🖼️ Прикольные мемы — свежие картинки
Мемы:
Теги Дата 13.03.2024  Александр Блок, Есенин, блок, Литературное, Мел, Маяковский, классика, Александр Пушкин, асфальт, Пушкин, Классики, Писатели
🖼️ Текст на изображении (раскрыть)
С большой гордостью представляю вам то, что я сегодня обнаружил на улице — Классики:
Комментарии к анекдоту:
Лучший комментарий
13.03.2024 00:00 #
Блок неплохо. =) Борода Достоевского выглядит как жабо. А вот характерные черты Толстого и Есенина переданы идеально. Особенно петля.
Классики
15.03.2024 17:33 #1
Код:
Похожие материалы:

    Новостной заголовок:
    Русский поэт напился и всадил себе нож в ягодицу.

    Комментарии пользователей:
    Отцветают в саду незабудки,
    Соловьи не поют о былом...
    От тоски безнадежной и жуткой
    Я проткнул себе жопу ножом.

    Мы низвергнуты в царство Аида!
    В мире все - бесконечная ложь,
    Смерть и ужас, тоска и обида,
    Страх и ненависть, жопа и нож.

    Мне опротивел белый свет,
    Мещанский быт, его уют,
    Пишу я много-много лет,
    Но всё меня не издают,
    Мне надоело прозябать
    В тени лакеев и вельмож,
    И чтоб известным сразу стать
    Вонзил себе я в жопу нож,
    Огромный ржавый нож!

    В самолёте:
    — Стюардесса, почему мы летим и так трясёмся?
    — А кто вам сказал, что мы летим? Полоса вся разбитая, взлететь не смогли. До Самары всего сотня километров – и так доедем.

    Сидят в баре немец и австралиец и разговаривают о дорогах и автомобилях.
    Австралиец хвастается:
    — Я что на Хонде, что на Форде могу выехать за город и втопить 200 км/ч, три часа и я у соседей.
    Немец говорит:
    — Это ещё что, я могу что на БМВ, что на Мерседесе выехать на шоссе и разогнаться до 250 км/ч.
    Австралиец его перебивает:
    — Так на асфальте 250 любой может...

    Отремонтировали военно-грузинскую дорогу.
    По случаю ремонта фуршет, торжественная часть, выступает перед людьми местный начальник.
    — Вот раньше как быль? Быль весь разобит дорога!
    Сзади подсказывают – "разбита дорога".
    — Да, прастит, была разбита дорога. Дорога без асувала быль!
    Сзади – "без асфальта".
    — Да, прастит, без асфальта быль дорога. Весь в колдоебинах!
    Сзади – "в выбоинах".
    — Да, прастит, вот товарищ гаварыт, быль даже вы*бан на военно грузинской дороге!

    Рано утром на Уралмаше сошёл с рельсов трамвай, который ехал по восьмому маршруту. Причина ЧП оказалась весьма неожиданной — ночью пути просто заасфальтировали.

    От приличного до неприличного — один шаг! Чебурашка сам по себе выглядит прилично. А теперь положите его на асфальт и обведите мелом...

    — Пей со мной, паршивая сука, пей со мной! Излюбили тебя, измызгали, Невтерпёж. Что ж ты смотришь так синими брызгами? Иль в морду хошь?...
    — Извините, а ваш ребёнок может Дедушке Морозу другой стих Есенина прочитать?

    Леонид Ильич едет по Москве, смотрит – памятник.
    — Кому это памятник поставили? – спрашивает он у водителя.
    — Чехову, Леонид Ильич!
    — А это он «Муму» написал?
    — Леонид Ильич, «Муму» – это Тургенев!
    Брежнев недовольно ворчит:
    — Странно, «Муму» написал Тургенев, а памятник – Чехову!

    Институт, пятая пара. Все студенты устали. И просят преподавателя:
    — Максим Викторович, ну отпустите, мы устали очень...
    — Ну хорошо, когда этот кусочек мела закончится – тогда и домой пойдём.
    Голос с задней парты:
    — Дайте я его сожру!

    Молодой начинающий автор принёс свой первый роман в издательство.

    Редактор, не глядя в его сторону, сказал, - молодой человек, Вы видите, сколько у меня подобных произведений, я физически не могу всё это прочитать. Поэтому откройте Ваш роман на произвольной странице и прочтите мне один абзац. Я сразу скажу Вам, можете ли Вы рассчитывать на публикацию.

    Автор открыл книгу и прочитал:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике».

    - Что ж, неплохо для начала, - отметил редактор. Тема дворянства и его неизбежного разложения интересна нашему читателю. Но, безусловно, текст надо доработать, поскольку не видно связи сюжета с рабочим классом. Неделя Вам на доработку.

    Через неделю автор читал редактору новый вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы».

    - Сразу могу сделать замечание, - сказал редактор. – нет революционного настроя, не ощущается надвигающаяся гроза революции, а без этого роман печатать нельзя.

    Через неделю автор принес в редакцию очередной вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал».

    - Уже лучше, - сказал редактор, - но всё как-то безрадостно, есть дворянство, есть рабочий класс, но у рабочего класса нет веры в светлое будущее.

    Автор принес доработанный вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!».

    - Гораздо лучше, - похвалил редактор. Но в романе, претендующем на публикацию, обязательно должно быть описание замечательной русской природы. Новый вариант звучал так:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь».

    Хорошо, похвалил редактор, но не хватает таинственности, которую так любят наши читатели, надо доработать. Через несколько дней автор принес новый вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь.

    Из камина торчала чья-то волосатая нога».

    Стоп, - сказал редактор. Таинственность есть, но Вы совершенно не раскрыли невыносимое положение крестьянства, а это надо обязательно сделать. Да и действующих лиц маловато для романа. Автор принес очередное исправление:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь.

    Из камина торчала чья-то волосатая нога.

    Во дворе усадьбы под крики, нечеловеческий гогот и шум дождя, семеро пьяных крестьян трахали дохлую кобылу».

    - Совсем другое дело, но и для нашего крестьянства должен быть какой-то выход, нельзя прерывать описание тяжелой жизни крестьян на такой грустной ноте. Необходима хотя бы небольшая доза оптимизма.

    Автор принес исправленный вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь.

    Из камина торчала чья-то волосатая нога.

    Во дворе усадьбы под крики, нечеловеческий гогот и шум дождя, семеро пьяных крестьян трахали дохлую кобылу. Вдруг один из них крикнул, - мужики, пошли отсюда, что мы под дождём надрываемся, кобыла здесь и завтра будет лежать!».

    Замечательно, - улыбнулся редактор, - многоплановый роман вырисовывается. Есть тема дворянства и его разложения, тема рабочего класса и его революционного настроя, очевидна вера в светлое будущее. Хорошо показана наша природа, есть элемент таинственности и совсем неплохо описана тяжелая доля русского крестьянина. Хорошо бы еще показать в Вашем романе полное загнивание капиталистического общества и неизбежную победу социализма.

    Через неделю автор принес новый вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь.

    Из камина торчала чья-то волосатая нога.

    Во дворе усадьбы под крики, нечеловеческий гогот и шум дождя, семеро пьяных крестьян трахали дохлую кобылу. Вдруг один из них крикнул, - мужики, пошли отсюда, что мы под дождём надрываемся, кобыла здесь и завтра будет лежать!

    А в это же время на чердаке соседнего дома низшие полицейские чины развлекались с падшими уличными женщинами, которые при ином общественно-политическом строе могли бы стать полезными обществу. Смеркалось, но с неизбежностью всходила над Россией заря социализма».

    Отлично, - сказал редактор, - но необходимо добавить заключительный штрих и показать направляющую и руководящую роль коммунистической партии. Сами понимаете, что в нынешней политической ситуации это надо сделать обязательно.

    Через пару дней автор зачитал редактору окончательный вариант:

    «Граф вошел в спальню графини, клацая манжетами по паркету.

    - Не испить ли нам кофею, спросил граф графиню.

    - Отнюдь, - ответила графиня.

    И граф поимел графиню три раза на подоконнике.

    А за стеной раздавались удары молота и нестройное пение, два кузнеца ковали какую-то железяку для ворот графской усадьбы и пели «Интернационал». Вдруг удары прекратились и раздался голос старшего кузнеца, - кончай работу, Ванька, хуй с ней, с железякой, завтра докуём!

    За окном бушевала стихия, уже три часа шел проливной дождь.

    Из камина торчала чья-то волосатая нога.

    Во дворе усадьбы под крики, нечеловеческий гогот и шум дождя, семеро пьяных крестьян трахали дохлую кобылу. Вдруг один из них крикнул, - мужики, пошли отсюда, что мы под дождём надрываемся, кобыла здесь и завтра будет лежать!

    А в это же время на чердаке соседнего дома низшие полицейские чины развлекались с падшими уличными женщинами, которые при ином общественно-политическом строе могли бы стать полезными обществу. Смеркалось, но с неизбежностью всходила над Россией заря социализма. Ибо в подвале неприметного дома напротив, в обстановке строжайшей секретности, уже второй день шло заседание III съезда РСДРП, на котором выступал с речью Владимир Ильич Ленин».

    Молодец, - похвалил редактор, - роман практически готов к печати. Но я хотел бы обсудить название Вашего произведения. Предварительное рабочее название Вашего романа – «Эх, ёб твою мать!!!». Хорошее название, бойкое с сильным глубинным смыслом. Но, если не ...

    В Иркутской области КамАЗ провалился в огромную яму на дороге, которую приехал засыпать. Машину пришлось вытягивать при помощи экскаватора.

    — Шеф, я сегодня на работу не выйду. Дорога - сплошное стекло, по такому не проехать!
    — Петрович, ты охренел?! Ты водитель пескоразбрасывателя!

    Вот и пришла на наши улицы весна, а это значит, что каждый из нас, вновь начнёт ходить на цыпочках по грязи, с целью обхода более грязного участка земли.

    Идет Пушкин по просёлочной дороге, догоняет его мужик на телеге.
    Ну Пушкин ему и говорит:
    — Подвези, мужик, до ближайшей деревни.
    Мужик говорит:
    — Садитесь.
    Едут они, едут, ну и решил великий русский поэт удивить простого сельского мужика рифмой.
    Спрашивает:
    — Мужик, тебя как зовут?
    — Иван.
    — О, Иван, х*й тебе в карман.
    Мужик обиделся на поэта и говорит:
    — А тебя как зовут?
    — Александр Сергеевич.
    — Ну и слезай на х*й с телеги.

    В 1947 году товарищ Сталин отправился отдыхать на Юг на автомашине. Где-то под Воронежем подвеска сломалась.
    Спешно прибывшему секретарю обкома товарищ Сталин сказал:
    — Осмотрели мы Ваше хозяйство. Хорошее хозяйство! И люди у вас хорошие, и песни правильные поете... Но, у вас, товарищи, ужасные дороги. Как вы по ним собираетесь идти в светлое будущее? Не дороги, а сплошные ямы и колдобины!
    Присутствующий рядом Берия, в сторону, шёпотом:
    — И выбоины.
    Сталин:
    — Спасибо. Мне тут товарищи подсказывают, что все виновные в этом безобразии должны быть – и будут непременно – вы*6аны...
    ... Даже полвека спустя после этой беседы Воронежская область отличалась прекрасными дорогами...

    Пушкин, выходя из дома с женой, поскользнулся и, упав в грязь, обрызгал жену.
    Это увидала старушка, бежит к другой, выпучив глаза, и при этом орёт:
    — Видали? Слыхали? Пушкин вышел с женой из дома, а она ему подножку. Он упал и за это её грязью.
    Вторая старушка побежала к третьей и орёт:
    — Видали? Слыхали? Пушкин выбежал из дома, а жена ему подножку. Так он за это с неё платье сорвал.
    Третья старушка побежала к четвертой, та к пятой. Так дошло до последней старушки в деревне.
    Она бежит к первой и орёт:
    — Слыхали? Видали? Гоголь залез голым на дерево и всех нах*й посылал.

    Свежий воздух сильно пробуждает аппетит! Но не спешите, вести в девушку в общепит, рестораны, лобстеры и омары подождут. Лучше приготовьте дома бутерброды с колбасой, лучше с докторской, и возьмите с собой термос с чаем. В парке присев на скамейку, вы сможете прекрасно отобедать, кстати вот тут, совершенно кстати будут стихи Сергея Есенина. Пока девушка уминает бутерброд запивая его сладким чаем, прочитайте ей немного стихов, поверьте девушка навсегда запомнит это свидание.
    Комментарий одного из пользователей:
    — Есенин – это классика! "Пей со мной, паршивая сука, пей со мной", очень в тему.

    Добрый день, Джеймс!
    Рады сообщить вам, что наше издательство планирует напечатать ваш роман. Должны отметить, что вы невероятно талантливы и вас ждет большое будущее в литературе. Однако есть важное требование. Вы должны изменить пол главного героя. Сейчас очень актуален образ сильной женщины.
    С уважением, Л. Саммерс.

    Добрый день, Линда.
    Как вы и просили, я изменил пол главного героя. Теперь это женщина. Также изменил любовную линию. Теперь главного героя во время экспедиции на северный полюс дома ждет Стивен - верный муж.

    Добрый день, Джеймс.
    Прочитали новую версию. Редактор рекомендует изменить еще один эпизод. В седьмой главе, когда замерзающие полярники греются друг об друга в одном спальном мешке. Теперь, когда главный герой женщина, возникает странный сексуальный подтекст, попробуйте что-то сделать с этим.
    И еще - в десятой главе полярники все вместе молятся. Религия - достаточно острый вопрос, сделайте так, чтобы они молились разным богам, а не одному.
    С уважением, Л. Саммерс.

    Здравствуйте, Линда.
    Я заменил эпизод, о котором вы говорили. Теперь полярники молятся не только богу. У каждого своя религия. В том числе вуду и неоязычество. Надеюсь, это достаточно обширный список.
    Также я изменил седьмую главу. Теперь полярники греются группами, согласно религиозным соображениям. А героиня вообще отдельно.
    Скажите, должна ли она носить паранджу? Ведь один из полярников весьма радикальный исламист.
    Джеймс Мороу.

    Добрый день, Джеймс.
    Мы решили публиковать ваш роман в нашем литературном журнале по главам. Это позволит нам вносить правки в еще неопубликованные главы. Мы уже опубликовали первую главу и получили ряд комментариев, связанных с тем, что среди полярников нет азиатов и людей с ограниченными возможностями. Пожалуйста, внесите соответствующие правки.
    С уважением, Л. Саммерс.

    Изменил вторую главу. Теперь среди полярников есть представители всех рас и безногий азиат. Его тащат на санках. Надевать ли паранджу на главную героиню?
    Джеймс.

    Добрый день, Джеймс.
    Мы получили массу негативных отзывов.
    1. Людей с ограниченными возможностями должно быть больше. Дело в том, что, когда он один и все его тащат - складывается образ неполноценного человека.
    2. Нужны 3 гомосексуалиста.
    3. Сделайте главную героиню более бодипозитивной. Паранджу не надевайте.
    С уважением, Л. Саммерс.

    Как вы и просили, внес правки. Теперь с ограниченными возможностями все, кроме исламиста и главной героини. Сама героиня теперь донельзя бодипозитивна.
    Джеймс.

    Джеймс, срочно внесите правки. Исламист не должен быть единственным человеком без ограниченных возможностей, это создает ощущение, будто он возвышается на фоне остальных, пусть он отморозит ноги. Срочно развивайте любовную линию религиозных гомосексуалистов. Скажу честно, публика не в восторге.
    Л. Саммерс.

    Отморозил ноги исламисту, заставил всех гомосексуалистов любить друг друга и православного вудуиста. Прописал линию спасения редкого белого медведя ценой жизни двух полярников.
    Джеймс.

    Джеймс, к сожалению, мы вынуждены прекратить публикацию.
    Дело не в том, что история о банде сумасшедших, религиозных гомосексуальных инвалидов-полярников, прикармливающих медведя своей плотью под командованием двухсоткилограммовой бабищи, выглядит откровенно странной. Просто сегодня к нам в редакцию пришел глава ассоциации не умеющих читать и сказал, что их чувства оскорбляет ваш роман. Ибо они не могут его прочесть. Теперь вместо вашего романа мы будем публиковать пустые страницы.
    Надеюсь на понимание.
    С уважением, Линда Саммерс.

    Слава богу, это закончилось!
    Джеймс.

    Добрый день, Джеймс.
    Пишу это письмо, чтобы предупредить вас. К нам в редакцию пришла повестка в суд от религиозного общества «Святых Всенаполненных Братьев». Их оскорбляет хтоническая пустота вашего романа, и поэтому они намерены добиться вашего ареста. Бегите из страны, Джеймс!

    "Называть себя писателем — дурной вкус. Нужно, чтобы тебя назвали писателем другие".

    (с) Сергей Снегов

    Я — эко-френдли писатель и забочусь об окружающей нас экологии, и именно поэтому моя новая книга выйдет без обложки, без бумаги и вообще без книги и будет стоить 8999 рублей. Надо будет, позвоните, по телефону сюжет перескажу.

    Гоголь переоделся Пушкиным и пошёл к Пушкину в гости.
    Пушкин дверь открыл, глянул, кто пришёл и кричит:
    — Арина Родионовна, смотрите, Я пришёл!

    Недавно Дарья Донцова закончила работу над своим очередным бестселлером. Стоит признать тот факт, что она внесла весьма большой вклад в отечественную бессмыслитристику.

    Ах, вот оно что! Тайна приоткрылась ему. Вот что, оказывается, делали великие писатели и замечательные поэты. Вот почему они стали титанами. Они умели выразить то, что думали, чувствовали, видели.

    Германия. В пивной спорит компания писателей.
    Тут один говорит:
    — Позвольте вставить ремарку!
    Эрих Мария Ремарк возмущённо вскакивает:
    — Что вы себе позволяете?!

    Идёт бабка по Летнему саду, навстречу ей — Пушкин. Он около неё спотыкается и неловко падает.
    Встав и отряхнувшись, он говорит:
    — Пардон, мадам.
    И идёт дальше.
    Эта бабка в тот же вечер рассказывает своей подруге:
    — Променадирую это я по Летнему саду, а тут — Пушкин, на меня загляделся, споткнулся и упал. Встал извинился и пошёл дальше…
    Десятая бабка — одиннадцатой:
    — Гуляю это я Летним садом, смотрю — пьяный вдрызг Пушкин падает мордой прямо в лужу так и остался лежать.
    Пятидесятая бабка — пятьдесят первой:
    — Иду это я по Летнему саду, глядь вправо — а там голый Гоголь на пеньке сидит и др*чит.

    Поэты — это люди, презирающие деньги, за исключением тех сумм, которые нужны им, чтобы прожить сегодняшний день.

    Политехнический институт, Владимир Маяковский выступает на диспуте о пролетарском интернационализме:
    — Среди русских я чувствую себя русским, среди грузин я чувствую себя грузином, среди евреев — евреем…
    Вопрос из зала:
    — А среди дураков?
    Маяковский не растерялся и говорит:
    — А среди дураков я впервые.

    Открою страшную тайну: наши дороги в целях противодействия движению возможного противника просто совмещены с противотанковыми рвами.

    Фаина Раневская

    Старость его лица внушала спокойствие, пишет он, поскольку сама окончательность черт исключала всякое притворство. Старость ведь отнюдь не бесконечна, и в этом её прелесть. Она устанавливает предел изменениям, представляя человека в максимально завершённом виде.

    Иосиф Бродский

    — Тут, в общем, у Пушкина имеется одна непонятная фраза.
    — Какая?
    "Становился день".
    — Прочитай целиком.
    — Уж небо осенью дышало, уж реже солнышко блистало, короче становился день.

    Лексика Просмотры анекдота 1824   Комментарии к анекдоту 0

    Собрание в горном селении.
    Выступает глава поселения.
    - Наконец-то ми закончили строительство новой дороги. Все помнят старый дорога. Ями, ухаб и етот.. ви..
    Из президиума подсказывают:
    - Выбоины...
    - Вот тут мне подсказывают, что некоторые даже были вы*баны на етот старый дарога!

    Построили новую дорогу.
    Мэр выступает:
    — Что здесь бало раньше? Грязь, колдобины...
    Из толпы тихонько:
    — Выбоины...
    — Вот правильно товарищ подсказывает, даже вы*бали здесь кого-то.

Загрузка материалов...