Глобус

Арабо-израильский конфликт. Пожилой Абрам отказывается спускаться в бомбоубежище, пока не найдёт свои зубные протезы. Его жена — Сара, кричит ему:
— Идиёт, ты что думаешь, они будут пулять по нам бутербродами?

— Почему Адольф Гитлер провалил художественную школу?
— Он ненавидел смешивать цвета.

Из личной почтовой переписки:
— Изя, мне кажется, что нашу почтовую переписку вскрывают. Поэтому вкладываю тебе в это письмо свой волос.
— Абрам, да всё нормально! Письмо вместе с твоим волосом получил!
— Вот я же тебе говорю, Изя! Всё таки вскрывают! Ведь я никакой волос в конверт не клал!

— Быть может, всё дело в том, что вы просто антисемит и недолюбливаете евреев?
— Я интернационалист! Я всех недолюбливаю!

— Алло, здравствуйте, это база?
— База.
— Это Нотансон?
— Нет, это Петров!
— Таки шо, это военная база?

Никогда не делайте что-то безрассудное только потому, что Вы временно расстроены.

Соня смотрит в окно и говорит Абраму:
— Смотри, Абрам, и учись... Живут же таки некоторые жёны!
— Ты о чём?
— О чём... Видишь, какой у Сары муж внимательный и заботливый! Даже бельё помогает снять с верёвки.
— Да, Хаим очень внимательный, дорогая! Я согласен. Но бельё-то наше!

— Боря, я таки гарантирую вам, шо через десять лет мы будем жить лучше, чем в Европе!
— А шо у них случится?

Приближается годовщина серебряной свадьбы.
Хаим говорит своей жене — Соне:
— Соня, золотце ты моё! Я надеюсь, шо подарок, который я тебе сделаю, будет красиво смотреться на твоём пальчике.
— Хаимчик, спасибо тебе, радость ты моя! Только не покупай слишком дорогое.
— Тебе не стоит об этом волноваться. Таки где ты могла видеть дорогие напёрстки?

— Слушай Сарочка.. А твой Абрам курит?
— Да, только после близости.
— А как же здоровье?
— Ой, я тебя умоляю, две-три сигареты в год?! Шо ему будет?

Поп говорит раввину:
— Что у вас за похороны такие? Все плачут, кричат, посыпают голову пеплом. То ли дело у нас — всё чинно, благородно, поют, выпивают...
Раввин:
— Да, мне таки определённо больше нравится, когда ваших хоронят...

— Лёня, я таки хочу машину!
— Сарочка, а зачем она тебе?
— Бибикать...

Две бывшие одесситки на Брайтон Бич.
— Сонечка! Вы слышали весь этот ужас?
— А какой именно?
— Ну, если выбрали Обаму, так значить придут негры и нас всех будут насиловать!
После долгой паузы...
— Роза, во-первых, попритушите Ваши радостные глазки! Во-вторых, я смотрю на вас и удивляюсь: вы что, всему этому верите? Это же только все их предвыборные обещания!!!

— Сара я иду в магазин, вам шо-нибудь купить?
— Да!
— Таки шо?
— Пока не знаю, но... два!

— Абрам Моисеевич, Ваша дочь наконец таки вышла замуж?
— Наконец таки — да! А замуж — нет.

Еврей приходит на корабль устраиваться матросом. Ему показывают членов экипажа:
— Это мичман, это штурман, это боцман...
— Ба! Да тут же все свои! Моя фамилия Кацман!

Настроение поднялось – тонус упал, пока поднимал тонус – терпение кончилось – настроение испортилось...

— Фира, почему ваш муж ничего не предпринимает, чтобы излечиться от глухоты?
— Он таки ждёт, пока дети закончат музыкальную школу.

— Абрам, почему вы при заполнении анкеты указали, что детей у вас нет? У вас же их четверо?
— Та, разве ж это дети? Это ж какие-то махновцы!

Вот был бы у женщин хвост, сразу было бы понятно, рады ли они нас видеть или нет.

СССР. Одесса.
— Сёма, а вы знаете как разговаривает сегодня умный одесский еврей с глупым?
— Таки знаю конечно, из Лондона по телефону.

— Сёмочка, я опаздываю, налей себе чай сам.
— Хорошо... Сарочка... А сколько ложечек сахара я люблю?

— Хаим, ты чего там на листке рисуешь?
— Отстань Сара. Не мешай мне писать посмертную записку...
— Милый, пиши как можно более разборчиво, а то опять получится, как в прошлый раз — какие-то каракули, что ничего не разберёшь...

У пожилого еврея спрашивают:
— Абрам, вы готовы отдать все свои денежки, чтобы обратно вернуть себе молодость?
— Готов, как раз к следующей старости проценты набегут.

Кондуктор в трамвае.
— Мужчина, покупайте билет! Или я буду делать вам стыдно всю дорогу!

— Монечка, дорогой, а ты меня любишь?
— Ой-вэй! Сара, шо-то мне совсем не нравится такое начало!

Привоз. Покупатель, на протяжении довольно долгого времени, тщательно и дотошно рассматривает товар. Продавщица не выдержав:
— Ну, так вы будете брать, или мне забыть вас навсегда?

— Здравствуйте, Абрам, как ваши дела?
— Помаленьку, Хаим, а ваши?
— Тоже так потихоньку. У меня к вам интересное дельце. Для вас есть роскошная невеста — молодая вдова, редкой красоты, очень серьезная. И невинная!
— Как невинная? Вы же сказали, что она вдова.
— Ой, это было так давно, она уже всё и забыла.

— Запомни, Сонечка: дети наша радость, а мужчины наша слабость. Таки вот, один раз расслабишься — всю жизнь потом радуешься.

В одесской гостинице постоялец обращается к дежурной по этажу.
— Послушайте! В моей постели-клопы!
— Ой! Не смешите меня! А вы хотели за эту цену видеть в своей постели Анджелину Джоли?

— Сонечка, вы таки согласитесь стать моей женой?
— Абрам, немедленно поднимитесь с колен, не мните наши брюки!

Выходит старый Абрам из своего дома в Одессе и видит над городом огромную радугу. Посмотрел и говорит:
— Таки да! На это у них деньги есть!

Хоронят старого еврея. Ребе говорит:
— Пусть кто-нибудь скажет добрые слова о покойном.
Все молчат.
Ребе:
— Пусть кто-нибудь скажет добрые слова!
Молчание.
Ребе:
— Кто-то обязательно должен сказать!
Oдин, наконец, соглашается:
— У усопшего был брат. Так тот был ещё хуже!

— Сара, что бы вы мне ответили, если бы я оказал Вам внимание в виде воздушного поцелуя?
— Абрам, я бы ответила Вам, что нельзя быть таким большим лентяем.

Во времена Второй мировой войны, поляки очень не плохо прятали польских евреев от немецких карателей, они делали это на столько мастерски, что спрятанных евреев, даже после окончания войны, так найти и не удалось...

Надпись на надгробии, расположенном на одном из одесских еврейских кладбищ:
Здесь, 15.07.2011 года, обрёл свой последний приют известный одесский стоматолог Марк Израилевич Рабинович. А его сын Яша, принимает в его кабинете на Дерибасовской 26.

— Абрам, какой состав населения Одессы в процентах?
— Десять процентов русских, десять — украинцев, остальные восемьдесят — местное население.

— Мужья, тётя Соня, тоже могут быть идеальными. Это вам любая вдова подтвердит...

В Одессе:
— Простите, вы не подскажете, как будет по-украински синхрофазотрон?
— Шо?
— Ну, надо же, какой лаконичный язык!..

Абрам с Сарой провожают гостей после долгого застолья на кухне:
— Как жаль, что вы наконец-таки уходите…

СССР. Абрам приехал в Москву из Одессы. На улице он окликнул, мимо проходящего мужчину и спрашивает у него:
— Как мне проехать до магазина «Принцип»?
Прохожий удивился:
— А что это за магазин?
Абрам:
— Как? Вы не знаете этого магазина, живя в Москве? Таки даже у нас в Одессе говорят, что в Москве, в «Принципе», всё есть.

— Семён, почему ты не ходишь в синагогу или ты не хочешь после смерти попасть в рай?
— Я думаю, Абрам, шо климат в раю таки получше будет, но в аду наверняка лучше общество.

Одесса. Спасо-Преображенский кафедральный собор. Выходит из церкви поп и начинает кадилом размахивать.
Стоящий рядом Абрам говорит попу:
— Ой, мужчинка, у вас сумочка дымится!

Пожилой дедушка подходит к священнику, чтобы исповедаться. Он хочет сделать какое-то важное признание.
— Дорогой отец, прости меня за то, что я согрешил — я спрятал еврейскую семью в моём погребе во время войны.
— Но это вовсе не грех, ведь ты сделал что-то божественное! Спас их от неминуемой гибели.
— Но святой отец, взамен, я попросил с них 100 евро в неделю!
— Ну, вы рисковали своей жизнью, и если они согласились на это, это всё равно не грех.
Дедушка уходит, но вскоре возвращается вновь и говоря:
— Тогда, может быть, я должен сообщить им о том, что война уже давно окончена?

В магазине пожилая еврейка говорит продавщице:
— Девочка, дайка мне, пожалуйста, двадцать граммов сыра.
— Вы что, издеваетесь?
— Боже упаси! Если бы я издевалась, я бы тебя ещё попросила нарезать.

— Семён, хочешь, я подарю тебе на день рождения портмоне? Или зажим для денег?
— Зажим для денег у меня уже есть — моя жена Сара?!

Одесский магазин.
— Добрый день, мне нужен Ватман.
— Его таки нет, ушёл, зайдите попозже.
— Вы не поняли, мне для Кульмана.
— О боже ж мой, да мне таки всё равно, для Кульмана или для Рабиновича.
— Та ви не понимаете, я Чертёжник.
— Та я и так вижу, что не Петров.

Абрамович во время визита в Израиль кладет записку в щель Стены Плача. Голос из стены: «У меня столько нет!»

2050 год. Китай завоевал всю Европу. По китайской Одессе идут два старых седых китайца. Один говорит другому:
— Абрам, ви би знали, как мне таки надоело щуриться!

— Абрам, милый, вот признайся мне, ты бы хотел сейчас заняться любовью с симпатичной мулаткой?
— Ой, Сара! Ну... наверное... да!
— Тогда срочно давай деньги на солярий!

— Моня! А как Ви поняли, шо Ви таки брутальный мужчина?
— Таки мама сказала…

Хаим покупал на рынке мясо по сто рублей за килограмм, варил его и продавал, опять же по сто рублей за килограмм. У него спросили:
— Хаим, что ты делаешь, ты покупаешь мясо за 100 рублей, варишь его и продаёшь опять за 100 рублей. Что ты с этого имеешь?
Хаим улыбнулся и сказал:
— Навар!

Встретились два… одессита. Один попросил другого рассказать анекдот, но «только не про евреев».
— таки хорошо, вот тебе анекдот не про евреев.
Встречаются японец с негром. Японец спрашивает: «Иосиф, где ты так загорел?» А негр отвечает: «Изя, тебе к врачу срочно надо, у тебя желтуха!»

На Одесском пляже:
— О, молодой человек, да у вас эрекция!
— Отойдите, женщина, это таки не вам!

— Ой, Абрамчик! Наше вам с кисточкой! Как ви себя имеете? Говорят, вы удачно женились? Кто познакомил вас с вашей женой?
— Я никого не виню...

— Моня, ви капитан, ви мине и скажите, ви в приметы верите?
— Нет, таки что случилось.
— Ай, ничего страшного, у нас всплыл якорь!

Сара обращается к своему мужу — Абраму:
— Абрам! Вот тебе 60 рублей, иди сходи на заправку и купи керосину.
— Сара, но зачем нам, вдруг понадобился керосин?
— Как зачем!? Вдруг завтра война начнётся, отключат свет, а керосину у нас совсем нет, и ты как «поц» собираешься сидеть в тёмном подвале без света!?
Абрам берёт деньги и отправляется на бензоколонку за керосином. Спустя час возвращается домой в умат пьяный.
— Абрам, ты где был!? — возмущённо спрашивает у него Сара. — И почему ты такой пьяный?
— Ой Сара, не начинай! По пути за керосином я встретил нашего соседа — Ивана. Тот мне сообщил радостную новость, что войны завтра не будет и предложил за это выпить. Ну я и выпил.
— Абрам, ну ты таки конченный поц! Ивану-то что!? Война начнётся, он взял винтовку да воевать пошёл, а ты, как последний кретин всю войну будешь сидеть без света!!!

ДТП. Столкнулись автомобили попа и раввина.
Раввин выходит, осматривает повреждения своего автомобиля и с досадой говорит попу:
— Ну, ничего страшного… главное все живы. Я не держу на вас зла. На всё воля Божья.
Поп:
— Да, пожалуй, соглашусь… я так же на вас зла не держу. На всё воля Божья.
Раввин:
— А давайте выпьем, что ли за знакомство?
— Не откажусь.
Раввин достаёт из своей машины бутылку коньяка, наливает себе и попу до краёв и протягивает попу полный стакан.
Поп:
— Ну, за знакомство!
Выпил весь стакан, занюхал рукавом, смотрит на раввина и говорит:
— Уважаемый, а чего же вы не пьёте?
— Да я-то сейчас… вот только инспекторов дождёмся…

Отец говорит своему взрослому сыну:
— Абрам, сынок, если ты таки надумаешь жениться, то сейчас самое подходящее время, ведь в связи со всей этой коронавирусной историей, мы можем никого не приглашать к тебе на свадьбу!

На Привозе приезжая девушка спрашивает местную даму:
— Вы цыганка?
— Нет, я одесситка!
— Надо же, такая чёрная… А вы гадать умеете?
— Тю-ю, в Одессе все умеют гадать!
— Погадайте мне, — протягивает руку.
— У вас, красавица, большое горе… Очень большое. Вы неожиданно потеряли мужа или любовника…
— Но я ещё девушка, — смущается приезжая.
— Ну таки значит, это был кошелек.

Старый еврей приходит к раввину:
— Ребе! Какой ужас! Что мне делать?!... Захожу я сегодня к сыну, а у него в постели христианская девушка и на столе — свинина!
— Все не так плохо. Вот, если бы девушка была на столе, а свинина в постели...

— Абрам Маркович, кушать хочите?
— Сарочка, надо говорить не хочите, а хотите.
— Ну как хочите...

— Ой вэй! Пять сумок тащишь, Сонечка! И шо ты на Привозе накупила?
— Десять кило не вашего дела!

— Ты как?
— Как радио в маршрутке.
— В смысле?
— Настроен на какую-то дрянь.

Пресс-конференция в администрации одесского губернатора.
— Господин губернатор, а почему у вас такие продажные чиновники?
— Нэ ваше дэло! Какие продавалысь, таких и купил!

— Фима, как ты думаешь, в раю мужчины живут отдельно от женщин?
— Безусловно, Сарочка… Иначе какой же это рай?!

В одесском ресторане официант говорит посетителю:
— Добро пожаловать! Таки шо будете заказывать?
— Я бы хотел для начала меню.
— Меню не подаём. Хотите читать — идите в библиотеку.

Одесса. Совершенно переполненный автобус. Женщина в середине салона:
— Молодой человек в белой панаме, и шо вы об меня всё трётесь, трётесь, может, вы меня хотите?
— Что вы мадам, просто очень тесно!
— Тогда продвигайтесь вперёд, может, кто другой захочет!

Вот так всегда. Всё то, что мне казалось прекрасными страданиями моей тонкой, воздушной и ранимой души, оказалось всего лишь ПМС.

— Абрам, ты веришь в любовь с первого взгляда, или мне пройтись ещё раз?

Мужик приходит к доктору:
— Доктор! Мне нужна Ваша помощь.
— Слушаю Вас.
— Помогите мне забеременеть!
— Да вы что! Вы же мужчина! Нет, это невозможно.
— Ну, я вас очень прошу!
— Да нет же, ну как вы не понимаете, я не могу вам ни чем помочь!
— Вы доктор или кто?! Помогите!
Целый час объяснял врач мужику, что ну не может он тому ни чем помочь... Уже изрядно подуставший объяснять врач, увидел в окне портного Рабиновича.
— Вот что я вам скажу! Сходите к Рабиновичу, он мудрый человек, может, вам чем сумеет помочь.
Ушёл мужик и больше не появлялся. Через несколько месяцев встречает врач его на улице и спрашивает с ехидцей:
— Ну что, как ваши дела?
— Спасибо за совет! Всё отлично — живот растёт, по утрам тошнит немножко. Схватки начинаются, скоро рожу!
Потрясённый врач бросает все дела, бежит к телефону, звонит портному.
— Рабинович! Мужика помнишь, который хотел забеременеть?
— Помню.
— Я его тут на улице встретил — довольный, с животом... что ты сделал?
— Ой, да он мне так надоел, так надоел... я ему попу зашил.

— Ты знаешь, Сёма, прав был старик Эйнштейн. Всё в этом мире относительно.
— Что ты имеешь в виду, Моисей?
— Я имею в виду, что те сто долларов, о которых не знает моя Сонечка, для меня намного больше, чем та тысяча, которую я ей отдал.

Пришла на работу без настроения.
Испортила его всем.
Сижу улыбаюсь!