На похоронах в Одессе

— Изя, нужно что-то сказать за покойного.
— Ну что я могу сказать за Хаима — вот у него брат был, так то ещё хуже!

Старый Натан в ЗАГСе просит сменить фамилию.
Все в шоке, мол, зачем тебе, дедуля, всё равно уже скоро туда…
Натан: «Да плиту могильную нашёл готовую, шо ж добру пропадать?»

Похороны Рабиновича. Собрались все его близкие и родные.
У могилы стоит раввин, который зачитывает все его заслуги:
— Сегодня мы провожаем в последний путь знаменитого писателя Рабиновича.
Крайне удивленный Абрам спрашивает у Сары — жены покойного:
— Сара, а почему писателя? Я никогда не видел его книг или статей!
— Абрам, шо ты такое говоришь?! Знаешь, какое гениальное он написал завещание!

Во время похорон мужчины, несущие гроб, случайно врезаются в стену, и в тот же момент они начинают отчётливо слышать слабый женский стон.
Поэтому они открывают крышку гроба с той целью, чтобы убедиться, что женщина внутри действительно жива.
Её извлекают из гроба, и она продолжает жить ещё на протяжении 10 лет после этого случая, и в конце концов она умирает, в связи с чем и происходят ещё одни её похороны.
Во время траурной процессии, когда носильщики начинают выносить гроб с телом женщины, муж волнительно кричит:
— Осторожно! Берегитесь стены!

Воскресное утро. Выходят на балкон 2 одесситки.
— Софочка, ты шо, заболела?
— Да с чего ты взяла?
— Отчего к тебе каждое утро приходит доктор?
— Ну и шо? А если к тебе каждое утро приходит майор, так шо, война началась?

— Изя, Рабинович так любит свою мамочку, сделал ей такие шикарные похороны, мадам Циперман от зависти так качала головой, что сквозняк по улице пошёл.

Когда-то в Одессе жил всемирно известный окулист академик Филатов Владимир Петрович. И вот в день его юбилея студенты решили своему профессору сделать приятное. Нарисовали огромный глаз, а в глазу — его портрет. Филатов принял этот подарок и воскликнул: «Какое счастье, что я не гинеколог!».

— Фирочка! Вы уже три года, как вдова… Я тоже один… Не такой молодой, но, таки, очень небедный… Вы понимаете, на шо я намекаю?
— Абрам Израилевич! Та я с удовольствием готова стать и вашей вдовой тоже!

В Саратове открылся крематорий. Минимальный набор услуг 32400 руб.
— При пенсии в 9300 могу ли я прийти со своими дровами?

Сидят в приёмной роддома немец, еврей, пакистанец и ждут когда им детей вынесут.
Выходит медсестра, и со всеми возможными извинениями объясняет что их детей перепутали, соответственно просит помочь разобраться.
Заходит Пакистанец:
— Я своего узнаю, он самый волосатенький.
Через минуту возвращается, не смог определить.
Заходит Еврей:
— Я своего узнаю, он самый смышлёненький.
Через минуту возвращается, не смог узнать.
Заходит Немец, тут же возвращается и сообщает двум другим где чьи дети.
Те с удивление:
— Как тебе это удалось?
Немец:
— Да я просто зашёл, сказал – «Зиг хаиль», мой сразу руку поднял, еврей обосрался, а пакистанец за ним убрал.

— Сара, ты хоть раз в ЭКСТАЗЕ была?
— Не-е, я дальше Одессы никуда не ездила...

В море близ Одессы раздаются крики: «Help me! Help me!». Мимо идёт пожилая еврейская пара. Женщина говорит своему супругу:
— Моня, ты только посмотри! Когда вся Одесса училась плавать, этот идиот учил английский.

Объявление. Бюро ритуальных услуг «Розовая катапульта»: всегда нестандартные решения.

Если бы бабуля узнала, сколько мы сэкономили на её похоронах, она бы в канаве перевернулась.

Семён говорит своей жене:
— Фира, знала бы ты, как сильно мне неудобно перед моим другом Хаимом..
— Что именно тебе неудобно, Сёма?
— Да понимаешь, он меня уже второй раз на похороны своей тёщи приглашает, а я его ещё ни разу...

Умирает старый еврей, у кровати умирающего стоят его родственники, которых он всегда ненавидел.
Поднимается еврей с подушки и слабым голосом говорит:
— Дети, когда я умру, возьмите тот кактус с окна и засуньте мне глубоко-глубоко в задницу.
Родственники ошарашено:
— Ну, что вы папа, как так можно...
— Засуньте, я сказал! Это моя последняя просьба...
И после этих слов — умирает.
Родственники с большим трудом засовывают кактус в задницу умершего еврея.
Тут открывается дверь, в квартиру входят сотрудники правоохранительных органов и сразу с порога:
— Нам информация тут поступила, что здесь над трупом бедного еврея издеваются!

Хоронят старого еврея. Перед смертью, он завещал родственникам, чтобы после того, как его не станет, к нему в гроб положили тысячу долларов мелкими купюрами из его сбережений. Родственники запихивают купюры в гроб, они вываливаются наружу, их снова засовывают обратно… Тогда подходит старый раввин и спрашивает:
— Ну шо же вы делаете?
— Покойный завещал положить ему в гроб деньги.
— Я говорю, шо вы делаете?! Выпишите ему чек!

Приезжий спрашивает таксиста в Одессе:
— Ну, как вы здесь живёте?
Тот отвечает:
— Знаете, раньше мы жили хорошо. Сейчас — ещё лучше. Но очень хотим, чтобы снова было хорошо.

Разговор двух одесских адвокатов:
— Семён Наумович, как поживаете? Как работа?
— Ну, что Вам на это сказать, Абрам? Насилуют, грабят, убивают… Таки жить можно!

Хоронят старого еврея. Ребе говорит:
— Пусть кто-нибудь скажет добрые слова о покойном.
Все молчат.
Ребе:
— Пусть кто-нибудь скажет добрые слова!
Молчание.
Ребе:
— Кто-то обязательно должен сказать!
Oдин, наконец, соглашается:
— У усопшего был брат. Так тот был ещё хуже!

Абрам в крематории:
— Моей ненаглядной супруге Софочке я бы хотел подобрать самую дешевую урну. Деревянную или лучше пластиковую.
— Может, вам прах просто в пакет насыпать?
— Даже лучше, у меня как раз свой есть.

Одесса. Еврейское кладбище. Надпись на могиле: «Сара, приходи пореже. Дай отдохнуть!»

Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника.
На одном написано:
— «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон».
На другом:
— «Или здесь».
На третьем:
— «А может здесь».

— Фима, уже всю голову сломал! У одних свадьба, у других похороны. Всё в один день. Шо выбираем?
— Похороны.
— Почему?
— Всё тоже самое, зато без подарков!

— Доктор, у мине, кажется грипп, шо вы таки мине посоветуете!?
— Встаньте от мине подальше!

Умер начальник. Один из работников на поминках говорит:
— Об усопших либо хорошо, либо ничего!
— Давайте молча спляшем! — предлагает Абрам.

Почему-то, самый подходящий момент, задуматься о собственной жизни — это чьи-то похороны.

Как певец, я часто исполняю музыкальные композиции на многих похоронах, и недавно директор похоронного бюро попросил меня сыграть и спеть на похоронах одного бездомного человека. У него не было ни семьи, ни друзей, поэтому служба должна была состояться на кладбище для нищих за городом. Так как я не был знаком с этой местностью, я сильно заблудился. В конце концов я опоздал на час и увидел, что похоронщик, очевидно, ушёл, да и катафалка нигде не было видно. Остались только землекопы и команда, и они обедали. Я почувствовал себя неловко и извинился перед мужчинами за опоздание. Я подошёл к краю уже закопанной ямы и посмотрел на неё. Я не знал, что ещё делать, поэтому начал играть. Рабочие отложили свои обеды и начали собираться вокруг. Я отдал всё своё сердце и душу этому человеку без семьи и друзей. Я пел так, как никогда раньше не пел для этого бездомного. Когда я пел и играл музыкальную композицию «Amazing Grace», рабочие начали плакать. Они плакали, я плакал, мы плакали все вместе. Закончив, я собрал клавиатуру и направился к машине. Хотя моя голова была низко опущена, а мое сердце было переполнено скорбью. Открывая дверцу машины, я услышал, как один из рабочих сказал:
— Я никогда не видел ничего подобного раньше, хотя я уже двадцать лет копаю выгребные ямы...

Надпись на надгробии, расположенном на одном из одесских еврейских кладбищ:
Здесь, 15.07.2011 года, обрёл свой последний приют известный одесский стоматолог Марк Израилевич Рабинович. А его сын Яша, принимает в его кабинете на Дерибасовской 26.

— Ви знаете! Абрам вёл на столько здоровый образ жизни, и выглядел так хорошо, что его было просто приятно хоронить.

Одесское еврейское кладбище. Надпись на памятнике: «Дорогая мамочка, ты ушла от нас так рано! Благодарные дети».

— Какой самый лучший способ избавиться от мёртвого тела, на ваш взгляд?
— Как по мне, так можно и на кладбище подхоронить в существующую могилу, вроде как трупы на кладбище не ищут. Главное, объяснить сторожу почему ты пришёл со своим трупом. А вообще, самый лучший вариант — это перекинуть труп через забор кладбища, а затем попытаться вынести его через проходную. Сторож спросит откуда труп, а в ответ ему можно сказать что откопал. Он потребует срочно закопать обратно.
— Я недавно в интернете читал, что требование «со своим нельзя» в кафе и барах незаконно. Нарушает права потребителя или что-то в этом роде... Возможно, кладбищ это тоже касается.

Табличка в одесском трамвае: «Высунься, высунься — и ты увидишь, что от тебя засунется».

Во время игры в преферанс умер игрок, получивший «паровоз» из пяти взяток. В конце похоронной процессии идут партнёры по игре.
Один:
— Если бы он зашёл в пику, то получил бы семь взяток.
— Жаль конечно, но и так хорошо.

Одесса. В автобусе.
— Послушайте, мадам!
— Между прочем, мадемуазель!
— Пардон!.. И шо, таки ни разу?!

Абрам подходит к начальнику и просит дать ему отпуск на несколько дней, чтобы съездить на похороны своего отца.
— Абрам Израильевич, вы меня конечно извините, но уже в третий раз за этот месяц, когда вы отпрашиваетесь на похороны отца.
— Я таки тоже немного призадумывался на этот счёт. Действительно, а не симулирует ли папаша?

Умер старый еврей. Его родственник Хаим звонит его племяннику Абраму:
— Абрам, приезжай, твой дядя умер.
— Извини, Хаим, я не могу приехать на похороны… Ты подари ему что-нибудь – а счёт направь мне.
— Хорошо.
Похороны прошли нормально. Через неделю Абраму приходит счёт на 200$. Ещё через неделю – снова счёт на 200$. Ещё через неделю – опять счёт на 200$… Абраму это надоело, он звонит Хаиму:
— Хаим – что ты подарил дяде? Мне каждую неделю приходит счёт на 200$.
— Я взял ему смокинг напрокат...

Фиме хотелось петь и танцевать.
Но мешал давивший на плечо гроб с тёщей.

Старый еврей лежит, чуть слышно дышит, помирает. Вдруг открывает глаза и говорит стоящему рядом внуку:
— Моня, я чую запах фаршированной рыбы, принеси мне кусочек.
Внук возвращается через пару минут и говорит:
— Бабушка сказала: — Никакой рыбы, это на похороны!

— Что нельзя говорить еврею за рулём?
— Подбавь газку.

Абрам Израилевич был настолько хитёр, что даже специально умер раньше своих друзей, чтобы не скидываться им на похороны!!!

Смотрел вакансии в поисках новой работы. Наткнулся на «Руководитель ритуального салона».
И все бы ничего, профессии разные бывают, но вот в круг его обязанностей там входит «расширение клиентской базы».

Одесса. Человек тонет в море и кричит:
— Help me, а-а-а, help me!
Одессит стоит на берегу и лузгает семечки.
Другой подходит и спрашивает:
— И шо случилось?
— Таки вот, когда вся Одесса плавать училась, этот идиёт английский язык учил.

Рабинович умер. В своём завещании он распорядился выделить 40 тысяч долларов на хорошие похороны. После окончания похорон, его вдова Сара, подошла к своей старой и лучшей подруге Розе и, обняв её, сказала:
— Я уверена, что Изя был бы доволен!
— Я знаю, что ты права, но сколько это всё стоило на самом деле?
— Сорок тысяч долларов.
— Всё было прекрасно, но $40000?!
— Похороны – $6,500, я пожертвовала $500 синагоге, спиртные напитки, закуска, ещё $500, а остальные пошли на мемориальный камень.
— $32,500 за мемориальный камень?! Какого же он будет размера?
— Два карата.

У Хаима умерла жена. Одесса. Многочисленные родственники, соседи, знакомые, зеваки. Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать. В конце концов, на чердаке толпа родственников, возглавляемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей.
Влезший на чердак первым дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
— Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где-то даже прострации отвечает:
— У меня такое горе, у меня умерла жена, я не соображаю, что я делаю.

Старый еврей приходит в паспортный стол и просит поменять ему фамилию. Ему говорят:
— Абрам Моисеевич, вы чего? Вам уже 96 лет, скоро умирать. Зачем вам это нужно?
— Ой, да плиту могильную готовую нашёл. Что зря деньги тратить?

— Абрам, будешь над гробом говорить, таки помни: о покойном либо ничего, либо хорошо.
— Вот и ушёл от нас дорогой Семён Маркович, но это ничего. Это даже таки хорошо.

После похорон,внук с бабушкиного телефона отправил всем смс: «Спасибо, что пришли».

— Извините, Вы на следующей остановке выходите?
— Нет...
— Таки давайте меняться.
— И шо? Я выйду, а вы поедете дальше?

Хоронят известного еврейского олигарха. Гроб стоит. Собрались все друзья, родственники и близкие. Подходит к покойному Гусинский, достаёт портмоне, извлекает 200$ и кладёт в гроб. За Гусинским к гробу подходит Потанин, тоже достаёт портмоне и отсчитывает 200$. Подходит Березовский. Достаёт чековую книжку, выписывает чек на 600$, кладёт в гроб и забирает 400$ наличными.

Врач разговаривает с одесситкой:
— Сара Абрамовна, у Изи Самуиловича, действительно, перелом кисти левой руки.
— Доктор, Ви, таки, шо-то скрываете... я – готова к самому страшному... Скажите, он сможет мыть посуду??

— Софочка, а что, Хаимчик умер?
— Умер.
— То-то я смотрю его хоронят.

— Алло, здрасьте, а Абрам Моисеевич дома?
— Дома, но венки уже выносят.

Гроб карлика-оптимиста наполовину полон.

Только выпивая со старыми друзьями, можно достоверно узнать, кто хочет быть кремирован, кто похоронен с отпеванием и что кому написать на памятнике.

Муж с женой собираются на похороны.
Садятся в машину, как вдруг жена говорит:
— Дорогой, давай я поведу, а то, зная, как медленно ты водишь, чувствую, не попадём вовремя на церемонию прощания.
Муж отвечает:
— Нет уж, лучше я поведу, а то с тобой не только успеем, но ещё и на свои проводы попадём...

Муж завещал, чтобы жена похоронила его со всеми деньгами. И жена его послушалась... Эта история произошла в одном небольшом американском городке. В семейной паре, которая прожила вместе не один десяток лет, супруг был необычайно скуп.
Жену свою он не баловал, а занимался исключительно накопительством.
Муж завещал, чтобы жена похоронила его со всеми деньгами. Тратить деньги он не любил, а только копил их и копил… Состарившись и почувствовав свой скорый уход, мужчина позвал к себе супругу и взял с неё обещание, что когда он умрёт, она положит ему в гроб его накопленные за всю жизнь деньги.
Женщина не могла отказать умирающему и пообещала выполнить его последнюю просьбу. И вот когда мужчина скончался, во время похорон, она положила ему в гроб старую картонную коробку.
Подруга, сидевшая с овдовевшей женщиной рядом, спросила ее:
— Дорогая, я очень надеюсь, что ты в своём уме и не собираешься положить этому скупердяю все эти деньги?
Женщина глубоко вздохнула и ответила:
— Ну конечно, я примерная христианка и я обязана выполнить последнюю волю усопшего. Я ведь обещала ему, что похороню его вместе со всеми его деньгами.
Подруга изумлённо посмотрела на неё и снова задала вопрос:
— Неужели ты положила в эту коробку все деньги, до последнего цента?
— Совершенно верно, я собрала все его деньги и положила на свой банковский счёт, а потом выписала ему чек и положила в эту коробку. Он может обналичить его в любое время, когда захочет! – ответила новоиспечённая вдова.

— Сколько требуется негров, чтобы похоронить человека?
Ответ: Пять. Четверо несут гроб, а пятый идёт спереди с магнитофоном.

Милый Изенька, я долго пожил на этом свете и хочу таки Вам заметить, шо принять женщину такой, какая она есть, может, разве что, земля.

— Как вы думаете, ребе, какой гроб лучше?
— Трудно сказать, Сара Моисеевна, цинковые долговечные, однако деревянные таки полезнее для здоровья.

— Вот можешь же ты выглядеть, как приличный человек! При костюме, при галстуке, при чистых ботинках. Без запаха перегара и недельной щетины...
Но Сёма её уже не слышал. Сёма лежал в гробу...

Кладбище. Идут два еврея — прогуливаются. Остановились у могилы Абрама Шниперсона.
— Смотри, Изя, как тут замечательно, тихо, спокойно, какая природа: птички поют, зелень цветёт и пахнет... Так бы всю жизнь и провёл тут, а потом лёг бы, прямо здесь, рядом с Абрамом Шниперсоном... Изя, а тебе бы хотелось так?
— Уж лучше рядом с мадам Драхенблют.
— Но ведь она же жива!
— Тем более.