Штирлиц и обувь для пастора Шлага

Штирлиц встал с позаранку.
— Наконец-то, – устало вздохнула румынская разведчица.

Штирлиц оглянулся, хвоста не было. «Оторвался», — подумал Штирлиц.

Штирлиц сел в такси и широко расставил ноги. «Трогай!» – сказал он таксисту. Таксист потрогал. Штирлицу понравилось.

— «Ой, какая славная белочка!» – умилился Штирлиц, протянув руки к симпатичному зверьку.
— «Не местный», – понял скунс и захихикал...

Штирлиц варил раков. Раки покраснели.
— Наши, – подумал Штирлиц.

— Штирлиц, – устало сказал Мюллер. — Вы отвертелись, когда мы обнаружили ваши пальчики на чемодане русской пианистки. Вы отвертелись, когда мы нашли их на трубке телефона правительственной связи. Но сейчас вам не отвертеться: почему ваше удостоверение пахнет русской водкой?!
— Видите ли, Мюллер, – не менее устало отвечал Штирлиц, — когда Шелленберг ставил печать на моё удостоверение, он сперва на неё подышал.

Штирлиц подошёл к окну. Из окна дуло, Штирлиц закрыл окно. Дуло исчезло.

В кафе "Elefant" вошёл Штирлиц.
— Это Штирлиц, сейчас будет драка, – сказал один из посетителей.
Штирлиц выпил чашечку кофе и вышел.
— Нет, – возразил второй посетитель, — это не Штирлиц.
— Нет, Штирлиц! – закричал первый.
И драка началась.

Штирлиц вошёл в свой кабинет, вывернул пробки, задёрнул шторы, сел в кресло, расслабился и быстро, по-мужски овладел собой.

Штирлиц знал, что он проснётся ровно через десять минут. Это была профессиональная привычка: узнавать время по часам и заводить будильник его научили в разведшколе.

— Почему у тебя сапоги разные?
— Потому что продавцы в магазинах считают, что если они выставят один сапог, то его не украдут.

Штирлиц встретил врага свинцом. Винцо врагу понравилось.

Гулял Штирлиц по осеннему лесу и вдруг наткнулся на сук.
— Шли бы вы домой, девочки, поздно уже.

Штирлиц, искупавшись в речке, вышел из неё и лёг на Гальку, Светка обиделась и ушла.

Долго ходил, выбирал зимнюю обувь. Чтобы была натуральная кожа и мех. Качественные. Ну и цена соответствующе не дешёвая.
Всё равно ноги промокают и леденеют - уже на второй сезон.
На работе выдали дешёвые ботинки из какого-то искусственного кожзаменителя и непонятной серой шерсти внутри - скоро пойдёт уже третий сезон, как ничего не промокает, и зимой тепло.

Штирлиц выбил ногой дверь и на цыпочках подкрался к читавшему газету Мюллеру.

Мюллер — Шелленбергу:
— Штирлиц — советский разведчик. Будем его разоблачать. Ты встань за дверью, когда он войдёт бей его поленом по голове. Если русский, будет матом ругаться.
Штирлиц входит, Шелленберг бьёт его поленом.
Штирлиц:
— Да ёб твою мать, через три п#зды колено!
Мюллер:
— Ни х#я себе!
Шелленберг:
— Товарищи, вы что, совсем ох#ели!? Фашисты же кругом!

Штирлиц шёл по улице. Несмотря на праздничный день, улица была пуста. «Похоже, «Семнадцать мгновений весны» показывают», – подумал Штирлиц.

У секретного сейфа Мюллер обнаружил Штирлица. «Что вы тут делаете?» – поинтересовался Мюллер. «Трамвай жду», – ответил Штирлиц. Через полчаса Мюллер вернулся и не обнаружив ни Штирлица, ни сейфа. «Видимо, дождался» – подумал Мюллер.

Штирлиц впопыхах застрелил Мюллера. На следующее утро в Попыхи приехал взвод карателей.

Совещание у Гитлера. Вбегает Штирлиц, фотографирует документы на столе и убегает.
— Кто это? – спрашивает Гитлер.
— Это Штирлиц, русский шпион. – отвечает Мюллер.
— Почему не арестуете?
— Да у него всегда железное алиби.

Мюллер Штирлицу:
— Мы в 1941-м не взяли Москву, потому что стояли морозы 40 градусов. Сейчас жара 40 градусов. А им все нипочём!
— Видите ли, Мюллер, – отвечает Штирлиц. — Всё, что 40 градусов, русскому хорошо.

Гиммлер вызывает своего сотрудника:
— Назовите двузначное число.
— 34.
— А почему не 43?
— Потому что 34!
Гиммлер пишет в характеристике «характер нордический» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 17.
— А почему не 71?
— Можно, конечно, и 71, но лучше 17.
Гиммлер пишет в характеристике «характер близок к нордическому» и вызывает следующего.
— Назовите двузначное число.
— 88.
— А почему не... А, это вы, Штирлиц.

Штирлиц стрелял холостыми. На следующее утро он решил стрелять женатыми.

К концу войны положение Германии было столь плачевно, что даже в рейхсканцелярии приходилось стоять в очереди для того, чтобы купить колбасы. Однако Штирлиц, вопреки всем нормам поведения, всегда брал без очереди. Гестаповцы очень возмущались этим. Они ещё не знали, что Герои Советского Союза обслуживаются вне очереди.

Работа на удалёнке — это когда целыми днями сидишь в социальных сетях не в туфлях, а в домашних тапочках.

Мюллер шёл по лесу и услышал стук.
«Дятел» – подумал Мюллер.
«Сам ты дятел» – подумал Штирлиц, сворачивая радиостанцию.

Штирлиц уже три месяца слал в Центр одну и ту же шифровку:
4207 1801 2275 XXXX
6872 4589 5533 XXXX
3473 5600 1956 XXXX
Но напрасно: ни на одну из этих банковских карт так и не поступило ни копейки зарплаты.

Штирлиц встал спозаранку и одёрнул занавеску. Позаранку и Занавеску были румынскими разведчицами.

Штирлиц подошёл к главной площади Берлина. И чтобы не привлекать внимания, решил пересечь ее по-пластунски.

Сегодня в лесу Штирлиц увидел инопланетян. Сначала он долго крутился в палатке, сон всё не шел... Потом появились инопланетяне.
«Заснул», – подумал Штирлиц.

Штирлиц всегда спал как убитый. Его даже пару раз обводили мелом.

В дверь никто не стучал. «Отец» – подумал Штирлиц и начал плакать.

На улице Штирлица остановил патруль.
– Позвольте ваши документы, – протянул было руку плешивый капрал.
– Да пошёл ты!..
Штирлицу было некогда. Капрал открыл русско–немецкий разговорник.
– Ах, вот оно что! – протянул капрал, с тихой завистью глядя вслед уходящему работнику государственной безопасности.

Штирлиц пошел в лес за грибами и не вернулся. Заблудившись, он так и не смог вспомнить, как по-немецки крикнуть «Ау!».

Штирлиц шёл по городу в поисках явки, но попадались лишь "Прима" и "Родопи".

Штирлиц крепко спал. Но он подозревал, что спустя 20 минут проснётся – точно к открытию биржи. Это была привычка, выработанная годами.

Штирлиц не спал сутками. Утки тоже не спали со Штирлицем.

Штирлиц не любил массовых расстрелов, но отказываться было как-то неудобно...

Осень. Глубинка. Грязи по колено. Мерзкий, противный, мелкий осенний дождик. По грязи топает грязный, весь заросший, в рваной телогрейке мужик. Топает он в одном сапоге. И блаженно улыбается. Ему навстречу идёт другой мужик и глядя на него, восклицает:
— Мужик, ты откуда свалился такой? Погляди вокруг — осень, холод, грязь, дождь этот мерзкий моросит... Погляди на себя — грязный, небритый, ватник весь драный, сапог где-то потерял...
Мужик с блаженной интонацией:
— Да не потерял — нашёл!

Штирлиц стоял у окна. За окном шёл снег и рота красноармейцев.

Штирлиц встретил группу людей в фуфайках и на лыжах. «Фуфлыжники» – понял Штирлиц.

И только тридцать восемь утюгов на подоконнике показали Штирлицу, что явка провалена.

«Разрешите вас перебить», – обратился Штирлиц к группе беседовавших гитлеровских офицеров.
Выхватил автомат и перебил всех одной очередью.

Штирлиц стрелял вслепую. Слепая упала как подкошенная. Подкошенную Штирлиц застрелил на прошлой неделе.

Штирлиц шёл по улице и внезапно поднял глаза. Это были глаза Плейшнера.

Штирлиц заходит в кабинет к Мюллеру и видит, что тот уже приготовил петлю.
— О нет, мой штандартенфюрер, вы не можете покончить жизнь самоубийством! Ваша жизнь нужна Рейхстагу!
— Перестаньте паясничать, Исаев!..

Из кабинета Штирлица послышался пронзительный свист.
— Накипело, – подумал Борман.
— Вот же чайник! – подумал Штирлиц.

Штирлиц подошёл к окну и увидел напротив своего дома замызганную «Ладу-Калину» с московскими номерами.
— Новую радистку наконец прислали, – догадался Штирлиц.

– Вот рожа довольная, улыбается во весь рост, – думал Борман, глядя на Штирлица. – Щас как долбану по морде!
– А я увернусь, – подумал Штирлиц, продолжая улыбаться.
– А я тебе тогда коленкой припечатаю, – злостно подумал Борман.
– А я блок поставлю, – подумал в ответ Штирлиц.
– А... – только подумал Борман.
– Б... – незамедлительно подумал Штирлиц.
– Ну и подготовка у них в Москве, – уважительно подумал Борман.
– А ты думал! – подумал Штирлиц.

В дверь кто-то вежливо постучал ногой.
— Безруков! – догадался Штирлиц.

Штирлиц увидел Мюллера с луже крови с топором в спине.
«Отравился, бедняга», – подумал Штирлиц.

Тот приятный и непередаваемый момент, когда ты девушка и идёшь по городу в простых кедах, а на тебя с завистью и злобой смотрят гламурненькие молодые модницы, которые с трудноскрываемым чувством дискомфорта на лице, идут с крайне недовольным видом на высоких шпильках. А тебе норм...

Приводи друзей чаще. И Чаща скажет спасибо.

Мюллер выглянул в окно. По улице шёл Штирлиц, ведя на поводке крохотную, зелёную с оранжевыми полосками, шестиногую собачонку. «Странно, – подумал Мюллер, — этого анекдота я ещё не знаю...»

"Дышащие" кроссовки в дождь становятся ещё и пьющими.

Пох%й, подумал Штирлиц, и шагнул в лужу. Оказалось — по уши.

Штирлиц встал с позаранку. И взялся за занавески. Он не знал, что Спозаранку и Занавески — Польские шпионки.

Ехал как-то ночью Штирлиц на девятке, перевернулся и поехал на шестёрке.

Штирлиц проснулся около семи. «Прекрасная женщина!» – подумал Штирлиц, поглаживая Семи по пышной и упругой груди.

Штирлиц знал наверняка. Наверняк не знал Штирлица.

Штирлиц стоял на своем. Это была излюбленная пытка Мюллера.

— Штирлиц, вы еврей? – спросил Мюллер.
— Русский! – уточнил Штирлиц.
— А я немецкий! – подытожил Мюллер и заплакал.

Мюллер знал, что русские, размешав сахар в кофе или чае, оставляют ложечку в чашке, и решил проследить за Штирлицем в кафе. Штирлиц размешал сахар, вытащил ложку, положил её на блюдце и показал язык Мюллеру.

Штирлиц свалился в глубокую яму и чудом из неё вылез. «Чудес не бывает», – подумал Штирлиц и, на всякий случай, залез обратно.

Приходит как-то Гитлер на совещание, а поперёк комнаты стоит здоровенный железный ящик.
Гитлер говорит Мюллеру:
— Это что такое?
— А, это Штирлиц установил новейшее советское миниатюрное подслушивающее устройство.
— А чего же вы его не вытащите отсюда, если уж обнаружили?
— Мы бы, мой фюрер, с удовольствием! Только его никто поднять не может.

Просыпается Штирлиц с тяжелейшего бодуна и не понимает, где он и что с ним было. Думает: «Если сейчас со мной заговорят по-немецки – я в Берлине, если по-русски – я в Москве».
Заходит доктор с капельницей:
— Ну и нажрались же вы, товарищ Тихонов!

Мюллер – Штирлицу:
— Я обнаружил ваши отпечатки пальцев, на заднице русской радистки Кэт. Как вы это объясните?
— Мюллер, а как Вы их там обнаружили?

Штирлиц гладил котёнка. Котёнок впоследствии умер. Штирлиц удивленно выключил утюг.

Штирлиц заложил ногу за ногу. На утро японского разведчика Ногу повязали.