Ранний Пушкин

«Быть можно дельным человеком, но думать о красе ногтей» — процитировал гарант великого русского поэта и обкусил заусенец на французском маникюре.

Юность: книги про пиратов, Робин Гуда, Разина, Пугачева и прочее.
Зрелость: соображаешь, что это просто романтизация организованных преступных группировок.

Сара, читающая книгу, вдруг говорит Абраму:
— Абрам! Какой позор!!! Ты таки представляешь, какой-то наглый поц, по фамилии Лермонтов, опубликовал в своей книге стихи, которые ты посвятил мне, когда мы только начали с тобой встречаться!

Мальчик Антон, читавший школьную литературу в кратком изложении, родился, женился и умер.

Идет Пушкин по просёлочной дороге, догоняет его мужик на телеге.
Ну Пушкин ему и говорит:
— Подвези, мужик, до ближайшей деревни.
Мужик говорит:
— Садитесь.
Едут они, едут, ну и решил великий русский поэт удивить простого сельского мужика рифмой.
Спрашивает:
— Мужик, тебя как зовут?
— Иван.
— О, Иван, х*й тебе в карман.
Мужик обиделся на поэта и говорит:
— А тебя как зовут?
— Александр Сергеевич.
— Ну и слезай на х*й с телеги.

Недавно перечитывал Валерия Яковлевича Брюсова и наткнулся на такую строчку:
— Пора! Спеши, мой челн усталый!
Признаться честно, правильно прочитать сумел лишь с третьего раза...

"В этом суть. В этом источник силы и залог неизбежной полной победы коммунизма".

Не могу понять, почему все так носятся с Кафкой и Камю как символами депрессивной литературы, ведь есть же сказки Андерсена.

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Пушкин, выходя из дома с женой, поскользнулся и, упав в грязь, обрызгал жену.
Это увидала старушка, бежит к другой, выпучив глаза, и при этом орёт:
— Видали? Слыхали? Пушкин вышел с женой из дома, а она ему подножку. Он упал и за это её грязью.
Вторая старушка побежала к третьей и орёт:
— Видали? Слыхали? Пушкин выбежал из дома, а жена ему подножку. Так он за это с неё платье сорвал.
Третья старушка побежала к четвертой, та к пятой. Так дошло до последней старушки в деревне.
Она бежит к первой и орёт:
— Слыхали? Видали? Гоголь залез голым на дерево и всех нах*й посылал.

Гоголь переоделся Пушкиным и пошёл к Пушкину в гости.
Пушкин дверь открыл, глянул, кто пришёл и кричит:
— Арина Родионовна, смотрите, Я пришёл!

Недавно Дарья Донцова закончила работу над своим очередным бестселлером. Стоит признать тот факт, что она внесла весьма большой вклад в отечественную бессмыслитристику.

Гонит осень к югу
Журавлей косяк
Я кота поглажу
И налью коньяк
Сыром со слезинкою
Закушу и вдаль
Паутинкой тонкою
Улетит печаль....

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

Кто медведям лапы рвёт,
Зайчиков под дождь суёт,
Танин мячик бросил в речку,
Обломал быку дощечку.
Каждый знает, это кто,
Это — Агния Барто!

— Подвергая героев жестоким страданиям и мучениям, автор стремится вызвать у читателя сопележевание.
— Вы хотели сказать "сопереживание"?
— Да, но нет.

Один мужик хвастается:
— А я за эти несколько месяцев все книги Донцовой прочитал.
Второй мужик отвечает:
— Хм... значит мои подозрения по поводу того, что у тебя был запор – подтвердились...

В стихах поэта явственно чувствуется ритм стука соседей.

— Таня, ты не то, чтобы прям совсем страшненькая, вовсе нет! Просто если бы арабы предложили за тебя десять верблюдов, то скорей всего, это был бы блок "Кэмела".

Толстой как-то встретил в казино Достоевского:
— И кто тут играет, Фёдор Михайлович?
— Одни идиоты, Лев Николаевич.

Идёт бабка по Летнему саду, навстречу ей — Пушкин. Он около неё спотыкается и неловко падает.
Встав и отряхнувшись, он говорит:
— Пардон, мадам.
И идёт дальше.
Эта бабка в тот же вечер рассказывает своей подруге:
— Променадирую это я по Летнему саду, а тут — Пушкин, на меня загляделся, споткнулся и упал. Встал извинился и пошёл дальше…
Десятая бабка — одиннадцатой:
— Гуляю это я Летним садом, смотрю — пьяный вдрызг Пушкин падает мордой прямо в лужу так и остался лежать.
Пятидесятая бабка — пятьдесят первой:
— Иду это я по Летнему саду, глядь вправо — а там голый Гоголь на пеньке сидит и др*чит.

— Сёма, а как по-вашему, почему у Пушкина кот учёный всё-таки сидит на цепи?
— Я думаю, шо если он учёный, то цепь для того, шобы он не эмигрировал.

— О, я тоже обожаю читать. У тебя есть любимые книги?
— Да. 1984.
— Ого, а чё так много?)

— Я могу называться поэтом, но стихов не писать?
— В общем, да. Так даже лучше будет.

И несмотря на веянья стихий,
Литература нам всего дороже,
На доме Гоголя я видел слово ВИЙ.
C двумя ошибками, увы, но всё же.

— Твои родители что, перелётные птицы?
— Нет.
— Тогда чего ты такой косячный?

Встречаются два современных писателя:
— Что-то погода последнее время просто отвратительная!
— Кстати, об отвратительном. Что новенького вы за последнее время насочиняли?

У памятника:
— Ай, какой красивый армянин! Совсем молодой умер!
— Ну что вы, это же Пушкин, русский поэт!
— Какой Пушкин, какой русский?! Не видишь – надпись: «ГАЗОН ЗАСЕЯН».

Льва Толстого, когда он служил в армии, очень расстраивал мат. Когда он его слышал, всякого останавливал.
— Зачем же ты так выражаешься, голубчик, лучше, к примеру, скажи: Ах ты, дордын пуп, Амфидер! Или еще как-нибудь.
Когда Лев Толстой уволился, солдаты с восторгом вспоминали:
— Тут у нас раньше граф служил, ну и матерщинник, слова без мата не скажет, а такое загнет, что и не выговоришь!

Преподаватель литературы спрашивает студентку:
— Если бы вы могли встретиться и поговорить с любым писателем, живым или мертвым, кого бы вы выбрали?
— Живого.

— Сударыня, давеча купил у Гоголя второй том «Мёртвых душ»!
— Сударь, помилуйте, он же палёный!

Школа. Двоечник спрашивает у своего соседа по парте:
— Слушай, а ты не помнишь в каком году умер Пушкин?
— В 37-м.
— Вот проклятый Сталин, такого поэта загубил!

У Льва Николаевича в одном из его рассказов есть фраза, заканчивающаяся двенадцатью точками. Двенадцатью! Это не значит, что он палец на клавиатуру положил и вздремнул, нет! Это надо было бороду поднять, перо в чернила окунуть, потом точку поставить, потом снова поднять бороду, обмакнуть перо в чернила, снова точку поставить – и так 12 раз. Это авторский труд!

Сначала была дуэль Пушкин — Дантес, потом дуэль Лермонтов — Мартынов.
По логике после этого должен был быть финал Мартынов — Дантес!

Пpиходит как-то Леpмонтов на бал и видит, что на входе швейцаp не пускает сильно пьяного Пушкина. Решил тогда Леpмонтов помочь дpугу и говоpит:
– Ты, бpат Пушкин, жди меня у окна возле убоpной, я пpойду на бал, откpою тебе сие окно, ты пеpелезешь, и мы с тобой отоpвёмся!
– Спасибо дpуг, я в долгу не останусь!
Пpоходит Леpмонтов на бал и откpывает окно, как и обещал. Вдpуг объявляют белый вальс, и Леpмонтова пpиглашает Hаташа Ростова. Во вpемя танца Hаташа обнаpуживает, что у паpтнёpа pасстёгнута шиpинка, но не знает, как покоppектнее сообщить ему об этом:
– Михаил… у вас… окно откpыто!
– Hу так я же его наpочно и откpыл! Сейчас оттуда вылезет мой кучеpявый дpуг, и мы с ним кpуто отоpвёмся!!

Как-то раз две молоденькие девушки задумали призвать дух Александра Сергеевича Пушкина. Когда услышали голос поэта, то попросили его сочинить для них стихотворение. На что великий им ответил: "не мечу овёс для кур, не пишу стихов для дур".

Ты – мои стихи, я – твоя музыка. А вместе мы – песня...

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

Отец заводит сына в туалет:
— О человеке можно судить даже по тому, что он читает в туалете. Вот посмотри, я уже третий раз перечитываю «Войну и мир», мама – «Сагу о Форсайтах», дедушка – «Красное колесо» Солженицина! А ты что читаешь? Дешёвые брошюрки тупых анекдотов за три копейки... О чём это говорит?
— О том, папа, что запоры надо лечить, а не гордиться ими!

— Привет, ты чего такой расстроенный?
— Да вот... был у меня один приятель. Его первой книгой был букварь.
— А последней?
— А последней — "Альпинизм для начинающих"...

Из дневника Льва Толстого про Москву:
"Вонь, камни, роскошь, нищета. Разврат. Собрались злодеи, ограбившие народ, набрали солдат, судей, чтобы оберегать их оргию, и пируют". 1881 год.

На лекции по литературоведению преподавательница метафорично объясняет, что литература влияет на любого человека:
— Ну вот представьте, что я врач и передо мной лежит пациент. И неважно, русский он, француз или немец, я всё равно вырежу ему аппендицит...
Голос с задней парты:
— ...Чем бы он ни болел.

Беседуют двое приятелей. Один:
— Буду книгу писать...
— Зачем? — Интересуется второй.
— Читать нечего!

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

Попрощалась со мною потенция
Зубы, волосы, пламенный пыл
Хорошо, что осталась деменция
Обоссался и тут же забыл!

На писательском собрании Маршака окликнули с трибуны: «С. Я., а Вы почему не выступаете?» С. Я. ответил: «Потому, что я не пава».

По одной из малоизвестных версий, таблица Менделеева впервые приснилась Пушкину, но к сожалению, он так и не сумел в ней что-либо понять.