньги.

Говорят, что у евреев носы большие, потому что воздух бесплатный...

— Изя, ты знаешь, я – твоя будущая жена.
— Ой, Соня! И как это, по принуждению или по любви?
— Это как сам решишь. Захочешь — по любви, не захочешь — по принуждению. Ты совершенно свободен в своём выборе!

— Фира, так вы согласны стать моей женой?
— Хаим, немедленно поднимитесь с колен, не мните наши бруки!

— Помню, когда мой супруг садился за рояль...
— О, ваш муж на нём играл?
— Мой муж его украл...

— Я приехал в Израиль ради детей, и они-таки счастливы.
— Вы живёте вместе?
— Нет, они остались в Одессе.

— Хаим, за что купил, за то и продаю...
— Изя, евреи так не поступают. Это же верный путь к банкротству.

— Софа, теперь мы будем жить в дорогой квартире. Как ты и хотела!
— Изя как я рада! Мы покупаем квартиру?
— Нет нам повысили квартплату.

Сара никак не могла уснуть. Начала считать овец... Потом познакомилась с пастухом... И понеслось...

Беседуют две одесситки:
— Ходить он начал рано. В четыре он читал. В пять декламировал Пушкина, Пастернака и Бродского. А в шесть уже вовсю играл на скрипочке.
— Надо же, какой у вас способный ребёнок!
— При чём тут ребёнок? Это я про соседа Абрама Самуиловича рассказываю, как он нам в выходные по утрам спать не давал!

Сидят два еврея в окопе. Одному, Хаиму, только-что прострелили зад.
— Изя, пристрели меня. Так больно, сил нету!
— Нет, Хаим, не могу я.
— Изя, ну, пожалуйста!!!
— Не могу, Хаим – у меня патроны кончились.
— Ну так купи у меня!..

— Боря, почему ты решил стать врачом-хирургом?
— Та всё просто. Для проктолога я слишком весёлый, а для гинеколога таки слишком влюбчивый..

— Вот можешь же ты выглядеть, как приличный человек! При костюме, при галстуке, при чистых ботинках. Без запаха перегара и недельной щетины...
Но Сёма её уже не слышал. Сёма лежал в гробу...

Маленький Абрам интересуется у своего папы:
— Папа, а таки каким евреем мне лучше стать, английским, американским, одесским или русским?
— Богатым, сынок!

— Вы слышали, говорят, что те, кто активно занимается сексом, живут намного дольше...
— А что я вам говорила! Эта проститутка Софа ещё нас с вами переживёт!

— Абрам Самуилович, а как вы узнаёте время? Вы таки носите наручные часы или смотрите в смартфон?
— Ни то и ни другое! Я определяю время по солнцу.
— Ха! Так ведь сегодня пасмурно!
— Сарочка, солнце моё, скажи, сколько уже времени?

Встретились два друга: Абрам, бизнесмен, и Хаим, крутой бизнесмен.
Абрам спрашивает:
— Как дела?
— Ой, всё, не продолжай! А то сейчас начнётся: Как дела?.. С кем дела?.. Где моя доля?!

— Сёма, это правда, что тебя вчера побили на вокзале?
— Меня?! На вокзале?! Какой там вокзал — полустанок!

— Хаимчик, сыночек, шо надо делать, если ты идёшь с девушкой, а к ней начали приставать хулиганы?
— И шо?
— Бежать! И помни: красивых девушек много, а ты у мамы один!

Суббота. Евреи начинают расходиться из синагоги. К Абраму подходит Хаим и тихо просит:
— Абрам, как друга прошу, задержи Ребе на часика полтора.
— Зачем?
— Да понимаешь, у меня свидание с его женой. Ну, ты же должен меня как мужчину понять, отвлеки его.
Абрам скрепя сердце соглашается. Дожидается раввина возле выхода из синагоги и говорит ему:
— Ребе, здравствуйте.
— Абрам, мы уже здоровались сегодня.
— Я знаю, но мне надо с Вами поговорить.
— С чего это?
— Ну у меня есть вопрос.
— Какой вопрос?
— Ну это, хотел спросить. Короче..
— Абрам, кого ты хочешь обмануть? Давай выкладывай, что случилось. Только по честному, Бог всё видит.
— Ну если честно Ребе, есть у меня друг, Хаим.
— Я знаю. И что?
— Он попросил меня задержать Вас, пока он "проводит время" с Вашей женой.
— Абрам, беги домой. Я не женат.

— Абрам Самуилович, дорогой! Шо я могу вам сказать таки за свой возраст — прынца на белом коне уже не жду! Но... к цокоту копыт ещё пристально прислушиваюсь!

— Почему в Одессе еврейская больница и еврейское кладбище есть, а еврейского роддома нет?
— Потому что в Одессе евреями не рождаются — евреями становятся.

— Софа, а ты готовить-то умеешь?
— Да, Изя, я очень вкусно режу колбасу!

Летит самолёт Аэрофлота из Тель-Авива.
Стюардесса спрашивает пассажира:
— Кушать будете?
Тот:
— А какой у меня выбор?
Стюардесса:
— Таки да или таки нет!

Киев 2018 год. В Лукьяновской тюрьме сидит Абрам.
Находящийся в одной камере с ним, сокамерник интересуется у него:
— Абрам, за что тебя посадили?
Абрам:
— Сижу я как-то в своей маленькой ювелирной лавке. Вдруг, пришли активисты. Разрисовали мне все стены. После чего пришли патриоты. Побили все окна. За ними пришли менты и вынесли все драгоценности. Последними пришли СБУ-шники. Видят – драгоценностей нет. Ну и обвинили меня в финансировании сепаратистов.

— Хаим, вот только не нужно пытаться меня убеждать в том, что все вокруг г*ндоны, а ты один — вот такой вот, воздушный шарик!