Без евреев

— Спасибо вам большое, доктор. Вот вам пятьсот рублей за приём.
— Вообще-то, мой приём стоит тысячу рублей.
— Неужели? А мне сказали восемьсот…

- Скажите, пожалуйста, а здесь проживает Рабинович?
- Нет здесь не проживает! Он здесь мучается!

Недавно прилетел отдохнуть, в отпуск, в Индию. И прогуливаясь по столичным улицам Нью-Дели, я вдруг оказался свидетелем небольшой потасовки двух молодых индийских парней. Во время их "махача", я то и дело, ждал того момента, когда же уже наконец заиграет музыка и начнутся песни и танцы, в лучших традициях индийского кино.

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — вы, случайно, не еврей?
— Ну, да! Мать русская, отец русский, а я почему-то еврей, — обиделся Штирлиц и подумал: «Не сболтнул ли я чего лишнего?».

«Час от часу не легче!» — печально вздохнула Сара Абрамовна и сошла с весов.

Разговаривают два еврея:
— Ты слышал, Абрам помер, как поц!
— Это как?
— Стоял, стоял и упал.

Хаим набирает на телефон жене - Софе.
- Софа, меня забрали сотрудники полиции, тут надо дать объяснения. Ты не волнуйся, ничего страшного, просто формальность. Говорят, что отпустят только к утру.
Софа звонит Изе:
- Изя, приходи ко мне в гости, Хаима до утра не будет!
Утром Софа выходит на балкон и видит: в окне дома напротив, её муж - Хаим, стоит в одних семейниках на балконе и потягивается.
- Ты что там делаешь, Хаим!?
- Не видишь, мы тут с Изей в шахматы играем. Изя, тебе шах!
Софа оборачивается:
- Изя, Изя, вставай, там тебе Хаим шах поставил!

Встретились два еврея, один и говорит:
— Ой, Марк Соломонович, я таки слышал шо вы собираетесь на концерт великого оперного певца? Таки я умоляю вас, не тратьте ваши деньги на него! Поёт плохо, в ноты не попадает, голос гнусавый.
— Но постойте, Хаим Яковлевич, разве вы интересуетесь оперой и таки были на концерте?
— Ой, вэй, упаси Господь от этого ужаса. Мне таки сосед рассказал, Абрам Моисеевич, он же и напел.

Двое мужчин сидят в зале оперы.
Один другому говорит:
— Вам нравится, как поёт моя жена?
— Простите, что? Я не слышу вас.
— Я говорю, вам нравится, как поёт моя жена?!
— Извините, ничего не слышно – эта идиотка визжит, как резаная свинья!

Беседуют две одесситки:
— Ходить он начал рано. В четыре он читал. В пять декламировал Пушкина, Пастернака и Бродского. А в шесть уже вовсю играл на скрипочке.
— Надо же, какой у вас способный ребёнок!
— При чём тут ребёнок? Это я про соседа Абрама Самуиловича рассказываю, как он нам в выходные по утрам спать не давал!

Штирлиц медленно шёл по улице. Видит, по другой стороне идёт черноглазый мальчик в кисе.
– Вырастет, будет евреем, – грустно подумал Штирлиц.

— Абрам, какой все-таки грех, что у нашей Сонечки ребёнок родился до свадьбы...
— Так что здесь такого? Откуда он мог знать, когда будет свадьба?

В тель-авивском аэропорту "Бен-Гурион" висит большое объявление: «Не думай, что ты самый умный. Здесь все — евреи».

— В наш молодой музыкальный коллектив требуется немой вокалист, безрукий гитарист и ударник без головы.
— Ты ударника с басистом перепутал.
— Шутки про басиста – басистый расизм.
— Чёт я шутку совсем не понял, объясните если можно, я просто сам басист и мне интересно.
— Ты не поймёшь, басисты ничего не понимают.

— Абрам, вы слышали последнюю новость: правительство таки начало жестокую борьбу с коррупцией!
— Ой, Хаим, я Вас умоляю! Судя по результатам — это просто тренировка. Максимум — дружеский спарринг.

Пожилая пара, Изя и Соня. Обоим уже за 80. Соня, встав с утра пораньше, рассматривает себя в зеркале.
— Сонечка, покажи мне свою пышную грудь, — попросил Изя, подойдя к ней сзади.
— Таки на, смотри! — ответила она, перекинув груди через плечи.

Абрам в регистратуре поликлиники:
— Здравствуйте, можно таки записаться к урологу?
— На полшестого?
— Таки нет, просто высыпания.

— Семён Яковлевич, я слышал, вы недавно попробовали "Виагру". Ну, и как, это понравилось вашей Софе?
— Думаю, скорее всего нет — Софа в этот день, как раз ночевала у своей мамы...

Буквально пару минут назад, я заметила, что открыла у себя самую настоящую "суперспособность". Я могу без ошибки включить в ручную песню с того же момента где она остановилась. То есть я могу переключить музыку, а потом включить мелодию обратно и перемотать с первого раза на тот момент, где она прервалась...
Могу ошибаться, но по моему, это слишком великая сила для одного человека...

В очереди:
— Мужчина, что вы тулитесь вперёд меня? Вас здесь не стояло.

— Сарочка, ты у меня целый месяц выпрашивала туфли, как у Розы Моисеевны. Я тебе купил. И таки почему ты их не носишь?
— Потому шо у Розы Моисеевны точно такие же!

Хаим с Софой едут в автобусе. К ним подходит кондуктор. Хаим у него спрашивает:
— Скажите, а депутаты платят за проезд?
— Нет, что вы, — отвечает кондуктор и удаляется.
Софа спрашивает:
— Хаимчик, с каких это пор ты депутатом заделался?
— Я? Нет конечно.. А что, уже и спросить нельзя?

— Как можно заставить гитариста перестать играть?
— Просто поставьте перед ним ноты.

— Соня, я брошу весь этот мир, к твоим прекрасным ногам!
— Абрам, не психуй! Успокойся и положи глобус на место!

— Абрам, эта рыба уже две недели в холодильнике, я её выкину!
— Не надо, завтра Рабиновичи придут — поставишь на стол!

— Изя, зачем ты каждый год покупаешь новую зимнюю резину? Ну какие зимы у нас в Одессе!?
— Софа, после того, как у нас случайно родился Хаимчик, я к резине стал относиться особенно требовательно...

Зал для выступлений, дорогие билеты, аншлаг.
По середине сцены стоит стул.
Выходит мужик на сцену, встаёт на стул, снимает штаны.
Раз, два, три, четыре, пять, начинаю телепать...

Стандартный двор в Одессе.
Детишки спокойно играют во дворе. Из окна высовывается довольно-таки полная мама-еврейка и кричит на весь двор:
— Абраша, Абраша, иди домой супчик кушать! Иди скорее, а то остынет!
Через две минуты приходит злой десятилетний Абрам и с порога говорит матери:
— Мама, мама, что вы говорите, какой супчик? Шо во дворе подумают, шо мы босяки? В следующий раз вместо супа кричите — чёрная икра.
На следующий день та же мама кричит:
— Абрамчик, Абрамчик, иди чёрную икру есть! Иди быстрее, а то остынет!

Репер умер от передоза.
Мир: Ты был один такой, талант, таких больше нет.
Снова репер умер от передоза.
Мир: Ты был один такой, талант, таких больше нет.
Снова репер умер от передоза.
Мир: Ты был один такой, талант, таких больше нет.

Когда Изя узнал, что Роза продала букет цветов, накануне подаренный им, то сразу понял — это его женщина!

— Вчера был в гостях у Рабиновичей, у них новый серебренный сервиз.
— Покажи!

— Семён, за что ты получил пятнадцать суток ареста?
— Кидал хлеб лебедям.
— И что тут противозаконного?
— Дело было в Большом театре на «Лебедином озере».

Большая еврейская семья готовится ужинать. Маленький Изя в ужасе подбегает к маме:
— Мама, мамочка! Я только что проглотил муху!
Мама поворачивается к младшей дочери:
— Софочка, убери одну тарелку, Изенька уже покушал.

— Абрам, кем ты работаешь?
— Я не работаю.
— А что ты делаешь?
— Ничего.
— Да.. Ну и занятие...
— Зато, какая конкуренция!

Приехал Изя из Житомира в Одессу, в дом отдыха. Познакомился с дамочкой. В первый день погладил ей ручку, во второй — локоточек… Через неделю осмелел и, подарив букетик, чмокнул в щёчку.
— Ну ты даёшь, старик, — возмутилась дамочка. — Ухаживать такими темпами? Мы что же сюда на полгода приехали?

— Софа, я люблю Вас! И готов отдать Вам усё, шо у меня есть: сердце, разум, душу!
— Изя, а шо, денег таки нет совсем?

- Да какой ты мужчина Хаим, ты даже гвоздь в стену вбить не можешь!
- А по твоему, Софа, у мачо вся стена в гвоздях?

— Софочка, шо ви меня всё за дурака держите?!
— Ой, тю! Да я к вашему дураку даже и не притрагивалась!

Суббота. Изя приходит в синагогу:
— Ребе, я хочу исповедаться...
Раввин сходу:
— Вот иди ты, Изя, куда подальше со своей исповедью! Уже вся Одесса знает, шо ты был во Франции и как ты там ел некошерных устриц и драл темнокожих шлюх. Ты сюда не исповедоваться пришёл, а хвастаться! Если тебе нужны свободные уши, иди себе на Привоз и там рассказывай истории!
— Шо вы мене позорите, ребе, вообще-то я хотел поговорить за пожертвования...
— А..., – оживляется раввин, — и шо ж ты сразу не сказал! О какой сумме идёт речь?
— Видите ли, в последний день во Франции я был на дегустации 30-летнего коньяка и так напился, что пожертвовал все свои деньги францисканскому монастырю. Так что, в ближайшие месяцы я ничем не смогу помочь нашей синагоге...

— Знаете, Изя, в молодости я была такой дурой, что аж стыдно вспоминать...
— Не переживайте, Сара... Вы и сейчас довольно молодо выглядите!

— Скажите, пожалуйста, здесь живёт Рабинович?
— Нет! Он здесь мучается!

— Фира Семёновна, а что такое любовь?
— Ой, Сарочка, всё очень просто… Любовь — это когда закрываешь глаза на все его недостатки. Затем открываешь — а уже трое детей.

15-летний амишский мальчик и его отец впервые в своей жизни оказались в торговом центре. Они были сильно поражены почти всем, что только видели, но особенно двумя блестящими, серебряными стенами, которые могли раздвинуться, а затем снова сдвинуться вместе.
Мальчик спросил:
— Что это, отец?
Отец (никогда ранее не видевший лифта) ответил:
— Сынок, я никогда не видел ничего подобного в своей жизни, я не знаю, что это такое.
Пока мальчик и его отец с изумлением наблюдали за происходящим, толстая пожилая дама в инвалидном кресле подъехала к движущимся стенам и нажала кнопку.
Стены раздвинулись, и леди вкатилась между ними в маленькую комнату. Стены сомкнулись, и мальчик с отцом начали наблюдать за тем, как постепенно загораются маленькие цифры на табло. Они продолжали смотреть, пока счёт не дошёл до последнего номера, а потом цифры начали отсчёт в обратном порядке.
Наконец стены снова открылись, и оттуда вышла великолепная 24-летняя блондинка. Отец, не сводя глаз с молодой девушки, тихо сказал сыну:
— Быстро иди за своей матерью.

— Эй, Хаим, ну как прошла встреча Нового года?
— Хорошо. Есть, что вспомнить. А у тебя?
— Тоже хорошо. Есть, что лучше и не вспоминать.

Разговаривают два еврея:
— Абрам, я що-то никак не пойму, мы с тобой в одно время начали бизнес, в одно время открыли заводы по производству водки, в одно время выпустили водку со своей фамилией в качестве названия на этикетке. Таки твою водку берут очень неплохо, а моя стоит на полках и пылится. В чем секрет?
— А у тебя как фамилия?
— Кацман.
— Ну вот таки видишь, у меня-то фамилия — Флагман!

Уставший Абрам приходит с работы домой и тут же садится в кресло.
Сара его спрашивает.
— Абрам, ты мине зарплату собираешься отдавать?
— Ой, Сарочка, не сегодня. Сегодня у меня болит голова!

— Сонечка, где вы умудрились так колготки порвать?
— За самолёт зацепилась.
— Вы меня пугаете! В Одессе так низко летают самолеты?
— Тю! Самолёт на погонах!

- Здравствуй, мальчик. Папа твой дома?
- Для того, что бы дать Вам ответ, мне необходимо знать кто вы такой и какова цель вашего визита.
- Ого, смышлёный какой малый. А просто ответить на вопрос нельзя?
- Как бы вам сказать... Дело в том, что если вы пришли из налоговой, то отец, буквально полчаса назад, отправился на местную свалку - собирать пустые бутылки и алюминиевые банки из под пива, что бы затем сдать их в пункт приёма стеклотары и на вырученные деньги купить нам еды. Если же вы - Абрам Моисеевич, которому папа задолжал крупную сумму денег, то он не так давно скончался и неделю назад его похоронили. Если же вы Яков Израилевич, который пришёл вернуть отцу денежный долг, то он таки дома и с радостью готов принять Вас в гостиной комнате...

Сара пришла домой раньше обычного и устраивает скандал мужу...
— Абрам, шо за голая баба у нас в ванной?!
— Какая таки баба?! Это же русалка... Я её сегодня на рыбалке поймал...
— Ну, и где у неё тогда хвост?
— Опа! Действительно! То-то я смотрю шо-то с ней не так...

Одесса. Разговор по телефону:
— Здравствуйте, Хаим! Вы где?
— Вам географически или экономически?

Как любил говорить старый портной Лейб Ефимович: «Вам быстро или шоб рукава одинаковые?».

Две толстые еврейки влезают в битком набитый автобус, одна — на переднюю площадку, вторая — на заднюю:
— Софа, — кричит одна, — у тебя есть на чем сидеть?
— Есть!
— А чего же ты стоишь?
— Таки места нету!

Удивительный всё же народ - евреи. Они гордятся тем, что Иисус был евреем, но в то же время отрицают его существование...

Одесса. Объявление. «Женатый, красивый, умный и спортивный мужчина хочет пережениться!».

Сара давно поняла, что извиниться перед гостями за то, что не убрано, во много раз легче, чем сделать уборку.

Пожилой Абрам на приёме у сексопатолога по поводу недомоганий в области мужского здоровья.
Доктор:
— А когда вы в последний раз занимались любовью?
— О, сынок, давно, уж и не помню... Сейчас наберу жене, спрошу... Сонечка, это я. Тут доктор спрашивает, когда мы с тобой в последний раз любовью занимались?
— Ой, а кто это?..

Кладбище. Идут два еврея – прогуливаются. Остановились у могилы Абрама Шниперсона.
— Смотри, Изя, как тут замечательно, тихо, спокойно, какая природа: птички поют, зелень цветёт и пахнет... Так бы всю жизнь и провёл тут, а потом лёг бы, прямо здесь, рядом с Абрамом Шниперсоном... Изя, а тебе бы хотелось так?
— Уж лучше рядом с мадам Драхенблют.
— Но ведь она же жива!
— Тем более.

Услышав, что где-то коллекторы изнасиловали должницу микрофинансовой организации, опытная Софа Абрамовна положила в сумочку свой паспорт и поехала до ближайшего отделения данной кредитной организации.

— Абрам, послушайте, как по вашему, почему террористы производят взрывы домов, самолётов, метро, автобусов? Почему они не взрывают неугодных им президентов, политиков, министров?
— Понимаете, Хаим, террористический акт должен вызывать у простых смертных страх и ужас, а не чувство глубокого удовлетворения.

Старшина:
— Почему солдату нельзя идти с горящей сигаретой через строевой плац?
Новобранец Рабинович:
— Ой, как вы правы, товарищ старшина! И в самом деле таки — почему нельзя?

Семён спрашивает у своей бабушки:
— Меня Софа на день рождения пригласила. Что ей таки подарить: один большой подарок или много маленьких?
— Наверное, много маленьких.
— Так и быть. Подарю ей стакан семечек...

Один еврей интересуется у другого:
— Говорят, вы за глаза называете меня жидомасоном?
— Ну, что вы. И в мыслях не было. Ну, какой же вы масон...

Парикмахерская в Одессе. Заходит пожилой еврей.
- Милочка, подстригите таки мене ногти, пожалуйста!
- Дедушка, у нас парикмахерская! Мы подстригаем только волосы.
- Хорошо. Тогда подстригите мене волосы, а я туда пальцы подсуну.

В армии солдаты роют окопы:
— Абрам! Зачем же вы так глубоко копаете окоп? Вы же не увидите неприятеля!
— А вы думаете — мне так интересно на него смотреть?

— Изя, на твоей Софе новый шарф?
— Шарф? Странная фамилия.

Американский генерал, британский генерал и израильский генерал вышли в море. Они спорят о том, чьи солдаты самые храбрые.
Американский генерал говорит:
— Мои солдаты самые храбрые. Вы только взгляните на это.
Он подзывает одного из своих солдат, связывает ему руки, взваливает ему на спину тяжелый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах. Солдат послушно прыгает в воду, дважды проплывает и возвращается.
Все три генерала, стоя аплодируют храброму американскому солдату.
Британский генерал говорит:
— О, мои солдаты ещё храбрее. Смотрите сюда.
Он подзывает одного из солдат, связывает ему руки и ноги, взваливает ему на спину тяжёлый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах. Солдат послушно прыгает в воду, дважды проплывает и возвращается.
Все три генерала, стоя аплодируют храброму английскому солдату.
Израильский генерал говорит:
— Мои солдаты ещё храбрее. Смотрите сами.
Он подзывает к себе одного из солдат, связывает ему руки и ноги, взваливает ему на спину тяжёлый груз и приказывает дважды обогнуть корабль в кишащих акулами водах.
Солдат отвечает:
— Ни за что! Вы же связали мне руки и ноги, навалили на меня тяжёлый груз, и теперь хотите, чтобы я плавал в водах, кишащих акулами? Я же там умру!
Затем генерал поворачивается к американскому и британскому генералам и говорит:
— Ни один солдат не осмелится так разговаривать со своим генералом. Мои самые храбрые!

— Фирочка, а что вы делаете в субботу вечером?
— Абрам, позвоните мне в воскресенье — я расскажу.

— Сара, шо бы ты хотела от жизни?
— Ой, таки, совсем немного – домик на берегу у океана с видом на настоящего мужчину.

СССР. Одесса. Рабинович удивительно похож на Ленина. Вызывают его в органы и предлагают как-то изменить свою внешность, а то неудобно получается.
Рабинович, хитро прищурившись: — Ну, допустим, батенька мой, богоденку я сбгею. А идейки куда девать пгикажете?

— Кто такие евреи-коневоды?
— Это бизнесмены, которые водят Собчак по ресторанам.

Еврейская премия - это когда в пятницу к тебе подходит начальник и говорит, что тебе премию выписали. Ты радуешься. Идешь в бухгалтерию, где тебе говорят, что иди, мол, к главному бухгалтеру. Ты идешь к глав. бухгалтеру, на что он делает большие глаза и отправляет к зам. начальника. Уже ни на что не надеясь, идешь куда послали, где тебе говорят, что денег нет, но вы держитесь (в кассе ноль рублей и столько же копеек, будут в следующем месяце, тогда и выдадим). По факту - начальник гордый, что премирует сотрудников. Сотрудники - мотивированы, что по факту убойной работы выдают премии. А ты.. идёшь домой и делишься ситуацией с родными, которые над тобой ржут...

— Дядя Сёма, — говорит маленький Абрам, — большое спасибо за ту трубу, что вы подарили мне на день рождения. Это такой дорогой подарок!
— Да, ерунда! Что там дорогого? 60 рублей.
— Но зато мама и папа каждый вечер дают мне сотню, чтобы я не дудел.

Вернулся грузин в свою родную деревню из Москвы. Собралась вся деревня и просят его рассказать о своей поездке:
— Гоги, расскажи нам, родной, что ты там в городе видел?
— Э-э-э Москва, слушай, хороший город. Кремль видэль, Лэнин видель, балэт видель…
– Гоги расскажи нам, что такое балэт?
– Э-э-э, балэт. Это такой большой дом с колоннами. Заходишь – там всэ раздеваюцца. В зал проходишь – а там представление.
– А какое, дарагой?
– Ну сначала вибижяль на сцену один мужик и три бабы. Мужик к адной падбежал, ей ногу паднял, панюхал – нэ его. К другой падбежяль, панюхал – нэ его. К трэтей падбежял, панюхал – его! Взвалил её на плэчо, туда пабежял – нэгдэ еб..ть, сюда пабежял – нэгдэ еб..ть. Стал мужик с нэй пасрэди сцены и плачет… А всэ со своих мэст подорвались и кричат: “Э бис, Э бис!”
А где эбис, если негдэ!?

— Слушай, Хаим, а у Абрамовой-то Софочки таки болезнь Паркинсона!
— Да как же это так! Ведь она всё с Цукерманом да с Цукерманом.

Одесса.
Пассажир такси, обращается к таксисту:
— До Дерибасовской не подвезёте?
Таксист:
— Я с вас смеюся. На Дерибасовскую не ездят, на Дерибасовскую гуляют.

В экспрессе Лион—Марсель в купе сидят три пассажира. Входит Шмулик Ципперман и сразу же предлагает:
— Господа, давайте разделим путь до Марселя на четыре части. Каждый из нас на четверть пути получит в своё распоряжение целую скамью, чтобы поспать. Вы не против, если я буду спать первым, до Дижона?
Господа не против, и Шмулик ложится. В Дижоне он просыпается, берёт с полки свой чемодан и собирается выходить. Оставшиеся три пассажира возмущены:
— Почему вы нам не сказали, что едете до Дижона?
— Господа, а вы меня и не спрашивали!

– Абрам, ты пойдёшь на пуринский карнавал?
– Таки конечно.
– А ты уже решил кем нарядишься?
– Я буду сыром.
– Это как?
– Шо тут трудного? Я сяду в углу помещения, прикроюсь газеткой, после чего начну вонять.

Сосед-скрипач на порядок хуже соседа-наркомана.
У наркомана хотя бы иногда музыка нормальная играет.
А скрипач — будто утконоса целый день насилует.

— Абрам Семёнович, разрешите поинтересоваться, а шо, конкретно вы, предпринимаете для сохранения чистоты нашего чёрного моря?
— Для сохранения чистоты нашего чёрного моря, мы с моей женой Фирой туда ничего не "предпринимаем".

— Так, здесь уберём, а здесь, пожалуй, немного оставим. Головушка будет просто загляденье! Можно хоть на переговоры, хоть на тусовку, хоть на свидание — везде не стыдно будет показаться.
— Ребе, а можно сделать обрезание без лишнего пафоса?