Открыл магазин

Приходит еврей к раввину и жалуется, что жена беременеет каждый год. Ребе предлагает заглянуть в Талмуд, где таки всё сказано на все случаи жизни, и вычитывает там, что надо отрезать еврею одно яичко. Сказано – сделано!
Проходит время и история повторяется – жена вновь беременна. Талмуд советует отрезать и второе. Сказано – сделано!
Когда несчастный еврей приходит в третий раз, а отрезать больше нечего, то ребе вычитывает в Талмуде: "Если еврею, у которого беременеет жена отрезаны уже оба яичка, а жена опять на сносях, значит, яички отрезаны не у того еврея!".

— Хаимчик, у тебя ещё что-то осталось?
— Почти ничего!
— И у меня почти ничего — да ну их с ихним обрезанием...

— Софочка, у вас эти кактусы на окне... это чтобы мужики не лазили?
— Ой, шо вы! Наоборот. Шоб не выпрыгивали...

— Сёма, за что ты получил пятнадцать суток ареста?
— Бросал лебедям хлеб.
— И что тут противозаконного?
— Дело было в Большом театре на «Лебедином озере».

— Абрам, вы верите в справедливость?
— Верю, но таки не доверяю.

Два еврея сильно поругались. Через пару дней Абрам проходит мимо дома Хаима, и, увидев его в окне, восклицает:
— Ой, вей! Ви только посмотрите – он высунул свою мерзкую рожу в окно! Лучше бы жопу высунул – и то красивее было бы!
— Я таки высовывал, но все сразу начали спрашивать: "А шо у вас делает Абрам, вы же, вроде, поругались?!".

Еврей застраховал дачу, полис получил, смотрит недоверчиво на агента:
— И что, ви таки хотите сказать, что я получу столько денег, если сгорит моя дача?
— Да, но только если вы её не сами подожжёте.
— Я таки знал, что тут какой-то подвох.

— Абрам, что я вижу! Ви втихаря едите сало?
— Ну, таки да.
— И какой же ви тогда еврей, если едите сало?
— Семён Моисеевич! А давайте спросим так: ну, какое же это сало, если его ест еврей?

Фима Рабинович рассказывает Яше Шниперсону:
Представляешь, Яша, сегодня ко мне пришла моя дочь Софочка и сказала, что она хочет чтобы я немедленно выгнал её из дома, сдал её комнату студентам, отключил от своего счёта её кредитную карточку, удалил из списка контактов её номер телефона, а так же вычеркнул её из завещания...
— Шо, вот прямо так и сказала?
— Ну... не совсем так. Немного короче: «Папа, это мой жених. Его зовут Мустафа Хуссейн».

— Папа, нам на дом сочинение задали написать "О семье". Как лучше написать: "Отец много работает" или "Отец много зарабатывает"?
— Вовочка, пиши как хочешь, но обязательно добавь: "А на ремонт класса денег больше нет!".

Измождённый и оголодавший араб плетётся по пустыне. Вдруг он видит неподалёку еврея, сидящего за столиком, на котором разложены галстуки.
— Я умираю от жажды. Дайте воды!
— У меня нет воды. А галстук не хотите? Недорого уступлю. Вот этот, например, просто идеально вам подойдёт…
— Зачем мне твои галстуки?! Я хочу пить!
— Ну, что ж: нет, так нет. Но я вам дам совет. Километрах в трёх отсюда есть замечательный ресторанчик. Вон за тем холмом. Там сколько угодно воды.
Араб направился по направлению, указанному евреем, и вскоре его одинокая фигура исчезла за барханами. Через несколько часов он вернулся, едва стоя на ногах, и повалился на песок.
— Неужели не нашли? — поинтересовался еврей.
— Нашёл, — прохрипел араб. — Твой брат не впускает без галстука!

Хаим, выслушав целую тираду от своей тёщи, спокойным голосом говорит:
— Сара Абрамовна! Взгляните-ка на эту стену и обратите ваше внимание на то ружьё, что висит на ней... Сара Абрамовна, не стоит доводить данный спектакль до третьего акта!

Дорогая Александра Николаевна! Письмо о Вашем приезде получили. Ожидаем. В остальном всё хорошо. Ваш любящий зять.

Однажды Абрам имел таки неосторожность зайти в гости к Саре Самуиловне. И после этого случая гостей они уже принимали вместе...

В одесском ресторане на Приморском бульваре официант:
— Добро пожаловать! Что будете заказывать?
— Я бы хотел для начала меню почитать.
— Хотите читать — идите в библиотеку.

Старый еврей просыпается. В квартире тепло. Потрогал батареи горячие, чуть не обжёгся. Открыл горячую воду – чуть не ошпарился. Включил свет – горит. Газ – идёт. Выглянул во двор – там снег везде почистили. Мусорные баки пустые, урны не переполнены, лавочки у подъездов починены.
В ужасе кричит жене:
— Соня! Коммунисты к власти вернулись!

Одесский дворик.
— Мой Хаим может пробежать 100 метров за восемь секунд.
— Враки! Мировой рекорд в беге на стометровку девять секунд.
— Ну, так и шо?! Хаимчик знает короткий путь!

— Скажите, Хаим, я вам таки нравлюсь?
— О, да, Сарочка! Очень!
— Таки дерзайте тогда! Я заместо вас себя уговаривать не собираюсь!

— Абрам, вы спали с моей женой?
— Одну минуточку, сейчас посмотрю (листает блокнот). Да, я спал.
— Я недоволен.
— Минуточку (листает блокнот). Я тоже...

К Папе Римскому заходит секретарь и говорит:
— Ваше Преосвященство! В приёмной сидит старый еврей, ну очень старый и сидит уже 2 недели... не уходит, просит аудиенции.
— Ну, пусть зайдёт.
Заходит очень старый, прям таки допотопный еврей.
Папа:
— Чем могу Вам помочь?
Старый еврей достаёт из лапсердака картину «Тайная вечеря» показывает Папе и спрашивает:
— Это Ваши люди?
Папа гордо отвечает:
— Наши! А почему Вы спрашиваете?
Старый еврей:
— Они за стол не рассчитались...

Еврейская мама кричит сыну с балкона:
— Изя, давай домой!
— Мама, я, что замёрз?
— Таки нет! Ты хочешь кушать!

— Изя, шо-то у меня голова разболелась, ты шо, опять меня хочешь?

На одесском привозе:
— Мужчина, не ходите тут, не трясите своими вирусами...

— Абрам, дорогой, какой же дурой я была в молодости…
— Не переживай, Сара… Ты и сейчас молодо выглядишь!

Я зашёл в бар, в котором оживлённо о чем-то спорили Сталин и Гитлер. Я поинтересовался у них, о чём они спорят. Адольф ответил:
— Я тут планирую уничтожить всех евреев и троих клоунов...
— Каких клоунов? – Перебил его я.
Он с азартом посмотрел на Сталина, и воскликнул:
— Видишь, Иосиф, я же говорю, всем нас#ать на евреев.

Соломон звонит Хаиму:
— Хаимчик, у меня есть для тебя 200 пар брюк. По 100 рублей пара.
— Хорошо. Беру.
Хаим звонит Якову:
— Яков, дорогой, есть партия из 200 брюк. Только для тебя — по 200 рублей пара.
— Хорошо, я беру.
Яков звонит Моисею:
— Мойше, есть гешефт. 200 пар брюк всего по 300 рублей пара!
— Очень хорошо. Можно приехать посмотреть?
Моисей приезжает к Якову и рассматривает брюки:
— Но у них у всех по одной штанине!
— Мойше, дорогой, эти брюки не носят. Их продают!

Сара звонит любовнику:
— Изя, приходи, у меня муж вечером уходит!
— А как я пойму что он ушёл?
— А я копеечку во двор кину, она зазвенит и ты войдёшь!
Наступил вечер. Сара кидает копеечку. Изи всё нет и нет. Она в окно кричит:
— Изя, ты где?
— Копеечку ищу!
— От ты жлобская натура! Я её уже давно на ниточке подняла!

Однажды к раввину пришёл Изя:
— Ребе, я грешен ибо имел связь с замужней женщиной.
— Ах грешник! Какой кошмар! Сейчас же признавайся — кто она?!
— Нет, я обещал сохранить имя в тайне.
— Ах так?! Да мне и говорить ничего не надо, я всё знаю — это наверняка Софа, что жена сапожника!
— Нет.
— Хмммм… Ну тогда это должно быть Фира! Да да да — сестра нашего портного, та ещё блудница!
— Ну нет же, не она.
— О-о-о-о-о!!! Тогда я знаю! Это Сара — внучка доктора Рабиновича! Точно она— там и печать-то негде ставить! Как же ты низко пал?
— Нет, нет, нет! Не Сара это.
— Ты дерзок и мне опротивел, убирайся! Тебе нет прощения, вон!!!
А тем временем, Изю у входа поджидали друзья:
— Ну как? Отпустил?
— Да нееее.. Но! Я тут таких три адреса узнал!!!

— Всё-таки у нас в стране развелось слишком много иудейных борцов с режимом...
— Ты хотел сказать «идейных»?
— Нет.

— Рэбе, почему вы, евреи, делаете обрезание?
— Ну, есть несколько причин...
— Например?
— Во первых, это красиво!

— Официант, простите, можно мне зубочистку?
— К сожалению, сейчас они все заняты. Вы можете подождать минутку?

Мария Исааковна Петрова заполняет анкету.
Завкадрами интересуется:
— А почему вы Исааковна? Еврейка, что ли?
— А, по-вашему, Исаакиевский собор — синагога?

— Абрам, я сейчас дала маху.
— Роза, не говори глупостев. Маха же уехал в Бердичев.
— Та нет, у меня на привозе помыли кошелёк.
— Роза, лучше бы ты дала Маху.

— С этой минуты, Сара, ты забываешь местоимения «я» и «мне». Теперь только — «мы» и «нам», ты поняла?
— Поняла.
— Что ты поняла?
— Что нам срочно нужны сапоги на шпильках.

— Абрам вы натурал или таки гей?
— Таки шо?
— Ну, вы сексуальное большинство или сексуальное меньшинство?
— Не морочьте мине мозг, я — сексуальное одиночество.

— Фира Семёновна, а что такое любовь?
— Ой, Сарочка, всё очень просто… Любовь — это когда закрываешь глаза на все его недостатки. Затем открываешь — а уже трое детей.

— Изя! Вы слышали новость!? Мойшу ограбили! Вынесли из квартиры всё!
— Так он им всё и отдал!..
— Его раскалённым утюгом пытали!
— Шо ви говорите! Так ему ещё и за свет намотало?!

Особенность одесского менталитета: каждый готов, если шо, идти на фронт, но никто не готов идти в армию...

Старый еврей попал за решётку. Его вызывает начальник тюрьмы (человек на удивление доброжелательный) и спрашивает, чем бы он хотел заниматься: клеить пакеты, делать щётки или домашние тапочки.
— Может быть, ви будете крайне удивлены — отвечает новичок, — но я хотел бы торговать всем этим.

— Сёма, а вы знаете какое самое грустное место на Земле?
— Я таки думаю, что рабочее...

Ситуация с голосованием по поправкам в Конституцию выглядит примерно так:
— Абрам, тебе чай с сахаром или без?
— Таки, лучше без сахара.
— Абрам, на тебе с сахаром, мама уже положила и размешала.

— Сара, можно таки тебя попросить, не кричать на меня постоянно, это таки меня сильно обижает!
— Абрам, таки сильнее природы я тебя уже обидеть не смогу!

— Изя, а что за имя такое — Ихтиандр?
— Ихти — по-гречески рыба, андр — человек.
— То есть всё вместе значит: Фишман?

Запомните: не стоит верить всем тем, кто утверждает, что в СССР всё было плохо. Ведь когда-то давно и я сам, к своему большому стыду, поверил в это. Сейчас понимаю, что многое там было замечательно! Вот, к примеру, там, в СССР, я был молодой и здоровый, а здесь, в Израиле, я старый и больной.

— Изя, за сколько ты сможешь пробежать стометровку?
— Я таки думаю, что по пятьдесят рублей за метр.

— Абрам Яковлевич, а шо вы таки без маски, когда кругом коронавирус лютует?
— И шо вы думаете, если я надену маску, то он таки меня не узнает?

— Софочка, а что, Хаимчик умер?
— Умер.
— То-то я смотрю его хоронят.

— Ви знаете! Абрам вёл на столько здоровый образ жизни, и выглядел так хорошо, что его было просто приятно хоронить.

Абрам Израилевич был настолько хитёр, что даже специально умер раньше своих друзей, чтобы не скидываться им на похороны!!!

Приходит молодой иудей к равнину спрашивает:
— А можно ли иудею смотреть на голых женщин?
— Можно, — отвечает раввин.
— А на мужчин?
— Тоже можно.
— А на то, как мужчина с женщиной занимаются любовью?
— Конечно можно.
— А на что же, тогда нельзя смотреть иудею?
— На сварку!

Умер начальник. Один из работников на поминках говорит:
— Об усопших либо хорошо, либо ничего!
— Давайте молча спляшем! — предлагает Абрам.

— Как приготовить заливного осетра?
— Берёшь минтая и заливаешь, что это осётр.

Пришли в кафе русский, француз, американец, китаец и еврей. Каждый заказал по чашечке кофе, и каждому в кофе попалась муха.
— Русский выпил кофе, муху выкинул.
— Француз вежливо извинился, но кофе пить не стал.
— Американец выплеснул кофе в лицо официанту.
— Китаец съел муху, а кофе пить не стал.
— А еврей выпил кофе и стал продавать муху китайцу.

— Абрам, почему ты не даришь мне цветы?
— Сара, я подарил тебе весь мир! Иди нюхай цветы на улицу!..

Проводник:
— Ваши билеты.
— Мы их потеряли.
— В таком случае у вас могут быть проблемы.
— Ша, люди, вы только послушайте! Мы потеряли билеты, на вокзале у нас украли вещи, Абрам отстал от поезда. И он таки говорит, что у нас могут быть проблемы!

Изя пришёл в гости, увидел пианино и почтительно спрашивает у хозяйки:
— Вы таки играете на нём в четыре руки?
Мадам Рабинович, обиженно:
— Что я вам, обезьяна?

— Кого в этом мире можно назвать самыми большими оптимистами?
— Евреев… они ещё не знают, до какого размера это вырастет, а уже обрезают…

— Фира Абрамовна, за шо Вы сейчас мечтаете больше всего?
— Больше всего я мечтаю за платье…
— За новое платье?
— Нет, не за новое — за влезть в старое…

Старый еврей приходит в паспортный стол и просит поменять ему фамилию. Ему говорят:
— Абрам Моисеевич, вы чего? Вам уже 96 лет, скоро умирать. Зачем вам это нужно?
— Ой, да плиту могильную готовую нашёл. Что зря деньги тратить?

— И всё же интересно получается, Абрам: я тебя пригласила, чтобы ты выпил за моё здоровье, а ты хлещешь уже четвёртый стакан!
— Прости Сара, но ты так плохо выглядишь!..

— Хаим, дорогой, когда мы уже поженимся?
— Сара, я не хочу жениться! Я хочу есть!
— Вот там как раз и поешь.

— Как заставить группу евреев начать сражаться?
— Достаточно бросить один пенни прямо перед ними.
— Как заставить группу католических священников сражаться?
— Достаточно бросить маленького мальчика перед ними.

— Абрам, как вы думаете, объявления в газетах дают результаты?
— Конечно! Во вторник вышло объявление, что мы ищем сторожа, а уже в среду нас ограбили!

Когда Софа Львовна говорит: «Шо?!», это вовсе не означает, что она не слышала. Она просто даёт вам последний шанс изменить сказанное.

— Софочка, вы таки спите с Изей?
— Ой, таки не выдумывайте, мы просто дружим.
— Вы так громко дружите, что об этом вже знает вся Пересыпь.

— Фима, Ваша жена работает?
— Работает. Переводчицей.
— А где?
— В магазинах.
— Шо значит «в магазинах»?
— То и значит! Ходит по магазинам и переводит мои деньги.

— Абрам, это Моня, нам нужно срочно с тобой встретиться.
— Зачем?
— Есть проблемы.
— Но я не хочу есть проблемы!

Три великие правды о религии:
1. Иудеи не признают Иисуса как Мессию.
2. Мусульмане не признают Папу Римского как Вселенского Патриарха.
3. Два баптиста не узнают друг друга в винно-водочном магазине.

— Абрам, признавайся, ты мине хоть раз изменял за всё время нашей совместной жизни?
— Да, Сара, это было один раз, когда ты болела.
— Абрам, а когда это я так болела, шо аж лежать не могла?!

— Дочь, представь нам своего избранника.
— Это Адик, он модный одесский шиномонтажье.

Как говорят в Одессе: Нельзя иметь всё сразу — и море, и по колено...

Одесская квартира. Муж приходит домой:
— Софа, выключи телевизор, я имею сказать тебе новость!
Софа выключила.
— Абрам, и шо случилось?
— Дядя Хаим отмучился!
— Шо, дядя Хаим таки умер?
— Нет! Дядя Хаим таки живой! Это тётя Сара умерла!

Сара и Абрам прогуливались по музею современного искусства и наткнулись на одну очень уж абстрактную картину какого-то известного художника.
— Пойдём-ка отсюда, Абрам, — беря под руку своего мужа, шепчет ему на ухо Сара, — ведь скажут ещё, что это мы сделали...

Заходит как-то молодой еврей в магазин антиквариата. Не спеша осмотрел весь товар на прилавках, и собрался было уходить, как в дверях заметил милую кошечку, лакающую молоко из красивого дорогого фарфорового блюдца.
Прикинув стоимость того блюдца, он обратился к продавцу:
— Здравствуйте, уважаемый. В вашей лавке такая милая кошечка живёт, а я вот человек одинокий, ни детей, ни внуков у меня нет, ни домашних питомцев. Может, вы мне её отдадите?
— Не могу, эту кошку очень любят мои юные посетители, которые часто приходят её покормить и поиграться.
— Ох, но мне она так в душу запала, уверен мы с ней подружимся и у меня дома ей тоже будет хорошо. Я могу заплатить 20 шекелей.
— Что вы! Она не продается.
В итоге они сошлись на 200 шекелях. Покупатель берёт кошку на руки и интересуется:
— Я видел, этой кошечке нравилось пить из вон того блюдца, она наверняка к нему уже привыкла. Может быть вы и его мне отдадите?
— Не могу.
— А за 20 шекелей отдадите?
— Нет-нет. Это блюдце из очень дорогого китайского фарфора 12 века с золотой росписью и драгоценными камнями, оно стоит очень дорого. А кошек по 200 шекелей я уже 85 штук продал.

— Товарищ Рабинович, вы любите Родину?
— Конечно, люблю! От всей души!
— А вы налоги платите?
— А я любовь за деньги, не признаю!