Правительство

Я же вижу по глазам: вас же тошнит.

В последнее время, я начал активно следить за политической ситуацией в стране и в конечном итоге пришёл к неутешительному выводу: У нас в правительстве сидят такие же придурки и раздолбаи, как и в центральном офисе компании в которой я работаю, только более высокого уровня и ранга...

Надо же думать, что понимать.

Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.

Вас хоть на попа поставь или в другую позицию — всё равно толку нет.

Женщин среди политиков мало. А мужчин ещё меньше.

Когда депутаты начинают заботиться о народе, что-нибудь обязательно дорожает.

Депутат — это тот, кто заботится о моём благополучии, но растёт оно только у него.

Когда на кону власть и спесь, никто не станет прислушиваться к хорошим советам.

Правительство — это великая фикция, благодаря которой каждый пытается жить за чужой счёт.

Даже в 90-е сумасшедшие бабки не играли столь значимой роли в жизни россиян!

Народы, воспитанные в свободе и привыкшие сами править собою, считают всякий иной образ правления чем-то противоестественным и чудовищным. Те, которые привыкли к монархии, поступают ничуть не иначе. И какой бы удобный случай к изменению государственного порядка ни предоставила им судьба, они даже тогда, когда с величайшим трудом отделались от какого-нибудь невыносимого государя, торопятся посадить на его место другого, ибо не могут решиться возненавидеть порабощение.

Существенным препятствием для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

Прежде всего нужны факты, а уж потом их можно перевирать.

Правильно или неправильно — это вопрос философский.

Не дай Бог свинье рогов, а холопу — барства.

В войне со здравым смыслом у этого мира нет шансов.

Лучше быть головой мухи, чем жопой слона.

Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.

Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.

Бездарных несколько семей
Путём богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!»

Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал?

В рамки демократии всегда можно вставить решётки!

Базар парламентского типа!

Секс — это тоже форма движения.

Как кто-то сказал, аппетит приходит во время беды.

Для меня кошки — образец для подражания в жизни.

Надо эти анекдоты по статьям рассортировать. И когда вас будут судить по какой-то статье, можно анекдот рассказать, обстановку разрядить.

Мы продолжаем делать то, что мы уже много наделали.

Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.

Правительство — не решение ваших проблем, правительство — одна из этих проблем.

Правительство – преимущество, которым природа наделила сильного перед слабым, для того, чтобы слабый ему повиновался.

Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.

Мы сегодня на таком этапе экономических реформ, что их не очень видно.

Жизнь похожа на собачью упряжку. Если вы не вожак, картина никогда не меняется.

Земля и ресурсы принадлежит богатым, а Родина — бедным.

Интересы правительства и народа совпадают настолько, насколько могут совпадать интересы кучера и лошадей.

Вопросы никогда не бывают нескромными. В отличие от ответов.

Правительство — это машина: для голодных – собирающая налоги, а для сытых – доходы.

Однажды пришёл цветочник к парикмахеру постричься.
Когда пришла очередь платить, парикмахер сказал:
— Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах.
Цветочник поблагодарил его и ушёл. На следующее утро, когда парикмахер пришёл открыть своё заведение, перед дверью он нашёл благодарственное письмо и двенадцать роз.
Затем пришёл постричься пекарь, но когда он хотел заплатить, парикмахер сказал:
— Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах.
Пекарь, довольный, ушёл. На следующее утро парикмахер обнаружил у двери благодарственное письмо и двенадцать пирожных.
Пришёл стричься сенатор и когда собрался платить, парикмахер опять-таки сказал:
— Я не могу взять деньги. На этой неделе я стригу на общественных началах.
Сенатор обрадовался и ушёл.
На следующий день, когда парикмахер пришёл на работу, у двери стояло двенадцать сенаторов, десять депутатов, пятнадцать советников, мэр и несколько министров, жена мэра и шесть детей – все на бесплатную стрижку.
В этом, дорогой мой друг, и заключается разница между обыкновенными людьми и членами группы «честных» людей, которые нами управляют.

Я не знаю, кому и чего Юля (Тимошенко) качать будет.

Действуйте, ошибайтесь, а мы поправим, как сказал президент.

У меня хватает скромности признавать, что нескромность — один из моих недостатков.

Депутаты все высказались, чтобы я шёл. Избирался, точнее.

У меня к русскому языку вопросов нет.

Когда к власти приходят сукины дети, собачья жизнь начинается у всех.

Мы выполнили все пункты: от А до Б.

Есть два способа разложить нацию: наказывать невиновных и не наказывать виновных.

Всю дорогу в нашей стране пытаются бороться с поносом путём ограничения доступа к туалету.

Хотели как лучше, а получилось как всегда.

— Повинную голову не секут...
— Голову нет... а вот задницу ещё как...

Я могу представить мир без войны, мир без ненависти. И тут же представляю, как мы нападаем на этот мир, потому что они этого совершенно не ожидают.

Эти выборы обернулись для нас тяжёлым испытанием. Это никогда больше не должно повториться.

Кто умеет что-то делать – делает, кто не умеет делать – учит других, кто не умеет учить – учит учителей, а кто и этого не умеет – занимается политикой.

Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу.

Часто вспоминаю фразу, прозвучавшую из уст бабушки моего друга в детстве:
— Утонешь, домой не приходи!

Если человек боится что-то сказать, чтобы не попасть в тюрьму — значит он уже живёт в тюрьме...

Не хочу быть бригадиром отставных президентов.

Мелкие гадости, делающие жизнь народа невыносимой, но безумно интересной, неукоснительно проводятся в жизнь правительством, чтобы у народа не оставалось, ни времени, ни сил на политику.

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны.

Всё это так прямолинейно и перпендикулярно, что мне неприятно.

Лучший агитатор это успех. На экономическом, политическом, военном, спортивном и т.д. И первым безусловно идёт экономический фронт. Все остальные — производные. Бытие определяет сознание.

Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.

Пить бросили. Курить бросаем. Так не хочется бросать кушать, но правительство настаивает.

Мы будем уничтожать наше ядерное оружие вместе с Америкой.

Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше.

Правительство в отставку? У кого руки чешутся — чешите в другом месте!

Я бы не стал увязывать эти вопросы так перпендикулярно.

Как завелось у вас однажды,
Так, видно, будет и вперёд:
Хоть грабит патриот не каждый,
Но что ни вор, то — патриот.

Ну кто меня может заменить? Убью сразу... Извините.

Голая правда была признана порнографией и преследовалась по закону.

Здесь вам не тут.

Лучше голые короли, чем в бикини.

Чтобы побудить людей строить светлое будущее, необходимо сначала убедить их в том, что прошлое было тёмным.

Вы думаете, что мне далеко просто. Мне далеко не просто!