😄 Анекдот — Любовь к евреям
Анекдоты:
Просмотры 175   Комментарии 0

Любовь к евреям

— Вы любите евреев?
— Нет, не люблю!
— Вы антисемит?
— Ну почему сразу антисемит? Я люблю евреек!

Теги Дата 27.02.2025  еврей, Еврейки, евреи, антисемит, Антисемитизм, нелюбовь, не люблю
Комментарии к анекдоту:
Лучший комментарий
27.02.2025 00:00 #
Тот самый момент, когда ктож их не любит-то! =)
Код:
Похожие материалы:

    Старый еврей на базаре покупает яйца по гривеннику за десяток, варит их и продаёт по копейке за штуку.
    — Слушайте, так где же ваша прибыль?
    — Ну, во-первых, я знаю, кто с кем, когда, где и почему. Во-вторых, мне остается бульон от яиц, ну и самое главное, что я при деле!

    — Здравствуй, мальчик, а твой папа дома?
    — Таки, мне нужно знать, кто вы?
    — В каком смысле?
    — Если вы из налоговой – папа пошёл собирать бутылки, чтоб нас прокормить; если вы Семён Маркович, которому он должен деньги – его два дня, как похоронили; если вы Хаим Семёнович, который должен ему – то он, таки, дома.

    Одесса. На кухне в квартире Циперовичей:
    — Мама, я женюсь!
    — На ком, Фимочка?
    — На Лилит!
    — Она же не еврейка! Какой позор! Только через мой труп!
    — Мама, её папа владелец металлургического комбината!
    Отец из комнаты:
    — Абрам, женись! От позора мы уедем в Штаты, а с похоронами я договорюсь!

    Поймал еврей золотую рыбку.
    Рыбка молвит человеческим голосом:
    — Выпусти меня, исполню три твоих желания!
    Еврей:
    — Хочу виллу на берегу океана, пять миллионов баксов на счету в банке, красавицу блондинку. Это значит раз,....

    Поутру встречаются два друга.
    — Абрам, – говорит Хаим, — сегодня у меня была ужасная ночь! Пpямо-таки кошмаp! Софи Лоpен, Клаудиа Шиффеp, Деми Муp, Памела Андеpсон и моя жена Сара боролись за то, шобы отдаться мне!
    — И это ты называешь кошмаром?
    — Да, потому что победила-таки моя Сара!

    — Абрам, твоя любимая жена, меня очень сильно оскорбила!
    — Мама, что такое? Её даже в городе нет.
    — Абрам, в городе её нет, но она прислала тебе письмо, а в самом низу там написано – «Сара Моисеевна, когда уже начитаетесь, не забудьте отдать это письмо Абраму».

    Хоронят известного еврейского олигарха. Гроб стоит. Собрались все друзья, родственники и близкие. Подходит к покойному Гусинский, достаёт портмоне, извлекает 200$ и кладёт в гроб. За Гусинским к гробу подходит Потанин, тоже достаёт портмоне и отсчитывает 200$. Подходит Березовский. Достаёт чековую книжку, выписывает чек на 600$, кладёт в гроб и забирает 400$ наличными.

    — Почему среди евреек такое отношение к проституции?
    — Таки представь! У тебя есть нечто, что ты можешь продать за реальные деньги.
    — И что дальше? Суть в чем?
    — Суть в том, что после продажи у тебя опять есть это нечто!

    У Хаима умерла жена. Одесса. Многочисленные родственники, соседи, знакомые, зеваки. Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать. В конце концов, на чердаке толпа родственников, возглавляемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей.
    Влезший на чердак первым дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
    — Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
    В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где-то даже прострации отвечает:
    — У меня такое горе, у меня умерла жена, я не соображаю, что я делаю.

    Приходит уже пожившая на этом свете еврейка к гинекологу, открывает дверь кабинета, а там молоденький гинеколог. Она внимательно смотрит на него и спрашивает:
    — Молодой человек, а ваша мама знает, чем вы тут занимаетесь?!

    Перед репатриацией из Израиля в СССР еврей договаривается с оставшимися братьями, что если в СССР хорошо, то он напишет письмо обычными чернилами, а если плохо — зелёными. Через некоторое время приходит от него письмо, написанное обычными чернилами: «Всё отлично, получил квартиру, работаю, всё в изобилии. Если и есть недостатки, то мелкие. Так, например, очень трудно достать зелёные чернила».

    Абрам, прогуливаясь по Ватикану, обратил своё внимание на огромную очередь у одной из церквей. Поинтересовавшись за чем это стоят, он выяснил, что верующие стоят за местами в раю.
    Отстояв очередь, он тоже зашёл и потребовал продать ему Ад за 10 тысяч евро, причём — целиком.
    Естественно, поначалу ему отказывали, но, подняв большой шум, он добился того, что Папа Римский лично отдал команду продать Абраму то, что он просит.
    Получив на руки индульгенцию с подписью и личной печатью Папы о том, что весь Ад целиком продан ему, Абрам обратился к людям, стоящим в очереди:
    — Всё! Стоять вам больше не за чем! Я выкупил весь Ад, теперь вам уже и попасть кроме рая некуда! Можете расходиться...
    Продажи мест в рай сразу же перестали пользоваться спросом. Обеспокоенный Папа Римский, поняв свою ошибку, обратился к Абраму с просьбой продать ему Ад обратно.
    Абрам подумал и начал торг с 10 миллионов.

    — Ребе у меня куры дохнут. Посоветуйте, что делать?
    — А чем кормишь?
    — Хлебом.
    — Так, с сегодняшнего дня корми пшеном!
    Через три дня приходит снова:
    — Ребе, снова куры дохнут!
    — Так, пшеном не корми – корми овсом!
    Через неделю ребе сам приходит к еврею:
    — Ну что Изя, дохнут куры!
    — Не дохнут – все передохли...
    — Жаль, у меня ещё столько вариантов было...

    Попали русский, еврей и украинец на один из заброшенных островов, местное племя взяло их в плен и говорит:
    — Мы отпустим того, кто согласится выполнить одно из трёх условий: отдаст все свои деньги, которые имеются у него на данный момент в наличии, съест пуд соли, либо же его отымеет всё наше племя. Того же, кто не согласится ни на какие условия, мы съедим.
    Русский, не долго думая, достаёт свой тоненький и потрёпанный кошелёк, после чего передаёт его вождю со словами:
    — Забирайте мой кошелёк, там всё равно никогда особо денег и не водилось. Племя его отпустило.
    Еврей долго терзался в мучительных сомнениях:
    — Таки кушать соль не совсем полезно для моего больного желудка, ещё и камни в почках появиться могут, а я собираюсь лететь к себе в Израиль где будут лечить мой желудок. Уважаемые, если вы думаете о моих деньгах, то таки они нужны моей мамочке на лечение, вы даже не представляете какую она готовит вкусную мацу, а ещё я детишкам своим хотел привезти из Израиля много сладостей и игрушек, мне же нужны будут деньги, таки денег не дам. Имейте лучше меня всем племенем.
    Еврея отымели всем племенем и тоже отпустили на свободу.
    Тут украинец начал себя в грудь бить:
    — Та я ж силь зьим!
    Съел пол мешка и говорит:
    — Не дуже вона и смачна, нехай мэнэ отымети!
    Прошло через украинца пол племени, тот вскакивает и кричит:
    — Та нате мои гроши, тильки видебитесь от мэнэ!

    Умирает старый еврей и на смертном одре спрашивает:
    — Сарочка, а ты тору мне положила?
    — Да Абрамчик, положила.
    — А Библию?
    — Да Абрамчик, рядом положила!
    — А Коран, Коран Сара, ты мне положила?
    — А Коран-то тебе, Абрамчик, зачем???
    — На всякий случай Сара, на всякий случай...

    — Штирлиц, вы польский еврей? – спросил Мюллер.
    — Нет! Я русский, – с достоинством ответил Штирлиц.
    — А я немецкий, – усмехнулся Мюллер.

    Учительница предложила, чтобы завтра каждый из учеников пришёл в своей национальной одежде.
    Русскому Васе мама достала из кладовки дедов картуз и стала ушивать косоворотку.
    Украинке Оксане нашли бабушкину вышиванку.
    Кавказцу Вазгену дали папаху, а на пояс повесили кинжал.
    А когда еврейский мальчик Хаим сказал родителям за национальную одежду, то папа крикнул маме:
    — Сара, нет, ты слыхала? Сопляк дублёнку просит!

    — Хаимчик, дорогой, кажется, ты скоро будешь папой!
    — Софочка, уточни, пожалуйста – «кажется, будешь» или «кажется, ты»?!

    — Натан, шо вы делаете на работе?
    — А на работе я таки только устаю за такие деньги.

    Пришёл мужик в церковь к попу на исповедь и говорит:
    — В страшном грехе должен признаться я батюшка, во время войны прятал у себя в подвале семью евреев.
    Поп, выслушав его:
    — Какой же это грех? Ты людей от верной смерти спас. Это благое дело а не грех. Иди отсюда.
    Мужик в ответ:
    — Так ведь я его не даром прятал, а брал по золотому червонцу каждую неделю.
    Поп:
    — Ну тебе же нужно было его кормить, поить, так что всё равно благое дело. Иди не доставай меня.
    Мужик повернулся уходить и уже у двери обернулся и спросил попа:
    — А может сказать ему что война уже закончилась?

    Однажды Мойше довелось побывать в одном небольшом городке, куда его отправили по работе, в командировку. И вот приезжает он, прогуливается по местным улочкам, оценивает, так сказать, обстановку.
    После плотного ужина в местном кабаке выходит на улицу, закуривает папироску, да и приходит ему в голову великолепная мысль: «А не заглянуть ли мне к девчатам в бордель?».
    Долго бродит он по закоулкам, но никак не может найти искомое место. А спросить у местных страх как стесняется. Наконец не выдерживает, останавливает случайного прохожего и спрашивает у него:
    — Скажите, милейший, а где тут раввин проживает?
    — Карастоянова, 16.
    — Да ви что?! Раввин — и живёт прямо напротив борделя?!
    — Нет-нет, вы что-то напутали! Бордель же только через пять домов, дальше по улице!

    — Абрам! Ваша дочка уже вышла замуж?
    — Таки нет!
    — И шо так?
    — Ой, она слишком умная, шоб выйти замуж за того идиота, шо согласится на ней жениться!

    Одесса, «Привоз», рыбный ряд. Продавщица:
    — Бички!!! Бички!!!
    Один из покупателей:
    — Правильно — «бычки».
    — Правильно — Neogobius fluviatilis, малохольный, а бычки докуривал ваш папа в песочнице, когда я уже тут бички торговала.

    — Мама, а человек может выжить без зубов?
    — Сёма, человек сможет, а вот твой папа – нет!
    — А почему папа не сможет?
    — Потому, что твой папа – зубной врач...

    Заходит еврей в публичный дом и говорит:
    — Здравствуйте! А Софа из Кишинёва сегодня работает?
    — Здравствуйте, да, конечно с вас 200 долларов.
    Еврей оплатил, сделал свои дела, на следующий день приходит и говорит:
    — Здравствуйте! Я таки снова к Софочке из Кишинёва!
    Ситуация повторяется, еврей отдал 200 долларов, переспав с ней второй раз.
    На третий день еврей снова заходит в тот же публичный дом и говорит:
    — Таки здравствуйте, мне как обычно!
    Ему отвечают:
    — Конечно, проходите, но позвольте задать нескромный вопрос, неужели вы влюбились в нашу Софу?
    Еврей посмеялся и говорит:
    — Что вы, нет конечно! Просто тётя Фира из Одессы попросила передать дочке 600 долларов!

    — Софочка, вчера из вашей комнаты доносились странные звуки...
    — Так это звучал Шопен!
    — Странно, звучал Шопен, а вышел, таки, Изя...

    Ротшильд говорит своему врачу:
    — Знаете, господин Штерн, я решил вам не платить гонорар, вместо этого я вписал вас в своё завещание. Вы довольны?
    — Конечно, господин барон! Только, будьте любезны, верните рецепт, я должен туда внести небольшие исправления.

    В еврейском доме мальчик играет на скрипке, а пудель ему подвывает в такт.
    Наконец отец не выдерживает и говорит:
    — Изя, прекрати это сейчас же! Ты можешь играть то, шо пудель не знает?

    — Запомните, Хаим, в бизнесе главное – опыт. Если встречаются человек с деньгами и человек с опытом, то человек с опытом уходит с деньгами, а человек, у которого были деньги, уходит с опытом.

    Сонечка Кац после удачного новогоднего корпоратива звонит мужу Хаиму:
    — Хаимчик! Дорогой! Я таки никак не могу добраться до дому... Приедь за мной... Забери!
    — Хорошо, а тебя откуда забрать?
    — Я на первом этаже, слева от лифта...

    Собираются выпить грузин, русский и еврей. Договариваются, кто что принесёт.
    Грузин говорит:
    — Я мясо принесу, шашлык пожарим.
    Русский:
    — Ну, я возьму тогда водки.
    Еврей:
    — А я брата приведу, он столько анекдотов знает!

    У старого бедного еврея ничего не было кроме двух гусей.
    Захотелось ему как–то гусятинки, пошёл к раввину посоветоваться, какого гуся пустить в расход.
    — Белого, – говорит раввин.
    — Серый заскучает.
    — Тогда серого!
    — Белый заскучает, – говорит старик.
    — Обоих!
    — Тогда я заскучаю.
    Видит раввин – положение безвыходное. И решил, пользуясь случаем подсунуть свинью, т.е. гусей этих, конкурирующей фирме.
    — Там через дорогу поп живёт, иди к нему, он поможет.
    Пришёл к попу.
    — Белого руби, – сказал поп.
    — Серый заскучает, – привычно заныл еврей.
    — Да и хрен с ним! – сказал поп...

    Поспорили как-то раз три еврея, кто из них круче:
    — Я пересёк океан верхом на акуле!
    — Подумаешь! Я вот прыгал из стратосферы без парашюта!
    Но победил третий, сказав, что хранит сбережения в рублях.

    — Ада Соломоновна, а шо Вы скажете за мужчин?
    — Мужчины, Хаечка, как мыши… Отдельно смотришь — трогательный зверёк, а как дома заведётся — сразу хочется отравить!
    — Ада, ну, шо тебе было не промолчать? Слово ж – не воробей…
    — Изя! Если я не дам этому воробью вылететь, он будет летать у меня в голове, гадить и клевать мой мозг!

    Встречаются два еврея.
    Один у другого спрашивает:
    — Как дела?
    — Нормально.
    — Как жена, дети?
    — Все хорошо.
    — Как работа?
    — Да ничего, процветаем понемногу.
    — Слушай, можешь одолжить 1 000$?
    — Может поцелуешь меня в плечо?
    — А почему в спину?
    — Но ты ведь тоже издалека начал.

    Одесский дворик.
    — Мой Хаим может пробежать 100 метров за восемь секунд.
    — Враки! Мировой рекорд в беге на стометровку девять секунд.
    — Ну, так и шо?! Хаимчик знает короткий путь!

    — Боже мой, кого я вижу! Абрам Самуилович
    — Меня зовут Самуил Аркадьевич.
    — Вы мне будете рассказывать, как вас зовут?! Я вашего папу с детства знал! Он был таким красивым, кудрявым!
    — Ничего подобного. Мой папа был маленький и лысый.
    — Ай, идите к чёрту, вы не все знаете за своего папу!

    Умер старый богатый еврей. Вся семья собралась у нотариуса, чтобы узнать завещание.
    Нотариус читает:
    — Я, Лахман Исаак Давидович, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, все деньги потратил перед смертью.

    70-е годы. Рабиновича вызывают в КГБ.
    — Товарищ Рабинович, мы знаем, что у вас есть брат в Израиле.
    — Да, есть, но я с ним не поддерживаю никаких отношений...
    — А вот нам как раз нужно, чтобы вы с ним установили отношения. Вот вам бумага, ручка, садитесь вот здесь и пишите брату письмо.
    Рабинович садится и пишет: «Дорогой брат, наконец-то я нашёл место и время написать тебе письмо».

    — Софа, я таки не пойму, почему Изя всё время спрашивает, как у меня на личном фронте?
    — Та шо тут непонятного? На передовую хочет...

    Сидят в приёмной роддома немец, еврей, пакистанец и ждут когда им детей вынесут.
    Выходит медсестра, и со всеми возможными извинениями объясняет что их детей перепутали, соответственно просит помочь разобраться.
    Заходит Пакистанец:
    — Я своего узнаю, он самый волосатенький.
    Через минуту возвращается, не смог определить.
    Заходит Еврей:
    — Я своего узнаю, он самый смышлёненький.
    Через минуту возвращается, не смог узнать.
    Заходит Немец, тут же возвращается и сообщает двум другим где чьи дети.
    Те с удивление:
    — Как тебе это удалось?
    Немец:
    — Да я просто зашёл, сказал – «Зиг хаиль», мой сразу руку поднял, еврей обосрался, а пакистанец за ним убрал.

    — Почему в Израиле нельзя заниматься ceксом на газоне?
    — Потому что прохожие замучают советами.

    Пришёл еврей сдавать анализ мочи, платный. Врачей удивил размер бутылки, но анализ они сделали.
    — У вас ничего ненормального не найдено, — сообщили они на другой день. Еврей бросился к телефону:
    — Это ты, Хаим? Передай Зяме, и Софе, и маме, Самуилу Яковлевичу и всем нашим соседям, что все мы абсолютно здоровы!

    Пообещал дедушка Мойша купить внуку шоколадку. Приходит домой.
    Внук:
    - Деда, ты купил шоколадку?
    Мойша:
    - Нет, внучек, сегодня некогда было.
    На другой день приходит.
    Внук:
    - Деда, ты купил шоколадку?
    Мойша:
    - Нет, внучек, магазин был закрыт.
    На следующий день приходит.
    Внук:
    - Деда, ты купил шоколадку?
    Мойша:
    - Не было шоколада. Только сосательные леденцы.
    Внук:
    - Так хотя бы чупа-чупс купил бы.
    Мойша:
    - Запомни, внучек, пока дедушка Мойша жив, ты будешь кушать только шоколад.

    Пожилой Абрам Самуилович уже столько отложил себе на чёрный день, что таки ждал его с большим нетерпением...

    В море близ Одессы раздаются крики: «Help me! Help me!». Мимо идёт пожилая еврейская пара. Женщина говорит своему супругу:
    — Моня, ты только посмотри! Когда вся Одесса училась плавать, этот идиот учил английский.

    — Изя, не обижай Додика, нельзя называть его «недоделанным». Скажи просто: «Тебе ещё работать и работать над собой!».

    — Ребе, тут в Торе пропуск!
    — Не говори чепуху!
    — Посмотрите сами, тут написано: не пожелай жены ближнего своего. А почему нигде нет: не пожелай мужа ближней своей?
    — Ну-уу... Пускай она даже пожелает – ему-то всё равно нельзя!

    Разговаривают русский батюшка, арабский мулла и еврейский раввин о том, как они делят милостыню: Что себе, что Богу.
    Батюшка:
    — Я рисую вокруг себя круг и подбрасываю монеты вверх: что упало в круг — то богу, что вне круга — то мне.
    Мулла:
    — Я тоже рисую круг и тоже подбрасываю монеты: что в круг упало — то мне, что вне круга — то Богу.
    Раввин:
    — Ой, а я таки просто подбрасываю монеты вверх — что Бог успел поймать — то ему, что не успел — то мне.

    В купе едет католический диакон и весьма себе обычный еврей.
    Еврей начинает разговор:
    — Скажите, судя по одежде ви имеете отношение к церкви, скорей всего католической?
    — Да, я диакон.
    — Очень интересно, а потом кем будете? Какие перспективы?
    — Ну, со временем стану Священником.
    — Священником это хорошо, а потом? Какие дальше перспективы?
    — Перспективы... Со временем может быть стану Епископом.
    — Епископ это очень хорошо! А потом?
    — Если повезёт, то может быть и Кардиналом.
    — Кардинал это замечательно! А потом?
    — Так-то среди кардиналов тоже есть три ступени, но после Кардинала только Папа Римский.
    — Поразительно, даже я бы сказал восхитительно. А потом? Какие дальше перспективы?
    — Ну что вы заладили: потом, перспективы?.. Не может же церковник сам стать Богом!
    — А наш мальчик таки выбился...

Загрузка материалов...