Сценарий от Квентина Тарантино

Самый известный «оперный анекдот» — это история про «Зелёновый берет». Кажется, ему лет сто, но до сих пор неясно, произошло ли такое на самом деле… Рассказывают, что певица, исполняющая роль Татьяны в «Евгении Онегине», потеряла малиновый берет и надела… зелёный. Уже на сцене Онегин вдруг спросил: «Кто там… в зелёновом берете?». После чего его собеседник, князь Гремин, от удивления спел: «Сестра моя…». Тогда Онегин прошептал: «Так ты сестрат?...»
Интересно, что именно «…Онегин» подарил миру оперы и ещё одну фразу, которую режиссёры часто повторяют исполнителю партии Ленского: «Ленский! Не падайте раньше выстрела!».

Международная ассоциация сценаристов обратилась к первым зрителям «Одиссеи» с просьбой не публиковать спойлеры к фильму.

Моя жизнь как порнофильм, только без секса.

Однажды слышала такую театральную байку.
Был спектакль про войну. И там после сцены кровопролитного сражения один молодой актёр должен был подойти к убиенному товарищу, присесть рядом и максимально трагичным голосом произнести фразу: «19 лет ему было...». Но у актёра эта эпизодическая роль была первой и он очень волновался. И вот наступает кульминационный момент спектакля, битва закончилась, на сцене лежат поверженные солдаты, звучит грустная музыка... и этот актер, присев около убитого товарища, громко и с трагичным надрывом в голосе произнес: «19 лет еб***у мыло...»

Чтобы сэкономить на гонораре, от Джейсона Стэтхема уже десять лет скрывают, что он снимается в разных фильмах.

Интервью М. Ефремова:
— Михаил Олегович, а ваши преподаватели одобряют пьянство на сцене?
— Когда я учился, в учебнике Станиславского был параграф, в котором он ругается на актёра, пьяным играющим на сцене.
— И кто это был?
— Немирович-Данченко...

Хочешь хорошо учиться на актёра? Твоего ректора может сыграть Безруков...

Когда на одной пресс-конференции Квентина Тарантино один из журналистов желая его подколоть сказал, что после «Криминального чтива» он не снял ничего лучше, тот ответил:
— Так никто не снял...

Идёт финал шекспировской пьесы.
Главный герой стоит над телом поверженного врага и по сценарию должен пафосно произнести:
«Я должен был увидеть твой закат
Иль дать тебе своим полюбоваться».
Но актёр в самый ответственный момент частично забывает текст. А это же стихи! Ритм и рифма висят на волоске.
Однако находчивый артист мгновенно выкручивается и с трагическим надрывом вещает:
— Я должен был увидеть твой... конец!.. Иль дать тебе своим полюбоваться...

Актёр провинциального театра по ходу пьесы должен броситься со скалы. Видит, что внизу нет матраца. Делать нечего, прыгает на доски.
Раздаётся грохот и голос актёра:
— Бл*ть, река-то уже замёрзла!

Фёдор Бондарчук снял проститутку. Это лучшее, что снял Федор Бондарчук...

Театр отправился на гастроли с урезанной труппой. Основные звёзды в наличии, а вот на эпизодические роли типа «кушать подано» и массовку пришлось нанимать местных артистов. Режиссёр проводит пробы в очередном городе.
Приходит актёр из местного театра.
Режиссёр объясняет:
— Вы выходите слева, прислушиваетесь. Затем за сценой изображают выстрел пушки. Вы говорите: «Чу! Слышу пушек гром!» — и уходите. Попробуем.
Актёр сыграл.
Режиссёр сияет:
— Вот! Прекрасно! Идеально! В предыдущем городе нас с этой ролью ужасно подвели. Исполнитель кривлялся, текст путал, отсебятину лепил, даже в зал матерился. Кошмар, просто кошмар! В общем, завтра приходите к костюмерам к семнадцати часам. Ваш выход — в 18:42.
Наступает вечер локальной премьеры. Актёр подходит к проходной.
— Вы кто?
— Я этот… «слышу пушек гром!»
— А, да-да, вы в списке. Проходите.
В костюмерной:
— Вы кто?
— Я «пушек гром!»
— Понял. Вот ваш костюм. Переоденьтесь где-нибудь.
За кулисами его встречает помреж:
— Так, это вы «чу, слышу пушек гром!»?
— Ага, я «чу, слышу пушек гром!».
— Прекрасно, вы вовремя. Готовы? Внимание… Идите!
Актёр выходит на сцену, картинно прикладывает ладонь к уху, изображая напряжённое вслушивание.
Рабочие сцены «дают пушку». Но не бутафорскую, а настоящую! Холостой заряд — прямо в актёра.
Удар, дым, шок. Оглушённый артист с трудом поднимается на ноги, ошалело оглядывается и срывается на крик:
— БЛ*ДЬ! ВЫ ТАМ СОВСЕМ ОХ*ЕЛИ, ЧТО ЛИ?!

Бесит, когда набираешь восемь килограммов для роли, а потом вспоминаешь, что никакой ты не артист...

Молодой артист приходит к старому опытному коллеге и спрашивает:
— Вот тут в начале мне надо играть героя чуть подшофе.
— Невелика проблема. Сто грамм коньяку принял перед выходом и вперёд.
— А вот тут в конце первого действия надо сильно пьяного играть. Как быть?
— Ну ещё 300 грамм и вперёд!
— Да, но вот во втором действии герой трезвым должен быть!
— А вот тут, голубчик, надо ИГРАТЬ!

— Какой ваш любимый артист?
— Мой муж.
— Он у вас – артист?
— Нет, но когда врёт, как подлец играет.

Запил один актёр, руль — на уровне "кушать подано", но запил до недвижимости.
Быстро одеваю рабочего сцены, выталкивают со словами — иди, суфлёр всё скажет!
Суфлер: «Медленно выходит на сцену...»
Рабочий медленно выходит на сцену...
Суфлер: «Медленно садится за стол...»
Рабочий медленно садится за стол...
Суфлёр: «Стар я стал...»
Рабочий:
— Стар я стал...
Суфлёр: «Медленно встает...»
Рабочий:
— Да и встаёт что-то медленно...

— Вчера в театре был такой мерзкий спектакль, что под конец я не выдержал и грязно выругался на весь зал. Какой же был скандал!
— Незачем было так долго терпеть, плюнул бы и ушёл в самом начале.
— Не мог. У меня была главная роль.

Из театральной жизни ещё дореволюционной. В провинциальном театре ставят «Цезаря и Клеопатру», нужна массовка в виде легионеров. Пригласили местную пожарную команду, и режиссёр объясняет: «Цезарь выходит из шатра, и легионеры должны издать гул. Чтобы получился гул, каждый должен произносить: "Что говорить, если нечего говорить?"» Начался спектакль. Перед шатром – бравые легионеры, появляется Цезарь. Брандмайор громким шёпотом скомандовал, и легионеры в один голос: «Что говорить, когда нечего говорить?» Цезарь от хохота свалился в шатёр.

Актёра циркового жанра, пригласили сняться в рекламе производителя известных бензопил. Дали ему сценарий и сказали, что у него есть ровно неделя, чтобы научиться жонглировать тремя бензопилами одновременно.
Далее от имени актёра:
— Ну вот, значит, прихожу я на съёмочную площадку. Всё подготовили, навели камеры. Я беру бензопилы и начинаю их заводить... Тут все как тараканы разбегаются по углам и откуда-то голос режиссёра: «Вы что, с ума сошли??! Мы думали звук потом наложить!»

— Вчера в театре был представлен такой мерзкий спектакль, что под конец я просто не выдержал и выматерился на весь зал. Какой же был скандал!
— А зачем было так долго терпеть, плюнул бы, да и ушёл в самом начале.
— Не мог. У меня была главная роль.

— Я пишу сценарии для порнофильмов.
— Ну, там же всегда одно и то же.
— Никто не жаловался.

Актёра принимают на работу в театр:
— Опыт работы в театре имеется?
— Да, 10 лет в труппе анатомического театра.

Журналистка берёт интервью у известного актёра Сергея Безрукова.
— Сергей, поделитесь с нами своими впечатлениями, которые у вас вызвала нашумевшая экранизация «Анны Карениной». И, если можно, прокомментируйте, что вы можете сказать по поводу данной экранизации в целом? Спасибо.
— Вы даже представить себе не можете, с каким трудом мне дался образ Лизы Боярской!

Давайте Джонни Деппа и Джима Керри теперь чмырить. У них пока нет Оскара.

Интервью с Фёдором Бондарчуком:
— Скажите, Фёдор, как Вам фильм "Пираты карибского моря 4"?
— Это замечательный фильм! Отличная режиссёрская работа! Я снимаю шляпу!
— Фёдор, мы знаем, что Вы снимаете! Расскажите, как Вам фильм?

Начинающие актрисы обсуждают работу над сериалом:
— Такая роль попалась – *сношают* уже в первой серии.
— Подумаешь, меня – ещё на пробах...

Михаил Ефремов пришёл на кастинг фильма «Аватар-2» уже синим.

Постановка «Горе от ума» в провинциальном театре.
В ходе выступления Чацкий забывает реплику:
— Вон из Москвы! Сюда я больше не ездюк...
— Сюда я больше не ездун...
— Сюда я больше не ездец...
— П*здец! Сюда я больше не приеду!

Два артиста спорят, кто из них настоящий мастер сцены.
Один говорит другому:
— Слушай, мне тут сон странный приснился. Будто я умер и пришел к вратам Рая. Апостол Пётр мне и говорит: «Ты на сцене кривлялся, людей пародировал, обманывал их — не заслужил ты Царствия Небесного». И закрыл передо мной двери.
Иду я грустный вдоль райской ограды и вдруг вижу — ты в Раю! Сидишь себе, отдыхаешь. Я бегом к Петру: «Как так?! Этого пустили, а меня, великого артиста, нет?!»
А Пётр спокойно так отвечает:
— Да брось ты. Ну какой из Васьки артист? Он же просто так сидит.