😄 Анекдот — Если...
Анекдоты:
3337 0

Если...

Если «Вконтакте» выбрать национальность «Еврей», то кнопка «поделиться» автоматически пропадает…

 22.11.2012 евреи, вконтакте, еврей
Добавить комментарий
Код:


    Жена кричит своему мужу:
    — Абрам! Кто-то сейчас на улице сказал жид!?
    Абрам спускается на улицу и подзывает к себе одного из мальчишек.
    — Лёша, это ты сказал – жид?
    — Дядя Абраша, вы ведь знаете меня с пелёнок. Разве я могу?
    Старик подзывает другого.
    — Серёжа, это ты сказал – жид?
    — Ну что вы, дядя Абраша? Я могу резать, убивать, но слова такого "жид" я не знаю.
    Абрам кричит жене:
    — Сара! Не еб* ребятам мозги. Это было по телевизору.

    Пришли в кафе русский, француз, американец, китаец и еврей. Каждый заказал по чашечке кофе, и каждому в кофе попалась муха.
    — Русский выпил кофе, муху выкинул.
    — Француз вежливо извинился, но кофе пить не стал.
    — Американец выплеснул кофе в лицо официанту.
    — Китаец съел муху, а кофе пить не стал.
    — А еврей выпил кофе и стал продавать муху китайцу.

    — Нет Сёма, не поеду я в Израиль. И что с того что там я буду иметь достойную старость, ведь здесь, в Мюнхене, я работаю в муниципальном морге за смешные деньги, но зато я каждый день сжигаю в печи немцев!!!

    Как-то раз к Рабиновичу забежал сосед не надолго:
    — О, Соломон Ааронович, я чую у вас в квартире пахнет розой!
    — Розочка! Тебе уже пора принять ванну. Таки уже люди жалуются!

    — Софочка, шо такая грустная?
    — Абрам, ты должен знать, что или от отсутствия секса, или от отсутствия денег.
    — Таки я не понял, шо расстёгивать? Кошелёк или бруки?

    — С этой минуты, Сара, ты забываешь местоимения «я» и «мне». Теперь только - «мы» и «нам», ты поняла?
    — Поняла.
    — Что ты поняла?
    — Что нам срочно нужны сапоги на шпильках.

    Разговор двух одесских адвокатов:
    — Семён Наумович, как поживаете? Как работа?
    — Ну, что Вам на это сказать, Абрам? Насилуют, грабят, убивают… Таки жить можно!

    В результате несчастного случая на рабочем предприятии погиб Рабинович. Нужно уведомить жену.
    — Это надо сделать осторожно… как-нибудь постепенно… — говорит один приятель.
    — Постепенно? — задумчиво спрашивает другой.
    — Тогда надо послать Изю, он заикается.

    Когда в СССР развернулась борьба с космополитизмом, известному дирижёру Борису Хайкину предложили сменить фамилию. Он отказался: «Фамилию менять не стану, но готов на компромисс — согласен заменить вторую букву. Тогда моя фамилия будет звучать совсем по-русски».

    Едут в одном купе негр и еврей. Негр разворачивает газету на иврите и начинает её внимательнейшим образом читать.
    Еврей некоторое время в состоянии полной фрустрации всё это созерцает и наконец выдаёт:
    — Я, конечно, дико извиняюсь, но Вам шо мало, шо Вы негр?

    Попал Рабинович в армию, и после курса молодого бойца направили его в Чечню. Повоевал он месяц и запросился в отпуск.
    — Рано тебе ещё, – говорит комбат. — Отпуск заслужить надо.
    — А как?
    — Ну, добудь «языка».
    Через день привёл солдат пленного, и командир выполнил обещание. Но вскоре опять Рабинович захотел съездить домой.
    — Заслужить надо, сынок, – говорит комбат. — Вот если бы ты секретные документы противника достал, карты там всякие, приказы...
    Утром боец вручил командиру секретные документы террористов, получил медаль, сержантские лычки и отправился в отпуск. Вернувшись с побывки, Рабинович опять обратился к командиру с той же просьбой. Комбат, чтобы тот отстал, велел ему добыть вражеское знамя, а особисты решили проследить за удачливым воином.
    Ночью идёт герой в горы, а за ним особисты ползут. Подходит Рабинович к лагерю чеченских боевиков, достаёт из-за пазухи знамя своей части, размахивает им и кричит:
    — Эй, ребята, это опять я! Давайте сегодня флагами меняться!

    — Рабинович, вы должны мне тысячу рублей ещё с лета. Когда вы, наконец, собираетесь мне их вернуть?
    — Так, дайте-ка я посмотрю в своей записной книжке… Ага, Кацман — вычеркнут, Зильберман — вычеркнут, Кацман — есть. Вот видите, всё правильно: Кацману — тысячу рублей. Всё в порядке, не беспокойтесь.
    — Да, но когда же я получу свой долг?
    — Не волнуйтесь, всему свой черёд.
    Через пару месяцев:
    — Рабинович, наконец-то! И долго же мне ждать своих денег?!
    — Так, обождите секундочку… Посмотрим: Кацман — вычеркнут, Зильберман — вычеркнут, Кацман — есть. Вот видите, вы — есть. У меня так и записано: Кацману — сто рублей! Чего же вы горячитесь?
    — Да плевать я хотел на ваши записи, Рабинович! Гоните деньги!
    — Знаете, что я вам скажу, Кацман? Если вы будете мне грубить, я ведь вас тоже вычеркну!

    — Абрам, говорят, что вы бросили пить?
    — Я вам больше того скажу, Хаим – нет!

    — Мама, а Дед Мороз кладёт подарки под каждую ёлку?
    — Да, Изя, под каждую!
    — Мама, а почему мы тогда ставим только одну ёлку!

    — Моисей, а почему мы идём через море?
    — Потому что через город стрёмно мне со всей вашей шоблой идти...

    Мария Исааковна Петрова заполняет анкету.
    Завкадрами интересуется:
    — А почему вы Исааковна? Еврейка, что ли?
    — А, по-вашему, Исаакиевский собор – синагога?

    Следуя примеру Сбербанка, израильские банки попытались внедрить метод оплаты «улыбкой» на своих платежных терминалах. Но попытка с треском провалилась. Ни один еврей не смог улыбнуться, расставаясь с деньгами.

    — Представь себе, Абрам: один мой приятель в один прекрасный день познакомился с очаровательной девушкой, в тот же вечер женился на ней, а наутро они развелись. Шо ты скажешь на это?
    — Шо тут скажешь? Утро вечера мудренее.

    — Софа, твой муж бабник! Вчера я сама видела, как он выходил от любовницы.
    — Ой, так что ему теперь, там таки безвылазно надо сидеть?!..

    Приходит на корабль еврей:
    — Вам, кажется, был нужен боцман?
    — Да, а вы что, боцман?
    — Нет, я Кацман.
    — Так зачем же вы пришли?
    — Сказать, чтобы вы на меня не рассчитывали!

    — Алло! Простите, шо так поздно звоню, Самуил Аркадьевич.
    — А вы не поздно, Софа, вы таки вообще – зря!

    — Шмуля, представляешь, наша соседка — Сара Соломоновна — решила на старости лет начать худеть. Вот бабе заняться нечем…
    — Роза, при всём моём уважении к тебе, у тебя ведь тоже лишний вес имеется?
    — Запомни раз и навсегда, Шмулик! Это не лишний… Это запасной!

    — Папа, а это правда, что Иисус Христос был евреем?
    — Правда, доченька. Тогда все были евреями — время было такое.

    — Угощайтесь! Вот виноград хороший...
    — Нет, спасибо, у вас в винограде косточки куриные.
    — Ну конечно, были бы говяжьи – это был бы холодец!

    — Хаим, дорогой, когда мы уже поженимся?
    — Сара, я не хочу жениться! Я хочу есть!
    — Вот там как раз и поешь.

    Объявление в сельском клубе: «Только сегодня вечером!! На сцене — Рамштайн!!».
    Собирается полный зал бритых, мускулистых мужиков в кожанах, все в предвкушении. Открывается занавес, на сцену выходит худенький очкастый дедушка со скрипкой:
    — Таки здравствуйте, очень рад вас видеть, меня зовут Исаак Моисеевич Рамштайн.

    — А откуда такое амбре? У вас курочка издохла?
    — Нет, это Софочка пердивается..

    — Вы знаете, Хаим, доктору удалось вылечить меня от склероза. Он просто волшебник, Хаим! Я вам его очень рекомендую.
    — Спасибо, Абрам, но как зовут вашего доктора?
    — Как зовут?.. Хм, как зовут… Э-э… Как называется цветок, красный цветок с шипами?
    — Роза.
    — Да-да, вот именно, Роза!.. Роза, золотце, — обращается Абрам к своей супруге, — а как зовут моего доктора?

    — Хаим, на днях я прочитал в газете, что вы получили немалую долю от бизнеса вашего тестя.
    — В газете опечатка.
    — Правда?
    — Да. Получил не долю, а дулю.

    Маленький Изя приходит домой из школы домой и говорит маме:
    — Мама, у нас в школе ставят спектакль, и я получил в нeм роль!
    — Замечательно, сынок! И кого же ты будешь играть?
    — Еврейского мужа!
    — Сынок, иди назад в школу и потребуй, чтобы тебе дали роль со словами!

    — Исаак Ааронович, а вот как быть, если дорогой человек совсем вас не любит?
    — Думаю, нужно его продать, пока дорогой.

    Приходит еврей к раввину и жалуется, что жена беременеет каждый год. Ребе предлагает заглянуть в Талмуд, где таки всё сказано на все случаи жизни, и вычитывает там, что надо отрезать еврею одно яичко. Сказано – сделано!
    Проходит время и история повторяется – жена вновь беременна. Талмуд советует отрезать и второе. Сказано – сделано!
    Когда несчастный еврей приходит в третий раз, а отрезать больше нечего, то ребе вычитывает в Талмуде: "Если еврею, у которого беременеет жена отрезаны уже оба яичка, а жена опять на сносях, значит, яички отрезаны не у того еврея!".

    — Абрам, почему ты не даришь мне цветы?
    — Сара, я подарил тебе весь мир! Иди нюхай цветы на улицу!..

    К Папе Римскому заходит секретарь и говорит:
    — Ваше Преосвященство! В приёмной сидит старый еврей, ну очень старый и сидит уже 2 недели... не уходит, просит аудиенции.
    — Ну, пусть зайдёт.
    Заходит очень старый, прям таки допотопный еврей.
    Папа:
    — Чем могу Вам помочь?
    Старый еврей достаёт из лапсердака картину «Тайная вечеря» показывает Папе и спрашивает:
    — Это Ваши люди?
    Папа гордо отвечает:
    — Наши! А почему Вы спрашиваете?
    Старый еврей:
    — Они за стол не рассчитались...

    Прилетел турист в Иерусалим и захотел посмотреть на Стену Плача, но забыл, как она называется.
    Поймал такси и говорит:
    — Отвези меня туда, где вы плачете, кричите и бьётесь головой о стену.
    Тот подвёз его к зданию налоговой полиции.

    Поезд пересекает российско-украинскую границу. По вагону идёт таможенник незалежной и громко объявляет:
    — Валюта, иконы, наркотики, оружие!..
    С верхней полки еврей отвечает:
    — Таки ничего не надо, два стакана чая и пожалуй всё.

    Приходит Софа домой и наблюдает, как Абрам аккуратно отдирает обои со стен.
    Софа (радостно):
    — Абрам, ты решил сделать ремонт?
    — Нет, переезжаю!

    Семья Рабиновичей принимает гостей.
    Сара кричит из кухни:
    — Абрам, я могу нести курицу?
    — Подожди, Сара. Гости ещё едят хлеб.
    Через некоторое время Абрам кричит:
    — Сара, неси курицу, гости хлеб уже съели.
    Сара вносит курицу, ставит её на стол, и та начинает клевать крошки.

    — Абрам, когда вы мне отдадите занятые 100 долларов?
    — Изя, извините, но я очень сильно болею, сейчас отдать не могу.
    — Абрам, тогда если что, то будем считать, что это я вам скинулся на похороны.

    — Скажите, ребе, у миня протёрлись сланцы насквозь, один ободок остался...
    — И что? Ви хотите спросить надо ли их викинуть?
    — Да ви что! Как викинуть? Я хотел спросить за цену, какую мине поставить для продажи!

    — Абрам, твоя любимая жена, меня очень сильно оскорбила!
    — Мама, что такое? Её даже в городе нет.
    — Абрам, в городе её нет, но она прислала тебе письмо, а в самом низу там написано – «Сара Моисеевна, когда уже начитаетесь, не забудьте отдать это письмо Абраму».

    В магазин заходит маленький Изя и протягивает банку продавцу.
    — Мне три литра мёда.
    Тот наливает полную банку.
    — А папа завтра придёт и заплатит. — Продолжает Изя.
    — Ну, уж нет, — продавец тут же забирает у него банку и выливает обратно мёд.
    Изя выходит на улицу и говорит заглядывая в банку:
    — Хм.. А дядя Шмулик был прав, тут как раз хватит на два бутерброда.

    — Абрам, признавайся, ты мине хоть раз изменял за всё время нашей совместной жизни?
    — Да, Сара, это было один раз, когда ты болела.
    — Абрам, а когда это я так болела, шо аж лежать не могла?!

    У англичанина есть жена и любовница, англичанин любит жену.
    У американца есть жена и любовница, американец любит любовницу.
    У француза есть жена и любовница, француз любит и жену, и любовницу.
    У русского есть жена и любовница, русский любит водку.
    У еврея есть жена и любовница, а еврей любит маму…

    — Абрам, я сейчас дала маху.
    — Роза, не говори глупостев. Маха же уехал в Бердичев.
    — Та нет, у меня на привозе помыли кошелёк.
    — Роза, лучше бы ты дала Маху.

    В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
    Первым взял слово проректор-патриот:
    — Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
    Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
    — Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
    Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
    — Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
    Тут вмешался проректор-сионист:
    — Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
    В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
    — Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
    Совет возмутился хором:
    — Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
    Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
    — Тех, кто лучше играет на скрипке.

    Еврей застраховал дачу, полис получил, смотрит недоверчиво на агента:
    — И что, ви таки хотите сказать, что я получу столько денег, если сгорит моя дача?
    — Да, но только если вы её не сами подожжёте.
    — Я таки знал, что тут какой-то подвох.

    Пожилой еврей купил лотерейный билет. Вечером вся семья собирается за столом и начинает мечтать:
    — Вот выиграем легковой автомобиль!.. В выходные поедем за город. Кругом птички поют, цветы растут…
    — Возьмём с собой бабушку, дедушку и Хаима с собой возьмём…
    — Как Хаима?! Он же не отдал сто рублей за мясо!
    — Хаим, выйди из машины!

    В одной еврейской семье родился первенец. Надо регистрировать. Но возникла проблема.
    Пошли к раввину.
    Так, мол, и так:
    — Рави, нам его регистрировать днём раньше или днём позже?
    — Што? А зачем вам это? Регистрируйте, когда родился!
    — А разве так можно??

    Российский еврей ведет с сыном воспитательную работу.
    — Сынок, ты уже взрослый, тебе уже восемнадцать.
    — Да, папа...
    — А ты знаешь, сынок, что есть такая профессия, Родину защищать?
    — Знаю, папа...
    — Так запомни, сынок – ЭТО НЕ НАША ПРОФЕССИЯ!

    — Алло. Здравствуйте, это отдел кадров?
    — Да, это отдел кадров.
    — Скажите, а вы сейчас евреев берёте на работу?
    — Да, берём.
    — Скажите, а где вы их сейчас берёте?

    — Абрам Самуилович, а шо такое "скользкая дорожка"?
    — Изя, Скользкая дорожка – это, когда сначала ты оправдываешь доверие, потом – надежды, а там уже втянулся и, таки, оправдываешь опасения...

    Мадам Шниперсон на приёме у врача:
    — Доктор, год назад я развелась с мужем и вот, прибавила в весе 15 килограмм...
    — Сара Соломоновна, Вы меня, конечно, извините, но, может, хватит уже праздновать?

Загрузка материалов...