Муж ушёл за фасолью

— Не жалеешь, Фира, что замуж вышла?
— Да что ж я, не человек, что ли? Жалко его, конечно...

Хаим и Софа жили счастливо, пока не стали выяснять, кто кого осчастливил.

— Скажите, ребе, у миня протёрлись сланцы насквозь, один ободок остался...
— И что? Ви хотите спросить надо ли их викинуть?
— Да ви что! Как викинуть? Я хотел спросить за цену, какую мине поставить для продажи!

— Фима, Ваша жена работает?
— Работает. Переводчицей.
— А где?
— В магазинах.
— Шо значит «в магазинах»?
— То и значит! Ходит по магазинам и переводит мои деньги.

В синагоге идут выборы раввина. Все предлагают Рабиновича.
Встаёт Хаим:
— Я против Рабиновича, потому что у него дочь – проститутка.
— Хаим, что вы говорите! У Рабиновича вообще нет дочери. У него четыре сына – и всё!
— Ну, я сказал своё мнение, а вы решайте.

— Изя, шо-то у меня голова разболелась, ты шо, опять меня хочешь?

— Сара, ты вновь решила связать себя брачными узами?
— Да какие там узы?! Так, узелок на память…

Фира навестила мужа в больнице, она выкладывает в его тумбочку принесённые продукты. Самого Хаима в палате нет.
— Вы мужу ночной горшок принесите! – говорит ей один из соседей Хаима по палате.
— Зачем?
— А чтоб не мучился. Он каждый раз вас дожидается, чтоб в туалет сбегать, боится тумбочку без присмотра оставить.

— Ребе, что мне делать, ведь я совершенно не разбираюсь в людях?
— Извините, но с чего вы вообще взяли, что я ребе?

В одной еврейской семье родился первенец. Надо регистрировать. Но возникла проблема.
Пошли к раввину.
Так, мол, и так:
— Рави, нам его регистрировать днём раньше или днём позже?
— Што? А зачем вам это? Регистрируйте, когда родился!
— А разве так можно??

— Софа, кто это Вам так глаз подбил?
— Мой Хаим, кто же ещё!..
— А мы думали, что он в командировке.
— Я тоже так думала.

Раввин по окончании молитвы в синагоге обращается к евреям:
— Люди! Я понял, почему нас русские не любят! Мы не умеем пить водку. Вот завтра пусть каждый принесёт по бутылке водки, всё выльем в общий котёл – и будем учиться пить.
Абрам приходит домой и говорит своей жене – Саре:
— Так мол и так, завтра нужно будет принести бутылку водки в синагогу.
Сара ему и говорит:
— А ты, Абрам, возьми бутылку воды. Полный котёл водки – никто ничего и не заметит.
Так и сделали. На следующий день подходят евреи по очереди к котлу, каждый выливает водку. Раввин берёт поварёшку, размешивает, зачерпывает, пробует...
Грустным взглядом обводит синагогу и говорит:
— Дааа... Вот за это нас русские и не любят...

Приехал как-то парень домой на новенькой иномарке.
Ну родители сразу к нему:
— Где ты такую дорогую машину взял?
— Да девушка с соседнего района за сто рублей продала.
Ну родители — к девушке, выяснять, в чём подвох.
Девушка и объясняет:
— Понимаете, муж уехал в командировку, а вчера позвонил: мол, встретил другую, люблю — не могу, решил с ней там остаться. Просит продать всё его имущество, а деньги ему перевести. Кстати, вам квартира-двушка за пятьсот рублей не нужна?

Встретились два еврея, один и говорит:
— Ой, Марк Соломонович, я таки слышал шо вы собираетесь на концерт великого оперного певца? Таки я умоляю вас, не тратьте ваши деньги на него! Поёт плохо, в ноты не попадает, голос гнусавый.
— Но постойте, Хаим Яковлевич, разве вы интересуетесь оперой и таки были на концерте?
— Ой, вэй, упаси Господь от этого ужаса. Мне таки сосед рассказал, Абрам Моисеевич, он же и напел.

— Софа, а шо вы такая вся из себя грустная?
— Та я таки думала, что мой Хаим – хранитель семейного очага.
— А он шо?
— А он своей кочергой ещё два костра ворошил!

— Фима, ты мине изменял за 50 лет совместной жизни?
— Да, Сарочка, было раз, когда ты болела…
— Шо? А когда это я так болела, шо… аж лежать не могла?!

Приезжает раз в синагогу налоговый инспектор-рационализатор и спрашивает раввина:
— Вот у вас свечки горят — остаются огарки. Куда вы их деваете?
— Отсылаем в центр. Там их переплавляют, присылают нам новые.
— А вот вы мацу продаете — у вас крошки остаются. Куда вы их деваете?
— Отправляем в центр, там их мелют в муку и присылают свежую мацу.
— А вот вы обрезание делаете. Куда же обрезки-то?
— Отправляем в центр. Там их перерабатывают.
— Ну, и что присылают?
— Ну вот, в этот раз, к примеру, вас прислали.

— Сара, милая, если я умру — не сиди вдовой, выходи замуж. Будь счастлива. И пусть этот человек правильно воспитает наших детей!
— Ой, как ты меня замучил! Нормальный суп! А не хочешь — так и ни кушай.

Как говорит умудрённый житейским опытом Семён Маркович Шнеерзон: «Ничто так не украшает одесскую женщину, как временно отсутствующий по причине командировки муж».

— Абрам, разделяешь ли ты мое мнение?
— Таки да, Фирочка, таки да дорогая, ещё как разделяю, аж на две части. Часть первую отвергаю полностью, ну а со второй не согласен — категорически!

— Хаим, а у вас часто бывает такое, что вы ходите налево?
— Что значит ходите, да я там практически живу.

Умирает старый еврей. У постели жена.
— Соня, я умираю. Скажи правду: ты всегда мне была верна, никогда не изменяла?
— Хаим, как ты можешь в такую минуту! А вдруг ты не умрёшь?

— Абрам, что это ты всю ночь называл меня Наденькой?
— Сара, ты не поверишь. Мне снилось, что я Ленин.

В одесском автобусе едет женщина и разговаривает по мобильному телефону:
— И ты представляешь, Софочка, захожу я в нашу спальню, а он там с соседкой развлекается на нашей кровати, ну я тихонечко прокралась на кухню взяла и... Ой, Софочка, моя остановка, я в шесть с работы поеду и дорасскажу.
Шесть вечера. Та же женщина садится в автобус, а в автобусе сидят всё те же лица, тут заскакивает мужик запыхавшийся, еле переводит дух:
— Я не опоздал?
Смотрит на женщину и говорит:
— Ну шо уставилась? Звони Софочке.

Встречаются две подруги, обе — жёны трейдеров. Одна говорит:
— Мой постоянно бормочет во сне — 70-80, 70-80, 70-80...... Что делать?
— А ты ему подскажи «Sell» или «Buy», — он и замолчит. — подсказывает вторая.
Настала ночь.
Муж опять тараторит во сне «70-80, 70-80, 70-80.....».
Жена ему:
— Вuy!
Муж тут же:
— O! Taking!!! Fresh!!! 80-90, 80-90, 80-90....

— Дорогая, я решил, что больше никогда не буду с тобой ругаться!
— Нет, вы посмотрите на него, он решил... А у меня ты спросил?!

Одесса.
— Вы не подскажете, где здесь консульство?
— Какой страны?
— А ви таки какую бы посоветовали?

— Изя, почему вы решились на побег из тюрьмы? Это же опасно!
— Я очень сильно хотел жениться.
— Правда? Странное у вас представление о свободе.

Поп говорит раввину:
— Что у вас за похороны такие? Все плачут, кричат, посыпают голову пеплом. То ли дело у нас — всё чинно, благородно, поют, выпивают...
Раввин:
— Да, мне таки определённо больше нравится, когда ваших хоронят...

— Рабинович! Как могло так получиться, что ваша жена утонула? Вы ведь в этот момент рядом с ней были. Неужели Вы не слышали или просто не поняли, что она зовёт на помощь?
— Да, шо понял: орала, как обычно.

Еврейская мама учит своего тощего очкастенького сына:
— Сынок, для начала ты женись на украинке. Она откормит тебя борщами, станешь красивый. Тогда разведись и женись на еврейке, она родит тебе правильных детей. Когда тебе будет лет 60, опять разведись и женись на цыганке.
Сынок:
— На цыганке-то зачем?
Мама:
— Как они хоронят, как хоронят!

— Соня, мы женаты с тобой первый день, а ты уже ссоришься!
— Ноя таки ждала этого дня целых два года!

— Изабелла Семёновна, соседи удивляются: а шо это вы уже второй день с мужем не ругаетесь?
— Мы с ним в ссоре.

Ha опере «Евгений Онегин» Изя толкает свою жену в бок:
— Сара, пока ты спала, Ленский послал Онегину вызов.
— Hу и шо? Он поедет?

Если хочешь, чтобы жена тебе не изменяла, – не женись!

Однажды Мойше довелось побывать в одном небольшом городке, куда его отправили по работе, в командировку. И вот приезжает он, прогуливается по местным улочкам, оценивает, так сказать, обстановку.
После плотного ужина в местном кабаке выходит на улицу, закуривает папироску, да и приходит ему в голову великолепная мысль: «А не заглянуть ли мне к девчатам в бордель?».
Долго бродит он по закоулкам, но никак не может найти искомое место. А спросить у местных страх как стесняется. Наконец не выдерживает, останавливает случайного прохожего и спрашивает у него:
— Скажите, милейший, а где тут раввин проживает?
— Карастоянова, 16.
— Да ви что?! Раввин — и живёт прямо напротив борделя?!
— Нет-нет, вы что-то напутали! Бордель же только через пять домов, дальше по улице!

— Софа, компот варят только с фруктов, или с овощей тоже?
— Хаим, компот с овощей называется «борщ»!

Совет от тёти Фиры:
«Если не отпускать мужа пить пиво с мужиками, то он начнет пить шампанское с женщинами».

— Мужья, тётя Соня, тоже могут быть идеальными. Это вам любая вдова подтвердит...

Если ты изменил и ушёл из семьи ты козёл и м*дак. А если жена изменила и ушла из семьи, то только потому, что ты козёл и м*дак. Альтернативы нет.

— Изя! Бросай курить! Ты знаешь, что мы могли бы купить на те деньги, шо уходят денег на твои сигареты?
— Знаю, Сонечка! Тебе шубу, мне ничего...

По телевизору, в эфире вечерних новостей, расхваливают одного одарённого художника:
— Одним мазком своей кисти он может превратить смеющееся лицо в плачущее.
— Ой, я вас умоляю, – комментирует Абрам. — Моя Сонечка веником может сделать тоже самое!

— Ребе, а женщинам можно верить?
— Конечно можно, пусть верят.

Сима, поругавшись с Абрамом, в запале ссоры, кричит тому:
— Ну, если я по твоему корова, то ты таки — зоофил!

Маленький мальчик по имени Абрам заглянул в комнату, где мать принимала любовника, пока отец был на работе. Абрам спрятался в шкаф, и оттуда подглядывал. Внезапно домой пришёл отец мальчика.
Жена тут же начинает прятать любовника в шкаф, не зная, что её сын уже сидит там в темноте.
Абрам:
— Темно здесь.
— Да.
— У меня есть футбольный мяч.
— Это хорошо.
— Вы не хотите его купить?
— Нет, спасибо.
— Мой отец снаружи.
— Сколько?
— 250 долларов.
Спустя несколько недель Абрам и мужчина снова встречаются в шкафу.
Абрам:
— Темно здесь.
— Да.
— У меня есть кроссовки.
Помня прошлый раз, мужчина спрашивает:
— Сколько?
— 750 долларов.
— Идёт.
Спустя несколько дней отец предлагает Абраму поиграть в футбол.
— Я не могу, я продал мяч и кроссовки.
— За сколько?
— За 1000 баксов.
— Но это намного больше, чем они стоят! Это грех, ты должен пойти к раввину и рассказать об этом.
В синагоге Абрам зашёл к раввину, закрыл дверь и сказал:
— Темно здесь.
Раввин:
— Абрам, вот только не начинай!

— Исаак, я сильно глупая?
— Нет Сара, ты — слабо умная!

Абрам в очень радостном настроении прибегает домой, и, размахивая какой-то бумажкой, с порога радостно кричит жене:
— Софа, Софа, срочно собирай вещи, мы только-что выиграли в лотерею миллион!
— Абрам, мы таки едим в отпуск?
— Нет Софа, ты таки проваливаешь от меня на хрен!

— Ребе, а можно ли курить по субботам?
— Ты что, Изя, конечно нельзя!
— А вот Хаим же курит?
— Ну так он не спрашивает...

Жена вернулась из отпуска на день раньше и застукала меня за мытьём посуды. Никаких объяснений слушать не хочет. Говорит, я ей всё время врал, что не умею.
Я ей говорю: мол, сама понимаешь, трудно так долго без женщины, не удержался, но больше ни‑ни, клянусь. А она — к холодильнику. А я ж не успел дожрать всё, что наготовил, думал, завтра успею. И вот на тебе: и борщ, и плов, и два раза по пол‑пирога. Спалился, короче, по полной.
Попытался ей наплести, что баб водил, но куда там после посуды‑то.
Короче, что делать? Развод?

— Сима, я тебе так скажу. Детям нужно отдавать всё лучшее! Вырастут — всё равно отнимут!

Два католика сидят в кафе напротив борделя.
Входит в бордель православный поп.
— Какой позор! – сказали католики, — А ещё в рясе.
Через некоторое время в бордель входит раввин.
— Ага, – сказали католики, — Евреи тоже не выдерживают искушения!
Наконец, в бордель входит католический священник.
— Наверное, случилось несчастье и кто-то серьёзно пострадал, раз ему пришлось прийти прямо сюда, – сказали католики.

Одесса. Разговаривают две соседки:
— Слышала? От Хаима жена ушла!
— Шутишь? И как он это пережил?
— Сейчас уже успокоился. А по началу могло показаться, что вот-вот с ума от радости сойдёт.

После того как в синагогу ворвался нееврей с ножом, решено установить жёсткий пейс-контроль.

После очередной семейной ссоры, связанной с тем, что Абрам приносит домой слишком мало денег, Сара принялась делать вид, что совсем не замечает своего бедного мужа. Абрам, в свою очередь, решил хоть как-то примириться с Сарой и подойдя к ней поближе, начал совершать робкие попытки приобнять свою любимую жену, но та отталкивает его от себя и говорит:
— Отойди от меня, голодранец!
— Сара, но что ты такое говоришь? Иди ко мне, я тебя обниму и всё будет, как прежде...
— Абрам, не подходи ко мне! Я не хочу, чтобы моё тело трогали руки, которые совершенно не способны зарабатывать деньги!

Хаим Натанович возвратился домой из командировки. На вокзале он взял такси, а когда доехал до дома, то попросил таксиста подняться с ним и стать свидетелем — мол, он подозревает, что жена ему изменяет.
Таксист сказал, что готов засвидетельствовать всё, что угодно. Они поднимаются, муж бросается в спальню, срывает одеяло, а там действительно его жена с любовником.
Он выхватывает пистолет и хочет застрелить любовника, но тут жена начинает истерично кричать:
— Нет, не делай этого! Я тебя обманывала: я не получила наследство от своей тёти! Это всё он нам оплачивает: дом, машину, катер, обучение наших детей, да и все наши крупные расходы — тоже оплачивал он! Не убивай его!
Хаим Натанович опускает пистолет и в растерянности обращается к таксисту:
— Ну, и что мне, как вы считаете, теперь делать?
— Накройте его одеялом, — советует таксист, — не дай Бог, простудится.

Пастор читает проповедь:
— Алкоголь — это ваш враг номер один. Вы напьётесь, обязательно поссоритесь с женой, схватитесь за револьвер и с пьяну всё равно промажете.

Мать учит дочку, собирающуюся замуж:
— Когда будешь заниматься сексом с мужем, никогда не соглашайся, если он тебе предложит пойти другим путем.
— Ладно, — сказала дочка.
— Живёт она с мужем, живёт, все у них хорошо в постели, а он про другой путь и не заикается. Наконец, ей любопытно стало, и она сама предложила мужу:
— Слушай, а давай попробуем другим путем?
— Ты что, так же забеременеть можно.

— Абрам Моисеевич, а как у вас, стесняюсь спросить, с Сарой?
— Мы расстались...
— А шо такое?
— Таки я думал, шо моя Сара — любимая. Посчитал расходы, а она таки дорогая...

Муж радостно говорит жене:
— Зая, я бросил пить!
Жена в ответ:
— Лучше бы ты врать бросил!

— Софочка, дорогая, а этот суп точно не испортился?
— Изя, кушай не бойся, завтра всё равно выходной...

— Софа, мы с тобой женаты всего лишь первый день, а уже ссоримся… Как так!?
— Абрам, таки я полтора года ждала этого дня!

Софа, обливаясь слезами и всхлипывая, разговаривая по телефону со своей матерью, говорит:
— Мама, уже двенадцать часов ночи, а Хаима всё нет и нет… Он, скорей всего, сейчас у какой-нибудь распутной девицы дома, лежит довольный и изменяет мне с ней…
— Софочка, ну зачем сразу подозревать худшее? Может, его просто сбила машина, когда он переходил через дорогу.

Как любила повторять моя тётя Хая: «Запомни, Софочка, шо я тебе скажу: Прибить полку можно и соседа попросить... А вот наорать, шо криво прибита — тут таки уже муж нужен!!!».

Застав мужа с любовницей, Роза скандалить не стала. Сказала: «Сядьте поближе друг к другу. Я вас сфотографирую на памятник...»

Еврей приходит к раввину и спрашивает:
— Ребе, можно я съем маленький кусочек свинины?
— Ты что, с ума сошел? Какая свинина?!
— Ну мааленький–премаленький!
— Да ты Тору читал?! Запрещено, ты же знаешь!
— Ну малюсенький!
— Да нельзя, я тебе говорю! Запрещено!
— Но ребе, я же видел, вы сами вчера съели!
— Да, но я ж ведь ни у кого и не спрашивал...

Поздним вечером Абрам нервно прогуливался во дворе своего дома, то и дело посматривая на часы.
— Волнуюсь за свою Сару, — Поясняет он соседу.
— А что с ней?
— С ней – мой автомобиль!

— Хаимчик, я всё, ушла!
— Фирочка, ты куда?
— К гинекологу!
— Хорошо Фирочка, давай! Покажи им там всем!

— Софочка, ты куда посреди ночи?
— Пойду проверю, не горит ли где в доме свет.
— И мне кусочек прихвати.

Абрам, вернувшись с работы домой, обращается к своей жене Саре:
— Сара, будь добра, завари мне чаю.
— Ой, Абрам, я так сильно за этот день устала, сделай сам.
— Но я тоже устал! И в отличии от тебя, я не был целый день дома, а работал!
— Хорошо-хорошо, давай не будем ссориться, а поступим следующим образом — я заварю чай тебе, а ты — мне. Идёт?
— Идёт.
— Сара, вот я заварил тебе чай!
— А я уже перехотела, так что пей сам!

Настоящий мужик никогда не обижается, он просто говорит: «я тебя понял», а потом исчезает из твоей жизни на несколько лет.

— Я от тебя ухожу.
— Хорошо.
— Ты такую, как я, больше никогда не найдёшь!
— Я такую, как ты, и искать не стану.