Быть поэтом

согласно штампу обязуюсь
варить невкусные борщи
хотеть пальто из меха норки
а секса больше не хотеть

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Однажды в студеную зимнюю нору
Охотник свалился, теряя опору.
— Мне что же, — ворчит, — до весны здесь сидеть?!
— Да ты оптимист! — отозвался медведь.

Налью себе, бывает, чаю,
Возьму из вазы леденец,
И так по виски заскучаю
— что п*здец...

Прогуливаются как-то по берёзовой роще три поэта, Есенин, Вознесенский и Маяковский. Тут их взору открылась картина, как под одной из берёз, молодая девушка присела "по малой нужде".

— Господа, — говорит Есенин, — мне пришёл в голову один стих.
— Белая берёза, что тебе сказать,
— Под твоею кроной села девушка поссать......

Вознесенский подхватил и решил тоже продолжить стихами:
— Хочется, хочется, хочется...
— К жопе прижаться щекой..
— Я люблю когда девушка мочится,
— Я люблю, когда пахнет мочой.

Маяковский решил закончить данное стихотворение:
— ЖОПА, МЕТР НА МЕТР,
— КАК ВИТРИНА МАГАЗИНА ПРОДОВОЛЬСТВЕННОГО!
— ЕСЛИ БЫ Я ИМЕЛ Х&Й С КИЛОМЕТР,
— Я БЫ ДОСТАВИЛ ЕЙ УДОВОЛЬСТВИЕ!

Друзья, сегодня (3 Октября) день рождения Сергея Есенина. Не поленитесь — почитайте стихи пpocтитуткам.

Кому-то эта фраза
покажется пошла,
но молодость как фаза
развития прошла.

Беспечные подруги
Давно минувших дней
Уже не столь упруги,
Чтоб не сказать сильней.

А те, что им на смену
Успели подрасти,
Такую ломят цену,
Что Господи прости.

— Тут, в общем, у Пушкина имеется одна непонятная фраза.
— Какая?
— "Становился день".
— Прочитай целиком.
— Уж небо осенью дышало, уж реже солнышко блистало, короче становился день.

друзья не трогайте поэта
он так обидчив так раним
но собственно в конечном счёте
хер с ним

Уже скоро выйдет моя книга. Хотя, конечно, зря я её съел…

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Михаил Афанасьевич Булгаков по профессии был врачом, а прославился как писатель. Вот что получается, когда у врача разборчивый почерк.

— Сударыня, давеча купил у Гоголя второй том «Мёртвых душ»!
— Сударь, помилуйте, он же палёный!

Возле одного пузыря собрались Пушкин, Лермонтов и Маяковский и решили отметить праздник. Посовещавшись, решили, что каждый, про сколько сочинит, столько и выпьет.
Пушкин:
— Рыбки плавают по дну, выпью рюмочку одну! – выпивает рюмку.
Лермонтов:
— Рыбки плавают на дне, выпью рюмочки я две! – гордо опрокидывает две.
Маяковский:
— Вы ребята молодцы, остальное выпью я!

— Подвергая героев жестоким страданиям и мучениям, автор стремится вызвать у читателя сопележевание.
— Может, сопереживание?
— Нет.

Нас маразм не обращает в идиотов,
а в склерозе много радости для духа:
каждый вечер — куча новых анекдотов,
каждой ночью — незнакомая старуха.

если мир — театр и все мы
актёры и играем роль
хочу сказать гримёр хреновый
и декорации говно

Бывает — проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит.

Попрощалась со мною потенция
Зубы, волосы, пламенный пыл
Хорошо, что осталась деменция
Обоссался и тут же забыл!

“Свою жену не ругаю,
Её никогда я не брошу,
Это ведь со мной она стала плохая,
А брал-то я её хорошей”.

Новостной заголовок:
Русский поэт напился и всадил себе нож в ягодицу.

Комментарии пользователей:
Отцветают в саду незабудки,
Соловьи не поют о былом...
От тоски безнадежной и жуткой
Я проткнул себе жопу ножом.

Мы низвергнуты в царство Аида!
В мире все - бесконечная ложь,
Смерть и ужас, тоска и обида,
Страх и ненависть, жопа и нож.

Мне опротивел белый свет,
Мещанский быт, его уют,
Пишу я много-много лет,
Но всё меня не издают,
Мне надоело прозябать
В тени лакеев и вельмож,
И чтоб известным сразу стать
Вонзил себе я в жопу нож,
Огромный ржавый нож!

Врач:
— Кем работаете?
Я:
— Писатель.
Врач:
— Угу… (Записывает в карту «Хронические заболевания: алкоголизм, депрессия».)

В младенчестве все дети просят
Или бутылку, или грудь
Я повзрослел а к интересам
Добавился лишь интернет

Душа несла мешок из кожи,
Набитый мясом и костьми.
На ненавистную работу,
к восьми.

Жизнь свою люблю я
Жизнь ведь это сласть
Жалко очень быстро
Мимо пронеслась

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

На улице Военной — ОДИН известный дом.
Тот дом забором окружен, ДВА отделения в нём.
Там ТРОЕ из четырнадцати слышат «голоса»,
За это их и привезли ЧЕТЫРЕ колеса,
Там ПЯТЬ бездельников врачей им трифтазин дают,
ШЕСТЬ санитарок там такой устроили уют.
Что СЕМЕРО из сорока покончили с собой,
Напившись импортных лекарств, скончался и ВОСЬМОЙ,
ДЕВЯТЫЙ раз себя спросил: зачем сюда попал?
ДЕСЯТЫЙ раз себе сказал, что сам того не знал.

“Любите баб на свежем сене!” — писал поэт Сергей Есенин.
“А лучше, всё же, на опушке!” — упоминал об этом Пушкин.
“Ведите всех на зерноток!” — настаивал на этом Блок.
“Неважно где, а важно Как!” — заметил мудрый Пастернак!

В этом месяце вышли сразу две новые книги: «Трансерфинг реальности» Вадима Зеланда и «Если ваш муж – наркоман» Галины Зеланд.

Маленький мальчик за вишней полез,
Дед Афанасий схватил свой обрез,
Выстрел раздался, сдавленный крик,
«Сорок второй!» – усмехнулся старик.

Ты можешь быть бесконечно прав,
но какой в этом толк,
если санитар уже
колет тебе феназепам...

Много говорить о себе считается признаком глупости. Однако человечество весьма своеобразно обходит этот запрет – благодаря поэтам.

Теперь фразу «Писатель сел за свою новую книгу» можно понимать по разному.

Ах, вот оно что! Тайна приоткрылась ему. Вот что, оказывается, делали великие писатели и замечательные поэты. Вот почему они стали титанами. Они умели выразить то, что думали, чувствовали, видели.

Гонит осень к югу
Журавлей косяк
Я кота поглажу
И налью коньяк
Сыром со слезинкою
Закушу и вдаль
Паутинкой тонкою
Улетит печаль....

Был Артёмка членом мал,
Но сообразителен.
Повзрослел и девкой стал,
Теперь он восхитителен.

страшней всего когда за стенкой
сосед ругается с женой
и ты своё услышал имя
два выстрела и в дверь звонок

Гуляет Пушкин с Натальей Гончаровой, она у него спрашивает:
– Как вы свои стихи сочиняете?
– Да просто, что вижу – то и пишу. Вот, например, видишь – мужик в луже лежит:
«Лежит недвижимое тело,
лежит на жизненном пути.»
Из лужи высовывается опухшая с бодуна голова:
«Мужик, твоё какое дело?»
Пушкин:
– Идёмте, Наташа, это пьяный Лермонтов.

— А вы продали что-нибудь с тех пор, как стали писателем?
— * Осматривая свою пустую квартиру * Всё...

Шёл Шива по шоссе,
Сокрушая сущее,
А навстречу Маша шла
Круглое сосущая

Ну может и на книгах скоро начнут писать: «Книжный продукт, не содержит здравого смысла...».

Как сексуальный террорист
Мечтал тайком я о секс-бомбе
Нет, не хотел её я бросить
Мечтал собой её накрыть

Для домашнего зверья
Люди вроде Бога.
Только кот. Как понял я,
Атеист немного.

— Какая низость! – вдруг воскликнула она, швырнув книгу на диван.
— Ты о чём? – с удивлением поднял голову парень.
— Смотри! – девушка ткнула пальцем в обложку. — Этот самый... Бальмонт! Украл стихотворение, которое ты мне посвятил, когда мы познакомились!