Политические вопросы

Мы продолжаем делать то, что мы уже много наделали.

Мелкие гадости, делающие жизнь народа невыносимой, но безумно интересной, неукоснительно проводятся в жизнь правительством, чтобы у народа не оставалось, ни времени, ни сил на политику.

Я же вижу по глазам: вас же тошнит.

Мы будем уничтожать наше ядерное оружие вместе с Америкой.

На любом языке я умею говорить со всеми, но этим инструментом я стараюсь не пользоваться.

Как кто-то сказал, аппетит приходит во время беды.

Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.

Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны.

Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу.

Здесь вам не тут.

Любимый отдых — охота. Всегда есть возможность походить, погулять, затаиться, ждать.

Когда депутаты начинают заботиться о народе, что-нибудь обязательно дорожает.

Мы выполнили все пункты: от А до Б.

Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал?

Курс у нас один — правильный.

Правительство – преимущество, которым природа наделила сильного перед слабым, для того, чтобы слабый ему повиновался.

Нам нельзя вступать. Мы как начнём вступать, так обязательно на что-нибудь наступим.

Правильно или неправильно — это вопрос философский.

Ну кто меня может заменить? Убью сразу... Извините.

Вы думаете, что мне далеко просто. Мне далеко не просто!

Лучший агитатор это успех. На экономическом, политическом, военном, спортивном и т.д. И первым безусловно идёт экономический фронт. Все остальные — производные. Бытие определяет сознание.

Когда к власти приходят сукины дети, собачья жизнь начинается у всех.

Я бы не стал увязывать эти вопросы так перпендикулярно.

Ложь не считается ложью, если является ответом на вопрос, который не должны были задавать.

Ничто не порождает в государстве такой неразберихи, как вводимые новшества; всякие перемены выгодны лишь бесправию и тирании.

Эти выборы обернулись для нас тяжёлым испытанием. Это никогда больше не должно повториться.

Мы всегда можем уметь.

Существенным препятствием для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

Вопросы никогда не бывают нескромными. В отличие от ответов.

Все говорят, что недовольны итогами приватизации, и я недоволен, и не говорю.

К сожалению, мёртвыми душами выглядит некоторые наши коллективные члены.

Вот мы там все это буровим, я извиняюсь за это слово, Марксом придуманное, этим фантазёром.

Мы с вами ещё так будем жить, что наши дети и внуки нам завидовать станут!

Депутаты все высказались, чтобы я шёл. Избирался, точнее.

Лучше быть головой мухи, чем жопой слона.

Правительство — это великая фикция, благодаря которой каждый пытается жить за чужой счёт.

Плоды смуты никогда не достаются тому, кто её вызвал; он только всколыхнул и замутил воду, а ловить рыбу будут уже другие.

Секс — это тоже форма движения.

Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство.

Бездарных несколько семей
Путём богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!»

Действуйте, ошибайтесь, а мы поправим, как сказал президент.

Кто сказал, что государство это мы? Государство — это нас!

Вы там говорили, а нам здесь икалось, но я и к этому отношусь нормально.

Правительство — это не тот орган, где, как говорят, можно только языком.

Россия со временем должна стать еврочленом.

Вас хоть на попа поставь или в другую позицию — всё равно толку нет.

В рамки демократии всегда можно вставить решётки!

Государственные дела требуют более смелой морали.

— Какое самое стойкое государство в мире?
— Непал.

Голая правда была признана порнографией и преследовалась по закону.

Кто говорит, что правительство сидит на мешке с деньгами? Мы мужики и знаем, на чём сидим.

Надо же думать, что понимать.

Я не знаю, кому и чего Юля (Тимошенко) качать будет.

Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.

Вечно у нас в России стоит не то, что нужно.

Лучше голые короли, чем в бикини.

Не хочу быть бригадиром отставных президентов.

Правительство в отставку? У кого руки чешутся — чешите в другом месте!

Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Лучше водки хуже нет.

Народы, воспитанные в свободе и привыкшие сами править собою, считают всякий иной образ правления чем-то противоестественным и чудовищным. Те, которые привыкли к монархии, поступают ничуть не иначе. И какой бы удобный случай к изменению государственного порядка ни предоставила им судьба, они даже тогда, когда с величайшим трудом отделались от какого-нибудь невыносимого государя, торопятся посадить на его место другого, ибо не могут решиться возненавидеть порабощение.

Обвиняют в чём? В коррупции? Кого? Меня? Кто? США? Чего они там вдруг проснулись?

Когда на кону власть и спесь, никто не станет прислушиваться к хорошим советам.

Это не тот орган, который готов к любви.

Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче.

Голоса на честных демократических выборах выдаются, как кредиты в солидном банке, только кредиты обеспечиваются платежеспособностью получателя, а голоса – трепоспособностью.

Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.

Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.

Шум оружия заглушает голос законов.

Всё это так прямолинейно и перпендикулярно, что мне неприятно.

Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся.

Нам никто не мешает перевыполнить наши законы.

Есть два способа разложить нацию: наказывать невиновных и не наказывать виновных.

Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше.

Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.

Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.

Есть ещё время сохранить лицо. Потом придётся сохранять другие части тела.