Поспешил

Субботник — это когда те кто никогда не мусорит, убирают за теми, кто никогда за собой не убирает.

Метро. Пересадка. Передо мной парень идёт с открытым портфелем. Я тюкаю его по плечу и сообщаю ему эту новость. Он остановился, закрыл портфель:
– От блииин, кошелька нет…
И через пару секунд он меня по плечу тюкает:
– И у тебя тоже.

Пьяный мужчина, шатаясь, входит в католическую церковь и идёт к исповедальне. Он открывает дверь, садится и молчит. Сбитый с толку священник ждёт несколько минут, давая пьянице время собраться с мыслями. Проходит уже достаточно времени и священник, теряя терпение, начинает тактично покашливать, чтобы привлечь своё внимание, но человек по-прежнему молчит.
Тогда священник сжимает кулак и яростно стучит по стене три раза в последней попытке заставить человека начать говорить.
Наконец, пьяница отвечает:
— Уважаемый, нет совершенно никакого смысла стучать, в этой кабинке тоже нет туалетной бумаги.

Жили-были два лесоруба. И вот однажды один из них отрубил себе кисть руки. Другой тут же подхватил её, засунул в целлофановый пакет и отвёз друга в ближайшую больницу.
Хирург посмотрел и говорит:
— Да, рука – дело сложное, оставляйте своего приятеля у нас и приходите через 4 дня.
Друг пришёл через 4 дня:
— Ну как? Где он?
— Да на первом этаже в настольный теннис играет. Друг спустился вниз и на самом деле застаёт своего друга, играющего в настольный теннис оперированной рукой.
Через неделю они опять рубили деревья и всё тот же лесоруб отрубил себе ногу. Второй засунул её в целлофановый пакет и отвёз пострадавшего к тому же хирургу.
Врач, осмотрев, сказал:
— Нога – это гораздо сложнее. Приходите через шесть дней.
Когда лесоруб вернулся через шесть дней, он застал коллегу играющим в футбол.
Через неделю они опять рубили дрова и тот же лесоруб отрубил себе голову. Его друг засунул её в целлофановый пакет и отвёз к доктору, который сказал, что на этот раз надо прийти через 10 дней.
Пришёл через 10 дней. На докторе лица нет.
— Ну как?
— Умер.
— Да вы не расстраивайтесь так, доктор. Как-никак голова – это ведь очень сложнейшая операция.
— Да какая к чёрту операция! – воскликнул врач, — Он в твоём дурацком пакете задохнулся!

Тюрьма. В камеру заводят старенького дедулю. Его тут же обступают арестанты.
— Ну чего дед, за что тебя суда определили?
— За шуточки. Шутить очень люблю.
— А ну-ка пошути.
— Нет, вы потом на меня обидитесь.
— Да ладно, дед, ну пошути ты.
— Ну ладно.
Дед берёт веник, макает его в парашу, стучит в окошко. В окно заглядывает надзиратель. Дед мгновенно «втирает» веник ему в лицо. Окошко закрывается. Все в камере хохочут. Через минуту в коридоре слышен топот. Открывается дверь на пороге толпа здоровенных надзирателей с засученными рукавами. Осмотрели камеру взглядом.
— А ну, дедушка, отойди-ка в сторонку, сейчас мы с этими беседовать будем.

— «Ой, какая славная белочка!» – умилился Штирлиц, протянув руки к симпатичному зверьку.
— «Не местный», – понял скунс и захихикал...

Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
— Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
— Чехову, Леонид Ильич!
— А это он «Муму» написал?
— Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
Брежнев недовольно ворчит:
— Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

Говорят, что мусор для одного человека — это сокровище для другого.
Чудесное высказывание, но ужасный способ узнать, что тебя удочерили...

Штирлиц собирался впопыхах. Через 15 минут в деревню «Попыхи» ворвались немцы.

Вот что ты мне дал, то я и перепутал!

— Есть две новости, хорошая и плохая!
— Начинайте тогда с плохой!
— Не тот!
— Что «не тот»? А какая тогда хорошая?
— Мы успешно захватили форт!

Был на похоронах дальнего родственника. Кладбище. Гроб опустили в могилу. Все начали кидать по три горсти земли (обычай такой, кто не знает). Я также наклонился кинуть земли. Из кармана выпали ключи от машины и прямиком в могилу. Почти никто не обратил внимания, а я стою в шоке. Спуститься в яму неразумно, доставать гроб тоже не выход. А ключи у меня одни.
И тут один землекоп достает из кармана магнит на верёвочке, пару секунд и ключи у меня. Потом он сказал:
«Ты далеко не первый и не последний...».
Ну что сказать, профессионал.

Eileen Mary O'Connel: Вспоминаю тот случай, когда я сказала, что я — далёкая родственница Марии Кюри, и парень ответил: «Правильно говорить Мэрайя Кэри».

Mariah Carey: У неё две нобелевских премии, у меня два алмазных альбома, мы практически один и тот же человек.

А ведь когда подбираешь котёнка на одной из местных помоек, он тоже может потом сказать, что нашёл тебя на помойке.

Подслушано в очереди в поликлинике:
— Кто последний?
— Я, вот за той бабушкой занимала.
— Я не бабушка!
Сидит дама лет за 70, выглядит очень бодрой. «Ну, – думаю. — Сейчас начнётся: я не бабушка — я женщина!».
— Я не бабушка, я — прабабушка. Мне 87 лет, сыну уже 65.
Очередь уважительно ахнула.
И ребёнок на соседнем стуле:
— Мама, так разве бывает, чтобы сыну было 65 лет?!

Мужчина и его жена решили съездить в солнечную Калифорнию на медовый месяц. Муж договорился приехать в отель на день раньше, чтобы всё подготовить, и по прибытии отправил жене быстрое электронное письмо. Но, к сожалению, он неправильно указал адрес электронной почты своей жены, и его письмо отправилось скорбящей вдове, жене пастора которой умер накануне.
Когда вдова проверила свою электронную почту, она вскрикнула и упала на пол в глубоком обмороке. Её дети прибежали посмотреть, в чём дело, и увидели следующий текст письма на экране:
«Любимая жена, только что зарегистрировался. Всё подготовлено к твоему завтрашнему приезду. До скорой встречи. Твой любящий муж.

Вчера мой отец дал мне тысячу рублей со словами о том, чтобы я купил роллтон, и добавил:
— Хрен его знает, сколько этот роллтон сейчас стоит. Купи на всё, если не хватит — придёшь, я тебе докину.
Я, честно сказать, офигел. Купил 30 лотков, приношу и получаю от отца смачного леща. Оказывается, роллтон — это роутер для вай‑фая... блин.

Сара встречает на пороге Абрама:
— Абрам! Ты где шляешься?! Вот уже, как два часа мусор выкидываешь!
Абрам:
— Спокойно, Сара. Я его таки продал.

Встречаются двое соседей по лестничной клетке.
— Привет, давно не виделись. Как дела, как новая девушка.
— Да, не очень. С девушкой поругались, не разговариваем уже неделю.
— А что случилось?
— Да, она мне говорит: «Кирилл ты меня совсем не любишь!». Я ей отвечаю: «Да, люблю я тебя Света! Люблю!».
— А она, что?
— А она Вика…

В начале 80-х годов кинорежиссёр Андрей Кончаловский уехал покорять Голливуд. Кто-то его научил, что у творца должны быть на подхвате "три А": агент, адвокат и бухгалтер (по-английски Аgent, Аttorney, Аccountant). Нашли и представили ему этих А, пожали руки, подписали контракты. Ну, он по привычке советского тусовщика раз в недельку заглядывал к ним узнать, как идут дела, накоротке общнуться...
По итогам месяца все три А выставили Кончаловскому счета с почасовой тарификацией каждого его визита.

На день рождения жены муж заказывает торт.
Кондитер:
— Какую надпись будем делать?
Муж:
— Ну, напишите сверху – ты не стареешь, а снизу – ты просто становишься лучше.
В кульминационный момент дня рождения, все гости собираются вокруг торта, открывают крышку, читают: “Ты не стареешь сверху, Ты просто становишься лучше снизу!”.