Для разрядки обстановки
Надо эти анекдоты по статьям рассортировать. И когда вас будут судить по какой-то статье, можно анекдот рассказать, обстановку разрядить.
Надо эти анекдоты по статьям рассортировать. И когда вас будут судить по какой-то статье, можно анекдот рассказать, обстановку разрядить.
Секс — это тоже форма движения.
Вот мы там все это буровим, я извиняюсь за это слово, Марксом придуманное, этим фантазёром.
Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу.
Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.
— Что-то давно тебя не видно. Куда пропал?
— Да, работы очень много.
— А где работаешь?
— В КГБ. Но это — между нами.
— А что же вы там делаете?
— Занимаемся недовольными советской властью.
— Ха! А что, есть довольные?
— Есть, но ими занимается ОБХСС*.
*ОБХСС — «Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности»
На любом языке я умею говорить со всеми, но этим инструментом я стараюсь не пользоваться.
Брежнев выступает с отчетным докладом. Двое в зале умирают от смеха. Наконец их вывели.
Один и говорит другому:
— Я же говорил тебе — Брежнев! А ты — Райкин, Райкин!
Мы с вами ещё так будем жить, что наши дети и внуки нам завидовать станут!
Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.
Кто говорит, что правительство сидит на мешке с деньгами? Мы мужики и знаем, на чём сидим.
Правильно или неправильно — это вопрос философский.
Есть ещё время сохранить лицо. Потом придётся сохранять другие части тела.
Маленький Додик спускался к реке.
Видит, чекисты бегут налегке.
Выстрелы, крики, трупы везде...
Додик наган свой припрятал в гнезде.
Еврей набирает номер цирка, но попадает в ЦИК:
— Але, это цик?
— Да, это ЦИК.
— А какие сегодня будут хохмочки?
— Адрес?
Сказал адрес. Приехала черный тарантас и забрали еврея в НКВД. Отсидел немало и приехал, наконец, домой.
Вновь набирает номер цирка, но попадает опять в ЦИК:
— Але, это цик?
— ЦИК на проводе.
— А будут сегодня хохмочки?
— Ваш адрес?
— Нет, эту хохмочку я уже знаю!
Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны.
Трое мужчин в гостиничном номере в Советской России. Первые двое мужчин открывают бутылку водки, а третий устаёт и сразу же ложится спать. Однако он не может уснуть, так как его всё более и более пьяные друзья, громко рассказывают политические шутки. Через некоторое время, ему это надоедает и он спускается вниз покурить. Он останавливается в гостиной и просит секретаршу принести чай в номер через пять минут.
Мужчина возвращается в комнату, садится за стол, наклоняется к розетке и говорит в неё:
— Товарищ майор, мы хотим чаю в комнату 62, пожалуйста.
Его друзья смеются над шуткой, пока не раздаётся стук в дверь и администратор не приносит к ним в номер горячий чай. Его друзья тут же замолкают и начинают бледнеть, ужасаясь уведенному. Компания резко замолкает и человек, наконец-то засыпает. После хорошего ночного отдыха, человек просыпается, и замечает, что его друзья куда-то ушли. Удивлённый данным событием, он спускается вниз и спрашивает у администратора, куда они пошли. Нервная администраторша шепчет, что приходили люди из КГБ и забрали их до наступления рассвета. Мужчина в ужасе. Он удивляется, почему не забрали и его.
На что администратор ответила:
— Всё дело в том, что товарищу майору очень понравилась ваша шутка с чаем.
Сталин плыл и стал тонуть. Мимо шел крестьянин, бросился в воду и вытащил его на берег. Сталин спросил крестьянина, что он хотел бы получить в награду. Крестьянин увидел, кого он спас, и прокричал: «Ничего! Только, пожалуйста, никому не говори, что я тебя спас!».
Я бы не стал увязывать эти вопросы так перпендикулярно.
Не хочу быть бригадиром отставных президентов.
Ну кто меня может заменить? Убью сразу... Извините.
К сожалению, мёртвыми душами выглядит некоторые наши коллективные члены.
Всё это так прямолинейно и перпендикулярно, что мне неприятно.
Обвиняют в чём? В коррупции? Кого? Меня? Кто? США? Чего они там вдруг проснулись?
— А Вы знаете, что Хрущёв запустил не только спутник, но и сельское хозяйство? – говорит один мужчина своему случайному попутчику.
— А Вы знаете, что сажают не только кукурузу? — отвечает тот и предъявляет гебешное удостоверение.
Маленький Додик спускался к реке.
Видит, чекисты бегут налегке.
– Где тут деревня? – в ответ им дуплет.
Додик припрятал двустволку в дупле...
Вечно у нас в России стоит не то, что нужно.
Журналист берёт интервью у фермера:
— Скажите, как у вас прошёл год.
— Не поверите, замечательно. Урожай зерна хороший – без хлеба не останусь, картошка удалась – опять таки буду не голодный, а ещё свинья опоросилась...
— Вы не хотели бы поблагодарить за это президента?
— Да с чего ж? Пахал сам, сеял сам, растил и собирал опять таки сам – в чём тут его заслуга.
— Как так!? – Грубо поправляет его журналист. — А вы подумайте!
— А, ну ежли подумать, то насчёт свиньи не отрицаю, тут всяко могло быть...
Товарищи, верь, пройдёт она, так называемая гласность.
И вот тогда госбезопасность припомнит ваши имена!
— А какой самый короткий анекдот?
— Минимум пять лет.
У меня к русскому языку вопросов нет.
Россия со временем должна стать еврочленом.
Звонок в КГБ:
— Скажите, к вам мой попугай не залетал?
— Пока нет.
— Если залетит – я его политических убеждений не разделяю.
Все те вопросы, которые были поставлены, мы их все соберём в одно место.
Курс у нас один — правильный.
Мы сегодня на таком этапе экономических реформ, что их не очень видно.
Два сотрудника КГБ едут в купе и рассказывают друг другу политические анекдоты.
Первый:
— Погоди, я переверну кассету.
Второй:
— Да ладно, потом у меня перепишешь.
Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.
Я готов и буду объединяться. И со всеми. Нельзя, извините за выражение, всё время врастопырку.
Здесь вам не тут.
Мы будем уничтожать наше ядерное оружие вместе с Америкой.
Чем моложе видеоблогер, тем сильнее он пострадал от сталинских репрессий.
Дай Бог, чтобы ваши дети и внуки звонили вам также часто, как Макрон звонит Путину.
Нам никто не мешает перевыполнить наши законы.
Мы выполнили все пункты: от А до Б.
Я же вижу по глазам: вас же тошнит.
Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше.
В советском ГУЛАГе, разговаривают двое заключённых. Одного из них спрашивают:
— За что вас сюда отправили, за обычное преступление или политическое?
Тот отвечает:
— Конечно же за политическое! Я сам по профессии — водопроводчик. И меня вызвали на собрание — чинить канализационные трубы. Я посмотрел на плачевное состояние этих труб и сказал: "Эй, да тут всю систему менять нужно!" - Вот за это, мне и дали 10 лет!
Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал?
Как кто-то сказал, аппетит приходит во время беды.
Мы продолжаем делать то, что мы уже много наделали.
— Что общего между Сталиным и Гуглом?
— Ты ему слово, а он тебе ссылку.
Любимый отдых — охота. Всегда есть возможность походить, погулять, затаиться, ждать.
Лучше быть головой мухи, чем жопой слона.
Правительство — это не тот орган, где, как говорят, можно только языком.
Лучше водки хуже нет.
Мы всегда можем уметь.
Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.
Вас хоть на попа поставь или в другую позицию — всё равно толку нет.
Товарищ знай: взойдёт она,
Звезда тотального контроля
И в рамках правового поля
Припомнят ваши имена...
Правительство в отставку? У кого руки чешутся — чешите в другом месте!
Всем известно, Сталин любил курить.... И почему-то Минздрав о вреде курения не вякал.
Действуйте, ошибайтесь, а мы поправим, как сказал президент.
Надо же думать, что понимать.
Нам нельзя вступать. Мы как начнём вступать, так обязательно на что-нибудь наступим.
Хотели как лучше, а получилось как всегда.
Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.
Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче.
В сталинские времена тотальной слежки собрался муж спать ложиться да призадумался, как ему жену поиметь, чтобы не посадили: «Ежели сверху скажут эксплуатация женщины. Ежели снизу скажут попал под каблук к жене. Ежели справа скажут правый уклон. Ежели слева скажут левый уклон».
Ну, муж думает ну её, да и самоудовлетворился. Eго всё равно посадили – за связь с кулачеством и разбазаривание семенного фонда.
Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство.
Когда говорить правду опасно, а врать — стыдно, то приходится шутить.
— Как вам живётся в Северной Корее?
— Не могу ни на что пожаловаться!
Испуганный мужчина приходит в КГБ и говорит:
— Мой говорящий попугай куда-то исчез.
— Вынужден вас огорчить, но это не в нашей компетенции. По данному вопросу, обращайтесь, пожалуйста, в правоохранительные органы.
— Извините, я, конечно, знаю, что должен пойти к ним. Я здесь только для того, чтобы официально заявить вам, что я совершенно не согласен с теми доводами, что приводит данный попугай.
Все говорят, что недовольны итогами приватизации, и я недоволен, и не говорю.