Переехала на новую квартиру

— Абрам Самуилович, дорогой! Шо я могу вам сказать таки за свой возраст — прынца на белом коне уже не жду! Но... к цокоту копыт ещё пристально прислушиваюсь!

— Сара, сколько у Вас было мужей?
— Своих?

Послали Чапаева в Израиль воевать, а самолёт по ошибке в Китае приземлился. Выходит Василий Иванович, шашку достаёт, смотрит на китайцев и говорит:
— Ну что жиды, прищурились?

Ситуация с голосованием по поправкам в Конституцию выглядит примерно так:
— Абрам, тебе чай с сахаром или без?
— Таки, лучше без сахара.
— Абрам, на тебе с сахаром, мама уже положила и размешала.

— Сонечка, а шо вы делайте сегодня вечером?
— Я согласна!

— Сёма, как вы думаете, когда можно будет уверенно сказать, что пандемия коронавируса прошла?
— Таки смотрите объявления. Как только станут появляться: «Продам туалетную бумагу и гречневую крупу. Дёшево. Спросить Изю», — считайте, что опасаться больше нечего.

Идёт мужик по пустыне, несколько дней идёт, сильная жажда его мучает. Глаза закрываются, вот-вот сейчас упадёт. Вдруг видит — стоит посреди пустыни ларёк, в окошке еврей.
Мужик обращается к нему:
— Будь человеком, дай воды напиться. — Еле шепчет путник.
— Я бы дал тебе, но воды нет, совсем, ни капли. Могу только продать тебе красивый галстук.
— На хрена мне галстук в пустыне? Воды лучше дай!
— Да нет у меня воды! Я только галстуки продаю! Но в километре отсюда есть ресторан, им владеет мой брат. Ступай туда, он тебе даст воды.
Через час приползает мужик с высунутым языком.
— Давай свой чёртов галстук!
— А что такое?
— Твой брат меня без галстука в ресторан не пускает!

— Да у вас тут оказывается «бабушкин» ремонт, а в объявлении было сказано что дизайнерский!
— Бабушка дизайнером была...

— Скажите, Абрам, а у Вас с Сарой заключён брачный договор?
— Я бы назвал его не брачным, а скорее пактом о ненападении.

В эфире израильское капитал-шоу «Поле чудес» ииии сектор газа на барабане!

... они как те люди, которые думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.

— А у вас тоже бывает такое ощущение, что вот прям хочется во всей квартире убраться? Вот, и у меня так же — совершенно не бывает такого чувства...

— Ду ю спик идиш?
— Йес, ой вей.

— Добрый день, Семён Маркович! Как жизнь?
— На жизнь, конечно, не хватает, но похороны, слава Богу, нам тоже не по карману.

— Сара, я готов поспорить с Вами на 1 000 рублей, шо предложу Вам лечь со мной в постель и переспать, а Вы откажетесь!

Шла первая неделя карантина. В какой-то момент, случайно разговорился со своей женой. Очень даже ничего женщина оказалась. Умная и вполне интересная.

В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Если бы спорт был так полезен, как нам об этом говорят, то на каждом турнике висело бы по пять евреев.

— Абрам, ты почему больше не играешь в карты с Изей?
— А ты стал бы играть в карты с человеком, который постоянно жульничает?
— Конечно же, нет!
— Ну, вот и Изя тоже не хочет…

В одесском ресторане:
— Скажите, а салат сегодняшний?
— Я вам таки больше скажу, он ещё и завтрашний!

— Изя, а если ты поймаешь золотую рыбку, то шо у неё попросишь?
— Таки волшебную палочку...

Абрам приехал в гости к своей сестре, которую крайний, раз видел на её свадьбе с Хаимом. Увидев сестру, Абрам был сильно удивлён, так как она сильно поправилась.
— Сара, мне кажется ты…
— Поправилась? – перебила его сестра. — С того момента, как я вышла замуж за Хаима, я поправилась в два раза.
Абрам обращается к Хаиму:
— Хаим, ты отдаёшь себе отчёт, что на половине этой женщины, ты женат незаконно.

Суть любого еврейского праздника:
Они хотели нас уничтожить — у них ничего не вышло. Давайте покушаем!

В грузинской школе у мальчика спрашивают:
— Гиви, сколько будет дважды два?
Мальчик говорит учителю:
— А мы покупаем или продаём?

Абрам разговаривает с коллегой по работе:
— Ты знаешь, наш начальник, наверное, скоро уйдёт от нас.
— Почему?
— Вызвал меня вчера и говорит: «Уважаемый, мы с вами сработаться не сможем».

Еврейский дворик в Одессе, мужик кричит на балкон напротив:
— Мойша, когда у тебя день рожденья?
— А шо такое?
— А я подарю тебе шторы, шоб не видеть, как ты каждый вечер гоняешься за своей голой женой!
— Исаак, а когда у тебя день рожденья?
— А шо такое?
— А я подарю тебе бинокль, шоб тебе было видно, за чьей женой я гоняюсь!

Приходит на корабль еврей:
— Вам, кажется, был нужен боцман?
— Да, а вы что, боцман?
— Нет, я Кацман.
— Так зачем же вы пришли?
— Сказать, чтобы вы на меня не рассчитывали!

— Фима, ты слышал, какая ночью была гроза?
— Нет, я с Софой разговаривал...

— Абрам, говорят, что вы бросили пить?
— Я вам больше того скажу, Хаим – нет!

– Хаим, де вы шили себе такой красивый костюм?
– В Париже.
– Да? А это далеко от Мариуполя?
– Очень далеко.
– Ты смотри-ка! Такая глушь, а как шьют…

— Хаим, вы совершенно не попадаете в ноты!
— Таки я в них и не целюсь!

На свадьбе:
— У меня для молодоженов два подарка: первый – ключи от квартиры в центре Москвы...
— Ух ты, а какой второй?
— Замок от квартиры в Москве!

Абрам звонит Мойше:
— Вы слышали, Рабинович то оказался педерастом!
— Шо, он так и не вернул тебе долг?
— Да нет. Я в хорошем смысле слова...

— Скажите, ребе, одевать ли сорочку в первую брачную ночь?
— Надевать.
— Спасибо, ребе!

Когда Роза Львовна перестала есть после шести, она начала грызть Семёна Марковича после семи.

— Сонечка, где вы пропали?! Я же переживаю! А вдруг у вас всё хорошо...

Умирает старый еврей. Тут жена стоит, дети.
— А Абрам здесь? – спрашивает еврей еле-еле.
— Здесь.
— А тётя Сара пришла?
— Пришла.
— А где бабушка? Я её не вижу.
— Вот она стоит.
— А Хаим?
— Хаим тут.
— А дети?
— Вот все дети.
— Кто же в лавке остался?!

В еврейской семье. Мама кладёт кусок торта на тарелку маленькому Абраму.
— Мама, я хочу два куска. — Возмущается Абрам.
— Абрам, не делай маме нервы. Возьми нож и разрежь на пополам.

— Абрам, почему нигде в мире так и не удалось построить коммунизм?
— Потому, Хаим, что в процессе его строительства рано или поздно всегда кончается еда.

— Абрам, что бы ты сказал, если бы встретил женщину, которая была бы ласковая, добрая, нежная и хорошо готовила бы?
— «Здравствуй, мама».

— Изя! Бросай курить! Ты знаешь, что мы могли бы купить на те деньги, шо уходят денег на твои сигареты?
— Знаю, Сонечка! Тебе шубу, мне ничего...

Раввин собрал всех евреев города и сказал им:
— Знаете, почему нас русские не любят? Потому что мы водку пить не умеем. Приносите завтра по бутылке водки, мы их сольём в один чан и будем учиться пить.
Все согласились.
Один еврей подумал:
— Если все принесут по бутылке водки, и только я принесу бутылку воды, никто этого и не заметит.
На следующий день приходят все евреи с бутылками, сливают их в один чан.
Раввин наливает оттуда одну стопку, пробует и говорит:
— Вот за это-то нас русские и не любят!

Израиль сбросил на Иран счёт за бомбардировки.

Глядя на афишу футбольного матча Израиль — Лихтенштейн, так и хочется вставить отчество.

Собрались как-то раз евреи. И раввин обращается к собравшимся:
— Тема нашего сегодняшнего собрания звучит так: «Почему нас не любят русские!». Есть предложения?
Спустя некоторое время голос из зала:
— Может потому, что мы их чем-то обидели?
— Да вроде не обижали. Кто еще что думает?
— А может потому, что мы пить не умеем?
— Точно! В этом вся проблема! Значит так! Завтра же собираемся здесь, каждый приносит по бутылке водки, вольём всё в большой чан и будем пить до дна! И мы докажем, что мы не хуже их и заставим русских себя уважать!
На том и договорились.
Вечер. Сидит дома еврей и думает, мол, нас там примерно 200 человек. Каждый принесёт по бутылке. Получается 100 литров. Возьму-ка я просто воды наберу в бутылку и никто не заметит. Всё равно я столько не выпью.
На следующий день собрались евреи на собрании. Главный сливает всю водку в большой чан. Берёт стакан и пробует. Задумывается на секунду и с грустью произносит:
— Н-да.. Понятно, почему нас русские не любят!

Абрам Самуилович с грустью начал ощущать, что недавние постельные битвы с супругой стали превращаться в дружеские встречи ветеранов.

— Фима, ты шо, разделяешь христианские ценности?
— Софочка, за хорошие комиссионные, поровну или по справедливости, я разделю любые ценности.

— Хаим, говорят, твоя Роза опасно больна.
— Да, больна. Но опасна она только тогда, когда здорова.

Встречаются русский и еврей в магазине.
Русский покупает блок сигарет, еврей ему говорит:
— Купи мне тоже блок, я тебе потом верну...
Русский покупает ему блок, и сам открывает свой блок и достаёт оттуда пачку.
Еврей:
— Может дашь пачку одну, а то блок такой красивый аж жалко открывать...
Ну русский даёт ему пачку, не жалко.
Русский открывает пачку, достаёт сигарету.
Еврей ему говорит:
— Может угостишь сигареткой, а то пачка такая красивая, аж жалко открывать...
Русский не жадный – даёт ему сигарету.
Русский прикуривает сигарету, начинает курить.
Еврей:
— Покурим?

Начинается концерт.
Конферансье торжественно объявляет:
— Дорогие зрители! Перед вами выступят именитые певцы, знаменитые скрипачи, замечательные танцоры, лучшие юмористы...
Голос из зала:
— А можно сегодня без евреев?
— Конечно можно. Но тогда концерт окончен!

— Ребе, в торе 613 заповедей и у меня не получается их все соблюдать...
— Ничего, Абрам, я тоже две не соблюдаю.
— Какие?
— Ну когда как...

Идёт Хаим по Крещатику широко расставляя свои ноги, навстречу ему — идёт Фима:
— Хаим, что случилось?
— Фима, я таки был у врача и тот нашёл у меня холестерин.
— И шо Хаим?
— Фима, врач сказал к яйцам вообще не прикасаться.

— Самуил Ааронович, а вы знаете, что такое детектор лжи?
— Ой, Абрам, сказать, шо знаю – это ничего не сказать! Меня угораздило на нём жениться!

— Боря, почему ты решил стать врачом-хирургом?
— Та всё просто. Для проктолога я слишком весёлый, а для гинеколога таки слишком влюбчивый..

Два одессита стоят и рассматривают статую Свободы.
— Шо не говори, а это памятник тёте Хае. Только она могла выйти встречать гостей с примусом в одной руке и квитанциями за квартиру — в другой. Да ещё в ночнушке и в бигуди!

— Абрам, как у Вас обстоят дела? Всё шьёте медицинские маски?
— Хаим, маски — это прошлый век. Вакцину варим!

Продам квартиру в центре Москвы, или поменяю на поселок городского типа в Ивановской области.

— Сара, к нам сегодня придут Рабиновичи, так что спрячь серебряные вилки!
— Думаешь украдут?
— Думаю узнают!

— Абрам, как вам вчерашний обед у Рабиновичей?
— Что вам таки сказать? Если бы суп был таким же тёплым, как вино, вино таким же старым, как гусь, а гусь таким же жирным, как хозяйка, обед был бы совсем не плох.

Если проблему можно решить с помощью денег, то это не проблема, а расходы.

Еврейская семья собирает корзинку с пирожками еврейской Красной Шапочке и даёт ей напутствия:
— Таки слушай сюда. Когда ты придёшь до бабушки, она сразу тебе таки будет плакаться, что, ой вэй, зима совсем скоро, из щелей дует, кран подтекает, топить нечем, крыша прохудилась, денег нет совершенно и вообще, шо ты, внучка, знаешь за эту жизнь. Но ты таки ничего не слушай, а твёрдо стой на своём: с капустой – по 6, с мясом – по 9!

— Абрам, я тебя прошу — убей эту муху!
— Да ладно тебе, Сара, неужели ты и вправду думаешь, что она съест прям так много твоего торта?

— Скажите! А почему Израиль такая маленькая страна, а евреи а ж по всему миру?
— Ой! Израиль это просто офис.

— Мамочка, Изя сказал, шо ради меня горы свернёт!
— Сара, ты как дитё малое! И хде ты хоть раз видела перевёрнутую гору?