Кот учёный на цепи

Хочется верить и надеяться, что пропавший кот Скрипаля, всё же сумеет добраться до российского посольства, ведь возможно, это его последний и единственный шанс остаться в живых и не быть убитым этими живодерами.

Наконец-то Яков Самуилович приобрёл себе яхту. Ой, как же здорово она смотрится на этой полочке!

— Абрам, вы слышали такое? Маца всего по пятнадцать рублей за килограмм!
— Где?
— Та нигде. Но как дёшево!

— Ты почему на работу не пришел?
— Я еб**улся...
— Ты давно еб**улся, на работу почему не пришел?
— Шеф, вы не дали мне договорить — нога сломана...

В центре Одессы старый еврей торгует газировкой. Жара. Очередь:
— Мне, пожалуйста, стакан газировки.
— Вам с клубничным или вишневым сиропом?
— Без сиропа!
— Без какого?

— Софочка, вы можете посоветовать мне какую-нибудь хорошую химчистку?
— Какую? Немецкую или еврейскую?
— А какая разница?
— Вы спрашиваете за разницу? Немцы вам почистят все, а евреи — только карманы.

Альберт Эйнштейн шутил:
— Дети, в конечном итоге, начинают думать, что Бог — это газообразное позвоночное.

— Запомни, Сонечка: дети наша радость, а мужчины наша слабость. Таки вот, один раз расслабишься — всю жизнь потом радуешься.

— Абрам, знаете, шо я таки вам хочу сказать?
— Шо?
— А вы далеко не дурак!
— Тю.. Так я и вблизи не особо-то и идиот...

— Сонечка, вы таки согласитесь стать моей женой?
— Абрам, немедленно поднимитесь с колен, не мните наши брюки!

Семён говорит своей жене:
- Фира, знала бы ты, как сильно мне неудобно перед моим другом Хаимом..
- Что именно тебе неудобно, Сёма?
- Да понимаешь, он меня уже второй раз на похороны своей тёщи приглашает, а я его ещё ни разу...

— Алло, Абрам, это ты?
— Я!
— Шо делаешь?
— Кушаю.
— А шо ты кушаешь?
— Это не телефонный разговор.

Удивительный всё же народ - евреи. Они гордятся тем, что Иисус был евреем, но в то же время отрицают его существование...

На привозе:
— Дайте мне, пожалуйста, пару банок сардин.
— Вам какие: испанские, португальские или марокканские?
— Какая мине таки разница! Я же с ними не разговаривать собралась!

— Танечка, почему тебя вчера не было в школе?
— А я к получению материнского капитала готовилась!

— Абрам, как вы относитесь к «любви втроём»?
— Хорошо, а шо?
— Так бегите скорее домой, может, ещё успеете!

— Софочка, а шо вы делаете сегодня вечером? Только не подумайте ничего такого... а если подумаете, то как вам идея?

— Сколько евреев помещается в фольксваген?
— Сколько?
— Пятнадцать.
— Это как?
— Пять в салон, и десять в пепельницу.

Привёз кота к ветеринару.
Ветеринар поинтересовался:
— На что жалуетесь?
— Он ублюдок! — Ответил я.

— Семён, ну почему Вы не хотите жениться на нашей Розочке? Подумаешь — немножко косая…
— Ничего себе немножко! Она когда плачет, у неё слёзы по спине крест-на-крест текут!

— Абрам Самуилович, как вы считаете, лучше жить по закону или по совести?
— Я считаю, что лучше жить по ситуации...

- Да какой ты мужчина Хаим, ты даже гвоздь в стену вбить не можешь!
- А по твоему, Софа, у мачо вся стена в гвоздях?

После очередной семейной ссоры, связанной с тем, что Абрам приносит домой слишком мало денег, Сара принялась делать вид, что совсем не замечает своего бедного мужа. Абрам, в свою очередь, решил хоть как-то примириться с Сарой и подойдя к ней поближе, начал совершать робкие попытки приобнять свою любимую жену, но та отталкивает его от себя и говорит:
— Отойди от меня, голодранец!
— Сара, но что ты такое говоришь? Иди ко мне, я тебя обниму и всё будет, как прежде...
— Абрам, не подходи ко мне! Я не хочу, чтобы моё тело трогали руки, которые совершенно не способны зарабатывать деньги!

— Ой, Роза Абрамовна, вы такая умная женщина!
— Я таки не умная — я опытная. Была бы умной — не была бы такой опытной.

Пассажирка средних лет делает замечание одесскому таксисту:
— Вы не могли бы ехать чуть помедленнее и поосторожнее? Меня дома ждут шестеро детей.
Таксист, не оборачиваясь:
— Ха! И вы ещё говорите мне за осторожность?!

— Хаим, что такой грустный?
— Да нет в жизни гармонии....
— Почему ж это?
— Я когда дома чай пью, кладу одну ложечку сахара. Когда к Абраму в гости прихожу – кладу три ложечки. А люблю, когда две...

Абрам у окошка обменного пункта:
— Девушка, как же вы можете утверждать, шо купюра в двадцать долларов поддельная, если вы сами мне только шо сказали, что никогда такой не видели?

— София, я бы у вас, конечно, спросил, как дела..., но вы же потом не заткнётесь...

— Мамуля, а французы утверждают, что из-за стола нужно выходить с лёгким чувством голода!
— Ты Изя чего? Француз?
— Нет, еврей.
— Ну тогда сиди и кушай.

Маленький Изя доплатил несущему его аисту несколько сотен баксов и стал гражданином Швеции...

Одесса. Спасо-Преображенский кафедральный собор. Выходит из церкви поп и начинает кадилом размахивать.
Стоящий рядом Абрам говорит попу:
— Ой, мужчинка, у вас сумочка дымится!

Дети Петровых всегда играли с детьми Рабиновичей.
Но однажды Александр Петров говорит, что они больше не будут дружить с евреями.
— Почему? — спрашивает его маленький Абрам.
— Нам папа сказал, что вы евреи распяли нашего Христа.
— Таки нет! — кричит Абрам. — Это не мы! Это, наверное, Шниперсоны с третьего подъезда!

— Соня, ты только шо проехала таки на красный свет!
— Абрам, дыши, пожалуйста, носом, не надо мине тут тошнить на нервы за такие мелочи, баламут ты комнатный. Я даже своими ушами видела — ну не такой уж он был и красный…

Одесса. Во дворе дома, случайно, встречаются двое приятелей.
— Абрам, привет! Как дела?
— Зачем спрашиваешь, Хаим, таки в одной стране живем…

— Абрам, вы можете починить мне розетку?
— У вас таки есть Хаим, пусть он и чинит.
— Ему нельзя, его может убить током.

— Ребе, а можно ли жениться в сорок с небольшим?
— Можно, но лучше — в тридцать и с большим.

— Хаим Абрамович, дорого ли вам обходятся уроки вашего Изи на скрипке?
— Совсем наоборот. Они помогли мне за полцены приобрести соседскую квартиру.

— У меня нет девушки. Но есть та, из-за которой нет девушки.
— Жена?
— Рука...

— Что, если я на одну четверть еврей, на вторую четверть хохол, на третью четверть русский и на четвёртую четверть монголо-татар, что мне указать в графе национальность?
— Знающие люди, таки говорят, что всё равно необходимо указать, что еврей.

— Что получил академик, скрестив дикую пшеницу, несмотря на запрет начальства?
— По лбу.

— Сонечка, что ты замуж-то никак не выйдешь?
— Ой, Софа, я тут давеча дала объявление: «Ищу верного спутника жизни», так мне только из собачьего питомника и позвонили...

В одесской школе.
— Вовочка, назови мине четырехногое животное!
— Майский жук.
— Ерунда, у него таки шесть ножек!
— Ой я вас умоляю, две же можно и оторвать…

— Абрам! Представляете, я, наконец—то решилась и отправила своё фото в клуб одиноких сердец.
— Ну, так и шо они тебе ответили?
— Они прислали её обратно. Написали, шо они не настолько одиноки.

— Абрам Хаимович, на прошлой неделе, я обращался к вам с просьбой о починке моих наручных часов, которые перестали показывать точное время. И вы их таки мне починили. Но вот досада, на следующий день после вашей починки, они вовсе перестали показывать, хоть какое-то время. А ведь вы, в момент их передачи мне, говорили, что теперь-то эти часы будут показывать точное время до самой моей смерти.
— Знаете, Яков Израилевич, Вы в тот момент не очень хорошо выглядели...

— На прошлой неделе, мы с моей Фирочкой пытались заняться любовью в душе....
— Ну и шо у вас из этого вышло?
— Таки ничего! У меня в глазах огонь и страсть, а она шо-то там про счётчики и воду тараторит.

Радостный Абрам, говорит своей матери:
— Мама, я так счастлив, можешь поздравить меня, Софа согласилась начать со мной встречаться. О боже, какое же счастье на меня свалилось, я так этому рад.
— Абрам, а ты точно уверен в том, что счастье на тебя именно свалилось, а не уселось поудобней у тебя на шее?

— Сара Соломоновна! Выглядите на миллион баксов! Потёртыми купюрами…

Мама спрашивает у Хаима:
— Послушай, Хаимчик, ну как, как ты мог выбрать себе такую страшненькую жену?
— Знаете мама, она очень красива внутренне.
— От оно шо! Почему же ты тогда ее не вывернешь?