Потребности

На уроке литературы:
— Вовочка, что тебе известно о Чехове и Пушкине?
— Чехов — это город, и Пушкин — это город.
— А кто же тогда Толстой?
— А Толстой — это лев!

Поздний вечер, сижу на кухне, пью чай, параллельно убаюкиваю маленького сына. Заходит моя жена, прибралась на столе, протёрла его тряпкой, собрала и выкинула весь мусор, стоит, моет посуду. Тарелке на четвёртой она, вдруг усмехнулась и говорит:
— Блин, вообще я сюда за зарядкой для телефона пришла...

— Я знаю каждую цифру числа Пи.
— Правда?
— Правда, только до конца не помню их порядок.

Люди со сверхчеловеческими способностями встречаются крайне редко, а вот со сверхчеловеческими потребностями и сверхсамооценкой — увы, на каждом шагу.

Любите литературу!
Как много тепла можно получить от собрания сочинений плодовитого писателя!

Гости нужны для того, чтобы время от времени наводить в доме порядок.

Поэты — это люди, презирающие деньги, за исключением тех сумм, которые нужны им, чтобы прожить сегодняшний день.

Урок русского языка.
Учительница обращается к Вовочке:
— Вовочка, ну как, ты выучил алфавит?
— Марь Иванна, выучил, но вот только с порядком букв у меня не очень заладилось.
— Хорошо, давай рассказывай, как выучил.
— Й,Ц,У,К,Е,Н...

Благодаря нашим писателям нам есть на что ставить сковородку с картошкой.

– Я словно герои книг Ремарка.
– Сильная и сложная личность, борющаяся с превратностями судьбы?
– Постоянно бухаю и не понимаю, что происходит...

"Называть себя писателем — дурной вкус. Нужно, чтобы тебя назвали писателем другие".

Несмотря на то, что доктора лечили его, пускали кровь и давали пить лекарства, он всё-таки выздоровел...

Молодой писатель приносит свою рукопись на читку редактору. Роман начинается со слов:
"А не испить ли нам кофею? – спросил граф".

— У вас отсутствует конфликт, – говорит редактор. — Надо исправить.
Писатель кивает головой, уходит, и возвращается на следующий день с новым вариантом:
"— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф."

— Уже лучше, – говорит редактор, — но тема любви совершенно не раскрыта, даже не затронута!
Третий вариант романа выглядит так:
"— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и вы#бал графиню три раза на подоконнике."

— Очень хорошо! – доволен редактор. — Но не раскрыта тема природы…
И так далее, и так далее. После раскрытия тем природы, народа и революции получается примерно следующее:
"— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и вы#бал графиню три раза на подоконнике.
За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо тр#х#ли дохлую лошадь."

— Прекрасно, просто прекрасно! – радуется редактор. — Осталось добавить уверенность в завтрашнем дне, и сдаём в печать!
Опубликованный роман начинается так:
"— А не испить ли нам кофею? – спросил граф.
— Отнюдь, – ответила графиня.
— Брезгуешь, сука! – гневно вскричал граф и вы#бал графиню три раза на подоконнике.
За окном шёл дождь, полыхала Октябрьская революция, рабочие устало возвращались с завода. Под окном семеро мужиков ожесточённо тр#х#ли дохлую лошадь. Внезапно один из них хлопнул себя по лбу и прокричал:
— Да чего же мы так надрываемся, братцы! Она же здесь и завтра лежать будет!".

— Что бы сказал современный читатель, когда бы увидел, что Гоголь сжигает свой второй том романа «Мёртвые души»?
— Аффтар жжот.

Отец – сыну:
— И чему тебя, балбеса, в школе учат? Запомни, тупица, Достоевский Ф. М. – это не радиостанция какая-то, а великий русский поэт. Я в твои годы уже знал наизусть много стихов Феликса Максимовича.

Для того, чтобы навести порядок по всей стране, необходимо прямую линию с президентов проводить в формате ежемесячных «планёрок».

Субботник — это когда те, кто никогда не мусорит, убирают за теми, кто никогда за собой не убирает.

1996 год. Сторонники демократии торжествуют.
На лекции в университете молоденькая студентка ехидно спрашивает пожилого преподавателя, известного своими прокоммунистическими симпатиями:
— Профессор, вот вы утверждаете, что Лев Толстой был зеркалом русской революции. А кто из писателей был зеркалом русской демократии?
— Гоголь, милочка! – ответил ничуть не растерявшийся лектор.
— Почему вы так в этом уверены?
— В своём романе «Мёртвые души» он подробно описал приёмы, которые используют демократы для того, чтобы одерживать победы на выборах.

Врач:
— Кем работаете?
Я:
— Писатель.
Врач:
— Угу… (Записывает в карту «Хронические заболевания: алкоголизм, депрессия».)

Часто скромность принимается за слабость и нерешительность, но когда опыт докажет людям, что они ошиблись, то скромность придаст новую прелесть, силу и уважение характеру.

Даже если книга тебя ничему не учит, ты хотя бы видишь, как правильно пишутся слова.

Когда печатаешь нечитаемое, в глазах читателя читается непечатное.

— В любой непонятной ситуации, просто начинай читать отечественную классику.
— Но зачем?
— Как правило, там всё у всех намного хуже.

"Рукописи не горят", – с претензией на мудрость изрёк Воланд. Но сожжённый второй том "Мертвых душ" предъявить отказался.

Все писатели:
— Надо чётко продумать и описать завязку истории, логично объяснив предпосылки возникновения данной ситуации.
Кафка:
— И вот короче мужик превратился в жука...

Зашёл на кухню и просто обалдел: жена готовит без перчаток, маркировки на контейнерах в холодильнике нет, товарное соседство нарушено. Просто слов нет!

До женитьбы Антон даже и не подозревал, что можно как-то неправильно поставить молоко в холодильник.

Если ты ешь на кухне, в твоей комнате порядок и ты ложишься спать вовремя — значит, у тебя нет интернета.

"Пиши пьяным, редактируй трезвым"

Давно обратил своё внимание на то, что практически во всех сказках народов мира, основное, что заслуженно получает главный герой, так это удовлетворение своих сексуальных потребностей. А если говорить о сказке "О мёртвой царевне", так там и вовсе, учтены пожелания даже некрофилов.

Как показывает практика, извиниться перед гостями за то, что в доме не убрано, во много раз легче, нежели произвести уборку.

Писать на самом деле очень легко. Ты просто садишься перед пишущей машинкой и начинаешь истекать кровью.

Жена, читающая книгу, вдруг говорит мужу:
– Наде же! Какой позор! Максик, ты только представь себе – какой-то Пушкин опубликовал в своей книге стихи, которые ты посвятил мне, когда мы познакомились!

Я дышу. И наверное это всё, что мне необходимо для сегодняшней производительности...

В 17 лет: к 30 годам я объезжу всю Европу и примусь за Азию.
В 30 лет: если удастся реструктурировать кредит под 14%, то можно взять лечо по акции.

Во времена нашей молодости, когда мы учились в школе, у нас охранников не было. Вполне со всем справлялась уборщица с мокрой тряпкой.

Хаос — это разновидность порядка, правила которого ещё не изучены.

Казалось бы, зачем убийце убивать убийцу убийцы, но Дарью Донцову уже было не остановить.

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело.
Толстой оглядел окрестные луга:
— Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…
Достоевский мечтательно:
— И старушка какая-нибудь рядом….
Пушкин ещё мечтательнее:
— С полной кружкой….
Гоголь:
— И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!"
И только братья Стругацкие ничего не говорили. Но всё записывали…

Старость его лица внушала спокойствие, пишет он, поскольку сама окончательность черт исключала всякое притворство. Старость ведь отнюдь не бесконечна, и в этом её прелесть. Она устанавливает предел изменениям, представляя человека в максимально завершённом виде.

Говорят, что на самой последней странице паспорта Дарьи Донцовой можно прочесть имя убийцы.

— Ну и как твоя семейная жизнь, Абрам?
— Знаете, Марк Соломонович, я женат уже три месяца. Раньше всё валялось на своих местах, а теперь аккуратно сложено неизвестно где.

Благодаря искусственному интеллекту на полках скоро появятся новые произведения Пушкина, Гоголя и Толстого.