Наделанное

Никак ещё не могу это для себя понять. Где я? Куда я попал?

Главные движущие силы, которые заставляют людей действовать, если их хорошенько рассмотреть, сводятся к двум факторам: сластолюбию и тщеславию; если вы отнимете у первого то, что принадлежит второму, то обнаружите при окончательном рассмотрении, что всё сводится почти что к одному только тщеславию.

Я бы не стал увязывать эти вопросы так перпендикулярно.

Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше.

Принципы, которые были принципиальны, были непринципиальны.

На любом языке я умею говорить со всеми, но этим инструментом я стараюсь не пользоваться.

Все те вопросы, которые были поставлены, мы их все соберём в одно место.

Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Все говорят, что недовольны итогами приватизации, и я недоволен, и не говорю.

Слишком большое переживание (волнение) убило больше мечт, чем ошибки.

Я же вижу по глазам: вас же тошнит.

Но пенсионную реформу делать будем. Там есть где разгуляться.

Как кто-то сказал, аппетит приходит во время беды.

Правительство в отставку? У кого руки чешутся — чешите в другом месте!

Вас хоть на попа поставь или в другую позицию — всё равно толку нет.

Часто вспоминаю фразу, прозвучавшую из уст бабушки моего друга в детстве:
— Утонешь, домой не приходи!

Это не тот орган, который готов к любви.

Этот призрак... бродит где-то там в Европе, а у нас почему-то останавливается. Хватит нам бродячих.

Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство.

Если Вы действительно хотите сделать что-то, Вы найдёте способ. Если Вы не хотите этого делать, Вы всегда найдёте оправдание.

У Ельцина спрашивают:
— Скажите, пожалуйста, выборы президента состоятся?
— Ну, да.
— И что, будет новый президент?
— Ну, если меня выберете, то будет.
— Ну а если не выберем?
— Ну, что ж, тогда старый останется.

Всё это так прямолинейно и перпендикулярно, что мне неприятно.

Мы надеемся, что у нас не будет запоров на границе.

Депутаты все высказались, чтобы я шёл. Избирался, точнее.

Всю дорогу в нашей стране пытаются бороться с поносом путём ограничения доступа к туалету.

В войне со здравым смыслом у этого мира нет шансов.

Существенным препятствием для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

Лучший агитатор это успех. На экономическом, политическом, военном, спортивном и т.д. И первым безусловно идёт экономический фронт. Все остальные — производные. Бытие определяет сознание.

Я не знаю, кому и чего Юля (Тимошенко) качать будет.

Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку.

Нам нет необходимости наступать на те же грабли, что уже были.

Есть ещё время сохранить лицо. Потом придётся сохранять другие части тела.

Надо же думать, что понимать.

Дела складываются наилучшим образом у тех людей, которые делают свою работу независимо от того, что ждёт их в конце.

Я готов и буду объединяться. И со всеми. Нельзя, извините за выражение, всё время врастопырку.

Мы выполнили все пункты: от А до Б.

Мы всегда можем уметь.

Правительство – преимущество, которым природа наделила сильного перед слабым, для того, чтобы слабый ему повиновался.

Кто говорит, что правительство сидит на мешке с деньгами? Мы мужики и знаем, на чём сидим.

Как завелось у вас однажды,
Так, видно, будет и вперёд:
Хоть грабит патриот не каждый,
Но что ни вор, то — патриот.

Нельзя думать и не надо даже думать о том, что настанет время, когда будет легче.

Эти выборы обернулись для нас тяжёлым испытанием. Это никогда больше не должно повториться.

Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу.

Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит.

Голая правда была признана порнографией и преследовалась по закону.

Мы будем уничтожать наше ядерное оружие вместе с Америкой.

Женщин среди политиков мало. А мужчин ещё меньше.

Жизнь похожа на собачью упряжку. Если вы не вожак, картина никогда не меняется.

Здесь вам не тут.

Мы с вами ещё так будем жить, что наши дети и внуки нам завидовать станут!

Когда к власти приходят сукины дети, собачья жизнь начинается у всех.

У меня к русскому языку вопросов нет.

Лучше быть головой мухи, чем жопой слона.

Вы думаете, что мне далеко просто. Мне далеко не просто!

Если вы решили действовать — закройте двери для сомнений.

Любимый отдых — охота. Всегда есть возможность походить, погулять, затаиться, ждать.

Нам нельзя вступать. Мы как начнём вступать, так обязательно на что-нибудь наступим.

Вопросы никогда не бывают нескромными. В отличие от ответов.

Пока человек чувствует боль — он жив.
Пока человек чувствует чужую боль — он человек.
Франсуа Гизо.

Бездарных несколько семей
Путём богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!»

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Надо делать то, что нужно нашим людям, а не то, чем мы здесь занимаемся.

Базар парламентского типа!

У меня хватает скромности признавать, что нескромность — один из моих недостатков.

Москва. Октябрь 1993 года. Время 22:55.
По улице идут два ОМОНовца. Вдруг мимо них пробегает мужик. Один из ОМОНовцев вскидывает автомат и короткой очередью снимает мужика.
Второй ОМОНовец говорит:
— Ты что! Ещё пять минут до комендантского часа!
— Я его знаю, он далеко живёт — всё равно бы за пять минут не добежал.

Вы там говорили, а нам здесь икалось, но я и к этому отношусь нормально.

Обвиняют в чём? В коррупции? Кого? Меня? Кто? США? Чего они там вдруг проснулись?

Вот мы там все это буровим, я извиняюсь за это слово, Марксом придуманное, этим фантазёром.

Депутат — это тот, кто заботится о моём благополучии, но растёт оно только у него.

Бороться с коррупцией в России так же просто, как играть в бильярд на корабле в шторм.

Ну кто меня может заменить? Убью сразу... Извините.

Мы сегодня на таком этапе экономических реформ, что их не очень видно.

Даже в 90-е сумасшедшие бабки не играли столь значимой роли в жизни россиян!

Секс — это тоже форма движения.

К сожалению, мёртвыми душами выглядит некоторые наши коллективные члены.

— Повинную голову не секут...
— Голову нет... а вот задницу ещё как...