Немного о Чувашии

— Отец, сегодня вечером я иду со своей девушкой - Соней, в оперу, там дают «Жидовку» Фроманталя Галеви.
— И ради этого ты бросаешь деньги на ветер? Лучше таки пойдите к маме и посмотрите на неё. После чего сам решай, стоит ли за такое зрелище ещё и деньги платить.

В советское время спектакль про детство Ленина.
Выходит маленький Володя Ульянов и говорит:
— Мама, а где брат мой Саша?
— Володя, Саша уехал в Ленинград.

В провинциальный театр приходит актёр искать работу.
В кабинете у завлита вздыхают:
— Мест нет. Ролей нет. Вообще ничего нет.
— Да мне хоть Бабу Ягу сыграть! – восклицает артист.
— Ну, разве что роль оруженосца Волобуева… – задумчиво тянет завлит и машет рукой. — Но это же абсурд. Вы не возьмётесь.
— А что за роль?
— Даже не спрашивайте. У нас заслуженные артисты пробовались — слёзы и нервный тик. Неужели не слышали о «Волобуеве»?
— Впервые слышу.
— Эпизод простейший: в финале выйти, протянуть герою меч и произнести: «Волобуев! Вот ваш меч!». Но роль проклята. Первый раз пьесу ставили в 1896-м, при августейших особах. Юный гимназист-оруженосец то ли со страху, то ли по мальчишеству гаркнул: «ВолоХ*ЕВ! Вот ваш меч!». Скандал! Режиссёра — в Сибирь, труппу — разогнать. Второй раз — уже при Советах. Актёр перенервничал и выдал то же самое: «Волох*ев!». Режиссёра — к стенке, труппу — в лагеря. При Брежневе тоже ставили — и тоже добром не кончилось. Теперь молодой главреж горит идеей, его отговаривают, а на роль оруженосца никто не соглашается.
— Я согласен! – решительно заявляет новичок.
Репетиции идут как по маслу. Прогоны безупречны. Город затаил дыхание. Премьера. Зал набит битком. Второй акт. Финал. Выходит оруженосец, в руках — сверкающий меч. В зале — звенящая тишина.
Он собирается с духом. Пальцы дрожат. Тишина давит.
Актёр делает глубокий вдох и, чеканя каждую букву, провозглашает:
— Волобуев!
Зал взрывается! Пятиминутная овация! Люди встают, цветы летят на сцену! Актёр купается в лучах славы, чувствует себя богом.
Овация стихает, он расслабленно улыбается, поднимает меч выше и, уже в полной уверенности, что всё позади, продолжает:
— Волобуев! Вот ваш Х*Й!

Фаина Георгиевна Раневская на протяжении долгих лет работала в театре им. Моссовета. Однако, стоит отметить, что отношения с главным режиссёром Юрием Завадским у неё совершенно не заладились, и Завадскому часто доставалось от её острого языка. Как-то Завадский, который только что к своему юбилею получил звание Героя Социалистического Труда, опаздывал на репетицию. Ждали его долго. Наконец, не выдержав, Раневская спросила с раздражением:
— Ну, где же наша Гертруда?

Идёт премьера в Большом театре. Вдруг с задних рядов пьяный крик:
— Люди! В зале есть врач? Зрители переглядываются, актеры остановили спектакль.
Голос с передних рядов:
— Да, я врач, что случилось? Снова пьяный голос с задних:
— Коллега, согласитесь, ох*ительный спектакль!

— А вы слышали про новые изменения в театре в связи с бушующей эпидемией коронавируса?
— Нет. А что там изменилось?
— Говорят, что теперь Отелло душит Дездемону бесконтактно.

Собрали в лесу ОМОН, оперов УР и участковых. Поставили перед ними задачу найти и доставить лося. Омоновцы вернулись через полчаса со связанным лосем. Опера через день привели ежа и зайца, каждый из которых сознались, что он лось. Участковые через две недели принесли от зайца, ежа, лисы, медведя и других жителей леса объяснительные о том, что в данном лесу лось не проживает.

Когда-то давно, когда зарплату выдавали в кассе, устроился в отдел милиции молодой оперативник. Получил он первую зарплату и решил проставиться. Собрались все в кабинете начальника уголовного розыска, пьют. И подходит молодой опер к начальнику:
— Можно я у вас заначку от жены оставлю? Больше прятать негде.
— Конечно можно.
Берёт начальник у молодого опера деньги, при всех сотрудниках кладёт к себе в сейф.
Проходит пару недель и так получилось что у молодого опера денег не осталось. Решил он забрать заначку.
На общем совещании у начальника розыска спрашивает:
— Можно свою заначку забрать?
Начальник отвечает:
— Какую заначку?
— Ну помните, я вам тогда при всех давал, вы в сейф положили.
— Не помню такого. Кто-нибудь видел чтобы я так делал?
Все опера сидят молчат, головой крутят мол «нет».
Начальник говорит:
— Вот видишь, не было такого.
Молодой опер погрустнел, понял что денег ему не видать.
Совещание закончилось. Начальник попросил молодого опера остаться, тот сидит, голову опустил. Когда все вышли из кабинета, начальник открывает сейф, достаёт деньги и отдаёт оперу со словами:
— И вот с этими п*дорасами тебе придётся работать.

Я вот люблю курить голым на балконе. Но в театр меня, почему то, не пускают.

Говорят, что весь мир — это театр. Вполне допускаю, что так оно и есть, но стоит признать, что когда человек рождается, ему дают роль, но не дают текст.

На Урале из колонии сбежал заключённый, который хотел добраться автостопом до своих знакомых. Поймав попутку он сильно удивился, что приехал обратно в колонию. Оказалось, что машина принадлежала операм, которые его и разыскивали.

В Одессе сгорело здание прокуратуры.
Абрам звонит в прокуратуру:
— Это правда, шо несколько часов назад сгорело ваше главное здание?
— Да, правда.
Спустя пять минут:
— Это правда, шо ваше главное здание уже полностью сгорело?
— Сгорело, сгорело, мы же вам уже сказали.
Спустя пять минут опять звонит:
— Говорит Абрам. Правда, что сгорело ваше…
Дежурный:
— Что вы всё звоните?! Я же вам уже сказал что сгорело!
— А может, мне таки это приятно слышать…

Встречаются двое приятелей. Оба давно не виделись.
Один:
— Ты кем сейчас работаешь?
— Да, всё там же – прорабом на стройке. А ты всё так же водителем?
— Нет. Я теперь – ландшафтным дизайном занимаюсь.
— Ого. Это как?
— Водитель бульдозера, короче....

— Театр одного актёра. Нет, я как-то этого не могу понять.
— А супермаркет одного кассира — это тебе понятно!

Весь мир — театр, а ты без контрамарки.

— Помню в моём далёком детстве, очень уж нравился мне один российский сериал про ментов «Улицы разбитых фонарей». Так вот, он меня тогда на столько сильно впечатлил, что я для себя чётко понял, чем именно хочу заниматься во взрослой жизни.
— Хм... Работать в полиции?
— Нет. Смотреть сериалы.

Встречаются две актрисы.
— Слыхала, эта стерва Машка померла?
— Интересно, куда она попала: в ад или в рай?
— Конечно в рай. Говорят, что все актёры попадают в ад. Ну какая из Машки актриса?!

Артист Сызранского драматического театра всё-таки сумел добиться признания, когда оставил театр и пошел работать следователем.

Новый рабочий сцены удивлённо поворачивается к старому:
— Что у вас за место такое: чёрт перед выходом на сцену перекрестился?
Старый меланхолично отвечает:
— Позавчера на колосниках ангелочка вы***бали... ТЕ - АТР!

Театр. Постановка пьесы Чехова в новом стиле. На сцене героиня "орально удовлетворяет персонажа", делая ему м...нет. Зал в тишине молча смотрит. Через 10 минут встаёт пожилая театралка и произносит:
— Милочка, ну что вы чавкаете, это же Чехов!

Два поддатых ценителей оперы:
- Абрам, давайте двигать оперный театр в Европу!
- Давай, только макинтоши снимем, а то упаримся.
- Абрам, далеко утолкали - макинтоши уже не видно!

Пожарник Иван стоял и бездействовал. Банк горел — кредит гасился.

Урок в балетной школе:
— После шести есть нельзя. Вот ты, девочка, сколько тебе лет?
— Шесть.
— Всё, не ешь.

— Один мой хороший приятель, недавно был в театре, но пьеса оказалась на столько скучной и неинтересной, что он не стал дожидаться третьего акта, а просто встал и ушёл домой. Так после этого разразился грандиозный скандал.
— Как это так?
— Просто он играл главную роль в этой пьесе.

Идёт собрание в роте. Разбирают двух опоздавших из увольнительной курсантов. Замполит:
– Как же так получилось, что вы опоздали на целых полтора часа?
Курсанты:
– Да мы, товарищ подполковник, в оперу ходили.
Замполит, негодуя:
– Это ж надо так напиться, чтобы в оперу попасть!

В христианском театре не прижилась система Станиславского.

«А теперь суд чинить будем!» – сказал бригадир, получив наряд на ремонт в здании суда.

Кинул Андрюша в театр снежок –
вьётся над ТЮЗом чёрный дымок.
«Так и бывает, – Андрей говорит,
– если в снежок заложить динамит».

Приехал грузин в Москву из глубокого аула, хочет учиться на оперного артиста. Кое-что почитал, посмотрел, по радио послушал, думает, хватит.
Его спрашивают:
— Уже имели опыт, скажем, в любительском театре или опере?
— Нэт, но очэнь хочу ыграть!
— С какими-нибудь музыкальными драмами, скажем, знакомы?
— Конэчно, знаю адын, про самэц вороны.
— Про ворон? Отечественная, полагаю?
— Нэт, зарубэжный.
— Не припомню такой. А название?
— Так и называэтся. Самэц вороны. На англыйском.
— Как-как, простите?
— Ну, самэц вороны на англыйском! Ну, как эго... «Кармен»!

Красота неписаная! — воскликнула уборщица, увидев новый унитаз.

Фестиваль «Оперные вечера» в Мытищах закончился матерными частушками и мордобоем.

Один конферансье должен был объявить: «Дюбюк, „Птичка“!» Но у него всё время получалось «Дубук». Тогда он стал тренироваться: «Дюбюк, Дюбюк, Дюбюк, Дюбюк…» И наконец начал выговаривать правильно.
И вот наконец выходит на сцену и объявляет:
— Дюбюк, «Птючка»!

Гастроли провинциального театра, последний спектакль в канун Нового Года — трезвых нет. Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого должен произнести фразу:
«Я должен был увидеть твой закат
Иль дать тебе своим полюбоваться».
То есть «один из нас должен умереть».
И вот артист произносит:
— Я должен был увидеть твой… — а дальше забыл, надо выкручиваться, а это же стихи!…
И он таки выкрутился:
— Я должен был увидеть твой… конец! — и задумчиво спросил: «Иль дать тебе своим полюбоваться?..»

В одесский театр оперы на гастроли приехала Монтсеррат Кабалье. Хаим хочет вечером пойти в оперу.
— Сто долларов, — говорит девица в кассе.
Абрам отшатывается.
— Ну да, — говорит девица, — если вы хотите попасть на Монтсеррат Кабалье, то это стоит именно сто долларов.
— Я вас умоляю не городите чепуху, — краснея, говорит Абрам, — я же хочу её только послушать!

— Что такое балет?
— Выставка лобков.

Пенсионер идёт мимо школы и видит, что рядом с нею стоит экскаватор – явно с целью сноса старого здания, и на него тут же нахлынули воспоминания.
Подходит он к молодому экскаваторщику и говорит:
— Сынок, постой, не сноси, я ведь когда-то в этой школе учился. Столько лет прошло, а до сих пор не могу забыть. Ты даже не представляешь, какие воспоминания у меня с нею связаны...
— Дед, это, конечно, всё очень трогательно, но мне надо работать.
— Подожди. Не откажи старику в одной просьбе. У меня ведь есть одна мечта, связанная с этой школой.
— Ну и?
— Дай и мне по ней пару раз шандарахнуть!

Из театральной жизни ещё дореволюционной. В провинциальном театре ставят «Цезаря и Клеопатру», нужна массовка в виде легионеров. Пригласили местную пожарную команду, и режиссёр объясняет: «Цезарь выходит из шатра, и легионеры должны издать гул. Чтобы получился гул, каждый должен произносить: "Что говорить, если нечего говорить?"» Начался спектакль. Перед шатром – бравые легионеры, появляется Цезарь. Брандмайор громким шёпотом скомандовал, и легионеры в один голос: «Что говорить, когда нечего говорить?» Цезарь от хохота свалился в шатёр.

Семья Циперман в театре:
— Софочка, тебе удобно сидеть?
— Да, Изя, удобно!
— Тебе видно?
— Да, любимый.
— Тебе не дует?
— Нет, золотой.
— Давай поменяемся местами.

Идёт спектакль. Актёр, изрядно набравшись перед выходом, появляется на сцене в совершенной прострации — забыл текст и тупо стоит, глядя в зал.
Из суфлёрской будки доносится подсказка:
— «Узнаёт в графине свою мать».
Актёр шатающейся походкой добирается до столика, хватает графин, подносит его к лицу и с искренним изумлением выдаёт:
— Мамочка, ты как туда залезла?!

— Оказывается, все театры в мире строили молдаване.
— С чего ты это взял?
— Только молдаване могут построить здание балконами внутрь.

В Большом театре закончилось выступление симфонического оркестра. Овации, крики «Браво!» В это время к дирижёру подходят два искусствоведа в штатском и спрашивают:
— Уважаемый, а почему это у вас человек с большим барабаном за весь концерт стукнул всего три раза?
— Но вы понимаете, у него такая партия!
— Вы это бросьте! Партия у нас у всех одна! Стучать надо чаще!

Ошибка иногда ведёт к успеху. В одном доме культуры самодеятельный театр поставил спектакль «БАЯДЕРА». Художник, рисуя афишу, ошибся — и в слове «БАЯДЕРА» у первой буквы «А» забыл поставить горизонтальную палочку... Впервые на спектаклях этого театра был аншлаг!

Запил один актёр, руль — на уровне "кушать подано", но запил до недвижимости.
Быстро одеваю рабочего сцены, выталкивают со словами — иди, суфлёр всё скажет!
Суфлер: «Медленно выходит на сцену...»
Рабочий медленно выходит на сцену...
Суфлер: «Медленно садится за стол...»
Рабочий медленно садится за стол...
Суфлёр: «Стар я стал...»
Рабочий:
— Стар я стал...
Суфлёр: «Медленно встает...»
Рабочий:
— Да и встаёт что-то медленно...

Однажды слышала такую театральную байку.
Был спектакль про войну. И там после сцены кровопролитного сражения один молодой актёр должен был подойти к убиенному товарищу, присесть рядом и максимально трагичным голосом произнести фразу: «19 лет ему было...». Но у актёра эта эпизодическая роль была первой и он очень волновался. И вот наступает кульминационный момент спектакля, битва закончилась, на сцене лежат поверженные солдаты, звучит грустная музыка... и этот актер, присев около убитого товарища, громко и с трагичным надрывом в голосе произнес: «19 лет еб***у мыло...»