На репетиции оркестра

Классический музыкант несколько месяцев учит произведение, потом пару раз за год его исполняет.
Попсовый музыкант за день выучивает три песни, и ему приходится всю жизнь их повторять ежедневно. Именно поэтому у попсы в разы больше гонорары.

Дирижёр на репетиции духового оркестра:
— Так! Стоп! Валторны ещё в рот не взяли, а тромбоны уже кончили...

Не надо так терзать арфу и путать её с пьяным мужем!

— Что общего, и в то же самое время разного, между Санта Клаусом и евреями?
— Оба движутся по трубе, только Санта — вниз, а евреи — вверх...

Ребята, это ведь «Кукушки звуки», а не приближение вражеской авиации!

Мендельсона надо играть без «мендельсовщины».

Говорят, что в момент прыжка из самолета очко десантника способно перекусить стальную трубу.

Музыкант проходит прослушивание на вакансию в симфонический оркестр. Владение инструментом превосходное, слух абсолютный, играет эффектно – в общем, мечта любого оркестра.
— Отлично, будем вас оформлять. Как ваша фамилия?
— Иванов.
— Иванов? Хм... Странно... А имя?
— Иван.
— Иван?! Удивительно... А отчество?
— Израилевич.
— Это ж надо, как глубоко порой зарыт талант!

Женский хор! Спойте вместе со своими мозгами.

Дирижёр распекает оркестр:
— Скрипачи еле пилят, труба пердит, а не играет, виолончелисты в ритм не попадают... (и бла-бла-бла, и бла-бла-бла...).
Барабанщику это надоело, он кааак даст палкой по барабану!
Дирижёр, гневно оглядывая оркестр:
— Ну? И кто это сделал!?

Мне не место с вами в одной музыке!

Это вам не симфонический оркестр, здесь в толпе не спрячешься, надо играть чисто!

Вы не боитесь выходить на второе отделение? Скажите спасибо, что в консерваторию ходят интеллигенты. А то пролетарии встали бы со своих мест и набили всем вам морду за такую игру!

Большой Театр ставит «Бориса Годунова». Идёт репетиция хора. Дирижирует Голованов.
Хор опустив головы гундосит: «Правосла-а-авные! Православные....»
Присутствующий на репетиции режиссер Покровский шепчет Голованову:
— Ну что они у вас в оркестровую яму поют. Скажите, чтоб пели в зал, дальним рядам, пусть руки туда тянут!
Голованов дублирует во всю глотку:
— Какого хрена Вы в оркестр руки тянете? Где вы там православных увидели?

Альты, куда вы лезете? И ладно бы что-то приличное лезло, а то фа-диез!

Была б моя воля, я воспользовался этой палочкой так, чтобы у вас возобновилась проходимость воздуха в организме!

И если кто-то сыграл фальшиво, главное – успеть посмотреть с укором на соседа.

Я скажу вам сейчас, какие тут ноты, – вы очень удивитесь.

— Если двое – это компания, а трое – толпа, то что такое четверо и пятеро?
Ответ: Девять.

— Здравствуй, Абрам, где ты теперь работаешь?
— Да вот в оркестре таки русских народных инструментов.
— И шо, у вас там все русские?
— Ну не все. Ну есть там один. Ну ты же знаешь, Фима, этих русских, они ж везде пролезут.

Надо сыграть так, словно вы немножко выпили и никуда не спешите.

ну вы в натуре охренели
кричит трясётся дирижёр
здесь на два такта три синкопы
а вы как суки напролом

Я прекращаю всякие церемонии и с сегодняшнего дня начну вас учить любить, если не меня, то хотя бы музыку!

- Говорят, что в Сколково, полным ходом ведутся закрытые разработки Муль­ти­коп­тера, способного залетать в форточное окно, к не вполне законопослушным гражданам, которые переступили черту закона.
- Ого, интересно, имеются ли уже какие-нибудь наработки?
- Ну, пока лишь известно о создании экономики, которая способна постепенно вылетать в трубу...

Шостакович не был боксёром, но за такую игру он воскрес бы и набил вам морду!

Я знаю, что вы все меня ненавидите. Теперь подумайте, как к вам должен относиться я?

Не захлебнитесь в собственном таланте!

Новичку на работе говорят:
— Ты здесь поосторожнее, тут клички быстро дают.
А он пренебрежительно отвечает:
— Да по хрену, пусть дают. Мне в одно ухо влетает, в другое вылетает.
Его так и прозвали – «СКВОЗНЯК».

А может просто самим довести трубу северного потока 2 до берегов Германии, где вывести её концом на сушу и пустить газ?

Это произведение вы должны были впитать с молоком преподавателя!

Второй тромбон, я хочу вам пожелать, чтоб на ваших похоронах так играли!

Филармония.
Конферансье объявляет:
— Первый концерт для скрипки с оркестром. Пётр Ильич Чайковский.
Заканчивается концерт, из первого ряда на сцену выходит серьёзный мужик с огромным букетом, походит к дирижёру и говорит:
— Пётр Ильич, для первого раза просто ох*енно!

— Почему женщина с помощью интима может добиться благополучия, а мужчина разориться?
— Потому, что у женщин половой орган похож на копилку, а у мужчин — на трубу.

Пронумеруйте такты, а то глаза могут сместиться, а цифры — нет!

Проходит медсестра мимо палаты с дистрофиками и слышит оттуда крик одного из дистрофиков:
— Сестра, сестра, закройте, пожалуйста, форточку, с горшка сдувает!

Утро. Муж, стоя перед зеркалом с досадой говорит жене:
- Дорогая, кажется, у меня ячмень вскочил.
- Так тебе и надо! Меньше будешь чужим бабам под юбки заглядывать.
- Ты и вправду думаешь, что сквозняк, которым мне надуло ячмень, именно оттуда?

— Штирлиц, закройте окно, дует, – раздражённо сказал Мюллер.
— Ду ит ёселф, – обиделся Штирлиц.

Гена с Чебурашкой прогуливаются по городу и вдруг останавливаются перед афишей.
Гена поворачивается к Чебурашке и говорит:
— Может, на концерт сходим?
— Ген, но тут же написано, что концерт не для нас, а для виолончели с оркестром.

Хотел бы официально выразить признательность ребятам, которые играют в оркестрах "треугольник".
Спасибо за всё!

Ростовский прокатный стан начинает выпуск труб различного диаметра. Первая труба различного диаметра уже сошла с конвейера.

Штирлиц стоял напротив окна, из форточки дуло, Штирлиц прикрыл форточку - дуло исчезло.

В московскую консерваторию на десять мест по классу скрипки подали заявления сто человек: десять евреев и девяносто русских. Собрался учёный совет ректората, чтобы решить, кого зачислить — и чтобы соблюсти при этом справедливость.
Первым взял слово проректор-патриот:
— Я считаю, что мы должны поддержать коренной народ. Берём десять русских.
Проректор-коммунист, поморщившись, возразил:
— Нет, это будет выглядеть как дискриминация. По принципу интернационализма — девять русских и один еврей.
Проректор-демократ, сторонник равных квот, предложил своё:
— Всё должно быть сбалансированно. Пять на пять — идеальная пропорция.
Тут вмешался проректор-сионист:
— Вы всё забываете о многовековых культурных традициях! Девять евреев и одного русского — это единственно верный подход с точки зрения музыкальной школы.
В наступившей тишине ректор медленно обвёл взглядом собравшихся и произнёс с лёгкой усмешкой:
— Знаете, а вы все, как выяснилось, — националисты.
Совет возмутился хором:
— Ничего себе заявление! А по-твоему, кого же брать-то?
Ректор развёл руками, как бы удивляясь необходимости произносить столь очевидные вещи:
— Тех, кто лучше играет на скрипке.

Почему вам в детстве не объяснили, чем труба отличается от пионерского горна?

Дома прийти и заниматься так, чтоб вся семья у тебя умела это играть...

Дирижёр приходит на репетицию, работает час, два, не всё у него получается.
Тогда один из музыкантов тянет руку и говорит:
— Можно я?
Дирижёр подумал и говорит музыкантам:
— Вы. И вы.
В это время встревает ещё один музыкант:
— И я!
Дирижёр согласился:
— И вы. Вон отсюда, чтобы я вас больше не видел!

Сидят Пятачок и Винни пух в комнате, и пятачок говорит:
— Винни, Винни, закрой окно, дует.
— Do it by yourself! – ответил Винни.

Во время драки в оркестре выяснилось, что все инструменты ударные!

Придёте домой, передайте мои соболезнования вашей жене. Как можно спать с таким неритмичным человеком?

— Штирлиц, закройте окно! Дует.
— Do it yourself, motherfucker! – с достоинством ответил Штирлиц.

Уберите свой маникюр с грифа!

Если вы ещё раз так сыграете первую цифру, я убью всех вас по очереди, похороню, отсижу, а потом наберу новый оркестр!

Смотрите одним глазом в партию, а двумя на меня!

Записка дирижёру после концерта: «Извините, я не ябеда, но ваш литаврист бьёт в инструмент, только когда вы на него смотрите».

Математик рассказывает другу:
– Недавно услышал, что в театре будет концерт камерного оркестра. Заинтересовался. Сходил.
– И как?
– Тривиальный случай: k = 3.

В Большом театре премьера. Собираются зрители: мужчины в смокингах, дамы в бриллиантах. До поднятия занавеса остаётся несколько минут, дирижёр готовит оркестр. Вдруг видит, что первый скрипач отсутствует. Даёт поручение распорядителю найти первую скрипку. Срочно!
Тот бежит на поиски. Вскоре появляется и стесняясь, шёпотом сообщает дирижёру, что музыкант найден, но... такая щекотливая ситуация – привести его сейчас невозможно. Ибо он дрочит в мужском сортире. Дирижёр с воплем «Я с ним сам разберусь!» бежит в туалет. Врывается в кабинку, после чего из неё раздаётся его крик:
— Какой позор! И это первая скрипка оркестра! Кто вам ставил руку?! Выше локоть! Мягче кисть!

Интересный факт: Для людей, у которых нет кредитов, «коллектор» — это просто труба с гoвном.

— Дядя Сёма, — говорит маленький Абрам, — большое спасибо за ту трубу, что вы подарили мне на день рождения. Это такой дорогой подарок!
— Да, ерунда! Что там дорогого? 60 рублей.
— Но зато мама и папа каждый вечер дают мне сотню, чтобы я не дудел.

Заряженному танку в дуло не смотрят.