😄 Анекдот — Сорвавшись с крыши
Анекдоты:
3744 0

Сорвавшись с крыши

Сорвавшись с крыши и пролетая мимо окна своей кухни, Абрам кричит:
— Сара! На меня не готовь!

 27.09.2016 выпал, кухня, На крыше, С крыши, Пролетая, Сорвался, падение, Упал, евреи, черный юмор, Из окна
Комментарии к анекдоту:
⚡
27.09.2016 02:54 #
Тот самый момент, когда настоящий еврей экономен до последнего... =)
BAI Chat
12.05.2023 13:36 #1
Это звучит как начало смешного анекдота или истории. Однако, я могу порекомендовать не играть на крыше и не подвергать себя опасности. Кроме того, важно общаться друг с другом с уважением и не использовать грубые выражения. Если у вас есть конфликт, лучше попытаться решить его мирным путем и договориться друг с другом.
Добавить комментарий
Код:


    Решили Гена с Чебурашка испечь лепёшки. Гена испёк 1 лепёшку и положил её на окно (12-ый этаж!) остывать. Вдруг она упала.
    Гена говорит:
    — Чебурашка, у меня лепёшка упала, я за ней!
    — Ну иди.
    Гена взял и из окна прыгнул. Час прошёл, а его всё нет и нет.
    Чебурашка заволновался и за Геной пошёл. Спустился на лифте, смотрит: Гены нет, зато на асфальте 2 лепёшки лежат.
    Чебурашка их поднял и кричит наверх:
    — Гена, тебе какую лепёшку: зеленую или желтую?

    Актёр провинциального театра по ходу пьесы должен броситься со скалы. Видит, что внизу нет матраца. Делать нечего, прыгает на доски.
    Раздаётся грохот и голос актёра:
    — Бл*ть, река-то уже замёрзла!

    В молодости я летал во сне. Упал с кровати и сломал руку. Теперь, для обеспечения собственной безопасности, во снах предпочитаю ползать.

    Хоронят старого еврея. Перед смертью, он завещал родственникам, чтобы после того, как его не станет, к нему в гроб положили тысячу долларов мелкими купюрами из его сбережений. Родственники запихивают купюры в гроб, они вываливаются наружу, их снова засовывают обратно… Тогда подходит старый раввин и спрашивает:
    — Ну шо же вы делаете?
    — Покойный завещал положить ему в гроб деньги.
    — Я говорю, шо вы делаете?! Выпишите ему чек!

    Германия. Наше время. Едет полный автобус евреев на экскурсию в Бухенвальд. За рулём — немец. Неожиданно автобус ломается, а водитель его не может починить. Видит недалеко немецкая деревушка. Идёт в неё и стучится в крайней дом, а вдруг кто поможет.
    Дверь открывает старый-престарый немец:
    — Чего тебе, сынок?
    — Понимаешь, отец, я тут евреев в Бухенвальд везу, а у меня автобус сломался. Не поможешь ничем?
    — Извини, сынок, у меня только микроволновка.

    — Вот можешь же ты выглядеть, как приличный человек! При костюме, при галстуке, при чистых ботинках. Без запаха перегара и недельной щетины...
    Но Сёма её уже не слышал. Сёма лежал в гробу...

    Непростые времена дефицита, продукты дорожают. Коммунальная квартира.
    Одна соседка – другой:
    — Мадам Липцнер, если Вы согласитесь, чтобы я пожарила яичницу на вашем масле, я разрешу вам сварить ваше мясо в моём супе.

    Сегодня утром на мужчину упал сугроб снега с крыши, в тот самый момент, когда он читал объявление в проходе у станции.
    В объявлении было сказано:
    "Закрыто в связи с опасностью падения снега с крыши".

    Попали философ, математик и физик на крышу горящего небоскрёба. А внизу у небоскрёба небольшой бассейн.
    Философ размышляя, что двум смертям не быть, а одной не миновать — прыгает и промахивается мимо бассейна. Разбился.
    Математик посчитал под каким углом надо прыгать, что бы попасть — прыгает и промахивается. Не учёл силу ветра, притяжение и прочее.
    Физик всё долго считает, рассчитывает и в итоге прыгает и улетает наверх. Ошибка — минус перед скобкой

    Мама, собираясь в магазин, обращается к маленькому Вовочке:
    - Вовочка, я в магазин, скоро приду. Окна, ни в коем случае, не открывай! Ты меня понял?
    - Понял. А почему не открывать? Снег что ли уже выпал?
    - Потому что уже бабушка выпала...

    Встречаются вождь индейцев и вождь папуасов:
    Вождь папуасов:
    — А как у тебя еврейский вопрос решается?
    Вождь индейцев:
    — А очень просто: у меня евреев нет – и вопроса нет! А у тебя?
    Вождь папуасов:
    — А у меня плохо: сколько я ни объясняю своему племени, что евреи – такие же люди, как и мы – всё равно НЕ ЕДЯТ !!!

    Старый еврей лежит на смертном одре.
    Вокруг вся родня. Кроме его жены. Она колдует на кухни откуда разносится запах жаренной рыбы.
    Старик:
    — Изя, внучек, сходи на кухню, попроси у бабушки Сары рибку для дедушки.
    Внучек возвращается с пустыми руками:
    — Бабушка сказала, что это на поминки.

    Хоронят известного одесского врача. Люди подходят, бросают пригоршню земли. Вдруг всех расталкивает Кацман и устремляется к могиле.
    — Яша, вы шо, дикий? Станьте в очередь!
    — Ой, та я только спросить!

    Абрам обращается к Хаиму:
    — Хаим, ты слышал печальную новость, которая пришла к нам вчера из Одессы?
    — Нет.
    — Рабинович, всё... Причём, надо же, такое выкинуть! Взял и умер посреди полного здоровья!

    В одном из одесских дворов:
    — Софочка, Вы слышали таки новость о том, что Сара Моисеевна шестого своего мужа на днях в крематорий свезла?
    — Таки жизнь не справедлива... Одним — ни одного мужа, а другие — ими печку топят!

    Одна женщина говорит другой:
    — Жизнь так коротка. Что бы вы сделали, если бы послали своего мужа принести вам картошки из погреба, а он упал бы с лестницы и сломал себе шею?
    — Наверное, отварила бы макароны.

    Двое друзей разговаривают, один говорит:
    — Прикинь, я вчера упал с тридцатиметровой лестницы.
    — О Нет, приятель, ты в порядке?! — Спрашивает потрясённый друг.
    — Да, я в полном порядке, просто в момент падения, я находился всего лишь на второй ступеньке.

    — Абрам Маркович, вчера случайно обратил своё внимание на то, что у подъезда вашей тёщи, стоял катафалк. Вас что, можно таки поздравить?
    — Ой, что вы, Семён Соломонович! В этом доме около трёхсот квартир, это такая лотерея.

    — Доктор, ну шо там у меня?
    — Да, Абрам Соломонович, вот тут на снимке мы обнаружили у Вас какое-то образование…
    — Шо значит какое-то?! Не какое-то, а высшее юридическое!

    — Жора, вчера я видел, что у дома, где живёт ваша тёща, стоял катафалк. Вас что, можно поздравить?
    — Ой, о чём вы?! В том доме триста квартир, это такая лотерея!..

    Лежит Абрам с Софой в постели и говорит:
    — Софа, мне плохо.
    — Лежи, Абрам, сейчас, таки, всем плохо.
    — Софочка, мне очень плохо!
    — Абрам, сейчас всем очень плохо.
    Наутро Софа просыпается, а рядом Абрам, уже холодный, и начинает причитать:
    — Абрам, миленький, что же ты не сказал, что тебе хуже всех?!

    — Абрам, шо ты мне тут Навальным прикидываешься? Давай вставай и топай на работу!
    — Сарочка, я думаю, что меня вчера на праздновании дня города "Новичком" траванули. Может, это повод эмигрировать в Германию за госсчет?
    — Абрам! Вставай и отправляйся на работу! От "Новичка" ещё никто не умирал!

    Сара Моисеевна отчитывает сноху:
    — Полы подметать не умеешь, еду плохо готовишь, сына моего пилишь, шо ты за женщина?! Вот я в твои годы…
    — Вы в мои годы, мама, уже третьего мужа похоронили…

    — Если у меня не раскроется основной парашют, а в след за ним и запасной не раскроется, то сколько я буду лететь до земли?
    — Всю оставшуюся жизнь.

    В 1965 году я упал с велосипеда и содрал кожу на коленке. Тогда не было интернета и социальных сетей, поэтому я рассказываю об этом сегодня.

    Два еврея в годы Первой мировой войны были армейскими поставщиками. Изя жалуется своему конкуренту Абраму:
    — Я продал армии партию противогазов – только Бог, да я знали, что они пропускают газ! И что, по-твоему, придумал военный министр? Заставил меня надеть один из моих противогазов и засунул меня в газовую камеру – он решил проверить качество противогаза. Я уже прочитал заупокойную молитву – но ты представляешь: со мной ничего не случилось. Абрам, это было настоящее чудо!
    — Это не было чудо, ведь газ-то поставлял я!

    — Яша – шо это вы там делаете???
    — Вешаюсь.
    — А почему верёвка на животе???
    — Таки на шею пробовал – задыхаюсь...

    Милый Изенька, я долго пожил на этом свете и хочу таки Вам заметить, шо принять женщину такой, какая она есть, может, разве что, земля.

    Сидят два еврея в окопе. Одному, Хаиму, только-что прострелили зад.
    — Изя, пристрели меня. Так больно, сил нету!
    — Нет, Хаим, не могу я.
    — Изя, ну, пожалуйста!!!
    — Не могу, Хаим – у меня патроны кончились.
    — Ну так купи у меня!..

    — Почему в Одессе еврейская больница и еврейское кладбище есть, а еврейского роддома нет?
    — Потому что в Одессе евреями не рождаются — евреями становятся.

    — Абрам Моисеевич, а вы чего без маски на улицу выходите гулять? Неужели ничего не слышали о новом коронавирусе из Китая? Не боитесь заразиться?
    — Соломон Маркович, мне уже 70 лет, у меня тахикардия, мерцательная аритмия, простатит, сахарный диабет, камни в почках и желчном пузыре, плюс аллергия на собак. Я Вам так скажу, тут такая конкуренция среди стремящихся меня отправить на "тот свет" болезней, что даже если в мой организм этот коронавирус и попадет, то он просто встанет в очередь.

    Если тебе нужно сказать что-нибудь классное, по причине того, что ты просто поскользнулся и упал, то можно произнести это:
    «Да, гравитация всё ещё работает!»

    Стою на остановке в ожидании автобуса. Мимо меня проходит, довольно потрепанный жизнью, выпивоха со старой обшарпанной сумкой в руках. Спотыкается и в тот же миг - летит на асфальт. Тут же раздаётся звук ударившихся об асфальт, полных водочных бутылок. Алкоголик, убедившись, что все бутылки целы, довольный говорит:
    - Прямо не звук, а симфония!

    — Фирочка! Вы уже три года, как вдова… Я тоже один… Не такой молодой, но, таки, очень небедный… Вы понимаете, на шо я намекаю?
    — Абрам Израилевич! Та я с удовольствием готова стать и вашей вдовой тоже!

    Первой мыслью человека, очнувшегося после падения в шахту лифта, должно быть: "Блин, я ведь совсем не успел вычислить ускорение свободно падающего тела!" А он о чём думает?

    Летит самолёт.
    Стюардесса выходит в салон и говорит пассажирам:
    — Уважаемые пассажиры, достаньте, пожалуйста, ваши паспорта!
    Достали.
    — А теперь вырвите, пожалуйста, из паспорта, первую страницу.
    Все вырвали.
    — Уважаемые пассажиры, сложите теперь, листик вчетверо.
    Все сложили.
    — А теперь засуньте его себе в зад.
    Все засунули, а один, самый грамотный, начал возмущаться, мол, что за ерунда такая, это противоречит нормам международного права и т.д.
    А стюардесса отвечает:
    — Да, я вас прекрасно понимаю, но, видите ли, наш самолёт терпит крушение, а потом с трупами такая неразбериха!

    Глядя на меня, вы наверняка заинтересуетесь откуда у меня на левой кисти руки взялся гипс и почему мне вчера наложили двенадцать швов на затылке... а я вам отвечу: я попытался изобразить лунную походку в ванне.

    Новый русский выполняет затяжной прыжок. Летит там, кувыркается. Смотрит – на облаке ангел сидит.
    Новый русский кричит ему:
    — Эй, ты, крылатый, какого чёрта ты на облаке тусуешься?
    — Я архангел, я всё могу.
    — А пиджак малиновый и цепку килограмм так на 15 слабо?
    — Не вопрос.
    И вдруг с появлением пиджака и цепочки у Нового русского парашют пропал.
    Он орёт на архангела:
    — Мастдай ты приламеренный! Парашют отдай!
    Архангел смотрит вниз так оценивающе – видит, новому метров 30 до Земли лететь и зевая говорит:
    — Это уже к высшим инстанциям и попозже.

    Умирает старый еврей и просит, чтобы ему напоследок принесли чашку кофе с двумя кусочками сахара. Приносят кофе. Еврей выпивает его с огромным наслаждением:
    — Хотя бы перед смертью я получил то, о чем мечтал всю жизнь!
    — Абрам, но разве ты не мог позволить себе чашечку кофе?
    — Мог, но дома я пил кофе с одним кусочком сахара, а в гостях — с тремя.

    Сидят в приёмной роддома немец, еврей, пакистанец и ждут когда им детей вынесут.
    Выходит медсестра, и со всеми возможными извинениями объясняет что их детей перепутали, соответственно просит помочь разобраться.
    Заходит Пакистанец:
    — Я своего узнаю, он самый волосатенький.
    Через минуту возвращается, не смог определить.
    Заходит Еврей:
    — Я своего узнаю, он самый смышлёненький.
    Через минуту возвращается, не смог узнать.
    Заходит Немец, тут же возвращается и сообщает двум другим где чьи дети.
    Те с удивление:
    — Как тебе это удалось?
    Немец:
    — Да я просто зашёл, сказал – «Зиг хаиль», мой сразу руку поднял, еврей обосрался, а пакистанец за ним убрал.

    В небольшом провинциальном местечке умирает старый богатый еврей и всё своё огромное состояние он завещает двоим сыновьям, но толковому и работящему Абраму оставляет одну лишь корчму, а беспутному и вечно пьяному Хаиму – всё остальное. Ребе, пришедший навестить умирающего, пытается наставить его на путь рассудительности:
    — Это, конечно, не моё дело. Это твои деньги и твои сыновья. Но Хаим ведь пропьёт всё твоё состояние за полгода!
    — Правильно! Но где он его пропьёт, если в округе всего одна корчма?!

    — Софа, наша тетя Сара умерла, вот письмо из Америки.
    — Ой, какое горе, какое несчастье!
    — Погоди. Она завещала нам десять тысяч долларов…
    — Ой, дай ей Боже здоровья!

    Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника.
    На одном написано:
    — «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон».
    На другом:
    — «Или здесь».
    На третьем:
    — «А может здесь».

    Встречаются как-то два давних друга еврея после долгих лет разлуки, глядят — у друга Хаима руки нет, ни фига себе – думают.
    — Хаим ты что на фронте был, где руку-то потерял?!
    — Да нееет! В армию тянули… оторвали…

Загрузка материалов...