О художниках
Говорят, что Павел Третьяков запрещал пускать в свою галерею Илью Репина, потому что тот приходил периодически туда с красками и правил свои работы без разрешения Третьякова.
Говорят, что Павел Третьяков запрещал пускать в свою галерею Илью Репина, потому что тот приходил периодически туда с красками и правил свои работы без разрешения Третьякова.
Уважаемый Google, прекрати делать коллажи из моих рабочих фотографий с оборудованием и показаниями квартирных коммунальных счётчиков!!!!
Молодой писатель приносит свою рукопись на читку редактору. Роман начинается со слов:
«— А не испить ли нам кофею? – спросил граф».
— У вас отсутствует конфликт, – говорит редактор. – Надо исправить.
Писатель кивает, уходит и возвращается на следующий день с новым вариантом:
«— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф».
— Уже лучше, – говорит редактор, – но тема любви совершенно не раскрыта, даже не затронута!
Третий вариант романа выглядит так:
«— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике».
— Очень хорошо! – доволен редактор. – Но не раскрыта тема природы…
И так далее, и так далее. После раскрытия тем природы, народа и революции получается примерно следующее:
«— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике.
За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо имели дохлую лошадь».
— Прекрасно, просто прекрасно! – радуется редактор. – Осталось добавить уверенность в завтрашнем дне – и сдаём в печать!
Опубликованный роман начинается так:
«— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и имел графиню три раза на подоконнике.
За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо имели дохлую лошадь. Внезапно один из них хлопнул себя по лбу и прокричал:
— Да чего же мы так надрываемся, братцы! Она же здесь и завтра лежать будет!»
Рядом отдыхает мама с ребёнком, который наяривает на беговеле. Как вежливый человек, предложил обоим пивной напиток и сигареты.
Она закурила:
— Спасибо, пить тут нельзя.
— Вы лишаете сына детства. Сейчас ему за это действительно ничего не будет!
Добрый день, Джеймс!
Рады сообщить вам, что наше издательство планирует напечатать ваш роман. Должны отметить, что вы невероятно талантливы и вас ждет большое будущее в литературе. Однако есть важное требование. Вы должны изменить пол главного героя. Сейчас очень актуален образ сильной женщины.
С уважением, Л. Саммерс.
Добрый день, Линда.
Как вы и просили, я изменил пол главного героя. Теперь это женщина. Также изменил любовную линию. Теперь главного героя во время экспедиции на северный полюс дома ждет Стивен - верный муж.
Добрый день, Джеймс.
Прочитали новую версию. Редактор рекомендует изменить еще один эпизод. В седьмой главе, когда замерзающие полярники греются друг об друга в одном спальном мешке. Теперь, когда главный герой женщина, возникает странный сексуальный подтекст, попробуйте что-то сделать с этим.
И еще - в десятой главе полярники все вместе молятся. Религия - достаточно острый вопрос, сделайте так, чтобы они молились разным богам, а не одному.
С уважением, Л. Саммерс.
Здравствуйте, Линда.
Я заменил эпизод, о котором вы говорили. Теперь полярники молятся не только богу. У каждого своя религия. В том числе вуду и неоязычество. Надеюсь, это достаточно обширный список.
Также я изменил седьмую главу. Теперь полярники греются группами, согласно религиозным соображениям. А героиня вообще отдельно.
Скажите, должна ли она носить паранджу? Ведь один из полярников весьма радикальный исламист.
Джеймс Мороу.
Добрый день, Джеймс.
Мы решили публиковать ваш роман в нашем литературном журнале по главам. Это позволит нам вносить правки в еще неопубликованные главы. Мы уже опубликовали первую главу и получили ряд комментариев, связанных с тем, что среди полярников нет азиатов и людей с ограниченными возможностями. Пожалуйста, внесите соответствующие правки.
С уважением, Л. Саммерс.
Изменил вторую главу. Теперь среди полярников есть представители всех рас и безногий азиат. Его тащат на санках. Надевать ли паранджу на главную героиню?
Джеймс.
Добрый день, Джеймс.
Мы получили массу негативных отзывов.
1. Людей с ограниченными возможностями должно быть больше. Дело в том, что, когда он один и все его тащат - складывается образ неполноценного человека.
2. Нужны 3 гомосексуалиста.
3. Сделайте главную героиню более бодипозитивной. Паранджу не надевайте.
С уважением, Л. Саммерс.
Как вы и просили, внес правки. Теперь с ограниченными возможностями все, кроме исламиста и главной героини. Сама героиня теперь донельзя бодипозитивна.
Джеймс.
Джеймс, срочно внесите правки. Исламист не должен быть единственным человеком без ограниченных возможностей, это создает ощущение, будто он возвышается на фоне остальных, пусть он отморозит ноги. Срочно развивайте любовную линию религиозных гомосексуалистов. Скажу честно, публика не в восторге.
Л. Саммерс.
Отморозил ноги исламисту, заставил всех гомосексуалистов любить друг друга и православного вудуиста. Прописал линию спасения редкого белого медведя ценой жизни двух полярников.
Джеймс.
Джеймс, к сожалению, мы вынуждены прекратить публикацию.
Дело не в том, что история о банде сумасшедших, религиозных гомосексуальных инвалидов-полярников, прикармливающих медведя своей плотью под командованием двухсоткилограммовой бабищи, выглядит откровенно странной. Просто сегодня к нам в редакцию пришел глава ассоциации не умеющих читать и сказал, что их чувства оскорбляет ваш роман. Ибо они не могут его прочесть. Теперь вместо вашего романа мы будем публиковать пустые страницы.
Надеюсь на понимание.
С уважением, Линда Саммерс.
Слава богу, это закончилось!
Джеймс.
Добрый день, Джеймс.
Пишу это письмо, чтобы предупредить вас. К нам в редакцию пришла повестка в суд от религиозного общества «Святых Всенаполненных Братьев». Их оскорбляет хтоническая пустота вашего романа, и поэтому они намерены добиться вашего ареста. Бегите из страны, Джеймс!
— То они называют варварством запрет на доступ к социальной сети и рассказывают про VPN, то они этот самый VPN запрещают. Словно флюгер какой-то.
— Сейчас будет контрольная по политике. Достаём двойные стандарты... Кладём их на конституцию... И начинаем поступательные движения вперёд-назад обильно смазывая своё достоинство общественным мнением.
- Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста.
- Дон Петров.
- Дон? Но ведь "Дон" — это почётный титул духовенства и дворян в Италии, а так же «титул» крёстного отца в итальянской и американской мафии.
- Ну, вообще-то, родители хотели назвать меня "Тридон", но им не разрешили, мотивируя это тем, что цифры в именах запрещены.
Чем суверенней интернет, тем бесшумнее распил.
Особо хитрые чиновники, опасаясь запрета «двойного гражданства», обзавелись «тройным».
Роскомнадзор откалиброван на почте России.
— Даша, выходи за меня!
— Сейчас нельзя никуда выходить!
Местное отделение МЧС с радостью примет на работу в свои ряды Карлсонов для составления административных материалов на граждан курящих на балконах!
Было это ещё до революции. Один художник нарисовал для какой-то левой газеты карикатуру, где изобразил Николая II в виде осла.
На него правительственные органы немедленно подали иск в суд. Газета наняла адвоката для защиты карикатуриста.
— Не переживай, я тебя вытащу, – сказал адвокат художнику.
И вот, суд. Прокурор произносит грозную речь:
— Как можно дойти до такой мерзости, чтобы в таком виде изобразить Государя императора!, – обвиняя карикатуриста в оскорблении Его величества, покушении на основы государственности, и прочая, и прочая, и прочая, и требуя строго покарать.
Затем слово дают адвокату. Он обходит присяжных, первого, второго, третьего..., показывая рисунок и задавая вопрос:
— Что это за животное?
— Осёл.. Осёл... Осёл..
— Видите, осёл! А вот господин прокурор утверждает, что это – Николай II!
...Художника оправдали.
Вынуждены были оправдать.
У художников-авангардистов принято считать, что чем талантливей художник, тем чернее квадрат.
Законопроект о запрете домашнего мата меня совершенно не пугает, за те годы, что я прожил в своей дружной и весёлой семье, я научился материться одним лишь только взглядом!
«Max и Fax». – РКН назвал два способа связи, которые будут доступны в 2026.
— Нам в школе на уроках этикета объясняли, что есть три оснавных табу для беседы (даже между самыми близкими людьми): религия, ceкc и зарплата.
— Одному Аллаху известно, как я еб#сь на работе за такие копейки.
— Комбо!
В Москве бабушка подходит к сотруднику полиции:
— Милок, как попасть в Третьяковскую галантерею?
— Да я, бабуля, сам не местный. Знаю только, что стою вот тут и сторожу Бородинскую пилораму.
Молодцы, мат они запретили, а шахматистам теперь как быть, подскажите?
— Смотрите, у китайцев роботы прыгают и кувыркаются. А что мы можем?
— А мы можем заблокировать видео с роботами!
Узнав, что россияне хотят запретить депутатам запрещать, депутаты запретили россиянам запрещать депутатам запрещать...
Реестр запрещённых сайтов попал в реестр запрещённых сайтов, поскольку содержит информацию о запрещённых сайтах.
— Германия не стала особо затягивать с чрезвычайным фондом для фрилансеров: прием обращений о помощи начался в пятницу и вчера некоторым людям уже перевели по 5 тысяч евро на их счета.
— Потому что им прекрасно известны последствия, когда обиженный художник выбирает иной род деятельности.
— Добрый день, я хотела бы заказать цифровой пропуск для выхода на улицу.
— Какова цель вашего выхода?
— Посещение любовника.
— Оставайтесь дома, к вам едет волонтёр!
80-е годы, приходит мужик на выставку картин, в центре зала висит полотно с названием «Ленин в Польше». На картине изображён знаменитый Ленинский шалаш, из него торчит чей-то зад, у шалаша стоит Дзержинский в одних трусах и курит.
Мужик замечает стоящего возле картины автора и подходит к нему с вопросом:
— Скажите, но ведь это же не Польша! И при чём здесь Дзержинский?
— Всё очень просто, это действительно не Польша, а Разлив, Дзержинский как раз был в этих местах.
— А чей же зад тогда торчит из палатки?
— Надежды Николаевны Крупской, конечно.
Мужик уже потихоньку начинает закипать, но пытается докопаться до правды:
— Но позвольте, а где же Ленин?
Художник смотрит на мужика как на шизофреника и говорит:
— Вы что, не умеете читать? Написано же: «Ленин в Польше»!
Приехала мама девушки с которой уже довольно долгое время встречаюсь (будущая тёща) из глубинки. Сидим за столом, общаемся.
Вдруг она спрашивает:
— А где можно покурить?
На что я ей говорю:
— На балкон идите мама, тапочки только наденьте.
Сам на кухню вышел и в МЧС позвонил. Будет мне тут ещё указывать сколько мне пить и зарабатывать.
В последнее время, в любой банк можно ходить исключительно с целью вооруженного ограбления.
— Так до конца и не понял, почему на балконах, вдруг запретили курить?
— Курить на балконах запретили, чтобы не сгорел складированный на них валежник.
В любви мужчинам нужны формы и краски; мужчины требуют образов. А женщины – только ощущений. Они любят лучше, чем мы: они слепы.
Едут в поезде вместе католический священник и Раввин.
Священник (с подколом):
— Рабе, ну признайтесь, ну хоть раз в жизни свинину пробовали?
Раввин:
— Да, падре, пробовал. Ну, а Вы наверняка не удержались от искушения и хоть раз, да переспали с женщиной?
Падре (прикрывая глаза):
— Даа! Было дело....
Раввин:
— Правда лучше, чем свинина?
Лётчики летают на самолётах, водители ездят на автотранспорте и только моряки с художниками выёживаются — одни "ходят", другие — "пишут"...
Все размещенные песни в Телеграме стали медляками.
Из новостей: мошенники стали чаще обманывать бабушек, выманивая у них наличные деньги. Интересно, что в первую очередь запретят, наличные деньги или бабушек?
Госдума в третьем чтении приняла закон, запрещающий расстраиваться таким сладким булочкам, как ты.
Госдума запретила СМИ и блогерам использовать фразу «Госдума запретила».
Сегодня по Екатеринбургу прошёлся ураган такой мощности, что несколько бортов "Уральских авиалиний" внезапно возобновили полёты.
Мне так и не удалось понять почему курить в общественных местах нельзя, а душиться тошнотными духами можно.
— Мой местный тренажёрный зал стоит 120 долларов в течение всего года. Интересно, это дорого?
— Всего-то 60 долларов за посещение, не очень-то и много.
Объявление в картинной галерее: «Приносить и рассматривать свои картины строго запрещается!».
А помните, как у нас когда-то замедляли Брежнева?
— В какой азиатской стране действует запрет на использование утюгов?
— Бан гладеш.
Молодой художник вдруг поцеловал натурщицу.
Сделав вид, что оскорблена, она говорит:
— Ты целуешь всех своих натурщиц?
— Нет, ты первая.
— А сколько у тебя их было?
— Четыре: селёдка, луковица, тарелка и ты...
Для повышения рождаемости надо законодательно запретить мужчинам любить глазами, а женщинам — ушами.
В военной части готовятся к смотру самодеятельности. Поставили оперу. Проверяющий генерал недоволен.
— Слишком серьёзно. Что нибудь повесеелее.
Репетируют водевиль. Генерал опять недоволен.
— Слишком сложно. Сыграйте что-нибудь попроще и с солдатским юмором!
— Есть, с солдатским юмором!
На сцене стоит танк. Один боец высовывается из люка башни, второй лежит под танком. Поют оперными голосами.
Снизу:
— А ну-кааа, подай-каа мне клюююч на тридцать вооосемь!
Сверху:
— А гдеее он?
Снизу:
— В п#здеее он!
Хором, повернувшись к залу:
Ха-ха ха-ха ха-ха!
Мама запретила мне идти в поход с чужими мужиками. И пошла сама.
— Что нужно сделать для того, чтобы в России увеличить популярность советских мультфильмов?
— Нужно их запретить.
Майские жуки приняли решение возобновить свои полёты с 1 июня, которые двумя месяцами ранее были приостановлены из-за эпидемии коронавируса.
В индийской школе запрещается петь и танцевать в ответ на вопросы учителей физики, химии и математики.
После посещения выставки одного известного художника, репортёр оставил в газете заметку: "Выставка могла бы быть и лучше".
Оскорблённый в лучших чувствах художник, тут же потребовал письменного опровержения.
На следующий день, в газете появилась заметка, всё от того же корреспондента:
"Опровержение: выставка могла быть и хуже".
Художник в бешенстве потребовал ещё одного опровержения.
На третий день в газете:
"Опровержение: Выставка хуже быть не могла".