😄 Анекдот для взрослых — Седина в бороду, бес в ребро
Анекдоты для взрослых:
16+  Просмотры 357   Комментарии 0

Седина в бороду, бес в ребро

— Самуил Яковлевич, а какой термин вы, как врач, используете для синдрома: «Седина в бороду, а бес в ребро»?
— Я это называю: «предынфарктный кобелизм».

Теги Дата 14.10.2018  Загулял, евреи, кобель, Кобелизм, Пожилые мужчины, гулящие мужчины, Седина в бороду, Бес в ребро, Медицинский термин
Комментарии к анекдоту:
Лучший комментарий
14.10.2018 16:39 #
Тот самый момент, когда у пожилого мужчины внезапно открывается второе дыхание... на молодух. =)
BAI Chat
16.05.2023 17:59 #1
Извините, я не могу подтвердить, что такой термин использует Самуил Яковлевич как врач. "Седина в бороду, а бес в ребро" - это народное выражение, которое описывает сочетание возрастных изменений и стрессовых ситуаций, которые могут привести к серьезным заболеваниям, включая инфаркт. Однако, можно предположить, что в медицинской практике для описания подобных состояний используются термины, связанные с риском развития сердечно-сосудистых заболеваний.
Код:
Похожие материалы:

    — Хаим, мальчик мой, я слышал, ты женился?
    — Да, дядя Абрам, месяц назад.
    — И что, тебя всё ещё можно поздравить?

    После того, как в Госдуму внесли законопроект о праве работника выбрать банк для зарплаты, Марк Абрамович стал наводить справки об израильском банке «Апоалим».

    Абрам сидит на собеседовании. Работодатель, обращаясь к нему, спрашивает:
    — И так, кем вы работали?
    — Испытателем.
    — И что же вы испытывали?
    — Я испытывал крайнюю нужду!

    — Соня, я сейчас прилично зарабатываю, и могу взять на содержание ещё одну женщину... Что ты скажешь на это?
    — Чудненько, Хаим, я звоню маме... пусть поживёт у нас.

    В Одессе эпидемия холеры. В холерном бараке старый еврей подзывает доктора:
    — Ой, я таки умираю... Позовите, пожалуйста, священника...
    — Вы хотите сказать раввина?
    — Нет-нет... священника...
    Позвали ему священника из ближайшей церкви, еврей диктует завещание:
    — Так как жена моя умерла, а детей у нас нет, завещаю всё своё состояние синагоге – половину на нужды бедных, половину – на её собственные нужды.
    Свидетели расписались, священник ушёл. Доктора же разбирает любопытство.
    — Скажите, а всё-таки почему вы позвали священника? Почему не раввина?
    Больной смотрит на доктора удивлёнными глазами:
    — Доктор! Ну шо вы такое говорите?! Ребе – в холерный барак!

    Хоронят известного одесского врача. Люди подходят, бросают пригоршню земли. Вдруг всех расталкивает Кацман и устремляется к могиле.
    — Яша, вы шо, дикий? Станьте в очередь!
    — Ой, та я только спросить!

    У моей Софочки просто идеальный слух. На столько идеальный, что она чётко слышит, как на мою зарплатную банковскую карту приходят деньги.

    По случаю 80-летнего юбилея внуки подарили дедушке билеты в его родной город. Старик очень обрадовался, что увидит родной дом через много десятков лет. Приехал, смотрит: дом стоит, даже орнаменты на фасаде те же, только обветшали, то же дерево во дворе. Умилился дед, слезинку обронил и увидел на другой стороне улицы будку обувщика, памятную ему с юности.
    Перешёл дорогу и постучал в стекло будки:
    — Есть ли кто?
    Изнутри раздался старческий голос:
    — Есть, говорите.
    — Помню эту будку ещё пятьдесят лет назад! Даже однажды оставил там пару обуви, коричневые мокасины.
    Изнутри раздалось:
    — Да, верно, с красным кантом.
    — Точно!
    — И нужно было приклеить левую подошву.
    — Да!
    — В среду будут готовы.

    Сидят два еврея. Один говорит:
    — Изя, моей Софе секс нужен каждый день. А я уже не молод, я так больше не могу.
    — Абрам, я тебя много лет назад предупреждал: не женись на некрасивой женщине, тебе никто помогать не будет.

    У Абрама забеременела жена. Абрам долго воздерживался, что сказалось на его эмоциональном состоянии.
    Жена Абрама, видя его тяжёлое состояние и войдя в его положение, говорит:
    — Абрамчик, возьми сто шекелей и сходи в дом терпимости, отпускаю!
    Абрам взял деньги и вышел из квартиры. Смотрит — соседка на балконе стоит.
    Соседка спрашивает:
    — Куда путь держишь, Абрам?
    — Да вот, Софочка отпустила меня в бордель, нервы успокоить, и сто шекелей дала мне.
    — Абраша, я сама дам тебе за сто шекелей! Поднимайся ко мне!
    Абрам быстро поднимается к соседке, оплачивает ей 100 шекелей за любезно оказанную услугу, после чего возвращается домой – к жене.
    Сара:
    — Что-то больно быстро ты из борделя вернулся.
    Абрам:
    — Так, представляешь, выхожу я из подъезда, а там Роза на балконе стоит и спрашивает, куда это я иду. Ну я ей всё и рассказал. Она меня к себе позвала, ну и я ей сто шекелей отдал.
    Сара недовольно:
    — Ах какая негодница!!! Когда она была беременная, я её мужу за пятьдесят шекелей давала!!

    В еврейской семье. Мама кладёт кусок торта на тарелку маленькому Абраму.
    — Мама, я хочу два куска. — Возмущается Абрам.
    — Абрам, не делай маме нервы. Возьми нож и разрежь на пополам.

    — Фира Марковна, посмотрите какую ткань я купила моему Фимочке на галстук.
    — Ткань замечательная, но не многовато ли для галстука?
    — А из остатков я сошью себе платье.

    Как любит повторять мудрый Абрам Соломонович: Людям нужно доверять! Не деньги, конечно. И, таки, не секреты. А так, вообще...

    Приходят два еврея к раввину и просят рассудить их:
    — Ребе, скажи пожалуйста, чёрный это цвет?
    — Да, чёрный это цвет.
    — Ребе, а белый, белый тоже цвет?
    — Да, белый тоже цвет!
    Тут один из них поворачивается к другому и восклицает:
    — Моня, таки видишь, я тебе говорил что продал тебе ЦВЕТНОЙ телевизор!

    Евреи таки сделали своё дело. Давно уже советско-российское государство, благодаря им, отдыхает по субботам. Когда же мусульмане, наконец, подтянутся, и мы начнём отдыхать по пятницам?

    Встречаются раввин, католический и православный священники. На повестке дня у них вопрос, какую часть из пожертвований каждый из них забирает себе.
    Православный священник говорит:
    — Я черчу линию, встаю на неё и бросаю деньги. То что упало справа это для меня, а то что слева для Бога.
    Католический священник говорит:
    — Я черчу круг, бросаю деньги, то что падает в круг, то для меня, а остальное для Бога.
    Раввин говорит:
    — А я бросаю все деньги в небо, сколько Богу нужно пускай берёт, а остальное мне, Я НЕ ЖАДНЫЙ.

    — Абрам Яковлевич, а шо вы таки без маски, когда кругом коронавирус лютует?
    — И шо вы думаете, если я надену маску, то он таки меня не узнает?

    Пришёл мужик в церковь к попу на исповедь и говорит:
    — В страшном грехе должен признаться я батюшка, во время войны прятал у себя в подвале семью евреев.
    Поп, выслушав его:
    — Какой же это грех? Ты людей от верной смерти спас. Это благое дело а не грех. Иди отсюда.
    Мужик в ответ:
    — Так ведь я его не даром прятал, а брал по золотому червонцу каждую неделю.
    Поп:
    — Ну тебе же нужно было его кормить, поить, так что всё равно благое дело. Иди не доставай меня.
    Мужик повернулся уходить и уже у двери обернулся и спросил попа:
    — А может сказать ему что война уже закончилась?

    Евреям нельзя работать в Шабат, христианам по религиозным праздникам... некоторым в принципе нельзя работать...

    — Абрам, ты делаешь утреннюю зарядку по радио?
    — Только первое упражнение?
    — Это таки какое?
    — «Откройте форточку»!

    — Абрам, а какими вы видите перспективы США после победы Джо Байдена?
    — Таки судя по большей части его избирателей — весьма радужными...

    Старый еврей попал за решётку. Его вызывает начальник тюрьмы (человек на удивление доброжелательный) и спрашивает, чем бы он хотел заниматься: клеить пакеты, делать щётки или домашние тапочки.
    — Может быть, ви будете крайне удивлены — отвечает новичок, — но я хотел бы торговать всем этим.

    — Сонечка, вы прекрасны, как этот букет!
    — А может, я прекрасна, как то бриллиантовое колье?
    — Нет, как этот букет!

    — Фирочка, а шо все фрикадельки разных размеров?
    — Хаимчик, дорогой, твой лечащий врач настойчиво рекомендовал максимально разнообразить твоё питание!

    Мой дед пережил Холокост. Но не пережил Нюрнбергский процесс...

    Одесский дворик.
    — Мой Хаим может пробежать 100 метров за восемь секунд.
    — Враки! Мировой рекорд в беге на стометровку девять секунд.
    — Ну, так и шо?! Хаимчик знает короткий путь!

    К крестьянину в дверь звонит незнакомый мужчина:
    — Скажите, сколько стоит ваша лучшая корова?
    — Ответьте мне, пожалуйста, сначала на один вопрос: Вы из налоговой инспекции или просто задавили мою корову машиной?

    Был когда-то такой знаменитый скрипач Буся Гольдштейн. Выборка одесской школы. Так вот этому мальчику в 1934 году было 12 лет, и его в Колонном зале Дома Союзов в Москве сам всесоюзный староста Калинин награждал орденом за победу на каком-то международном музыкальном конкурсе.
    Колонный зал, мальчику 12 лет, его мама перед самым началом церемонии отзывает и говорит:
    — Буся, когда дедушка Калинин пришпилит тебе орден, ты громко скажи: "Дедушка Калинин, приезжайте к нам в гости".
    Он говорит:
    — Мама, неудобно.
    Она говорит:
    — Буся, ты скажешь!
    Начинается церемония, Калинин ему пришпиливает орден, мальчик послушно говорит:
    — Дедушка Калинин, приезжайте к нам в гости!.
    И тут же из зала хорошо поставленный голос, дикий крик Бусиной мамы:
    — Буся, что ты говоришь? Мы же живём в коммунальной квартире!
    На следующий день они получили квартиру.

    Одесса. На кухне в квартире Циперовичей:
    — Мама, я женюсь!
    — На ком, Фимочка?
    — На Лилит!
    — Она же не еврейка! Какой позор! Только через мой труп!
    — Мама, её папа владелец металлургического комбината!
    Отец из комнаты:
    — Абрам, женись! От позора мы уедем в Штаты, а с похоронами я договорюсь!

    В небольшом провинциальном местечке умирает старый богатый еврей и всё своё огромное состояние он завещает двоим сыновьям, но толковому и работящему Абраму оставляет одну лишь корчму, а беспутному и вечно пьяному Хаиму – всё остальное. Ребе, пришедший навестить умирающего, пытается наставить его на путь рассудительности:
    — Это, конечно, не моё дело. Это твои деньги и твои сыновья. Но Хаим ведь пропьёт всё твоё состояние за полгода!
    — Правильно! Но где он его пропьёт, если в округе всего одна корчма?!

    — Сёма, это правда, что тебя вчера побили на вокзале?
    — Меня?! На вокзале?! Какой там вокзал — полустанок!

    Еврейское кладбище. В самом центре за очень красивой оградой стоят три красивых памятника. На одном написано — «Здесь покоится самый известный напёрсточник Лёва Шниперсон». На другом — «Или здесь», на третьем — «А может здесь».

    Одному арабскому нефтяному шейху срочно понадобилось переливание крови. У шейха группа крови очень редкая, и нашли её только у одного еврея. Тот согласился, сделали переливание, за что араб подарил еврею дом и машину. Через год та же история — срочно нужна кровь. Еврей с радостью бежит в пункт по переливанию крови, за что арабский шейх дарит еврею коробку печенья.
    Еврей удивлённо спрашивает:
    — Но в прошлый раз вы подарили мне дом и машину!
    Араб отвечает:
    — А в тот раз во мне ещё не текла еврейская кровь...

    Беседуют два соседа:
    — Изя, как считаете, шо таки сильнее: знание или чувство?
    — Чувство!
    — Почему?
    — Вот знаю, шо я должен Абраму, но чувствую... не отдам.

    — Здравствуй, мальчик, а твой папа дома?
    — Таки, мне нужно знать, кто вы?
    — В каком смысле?
    — Если вы из налоговой – папа пошёл собирать бутылки, чтоб нас прокормить; если вы Семён Маркович, которому он должен деньги – его два дня, как похоронили; если вы Хаим Семёнович, который должен ему – то он, таки, дома.

    Однажды я была в гостях у еврея. У нас там ролевка проходила, но история не об этом.
    — Что это за милая коробочка? – спросила я, рассматривая барахло на полочках. В ответ из этой коробочки на меня посыпались шекели... драхмы, золотые, динары, гроши и куча неопределяемых монет.
    — Ух ты, какая коллекция! – восторженно вздохнула я.
    — Нравится? – спросил хозяин.
    — Да.
    — Ну а теперь складывай обратно. Фунты к фунтам, рубли к рублям.
    А пока я была увлечена перекладыванием монеток, добавил шёпотом в сторону других гостей, тоже евреев:
    — Я давно хотел их рассортировать.

    — Самуил Ааронович, а вы знаете, что такое детектор лжи?
    — Ой, Абрам, сказать, шо знаю – это ничего не сказать! Меня угораздило на нём жениться!

    Не приемлю трудолюбивых цыган, щедрых евреев и честных чиновников, они и без того усложняют моё такое простое и чётко выстроенное с годами восприятие картины этого мира.

    Однажды Мойше довелось побывать в одном небольшом городке, куда его отправили по работе, в командировку. И вот приезжает он, прогуливается по местным улочкам, оценивает, так сказать, обстановку.
    После плотного ужина в местном кабаке выходит на улицу, закуривает папироску, да и приходит ему в голову великолепная мысль: «А не заглянуть ли мне к девчатам в бордель?».
    Долго бродит он по закоулкам, но никак не может найти искомое место. А спросить у местных страх как стесняется. Наконец не выдерживает, останавливает случайного прохожего и спрашивает у него:
    — Скажите, милейший, а где тут раввин проживает?
    — Карастоянова, 16.
    — Да ви что?! Раввин — и живёт прямо напротив борделя?!
    — Нет-нет, вы что-то напутали! Бордель же только через пять домов, дальше по улице!

    Сара и Абрам прогуливались по музею современного искусства и наткнулись на одну очень уж абстрактную картину какого-то известного художника.
    — Пойдём-ка отсюда, Абрам, — беря под руку своего мужа, шепчет ему на ухо Сара, — ведь скажут ещё, что это мы сделали...

    Фима Рабинович рассказывает Яше Шниперсону:
    Представляешь, Яша, сегодня ко мне пришла моя дочь Софочка и сказала, что она хочет чтобы я немедленно выгнал её из дома, сдал её комнату студентам, отключил от своего счёта её кредитную карточку, удалил из списка контактов её номер телефона, а так же вычеркнул её из завещания...
    — Шо, вот прямо так и сказала?
    — Ну... не совсем так. Немного короче: «Папа, это мой жених. Его зовут Мустафа Хуссейн».

    Мужчина спрашивает у раввина:
    — Я очень хочу жить вечно. что мне делать?
    Раввин:
    — Женись.
    — И я буду жить вечно?
    — Нет. Но, желание исчезнет.

    Мужик устраивается на работу в консерваторию. Его послушали — всё просто замечательно!
    Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно, в общем — мечта любого оркестра.
    Берут:
    — Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
    — Фёдоров.
    — Фёдоров? Хм... Странно... А имя?
    — Степан.
    — Удивительно... А отчество?
    — Моисеевич.
    — Ах, как глубоко бывает зарыт талант!

    Еврей переходит границу. Окрик пограничника:
    — Стой! Стрелять буду!
    Еврей быстро спустил штаны, присел.
    Подходит пограничник:
    — Ты что тут делаешь?
    — Как — что? Сам не видишь!
    — Ну-ка, встань!
    Тот встал, под ним куча собачьего ...овна.
    Пограничник:
    — Так это же собачье ...овно!
    Еврей невозмутимо:
    — Какая жизнь, такое и ...овно.

    — Шмулик, угости Софочку конфеткой.
    — Она не хочет.
    — А ты спрашивал?
    — Та шо я так не вижу?

    В одесском ресторане на Приморском бульваре официант:
    — Добро пожаловать! Что будете заказывать?
    — Я бы хотел для начала меню почитать.
    — Хотите читать — идите в библиотеку.

    — Почему в Израиле самая маленькая смертность от рака?
    — Вот смотри, это фотка мужа из палаты, тут куча всякой аппаратуры.
    — Тааак, да это кассовые аппараты? Понятно.

    Лексика 16+  Просмотры анекдота 507   Комментарии к анекдоту 0

    Пожилой Абрам Моисеевич пришёл навестить любовницу.
    Заходит в подъезд и видит табличку:
    «Лифт не работает по техническим причинам»
    А Сара-таки живёт на 9 этаже. До 3-го этажа он взлетел на крыльях любви. На 5-м вытер пот со лба и достал валидол.
    На 8-м сел на ступеньки и подумал:
    – Хоть бы этой бл*ди дома не было!!!

    — Сара, говорят, ты вышла замуж за депутата?
    — Таки да. А шо толку?
    — ????
    — Этот шлимазл только и делает, шо стоит возле кровати и рассказывает, как мине будет хорошо.

Загрузка материалов...