Что делаешь?

— Софа, компот варят только с фруктов, или с овощей тоже?
— Хаим, компот с овощей называется «борщ»!

— Алло, Сёма? Это Софа. Ты сейчас можешь говорить?
— Могу.
— Тогда слушай...

— Абрам, это Моня, нам нужно срочно с тобой встретиться.
— Зачем?
— Есть проблемы.
— Но я не хочу есть проблемы!

— Абрам! А что вы обычно делаете, если у вас среди ночи звонит телефон и номер звонящего абонента при этом не определяется?
— Тут же посылаю куда подальше!
— А если номер звонящего абонента вдруг определился?
— Тогда посылаю по имени и отчеству!

Абрам и Изя оказались в Париже. Французского не знает ни один из них.
Приходят они в первый раз в ресторан. На всех столах стоят маленькие стеклянные баночки, в них какая-то жёлто-коричневая масса. Должно быть, это что-то очень дорогое, потому что посетители берут эту массу крохотными порциями. Абрам и Изя ломают голову, что бы это могло быть.
(Горчица у евреев Восточной Европы была почти неизвестна; вместо неё употребляли смесь тёртого хрена со свёклой.)
Они решают попробовать, что это за жёлтая дорогая штука. Как только официант отвернулся, Абрам зачерпнул горчицу столовой ложкой и быстро отправил в рот. Из глаз у него брызнули слёзы, лицо побагровело.
— Что с тобой? — удивляется Изя.
— Ах, ты знаешь, — отвечает Абрам, — я сейчас вспомнил, что в прошлом году утонул мой брат Моня.
— Сочувствую! А как эта жёлтая штука? Вкусно?
— Очень.
Тогда Изя тоже набирает ложку горчицы, суёт её в рот — и тоже начинает плакать.
— А ты чего плачешь? — спрашивает его Абрам.
— Я плачу оттого, — отвечает Изя, — что в прошлом году ты не утонул вместе с Додиком.

Улица. Бездомный обращается к Абраму:
— Извините, у вас поесть не найдётся?
Абрам с досадой:
— Не ем...

— Сарочка, дорогая, что у нас сегодня на обед?
— У нас сегодня на обед — очень ленивые голубцы.
— Это как?
— Капуста на балконе, фарш в морозилке...

— Ну и цены в магазинах! На тыщу рублей еле купил себе еды на ужин!
— А что взял?
— Бутылку виски и колу.

Один из двориков в Одессе:
— Абрам, сынок, иди домой — кушать!
— А я уже покушал, мам, у Серёжи!
— Ой, ну это не ребёнок, а просто золото!

— Фима, я имею желание знать, и куда это ты в пол первого ночи?
— На кухню...
— Мы ж с тобой на диете...
— Сара, вот, только не надо крошить батон, я, таки, проверить, хорошо ли ты закрыла воду...
— Хорошо, Фима, иди... Только принеси и мне кусочек!

— Сара, милая, если я умру — не сиди вдовой, выходи замуж. Будь счастлива. И пусть этот человек правильно воспитает наших детей!
— Ой, как ты меня замучил! Нормальный суп! А не хочешь — так и ни кушай.

СССР. Одесса.
— Сёма, а вы знаете как разговаривает сегодня умный одесский еврей с глупым?
— Таки знаю конечно, из Лондона по телефону.

В Одесской филармонии на фортепьянном концерте карманник Изя Циперович смотрит на пианиста и бормочет:
— Такие великолепные пальцы — и такой ерундой занимаются!

Пожилой еврей на приёме у врача:
— Доктор, что делать? Я постоянно разговариваю сам с собой.
— Мешаете близким?
— Нет, я живу один.
— Так разговаривайте на здоровье.
— Ах, доктор, если бы вы знали, какой я нудный.

Разговаривает еврейская пара:
— Мойша, а можно я задам вопрос?
— Какой?
— Когда мы пойдём в ресторан?
— Нельзя.

— Ви едите рыбу ложкой или вилкой?
— Ой, мине всё равно, лишь бы да!

— Абрам Маркович, кушать хочите?
— Сарочка, надо говорить не хочите, а хотите.
— Ну как хочите...

— Абрам, ты шо хочешь: быть правым или здоровым?
— Ну шо ты, Софочка, я просто хотел с тобой поговорить…
— Хотел поговорить, так молчи!

Одесса. Еврейский ресторан. Посетитель подзывает к себе официанта и говорит:
— Любезнейший, отведайте, пожалуйста, моего супа.
На что официант начинает отнекиваться и говорит:
— Абрам Семёнович, Вы являетесь нашим постоянным клиентом, и вы знаете, что я всегда накладываю вам всё самое свежее…
— Нет, я настаиваю,… попробуйте.
— Ну, Абрам Семён…
— Никакие отказы не принимаются,… ешьте!
— Ну, хорошо…. Так, а где ложка?
— О!

Абрам попал в колонию общего режима.
Начальник колонии, человек доброжелательный, спрашивает, чем он хотел бы заниматься:
— Изготавливать мебель, шить домашние тапочки или, может быть, клеить пакеты?
Абрам долго размышляет, потом говорит:
— Я хотел бы таки торговать всем этим…

— Что бы мы делали без смартфона?
— Хоть что-нибудь бы делали.

Одесса. Посреди улицы, на повышенных тонах разговаривают два одессита. К ним подходит третий, неизвестный одессит. Долго молча стоит рядом с ними, слушает их разговор и понимающе смотрит на них, затем резко разворачивается и, уходя, говорит:
— Ой! Та не морочьте мне голову...

— Я и крыс ем ещё.
— ЧТО? Вы крыс едите!??
— Икры, говорю, съем ещё...

— Абрам Семёнович, и за шо мы с Вами говорили? Сходил в туалет и потерял мысль.
— Абрам, я даже боюсь предположить, где она у Вас хранилась...

— Мамуля, а французы утверждают, что из-за стола нужно выходить с лёгким чувством голода!
— Ты Изя чего? Француз?
— Нет, еврей.
— Ну тогда сиди и кушай.

— Что вам?
— Пюре и свинину.
— Луком посыпать?
— Это бесплатно?
— А вам точно можно свинину?

— Сёма! По два варэника на вилку таки некультурно.
— А шо делать, Сара Абрамовна, по три можно ведь и подавиться!!!

— Алё, здравствуй, я уехал и меня здесь теперь нет.
— Здесь — это где?
— Здесь — это там, где мы с тобой должны были сегодня утром встретиться.

На днях телефон предложил мне считать калории.
Да я сама могу: нормально, нормально, нормально, нажралась...

Софа в одесском ресторане:
— Официант, у меня до вас имеется прибыльное предложение! Продайте секрет этого пирога. И я таки произведу настоящую революцию в цементной промышленности!

— Алло, Роза, это ты?
— Нет.
— Почему?

Абрам Маркович получил на пейджер сообщение, от пейджинговой компании: «Идиот!!! Купи уже себе, наконец-то, мобильный телефон!!! Мы из-за тебя 15 лет закрыться не можем!!!».

— Сонечка, почему ты разговариваешь со мной так, будто я идиот?
— Абрам, я говорю с тобой так, шобы тебе было понятно.

Никогда бы даже и не подумал о том, что доживу до такого времени, когда телефонные разговоры будут начинаться со слов "Привет. Ты не болеешь? Тогда зайду."

У нас в семье, все телефонные разговоры с бабушкой, проходят, исключительно, на громкой связи. И неважно включена она, эта громкая связь, или нет.

Утро воскресенья, 7:00 утра. Телефонный звонок. Девушка спросони:
— Алло?
— Это квартира Петровых?
— Нет, а что они вам такого плохого сделали?
— Ничего не сделали..., а что?
— Так зачем же ты тогда, зараза, им звонишь в воскресенье в семь утра?!

Спустя год после свадьбы к свату приходит бывший жених, а ныне муж:
— Слушайте, я так счастлив, что именно вы выбрали мне жену!
— Почему?
— Видите ли, я бы умер от одной только мысли что я её выбрал сам.

— Алло! Я туда попал?
— Нет, вы не туда попали. Вас послать куда надо?

— Ребе, скажите, а с мертвецами можно разговаривать?
— Конечно же можно, только не стоит ждать от них ответа...

— Алло, это психбольница?
— Нет, это квартира. Но, в принципе, могу позвать Фирочку...

Возмущённый газетной статьёй, Абрам звонит в редакцию издания и говорит:
— Если вы не перестанете печатать анекдоты про скупость евреев, то я перестану брать взаймы газету у моего соседа!

Приходит уже пожившая на этом свете еврейка к гинекологу, открывает дверь кабинета, а там молоденький гинеколог. Она внимательно смотрит на него и спрашивает:
— Молодой человек, а ваша мама знает, чем вы тут занимаетесь?!

СССР.
— Рабинович дома?
— Он на даче...
— Как, он купил дачу?
— Нет, он на даче показаний.

Если тебе позвонили в домофон и спросили: «Ты дома?» Не псих*й и спокойно ответь: «Да, а ты где?»

— Семён, тебе второе подавать?
— Нет, блин, Соня — давай будем ждать, пока само придёт!

Девушка говорит по телефону:
— Да, я к вам примерно через час приеду… Наверное, лучше, чтобы вы меня встретили. Как вы меня узнаете? Ну, я высокая, стройная девушка. На мне чёрное пальто, чёрная юбка. Сапоги чёрные, сумка… В общем, вся в черном. И с косой.
— В разговоре наступает длинная пауза. Молчание затягивается, и девушка добавляет:
— Коса — это прическа такая.

— Софочка, шо за дела? Шо тебя так тянет среди ночи к холодильнику!
— Хаим, я таки думаю, шо это всё магнитики!

— Сёма, шо вы делаете на работе?
— А на работе я таки устаю за деньги.

— Алло, Изя, ты сейчас таки можешь говорить?
— Не могу!
— Хорошо... тогда слушай!

Разговор в Одессе:
— Скажите, ви не подскажите…
— Ой, ви знаете, я не знаю.

Встречаются Семён и Абрам.
— Абрам, я хочу серьезно поговорить за твоих родственников!
— Ну...
— Абрам,... твою мать, когда ты вернёшь мне мои 100$?

— Мишенька, дорогой, прости, что я вчера назвала тебя чокнутым. Ведь ты же не со зла…
— А что у тебя там за шум? Ты в метро?
— Нет, я у себя на кухне. Кукуху в блендере перемалываю.

— Софа, ты говоришь как идиотка.
— Абрам, я говорю так, чтобы ты понял.

Одесса. Разговор по телефону:
— Здравствуйте, Хаим! Вы где?
— Вам географически или экономически?

В уголовном розыске работал сотрудник по фамилии Самолётов, когда звонили и он брал трубку, отвечал:
— Розыск самолётов!
На что обычно потерпевший начинал орать:
— Каких ещё блин самолётов??? У меня машину угнали, вы что там издеваетесь?

Я:
[Получаю звонок на телефон, ухожу в другую комнату, чтобы ответить]
Вся родня:
— Смотрите-ка. Секреты у него!

Фима говорит о своей паштетной:
— Отбоя нет от посетителей!
— Фима, и из чего же твой паштет?
— Как из чего? Из рябчиков.
— И где ты берёшь столько рябчиков?
— У меня свой особенный рецепт — я добавляю говядину.
— И в какой пропорции?
— Один к одному. Один рябчик — один бык.

— Абрам, ты слышал, какая ночью была сильная гроза?
— Нет, я с Соней разговаривал.

— Почему ты не хочешь надеть то, что мне нравится, что я люблю, дорогая?
— Я не могу надеть борщ и шашлык с пивом.

— Абрам, почему нигде в мире так и не удалось построить коммунизм?
— Потому, Хаим, что в процессе его строительства рано или поздно всегда кончается еда.

— Сонечка, а ты знаешь, как улучшить вкус и качество воды?
— Нет, Фира Абрамовна, как? Установить фильтр?
— Таки надо положить в неё домашнюю курочку и поставить на газ!