Штирлиц и гусеница

Штирлиц вошёл в комнату, из окна дуло. Штирлиц закрыл окно, дуло исчезло.

— Так вот где собака зарыта! – обрадовался Штирлиц, раскопав яму.

Апрель 45-го, советские войска обложили Берлин. В Рейхсканцелярии паника. По коридору, срываясь на всех, идёт злой затравленный Гитлер. Навстречу выходит довольный вальяжный Штирлиц:
— Хайль Гитлер!
— Ну Максимыч, ты то хоть не подкалывай!

Командир демонстрирует солдатам новый супер современный танк.
- Вот, товарищи бойцы, это новый секретный танк. Петренко!
- Я!
- Подними танк.
Петренко тужится, пыжится, поднять не удаётся.
- Не поднять. Товарищ командир!
- Иванов, помоги Петренко.
Пытаются вдвоем хотя бы приподнять, но ничего у них не выходит.
- Не поднять.
- Петров, помогай.
Пытаются изо всех сил поднять втроем. Не выходит...
- Никак не поднять, товарищ командир!
- А хрен ли вы хотели? Сорок шесть тонн...

Заряженному танку в дуло не смотрят.

— Штирлиц, Вы купили для рейх канцелярии рейх канцелярские принадлежности?
— Да, штандартен фюрер, я купил штандартен циркуль!

Штирлиц бежал по лесу скачками… Выбежав на поляну Штирлиц прибавил ходу… качки отстали...

Штирлиц опустил руку в карман, нащупал там что-то твёрдое:
— Это конец, – подумал Штирлиц, — А где же тогда пистолет?

Штирлиц вышел из леса и увидел людей, сидящих у костра. «Кастраты» – подумал Штирлиц.

Штирлиц пошёл по грибы. Справа поискал – нет их. Слева поискал – нет их. Прямо поискал – нет их! «Не сезон», – подумал разведчик и сел в сугроб.

Во время секретного совещания в бункер Гитлера с шашкой наголо ворвался Штирлиц и закричал:
— Порублю, гады!
Гады скинулись по рублю. Штирлиц собрал деньги и ушёл.

Обожая Машу, Дубровский сдерживал себя в руках.

Другом Обломова был Штирлиц.

Раскольников распечатал письмо, но не на принтере.
Принтера у него не было.

Лев Толстой жил в деревне, поэтому у него был гигантский склад ума.

Штирлиц собирался впопыхах. Через 15 минут в деревню «Попыхи» ворвались немцы.

Штирлиц пришёл на встречу со связным в бар и заказал сто граммов водки.
— Водка у нас кончилась еще два дня назад, – извинился бармен.
— Ну, тогда сто грамм коньячку.
— Коньячок у нас кончился вчера, – ответил бармен.
— Ну а пиво-то есть? – спросил Штирлиц.
— Увы, закончилось сегодня утром, – сказал бармен.
«Значит, связной уже здесь», – сообразил Штирлиц.

Штирлиц услышал «Мур». Потом ещё раз. И ещё.
«Замуровали», – догадался Штирлиц.

Штирлиц семянил по улице.
Прохожие брезгливо отворачивались.

Штирлиц шёл по летнему лесу. Солнышко, зелёная травка, голубые ели. Приглядевшись он обратил своё внимание на то, что голубые не только ели, но и пили.

Штирлица тошнило спозаранку. От рожи румынской разведчицы Позаранку в гестапо тошнило всех в занавеску. Румынский разведчик Занавеску ненавидел свою фамилию!

«Разрешите вас перебить», – обратился Штирлиц к группе беседовавших гитлеровских офицеров.
Выхватил автомат и перебил всех одной очередью.

Штирлиц дрался с огоньком. Огонек дрался как мог, а Мог был профессиональным боксером.

— Штирлиц, вы какое пиво предпочитаете? — Поинтересовался бармен.
— Неразбавленное... — По старой советской привычке ответил Штирлиц.
Немецкому бармену так и не удалось выяснить о каком сорте пива идёт речь...

Штирлиц шёл по улице и услышал позади шаги.
«Это, наверное, Мюллер» – подумал Штрилиц.
«Да, это я» – подумал Мюллер.

Мюллер прочитал в газете объявление: «Поп-группе срочно требуется пианистка». «Пастор Шлаг совсем обнаглел», – подумал он.

Штирлиц склонился над картой СССР: никогда раньше его так сильно не рвало на родину.

Берлин, конец войны. Штирлиц надел все свои ордена и медали, и вышел на улицу. Мимо на мотоцикле проехали эсэсовцы.
«Байкеры». – подумал Штирлиц.
«Металлист». – подумали эсэсовцы.

Что-то выделяло Штирлица среди остальных жителей Берлина. То ли это был мужественный профиль, то ли волевая осанка, то ли волочившийся за ним купол парашюта.

Штирлиц стрелял холостыми. На следующее утро он решил стрелять женатыми.

Штирлиц ночью тайно пересёк швейцарскую границу.
Об этом он узнал из утренних газет.

— Штирлиц, какого цвета у меня трусы, – спросил Мюллер.
— Красные в белый горшек, – ответил Штирлиц.
— Вот тут-то вы и попались, – засмеялся Мюллер, — об этом знала только русская пианистка.
— Застегните ширинку, шеф, иначе об этом будет знать всё «третье управление».

— Штирлиц, что Вам подарить на день рождения? – поинтересовался Мюллер.
— Орден Красной Звезды!
— Вы вконец обнаглели, Исаев!

Штирлиц пробудился ото сна и рукой отодвинул занавеску. Занавеску была румынской шпионкой.

Мюллер — Шелленбергу:
— Штирлиц — советский разведчик. Будем его разоблачать. Ты встань за дверью, когда он войдёт бей его поленом по голове. Если русский, будет матом ругаться.
Штирлиц входит, Шелленберг бьёт его поленом.
Штирлиц:
— Да ёб твою мать, через три п#зды колено!
Мюллер:
— Ни х#я себе!
Шелленберг:
— Товарищи, вы что, совсем ох#ели!? Фашисты же кругом!

Штирлиц заложил ногу за ногу. На следующее утро Ногу Заногу взяли.

Штирлиц проснулся в холодном поту с криком: «Раскрыли! Меня раскрыли!». Потом посмотрел на одеяло, натянутое до подбородка, пробормотал: «Померещилось», — и снова уснул.

Двигаясь по длинным коридорам рейхсканцелярии, Штирлиц любил напевать песню "Широка страна моя родная".
Немцы терпели это, но только до 1943 года.

Гулял Штирлиц по осеннему лесу и вдруг наткнулся на сук.
— Шли бы вы домой, девочки, поздно уже.

Мюллер вызывает Штирлица и говорит:
— Завтра коммунистический субботник, явка обязательна.
Штирлиц отвечает:
— Есть!
После чего спохватывается, что провалился, садится за стол и под удивлённым взглядом Мюллера пишет: «Я, штандартенфюрер фон Штирлиц, на самом деле советский разведчик...»
Мюллер отбирает у него листок, звонит Шелленбергу и возмущённо кричит в трубку:
— Полюбуйтесь, Вальтер, что ваши люди сочиняют, лишь бы на субботник не ходить!

Мюллера выселили из квартиры.
«Он больше не жилец», – подумал Штирлиц.

Штирлиц сидел на отшибе. Отшиб сильно болел — волкодавы Мюллера прекрасно знали свою работу!

Штирлиц вышел из кабака, и вдруг кто-то сильно ударил его в затылок. Штирлиц обернулся и увидел, что это был асфальт.

В дверь постучали 3,14 раза.
«Pi zdes’…» — подумал Штирлиц.

Штирлиц решил посетить цирк. Во время представления слон направился прямо на него. «Случайность», – подумал Штирлиц. «Месть за анекдоты», – подумал слон.

— В чём разница между тобой и гусеницей?
— С тобой ничего не случится.

Штирлиц приготовился к бою, а пришла гёрл...

Штирлиц подошёл к сейфу и ударил по дверце рукой. Сейф не открылся. Штирлиц бахнул ногой. Никакого эффекта. Штирлиц разбежался и со всех сил шарахнул в сейф головой. Сейф стоял как крепость. «Закрыт что ли?» – подумал Штирлиц.

Штирлиц встал спозаранку.
Румынская разведчица отвернулась к стенке и заснула.

«Петля» – подумал Штирлиц.
В дверь постучали.
«Временная» – догадался Штирлиц.

Штирлиц шёл по лесу и напоролся на сук. Суки с диким визгом разбежались. Дикий Визг бежал впереди всех.

«А не пойти ли мне на работу?» — подумал я. И не пошёл.

Шёл как-то Штирлиц по улице, вдруг сзади услышал: «ДЗы–ы–ы–ынь»!
— Не трамвай, объедет! – подумал Штирлиц.
Но это был трамвай.

Штирлиц встретил группу людей в фуфайках и на лыжах. «Фуфлыжники» – понял Штирлиц.

Правду лучше всего говорить из танка.

Штирлиц погладил кошку. Кошка сдохла.
«Странно», – подумал Штирлиц и поплевал на утюг.

Задал себе вопрос: «Надо ли идти к психиатру?» Мнения разделились.

Штирлиц спросил Кэт:
— Вы любите фильмы про любовь?
— Бесспорно! – ответила Кэт.
— А я с порно, – признался Штирлиц.

— Группенфюрер, как насчёт того, чтобы сделать прививку новой русской вакциной "Спутник"?
— Вы совсем ох*ели, Штилиц! Может вы мне сразу "Новичок" предложите?!

Штирлиц стрелял вслепую. Слепая ловко уворачивалась.

Мюллер выглянул в окно. По улице шёл Штирлиц, ведя на поводке крохотную, зелёную с оранжевыми полосками, шестиногую собачонку. «Странно, – подумал Мюллер, — этого анекдота я ещё не знаю...»

Штирлиц шёл по лесу, вдруг из кустов послышалось шипение. Штирлиц выпустил в кусты обойму. Профессор Плейшнер так и не научился свистеть.

Штирлиц сидел в кафе «Элефант» и помешивал кофе вилкой. Он знал, что невероятно рискует, но ему очень хотелось хоть пять минут ощутить себя на Родине.

Штирлиц знал, что он проснётся ровно через десять минут. Это была профессиональная привычка: узнавать время по часам и заводить будильник его научили в разведшколе.

Гиммлер вызывает своего сотрудника:
— Назовите двузначное число.
— 34.
— А почему не 43?
— Потому что 34!
Гиммлер пишет в характеристике «характер нордический» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 17.
— А почему не 71?
— Можно, конечно, и 71, но лучше 17.
Гиммлер пишет в характеристике «характер близок к нордическому» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 88.
— А почему не... А, это вы, Штирлиц.

Купив пастору Шлагу на его 43-й ботинки 38-го, Штирлиц, глядя как неловко тот ковыляет по снежному склону, подумал: «Бедный старик. Он так никогда не научится ходить на лыжах...»

Штирлиц вытащил из сейфа записку Мюллера. Мюллер визжал и сопротивлялся, как только мог.

Штирлиц получил письмо из рейхсканцелярии: «Товарищ Штирлиц, если вы опять будете резать на секретных документах колбасу или селёдку, мы запретим вам воровать из сейфа».

Штирлиц сидел в задумчивости. В задумчивости сильно пахло хлоркой.

На стене явочной квартиры Штирлиц увидел надпись: «Явка провалена».
«Явка провалена», – догадался Штирлиц. — Вчера здесь было написано просто: «Явка».

Штирлиц брёл в тумане к станции, с трудом разбирая дорогу. На утро Мюллеру доложили, что дорога разобрана на протяжении двух километров.

— Сколько будет дважды два? – спросил Мюллер, не отрывая красных глаз от недосыпания...
Штирлиц знал сколько будет дважды два, но он не знал, знает ли об этом Мюллер.

— Ты знаешь, я могу контролировать себя как Штирлиц.
— Как это?
— Вот сегодня, проснулся в 6 часов утра, а в 6:30 опять заснул.

Штирлиц вытащил из сейфа записку Мюллера.
Мюллер жалобно визжал и отбивался ногами.

Штирлиц настоял на своём. Настойка получилась горькая и невкусная.

Штирлиц ловил рыбу. Румынский авантюрист Рыбу пытался шантажировать Штирлица.

Штирлиц и радистка Кэт прогуливались в парке. Вдруг раздался выстрел и радистка Кэт упала, истекая кровью. Штирлиц насторожился.

Штирлиц шёл по улицам Берлина и ничто не выдавало в нем русского разведчика: ни рация за спиной, ни волочащийся сзади парашют, ни болтающийся у бедра ППШ.

Мюллер выглянул из окна и увидел Штирлица.
"Куда это он идёт?", – подумал Мюллер.
"Не твоё собачье дело!", – подумал Штирлиц.